Читаем Аптекарь онлайн бесплатно
А как успеть? Я смогу победить Лилит, если сумею сварить «Силу медведя» и «Каменную кожу». На это я ингредиенты найду. Зверья набили сегодня достаточно, и кое-что из редкого я смогу заменить аналогами. А вот «Мнимую смерть» мне не сделать нипочем. Там основной компонент — слезы мертвеца, и это отнюдь не фигура речи. Нужен живой мертвец, и он должен заплакать. Ну, не бред ли!
— Та-ак! — бурчал я, щелкая по клавишам клавиатуры. — Новости Воронежа. В Хтони происходит загадочное падение деревьев в реку. Его высочество Петр Федорович Ольденбургский уверяют, что сужение русла, которое воспоследовало из-за этого странного случая, никак не повлияет…
— Ни хрена себе! — присвистнул я. — А ведь я знаю, почему они падают. Хозяин при мне дерево обнимал. А потом вспышка была. Вот блин! Ладно, теперь дела!
— Семьи некромантов Воронеж… — вбил я. — Ноль вариантов. Семьи некромантов… Просто семьи некромантов… Ни хрена себе! Аж три на всю страну! Князья Чанышевы… нет, это Сибирь… Князья Радзивиллы… Это далеко на западе… Княжич Ромодановский Федор Юрьевич… Их сиятельство имеют честь проживать с супругой Натальей Константиновной в собственном имении. Деревня Лыковка, Борисоглебского уезда Воронежской губернии. Да ладно! Неужели!(1)
Я откинулся на спинку кресла и предался размышлениям. Три семьи некромантов на всю Россию, и одна из них живет прямо под боком, всего в двухстах километрах к востоку. Надо ехать, без вариантов. Вот завтра с утра и выдвинусь.
— А в чем я к нему поеду? — вскинулся я. — Ведь одет, как последний босяк. У меня даже костюма приличного нет. Кто меня на порог княжеского дома впустит? В магаз надо идти, и срочно. И кстати о деньгах!
Я взял в руку телефон и набрал Флэша.
— Привет, смертник, — услышал я веселый голос. — Чего хотел? Ты в курсе, какие ставки принимают на твой бой с Лилит?
— Какие? — спросил я.
— Один к пятидесяти! — хохотнул ягуар. — Максимальный коэффициент на моей памяти. Мы один раз для смеха гоблина против урука выставили, так он там один к сорока был.
— Дам бесплатный совет, — сказал я. — Поставь на меня.
— Ты за этим позвонил? — озадаченно спросил он. — Чтобы искрометно пошутить?
— Нет, — ответил я. — Есть мнение, что закупочные цены на магический ливер ввиду переизбытка товара следует опустить до восьмидесяти денег за сто грамм. На три дня, пока с улиц все не выгребут.
— Принято, — ответил Флэш. — Точки я сам курсану. А ты пока постарайся не сдохнуть досрочно, парень. Ты мне нравишься. — И он отключился.
— Э-э-эх! Эх, дуби-и-инушка, ухнем!
Это я залез в душ и на автомате начал подпевать дяде Гансу, могучий бас которого раздавался за стеной. Мне от его пения было ни тепло, ни холодно, а вот соседям снизу не нравилось. С пятнадцатого этажа били шваброй в потолок и орали.
— Заткнись, сука бородатая! Или мы сейчас будем селедку по-вьетнамски готовить!
— А как это? — крикнул дядя Ганс, который от любопытства даже воду выключил.
— Прокисшая селедка, только жаренная с острыми специями! — раздался злорадный голос снизу. — Не нюхал еще такого? Ну ничего, понюхаешь! Мы-то, гоблины, ферментированную пищу очень уважаем, а вот ты, гад такой, обрыгаешься! Мы тебе все годы мучений припомним!
— Молчу! Молчу! — сдался дядя Ганс и негромко пропел. — О, горе мне! О, горе!
Моя изгаженная одежда полетела в мусорное ведро, а я растерянно рассматривал свой немудреный гардероб. Он, если выразиться вежливо, оказался весьма скуден. В единственной комнате стоит шифоньер, вместительность которого оставляла желать лучшего. У меня есть полка с бельем, полка с футболками (их осталось три), одна рубашка весьма легкомысленной расцветки, шорты и две пары джинсов. Это на лето. На осень — свитер и куртка, и куртка на зиму. Все.
— Что-то со всем этим нужно делать, — почесал я затылок. — Если жив останусь, буду вопрос с жильем решать. Однушка — это полный треш. Даже одежду деть некуда.
Я оглядел комнату, как будто впервые ее видел, и непроизвольно вздохнул. Кроме шифоньера тут стоит скрипучая хрень, называемая софой, черно-белый телевизор, накрытый салфеткой, продавленное кресло и компьютерный столик с ноутбуком и принтером, он же сканер. Этакая классическая холостяцкая берлога. Для полноты образа не хватает только выставки пивных бокалов и плаката с голой бабой на стене.
— Ну и дыра! — с чувством сказал я. — И как я тут живу? Ну да ладно, я не Скарлет О, Хара, но я подумаю об этом завтра. Если не сдохну, то съеду отсюда в место поприличней. Должно же оно тут быть.
