Читаем Английские бунтари онлайн бесплатно

Чарлз Поулсен

АНГЛИЙСКИЕ БУНТАРИ

The English Rebels

Чарлзу Хобдею — исследователю, поэту, социалисту и другу

ВВЕДЕНИЕ

Эта книга, созданная во многом под влиянием 600-летней годовщины крестьянского восстания 1381 г., является попыткой отдать дань уважения всем радикальным народным движениям, дух и идеалы которых стали вдохновляющим наследием более поздних веков.

Следует сразу же отметить, что многие современные историки до сих пор рассматривают это восстание как ненужный и обреченный на поражение бунт неграмотной, темной толпы, предводимой талантливым организатором, но неисправимым идеалистом: не добившись никаких преобразований, оно привело только к гибели множества простых людей и ряда государственных деятелей того периода. Во всяком случае, если о нем и заходит речь на уроках истории в английских школах, то преподносят его обычно как нетипичное отклонение в последовательном развитии конституционных и законодательных реформ, знаменовавших постепенный переход Англии от феодального, аграрного общества, основу которого составляли знать, духовенство и крестьяне, к современному индустриальному, демократическому государству “всеобщего благоденствия”.

Однако для представителей левого крыла рабочего движения — социалистов, коммунистов, тред-юнионистов и прочих — крестьянское восстание 1381 г. остается первым значительным народным движением в Англии, героическим и революционным событием ее истории, когда тысячи и тысячи простых людей оставили свои дома, семьи и фермы, чтобы принять участие в великом, полном опасностей деле, которое в случае успешного исхода могло бы привести к созданию новых, лучших условий жизни для всех членов общества, к жизни, основанной на принципах свободы личности и социальной справедливости. И даже несмотря на свои трагический исход, восстание явило странам Европы первый образец справедливой социалистической политики, о чем явно свидетельствовал смысл торжественной проповеди, с которой священник Джон Болл обратился к восставшим вилланам в Блэкхите на праздновании дня тела Христова в 1381 г .

Цель данной книги - рассказать об этом великом народном протесте против феодальных порядков, отдать дань уважения его героическим жертвам, память о которых дошла до нас через все века, и попытаться проследить дальнейший ход развития радикальных идей в английской истории.

Глава I.

КРЕСТЬЯНСКОЕ ВОССТАНИЕ 1381 г .

1. Наследие средневековья

Для лучшего понимания крестьянского восстания 1381 г ., породивших его надежд и сокрушивших его сил современному читателю необходимо четко осознать, что все это происходило в обществе, которое весьма и весьма отличалось от современной индустриальной демократии*. Ведь тогда даже пейзаж страны выглядел совсем по-иному, и если бы нам вдруг удалось перенестись из XX в. в век XIV, то вряд ли нашему взору предстали бы хоть чем-нибудь знакомые картины. У людей той эпохи было совершенно иное, чем у нас, понимание себя, своих взаимоотношений и принципов правления. Вот поэтому и необходимо прежде всего представить ту Англию и то общество, в котором произошли описываемые здесь события.

* Понятия “социализм”, “социалистический” автор работы, следуя традициям буржуазной историографии, трактует расширительно. Речь идет, разумеется, о робких (хотя и героических, заслуживающих уважения) попытках воплотить в жизнь идеи, позднее получившие название утопического социализма Это же следует отнести и к часто используемым автором понятиям “демократия”, “демократический”, которые он, по сути дела, отождествляет с буржуазным обществом, его общественными и политическими институтами. Если напомнить, что слово “демократия” в переводе с греческого означает “народовластие”, то для советского читателя станет ясной условность применения этих понятий в книге Поулсена. Прим. ред.

В XIV столетии Англия все еще находилась во власти средневековья и типичных для него феодальных отношений, хотя этот период уже подходил к концу, а вековые традиции и социальные устои общества начинали трещать по швам.

Итак, что же собой представляла Англия времен средневековья, это островное государство, расположенное к северо-западу от Европы, позади которого раскинулся бесконечный, пустынный и еще “необжитой” Атлантический океан — ” Ultima Thule “, как его называли древние римляне, что означает “конец всего”. В отличие от главных центров мировой цивилизации и торговли, располагавшихся в районе Средиземноморья, и в особенности в его восточной части, Англия находилась несколько в стороне и поэтому развивалась медленнее и труднее многих “более удачливых” стран. Изменения в этом отношении наступили только после открытия Америки и морского пути в Индию через мыс Доброй Надежды.

Значительная часть территории страны была покрыта густыми лесами; в первые столетия новой эры римляне проложили через них ряд дорог, но к XIV в. все они практически пришли в полную негодность; новые же дороги представляли собой преимущественно разбитые тракты. За реками не следили, поэтому они нередко затопляли все вокруг. Мостов было крайне мало, и переправляться приходилось в основном на лодках или вброд. Низины были сильно заболочены, а в восточной части Англии почти все они находились под водой; только наиболее высокие места выглядывали из-под нее, подобно сиротливым островкам (Графства Кембриджшир и Линкольншир. — Прим. перев.). Деревни и поселения возникали на небольших “отвоеванных” у леса пространствах, в сухих долинах и даже на выступавших из воды “островках”. Города, величиной редко превышавшие современную деревню, обычно располагались вблизи от моря, у речных переправ и стыков дорог.

Все население Англии скорее всего составляло менее 2,5 млн. человек. В крупнейшем городе страны Лондоне проживало около 50 тыс. человек, в Йорке, втором по величине городе, — чуть более 4 тыс.

Форма владения землей и сельскохозяйственный труд — вот что полностью определяло структуру общества, основными и четко различимыми сословиями которого были знать, мелкопоместное дворянство, духовенство и простой люд. Небольшую прослойку составляли свободные граждане вольных городов*, но и они откосились к сословию простолюдинов.

* Речь идет о городах, которым были дарованы определенные привилегии в рамках так называемой Великой хартии вольностей, подписанной английским королем Иоанном Безземельным 15 июня 1215 г.

Социальный строй Англии был подобен пирамиде с широким основанием: ее нижнюю часть составляли крестьяне, а верхушку — предводитель знати, король, теоретически считавшийся верховным правителем страны, ее защитником и законодателем. Являясь владельцем бесчисленного количества земель и поместий, определенную их часть - так называемые “феоды” (или “лены”) — он обычно сдавал в аренду приближенным к нему баронам. В качестве платы арендатор обязывался в течение определенного времени поставлять королю воинов и рыцарей, а также оказывать ему различные услуги. Для покрытия расходов и для получения собственного дохода он оставлял себе большую часть феодов, а остальные отдавал в субаренду баронам победнее, которые в свою очередь были обязаны поставлять ему воинов и вместе с ними принимать участие в военных действиях. Практика такой субаренды повторялась и на других стадиях до тех пор, пока феоды не поступали в распоряжение нижайшего эшелона знати — рыцарей. Но и те нередко отдавали в дальнейшую субаренду часть “своих” владений представителям джентри — мелкопоместным дворянам благородного происхождения, идеологически примыкавшим к знати. Позднее статус землевладельцев стали получать и некоторые из наиболее зажиточных горожан, или, как их тогда называли, лорды мэноров.

Существовавшую тогда систему социальных отношений лучше всего отражал девиз: “Нет земли без владельца, а человека без господина”.

Знать являла собой исключительное, высокопоставленное сословие; звания и титулы внутри него передавались, как правило, по наследству, взаимоотношения и нормы поведения определялись жестким этикетом и церемониалом. Основой и смыслом существования знати была война, и это формировало весь ее быт, культуру, взгляды и досуг. Находясь в верхней части социальной пирамиды, знать с откровенным презрением относилась ко всем остальным сословиям.

Промежуточное место в социальной иерархии между знатью и простым людом занимало духовенство — наиболее грамотная и образованная часть населения, игравшая немаловажную роль в жизни страны и принимавшая самое активное участие в управлении ею. В обстановке всеобщей веры в бога, веры в то, что он создал мир и господствует над ним, что бренная жизнь является не более чем подготовкой к вечному блаженству или мукам, что кара господня постигнет всех не соблюдающих установленные церковные обряды, церковь, естественно, оказывала колоссальное воздействие на жизнь и образ мышления всего населения. Благодаря обильным добровольным и обязательным приношениям — дарам, пожертвованиям, десятине и т.п. — церковь постепенно сконцентрировала в своих руках огромное богатство и власть. Так, помимо монополии на образование, в ведении церкви находилась большая доля того, что мы бы назвали социальными услугами, а также распределение благотворительных подачек больным, увечным и беднякам.

И церковь вполне могла себе это позволить, ибо основу любого состояния в те времена составляло землевладение, а церковь являлась крупнейшим в стране землевладельцем — на ее долю приходилось около трети всех земельных угодий, к тому же принадлежавшие ей крестьяне подвергались несравненно более беспощадной эксплуатации, чем у “светских” владельцев. Во всей стране трудно было найти такие великолепные и роскошно отделанные постройки, как аббатства, монастыри, соборы и церкви. Высшее духовенство — епископы и аббаты — считались равными знати, и даже король редко шел на риск принять то или иное решение, не получив их одобрения. Знать и духовенство — вот два основных сословия, которые, сами ничего не производя, жили за счет беспощадной эксплуатации простого люда.

Третье сословие средневековой Англии, составлявшее основу всей социальной структуры общества, было представлено простым людом, большинство которого было занято непосредственно в сельскохозяйственном производстве. Феодальное поместье, или манор, как правило, состояло из деревушки — несколько жалких лачуг, выстроенных в ряд или сгрудившихся вокруг небольшой церквушки, — и усадьбы землевладельца, которая в равной мере могла быть и скромным деревенским строением, и величественным замком. Рядом с деревней находилось несколько сот акров пригодной для культивирования земли, обычно разделенной на три больших, ничем не огражденных друг от друга поля, которые в свою очередь делились на участки. Основная часть отводилась землевладельцу, а остальное — жителям деревни, причем в целях более справедливого распределения хорошей и плохой земли каждой семье выделялись положенные ей наделы на всех трех полях. Одновременно засевались только два поля; третье держалось “под паром” для восстановления его плодородия. Небольшие клочки земли вокруг домов — огороды — обычно обносились изгородью и использовались крестьянами для выращивания картошки и прочих овощей для личного потребления.

Определенную часть жителей каждой деревни составляли батраки, т.е. крестьяне, имевшие дом и огород, но лишенные земельного надела и поэтому вынужденные продавать свой труд. В деревнях побольше, как правило, имелись свои ремесленники — кузнецы, столяр, кровельщик и т.п., большинство которых являлись вилланами*. Они не могли по собственному желанию бросить землю, поэтому были вынуждены платить ренту либо натурой, либо в форме принудительного труда на угодьях господина, либо — что бывало значительно чаще — и тем и другим.

* Вилланы — первоначально этим словом обозначались поселяне, крестьяне (от латинского ” villa ” — селение, поместье). В средневековой Англии вилланы — почти бесправные крепостные. Формально у них были некоторые права, в частности право на сельские сходы и даже на создание некой видимости своих выборных органов. Но фактически вилланы были собственностью лорда манора.

Вилланы были не рабами, подобно американским неграм в XIX веке*, а крепостными: они не являлись собственностью хозяина, их нельзя было покупать или продавать. Однако они были полностью привязаны к манору, составляя его неотъемлемую часть, подобно амбарам, конюшням, мельницам, жерновам и т.д., иначе говоря, представляли собой “средства производства”.

* Положение американских негров в XIX в. (формально рабство было отменено Декларацией президента США Авраама Линкольна с 1 января 1863 г .) было хуже не только потому, что в отличие от вилланов их могли продавать и покупать. Для значительной части белого населения США в те годы люди с черным цветом кожи были низшими существами независимо от того, каков их юридический и правовой статус. Многие белые американцы (особенно в южных штатах США) сохраняют такое отношение и по сей день, когда, разумеется, ни о каком формальном рабстве речи быть не может. Прим.ред.

За пашней простиралась невозделываемая “общая земля” — там вилланы пасли свой скот, домашнюю птицу и прочую живность. За пользование “общей” землей и лесными угодьями они должны были выплачивать господину определенную ренту, которая устанавливалась исходя из традиции каждого отдельного манора. Чаще всего рента выплачивалась в виде барщины, т.е. принудительной отработки в течение двух-трех дней в неделю на господских полях, лугах, ферме и т.п. Причем во время стихийных бедствий — бури в период жатвы, пожара, наводнения и пр. — работа на господина считалась самым важным делом и выполнялась в первую очередь. На вилланов также возлагались и другие повинности, например такие, как ремонт дорог и строений, извоз и т.д. Им запрещалось самим молоть зерно, поскольку существовала мельница господина, хотя в таком случае им приходилось платить; им не разрешалось самим печь хлеб — выпечка хлеба, естественно за плату, производилась только в пекарне господина и т.д.