Читаем Антивирус онлайн бесплатно

Глава первая.

Чип

Монитор ноутбука мигнул и перестал реагировать на клавиатуру. Нажал Esc – никакой реакции. Нажал Ctrl, Alt, Del – нет ответа. Попытался мышкой войти в меню – стрелка на экране не двигалась. Завис. Причем, похоже, завис прочно.

Только не это! Мое выступление в суде! Я же почти все написал… А если не восстановится? Ну, давай, дорогой, давай, работай!

Нажал на кнопку выключения, подержал несколько секунд, которые показались чем-то значительно большим по времени… что-то негромко щелкнуло, монитор погас. Однако попытки снова включить компьютер ни к чему не привели.

Надо в ремонт. Но поздно уже… половина одиннадцатого… ничего не работает. Хотя… Должна же быть какая-нибудь круглосуточная мастерская. Телефон. Справочная…

– Алле! Здравствуйте, девушка. Скажите, пожалуйста, а есть у нас какая-нибудь компьютерная мастерская, которая работает в это время?.. Есть?! Как говорите? Скорая компьютерная помощь? Работает круглосуточно? Отлично! Подождите, сейчас ручку возьму… Готов, говорите. Байкальская, 21… А телефон?.. Странно, что нет телефона… Подождите, подождите, а где это – Байкальская, 21?.. А… спасибо!

Так это рядом совсем, через две остановки. Такси вызвать? Да пока они приедут! И возьмут к тому же не дешево. Легче на трамвае доехать – они еще должны ходить. Или пешком пройти.

На улицах было довольно много людей. Устоявшееся весеннее тепло задержало на тротуарах парочки и отдельные однополые группы из двух-трех человек молодежи, бродившие в поисках встреч. Среди них выделялись редкие вполне взрослые прохожие, стремившиеся, вероятно уже по домам. Казалось, в этой довольно цельной картине вечернего городского мира, человек, озабоченно спешащий с упакованным в портфель ноутбуком, был чем-то лишним, раздражающим нервом в атмосфере праздности и неторопливости.

Одна из групп парней, обратив внимание на быстро передвигавшегося невысокого щуплого очкарика лет 30-ти, стала что-то обсуждать между собой, заинтересованно поглядывая на прохожего. В другое время в нем это бы непременно вызвало привычное чувство опасности, переходящее в борьбу со страхом и подсказывающее пути дальнейшего движения, позволяющего избежать возможной встречи, но сейчас он не замечал ничего. В голове был только прорисованный воображением путь к заветному адресу.

Почти пустой старый трамвай прогремел мимо и, остановив в нескольких шагах впереди свое грузное железное тело, раскрыл пасть дверей. Легкое ускорение – и он уже внутри, на свободном сиденье среднего ряда, достает деньги, чтобы рассчитаться с кондуктором. Опять не заметил, что трое парней запрыгнули в вагон следом и расположились на задней площадке, ведя нескрываемое наблюдение. Единственным объектом его внимания стало окно, в рамах которого проплывали строения с написанными на фасадах названиями улиц и номерами домов. На следующей остановке вышла ехавшая впереди парочка и из всех пассажиров в трамвае остались только он, трое сзади и спавший, судя по всему, пьяный мужик, сидевший у противоположного окна.

Так. Это еще проспект Революции… Где же там… Подожди, сейчас будет поворот. Вот, точно… Ага, вот и Байкальская! Значит, и мастерская где-то недалеко. Какой здесь дом? 17. Там – 19, а вон какая-то вывеска. О точно: «Скорая компьютерная помощь». Странно, раньше я здесь ее не замечал. Наверное, просто не обращал внимания.

Трамвай остановился прямо напротив двери, над которой красными буквами на белом фоне светилась надпись и логотип, состоявший из красного креста с компьютером в центре белого круга. Казалось, что даже шагнуть не успел, как уже тянул ручку двери… Опять не заметил, как трое с задней площадки вышли на той же остановке…

Колокольчик известил хозяев о посетителе. Сидевший за столом в небольшом квадратном помещении невыразительный мужчина в белом халате, поднял голову от книги и вопросительно посмотрел на вошедшего.

– Здравствуйте, еще работаете?

– Мы работаем круглосуточно. Что у вас случилось?

Вопрос прозвучал как-то странно. Мало того, что голос мужчины своим тембром обволакивал, уводя от сути проблемы и одновременно проникая внутрь, как бы забираясь под кожу в районе груди, так еще и по интонации показалось, будто он спрашивал вовсе не про компьютер. И еще было странно, что в мастерской ничего не напоминало о специализации. Не стояло ни одного компьютера, не было его даже на столе у приемщика, ни одной запчасти не лежало на видном месте. Впрочем, замеченная дверь в соседнюю комнату успокоила сомнения, заставив предположить, что все находится там.

– Да вот, компьютер завис в самый неподходящий момент.

И тут окончательно почувствовал, что попал в другой мир, где нет привычных ритмов, где все спокойно и ясно, движется по собственным установленным правилам, которым нельзя не подчиниться.

– Ну, показывайте.

Доставая из портфеля ноутбук, он заметил, что у собеседника были небольшие усы и бородка. Они были аккуратно подстрижены и сливались по цвету с такими же аккуратно уложенными темно-русыми волосами.

– Доктор, – он сам удивился, откуда возникло на языке это обращение. Вероятно, белый халат навеял, но было что-то еще, чему не было объяснений. – А вы можете сделать его сегодня?

Приемщик ничуть не удивился обращению. Он только встал, незаметным движением вышел из-за стола и как-то особенно пристально посмотрел в глаза посетителю, отчего последний еще глубже погрузился в психологический туман и окончательно забыл про существование остального мира. Дело в том, что на фоне прибранной растительности и общей сглаженности черт лица и всей фигуры компьютерщика, его темно-синие глаза были такого яркого и насыщенного цвета, какой придают, пожалуй, только цветные контактные линзы. Но о том, что обладатель этих глаз не пользуется никакими линзами, говорил его лучисто-проникающий взгляд. Было такое ощущение, что он смотрел не в глаза, а в затылочную часть мозга, ясно различая там что-то для себя.

– Помочь вам – наша задача, – ровно проговорил приемщик, продолжая взглядом изучать мозг посетителя и принимая в это же время компьютер из его рук. – Вы присядьте вот здесь.

Крестовский буквально хлопнулся на стоявший рядом диван, с благодарностью ощутив избавление от необходимости напрягать мышцы и психику, стоя на ногах.

– Константин! – приемщик обернулся к открытой двери, из которой тут же показался рослый, здоровенный мужчина, по внешнему виду скорее напоминавший личного охранника какого-нибудь олигарха. Сходство добавляли строгий черный костюм и белая рубашка, в которые был одет вошедший. – Посмотри вот это.

– Там знаете, он не включается. Сначала завис вроде бы, а потом…

– Разберемся, – тихо проурчал глубинным басом Константин и, взяв ноутбук, ушел в соседнюю комнату.

– Не волнуйтесь, Константин Михайлович специалист очень высокого класса – если можно что-то сделать, он обязательно починит. Давайте пока оформим заказ, – приемщик сел за стол, достал из верхнего ящика стопку квитанций, закрыл книгу и отложил ее на самый край стола.

Посетитель невольно проследил за движением, увидел корешок книги и прочел: Владимир Соловьев «Чтения о Богочеловечестве».

– Ваша фамилия, имя?

– Крестовский… Альберт Сергеевич, – полученная информация о том, что читает сотрудник компьютерной мастерской, не породив никаких мыслей, как-то дополнительно ударила по его, казалось, опустевшей голове и привела в окончательно разобранное состояние психофизику. Труды Соловьева изучали на философии в университете, но знания о них прошли мимо Крестовского, так же, как они успешно миновали умы большинства его однокурсников, оставив только самые общие представления о каком-то обернутом в субъективный идеализм богоискательстве или чем-то подобном. Однако наличие этой книги здесь окрасило происходящее в мистический оттенок.

– Где живете? – на этих словах приемщик посмотрел вверх.

Машинально посмотрев на потолок вслед за человеком в белом халате, Крестовский обнаружил ранее не замеченный им логотип мастерской, раскинувшийся на потолке, и стал говорить, как завороженный глядя на красный крест и компьютер в белом круге посередине, монитором которого служил квадратный светильник.

– Переулок Кирпичный, дом 4, квартира 36, – и вдруг, упершись взглядом в свет монитора-светильника, на мгновение забыв, где находится, провалился в воспоминания.

Вообще-то, я недавно здесь живу. Родители разменяли свою трехкомнатную квартиру, чтобы взрослый сын имел собственное пространство… Мне, конечно, было стыдно, я даже пытался делать вид, что возражаю. Когда универ заканчивал, думал, что устроюсь на работу и сам стану им помогать, подкоплю деньжат и куплю себе квартиру, пусть даже в ипотеку. Многие мои однокурсники всего этого уже и добились. Свои дома, жены, дети, машины у большинства. У меня же не получается. И адвокатская контора вроде бы перспективная и дела там большие проходят, а я… как мусорное ведро. Подсунут изредка какой-нибудь гиблый процесс, в котором выиграть невозможно. Естественно, проиграешь. И бегаешь потом на побегушках: то одну бумажку найди, то другую. Ни денег, ни удовольствия… Вот и сейчас. Зачем прыгаю с этим судом, когда заранее ясно, что никогда жене не отсудить при разводе у богатого полукриминального мужа ничего, кроме побоев? Невезуха! И женщинам такой лузер, конечно, не нужен. Родители думали: стану один жить – девушка появится. А девчонки даже в компании меня как подружку воспринимают. Делятся своими проблемами, на друзей моих жалуются… Я ж ботаник – Алик-очкарик. Да еще и бедный… О! Задумался!

Крестовский вдруг встряхнулся, вернулся в пространство мастерской, посмотрел на приемщика, пристально вглядывавшегося теперь в лицо посетителя. На секунду показалось, что тот внимательно слушал его рассуждения. Но он точно знал, что вслух ничего не произнес.

– Извините, задумался.

– Бывает, – произнес приемщик, и опять показалось, что говорил он о рассуждениях Крестовского, а не о внезапной задумчивости, – все поправимо.

– Что поправимо?

– Компьютер ваш скоро починят.

– А-а-а… Хорошо.

Человек в халате поднялся и вышел в соседнюю комнату.

Странное какое-то заведение. Этот и сам странный, и еще «Чтения о Богочеловечестве» изучает. А мастер вообще интересный. Константин… Иваныч. Или Михалыч? Да хоть Петрович! Все равно на компьютерщика не похож… Крест на потолке… Хотя, наверное, я надумываю. Перенервничал с этим компьютером… В принципе, мастерская может быть и такой. А сотрудники… Люди бывают разными. И ведь, как правило, чем сильнее профессионал, тем он больше выделяется из толпы коллег…

Из соседней комнаты показались оба специалиста, в руках Константина был ноутбук. Один прошел к дивану и сел рядом с Крестовским, а мастер поставил компьютер на стол и остался стоять, глядя на посетителя.

– Ваш компьютер был заражен самым современным и очень опасным вирусом, – проговорил обладатель лучистого взгляда, как доктор, поглаживая Крестовского интонациями.

– Что, ничего нельзя сделать? – испуг коснулся солнечного сплетения, но, не добравшись до сердца, был остановлен остатком надежды.

– Не беспокойтесь, компьютер мы починили. Я же говорил: Константин Михайлович – специалист, каких мало, – приемщик явно к чему-то клонил.

– Не удалось сохранить данные? – попытался предугадать движение мысли посетитель.

– Удалось. С этим все в порядке.

– Спасибо, я очень рад, – без радости проговорил Крестовский, все больше ожидая какого-то неприятного течения разговора.

– Может быть то, что я сейчас скажу, вам покажется странным… Но выслушайте меня внимательно. Хотя, сначала ответьте: вы замечали когда-нибудь, что у вещей, с которыми постоянно взаимодействуете, так или иначе проявляется свой характер? Машина ведет себя не всегда в рамках логики электронно-механической игрушки, компьютер на разных пользователей по-разному реагирует?

– Ну… в общем-то да.

– А вы не задумывались над тем, почему так происходит?

– Так это же могут быть просто мои ощущения.

– Нет, это не результат вашего субъективного восприятия. Дело в том, что, находясь в энергетическом поле человека, в котором существует и электромагнитное излучение… Вы же знаете, что человеческий организм имеет свои амплитуды электромагнитных колебаний?

Крестовский кивнул, он на самом деле что-то слышал об этом.

– Так вот, находясь под постоянным воздействием электромагнитных частот, принадлежащих определенному человеку, электроника начинает… Как бы это понятней сказать… Привыкать что ли к одному источнику человеческого излучения. Хотя не всегда оно нравится микросхемам. Иногда, вы наверняка замечали, вдруг, ни с того ни с сего, начинают выходить из строя узлы компьютерной начинки. Есть даже люди, которым долго не удается подобрать себе компьютер или мобильный телефон – все через непродолжительное время ломается.

Крестовскому казалось, что глаза его от удивления прилипли к стеклам очков. С одной стороны, то о чем говорил приемщик, было понятно и чувствовалось, что он сам об этом всегда знал, просто не пытался вывести знания в систему. С другой стороны было удивительно, к чему заведен разговор. И было совершенно неясно, куда клонит рассказчик, что добавляло величины зрачкам слушателя.

– Это и есть результат воздействия энергетики человека, – продолжал вбивать мягкие гвозди в мозг слушателя приемщик, – несовпадение амплитуд излучения машины и пользователя приводит к выходу из строя отдельных деталей или сбоям в работе программ. Вместе с тем, продолжительное время находясь в руках одного человека, техника привыкает к индивидуальной энергетике, подстраивается под нее и начинает работать в унисон, становясь как бы частью человеческого организма. Поэтому бывает, что один ездит на автомобиле, например, и не имеет никаких вопросов с его эксплуатацией, а потом продает и новый пользователь сталкивается с массой проблем: разные детали начинают выходить из строя. Смена излучения приводит к сбоям в работе даже механизмов. Однако и у одного человека энергетика может меняться. Например, во время болезни. И в этом случае контакт с больным хозяином также может приводить к заболеванию компьютера. Это неуловимая и пока не до конца доказанная учеными, но согласитесь, бесспорная взаимосвязь.

Крестовский, конечно, уже был со всем согласен. В его голове, в подтверждение слов приемщика, всплывали слышанные или виденные случаи из жизни, ясно подтверждавшие прозвучавшие мысли. Он даже чувствовал себя немного ученым, которому открылась простейшая, но до него никем не познанная истина. Казалось, что это он сам до всего давно дошел, а говоривший только помогает сформулировать его разрозненные догадки.