Читаем Ангел онлайн бесплатно
Боже, как надоел этот снег. Липкий, противный, приставучий. Ничего из-за него не видно. Наглые снежинки садятся прямо на ресницы, закрывая весь обзор, и беспощадно портят весь макияж. Да, именно наглые, потому что нормальные, изящные и вызывающие умиления у какой-нибудь романтичной особы в модном пуховике , так себя не ведут. Тушь уныло растекается по щекам, и от утренних стараний не остается ни следа. С досадой еще больше размазываю эти ужасные черные пятна. Вот теперь я выгляжу достойно! Достойно и соответственно внутреннему состоянию. А состояние, прямо скажем, на редкость паршивое. Не то паршивое и депрессивное, которое бывает у большинства пятнадцатилетних подростков, страдающих юношеским максимализмом и готовых в любой момент порезать вены. Нет, это другое. Во-первых, я не могу разобраться со своими чувствами к одному весьма привлекательному, но при этом странному и сложному молодому человеку. Во-вторых, меня достает старый друг и по совместительству бывший парень, по-видимому я ему снова нравлюсь, но на этот раз невзаимно. А в-третьих… В-третьих, я опять сегодня наврала маме. Наврала без зазрения совести, просто взяла и наплела несусветную чушь. Не просто ведь так, а потому что хотела погулять с друзьями. Мама бы никогда не отпустила. Дело не в том, что уже поздно или дома полно работы. Дома никогда не заканчивается работа с тех пор, как ушел отец. Дело совсем в другом. Мама меня совсем не знает как человека: чем я интересуюсь, чем живу. Нет, она, конечно, мельком обязательно спросит, каковы мои дела, и где я опять шаталась весь день. Но развернутых ответов она слышать не желает. Зачем? Я ведь еще маленькая, у меня нет мыслей и вопросов, потому что "нет мозгов". Какие мозги в пятнадцать лет? Стоит мне начать рассказывать о недавно прочитанной книге или о недавних новостях, разговор прекращается. Хотя я вроде как пытаюсь его завести. Словно старые часы с измученным механизмом, тикает наши беседа. Начнется и останавливается, вновь начинается, будто получив второе дыхание, и снова тишина. А тут уже нет и желания. Так вот не зная ничего обо мне, мама всегда за меня же опасается. Мир, конечно, опасен и враждебен, на каждом шагу маньяки и убийцы, но всё же не стоит так драматизировать ситуацию. А мама драматизирует. Так драматизирует, что хочется аплодировать стоя и плакать навзрыд. Плакать над своей никчемной затворнический жизнью. А моя бы жизнь такой и была, если бы я не врала. На каждом шагу, на каждом повороте. Ох сколько бы я всего не сделала, если бы была совершенно честна! Но я не такой человек, слишком уж свободолюбивая родилась. Не обессудьте. Вот я и снова солгала. А подруги отменили встречу. И иду я теперь одна-одинешенька по заснеженным улицам, увлеченная непростым сражением с беспринципными снежинками. Что мне мешает идти домой? Абсолютно ничего, вам-то я врать не буду. Я просто не хочу. Не хочу и все. Мне там некомфортно, несвободно и тесно. Лучше буду мерзнуть в гордом одиночестве пока есть время побыть одной. Мимо пролетают машины, туда-сюда. Шумные такие, настырные. Всем что-то нужно, бежать куда-то и никак нельзя успокоиться. Ах да, это же мегаполис, огромный город, который никогда не спит. Хотя нет, опять вру. Спит, и очень даже сладко и мирно. По крайней мере, наш район. На то он и спальный, наверное. Зимой быстро темнеет. Ненавижу темноту, в ней мне… Несвободно! Опять! Я вообще какая-то слишком свободолюбивая, может, пора с этим заканчивать? Нет, не пора и никогда не будет пора. Всегда буду выкручиваться, изворачиваться, но удержать себя не позволю. Вот и куда я направляюсь? Делать мне больше, что ли, нечего. А ведь на завтра еще гора уроков. Ну, и ладно, успеется. Подумаю лучше или поговорю сама с собой, и плевать на взгляды прохожих и на то, что на морозе болтать нельзя… О! Далеко ли меня завела сия интересная беседа? Почему я на остановке наземного транспорта? Неважно, сажусь в автобус и полностью вверяюсь ему. Пожалуй, почитаю. Достаю из изрядно потрепанного рюкзака, чьи ручки едва ли выдерживают вес бесконечных тетрадок и учебников, помятый томик. Черт, как на него попал дурацкий снег? – страницы покрылись мокрыми разводами, позволив расплыться до безобразного состояния драгоценному тексту. Не важно, всё равно продолжу его читать, не зря же отдала за это чудо 200 рублей… Кажется, я где-то в центре. Точно, вдали краснеет Кремлевская стена, виднеется золотой купол величавого Храма Христа Спасителя. Чудесно, погуляю в кое-то веки по любимой Москве. Снег уже не настолько надоедлив, будто немного перестал. Только я всё равно выгляжу, как Баба Яга, из-за размазанной туши. Хотя точно этого узнать не суждено, ведь с собой нет даже зеркальца. Да и кого это вообще волнует? Некоторые могут и специально похуже выглядеть. Соврала, соврала, соврала, – крутится в беспокойной голове, – Ненавижу врать, ненавижу. НЕНАВИЖУ! Вдруг на меня все разом оборачиваются, но только лишь затем, чтобы посмотреть на ту идиотку, которая закричала "НЕНАВИЖУ!" на всю Тверскую. …До чего я докатилась. Скрываюсь в одном из уютных старомосковских переулков, обескураженная собственной выходкой. Где люди? Куда исчезла эта безликая толпа, шумящая, шуршащая, суетящаяся? Вечно двигающаяся, полная бесполезного гула. Их не назовешь работягами-пчелками или муравьями: те хотя бы понимают, пусть и инстинктивно, зачем стараются. Люди же просто делают, живут, дышат и создают ненужный лишний шум.
Да, да, у всех свои цели: поступить в университет, найти высокооплачиваемую работу, удачно выйти замуж. Ну, и? Чем это все заканчивается? Свинцовой кладбищенской тишиной и не более. А ведь они все продолжают бегать туда-сюда, суетиться, трепыхаться, как рыбы, выброшенные на берег бесцельного существования. Я не лучше, ни один человек не лучше. Это невозможно, иначе давно бы закончилась жизнь. Воцарилось бы вечное черное спокойствие во Вселенной. И звезды бы погасли, словно кто-то нажал на выключатель и потушил весь свет. Холодно, темно и тихо. Нет, слишком грустно. Не хочу верить, что все настолько плохо… Сажусь на обшарпанную скамейку, спрятанную от любопытных глаз где-то между белыми деревьями. В очередной раз достаю затертый до дыр томик и покидаю реальный мир ради мира вымышленного. Снег будто подобрел ко мне: не лезет в глаза, не портит прическу. Тихо падает рядом и слушает мои мысли. Нет, я зря сказала, что не люблю снег. Люблю за то, что украшает улицы, за новогоднее настроение. Всё же он добрый, он мой друг, оберегающий от внезапных глупостей. Спасибо, снег. Из глаз предательски капают слезы, кажется, в один момент они замерзнут и застынут бриллиантовыми льдинками на холодном лице. Да, так, наверное будет красивее. Вдруг слышу где-то неподалеку тихие шаги. Такие свободные, уверенные, хотя и несколько осторожные. Шаги точно знали, куда они ведут, и двигались по накатанному пути. Мне стало ужасно досадно. Думала, никто не потревожит меня в этом забытом Богом месте, но нет же и здесь достанут! Чувствую, как к горлу подходит комок и уже не могу сдерживать всхлипывания. Что я за нюня!
