Читаем Анджела в стране эльфов [мини] онлайн бесплатно

“Он впился пальцами в ее упругие ягодицы, готовый ворваться в тугое лоно прямо сейчас. Стоны Аурэлии звучали музыкой для тонкого эльфийского слуха, заставляя желать эту невинную девушку все сильнее…”

— Мам. Мама? Мама! Мамамам!!!

— Чего тебе? — я отвлеклась от эльфа и его возлюбленной.

— У Зои рука отвалилась, — доча протянула новомодную куклу, не тряпичную, а сделанную из какой-то смолы.

И вечно ломающуюся в самый неподходящий момент!

— На, — я кое-как воткнула руку на место и вернула дочке, думая, откуда росли руки мастера, что он не мог сделать нормальную прочную игрушку.

Так, на чем я остановилась? Ягодицы уже были… А!

“Ее полная грудь тяжело вздымалась, а крупные розовые соски напоминали созревшие вишенки, которые так и просились в рот. Илиграэль не смог отказать себе в такой малости, втянув тугой сосок, посасывая и покусывая…

— Мам! Мама! Ну мааааам!

— Да что ж такое?! — взвилась я, возмущенно глядя на сына.

— Мам, можно я съем свое пирожное до обеда?

— Нет! — категорично ответила и спохватилась: — А ты откуда знаешь про пирожные?

— Я искал что-нибудь перекусить, — заюлил Винсент.

— До обеда ничего нельзя! Иди поиграй пока, — я направила неугомонного мальчугана в сторону комнаты.

— Ну мам…

— Иди, — рыкнула я.

Сын понятливо испарился.

Я покусала кончик и без того обгрызенного пера, собираясь с мыслями. Кульминация истории, героиня девственности лишается как-никак, надо сосредоточиться.

Из детской раздался грохот, а за ним рев.

Совсем не эротично застонав, я оторвалась от текста и отправилась разбираться.

Винс захотел посмотреть куклу, Лисия свою игрушку не отдала, тогда он попытался отобрать силой, сестра, разумеется, уступать не собиралась. Разборка, как это всегда и случается, быстро перешла в драку, закончившуюся падением полки, случайно задетой в процессе.

Замечательно! Теперь оба сидели в синяках, ссадинах, укусах и среди кучи безделушек, что несколькими минутами ранее мирно стояли на полке.

Видимо, не судьба сегодня Аурэлии лишиться невинности. И эльфу тоже ничего не обломится. Хотя за последнего лично я не расстраивалась.

В итоге я потратила час на уборку и прибивание полки на ее законное место (дети честно подавали мне гвозди, пока я орудовала молотком). За этим делом настроение писать окончательно испарилось, Муза улетела, а время обеда подошло…

Собственно, свою Музу я понимала: после традиционной порции нытья на тему “не хочу суп!” и “не хочу пюре на второе!” и очередной драки, едва не закончившейся перевернутым столом, я бы и сама сбежала. Но мне, к сожалению, некуда.

Видимо, придется утешаться пирожным, хотя в прошлом месяце я клятвенно обещала себе похудеть. Только без сладкого жизнь начинала видеться в совсем уж мрачных тонах.

“Вечером еще раз попробую сесть за рукопись!” — решила я, буравя взглядом дату на настенном календаре.

Время сдачи книги неумолимо приближалось. А у меня там еще и эльф не валялся.

Стук в дверь застиг меня за мытьем посуды. Лисия помогала убирать со стола, а Винс счел незваных гостей отличным поводом, чтобы смотаться из кухни.

Я цыкнула, но от раковины не отошла. Шесть лет парню — разберется.

— Марта! — раздался приветливый голос моего редактора — Глории Ванштейн. — Ты, смотрю, вся в делах.

Я как раз домывала сковородку.

— Вроде того. Привет. Проходи, — я кивнула ей на стул. — Лиси, вскипяти чайник, пожалуйста.

Дочка проворно набрала из крана воду и поставила на плиту.

— Как дела с рукописью? — сразу начала с неприятного Глор.

— Движутся, — не оборачиваясь, ответила я и достала пирожные.

Если Глория пришла лично вне нашего установленного графика, то разговор точно предстоит непростой и стоит его подсластить.

Мелкие взяли свои пирожные и смотались, я же осталась наедине с любимым редактором. Любимым — исключительно потому, что единственным.

Так-то Глор была не самой приятной особой, вредной и въедливой, а еще совершенно бескомпромиссной и исключительно безжалостной. Но если бы не она в свое время…

Внешне же самая обычная, слегка полноватая женщина с пушащимися каштановыми волосами и карими глазами. А еще милой улыбкой, за которой скрывался волчий оскал.

Так что я твердо решила во что бы то ни стало лишить невинности героиню сегодня же. А там и до конца осталось всего ничего, главный злодей — дядя Аурэлии — уже почти выведен на чистую воду. Отважный эльф с ним точно справится. Куда ему деваться? Пусть отрабатывает бурную ночь с девушкой!

— Марта, я заметила, что работа над книгами стала даваться тебе тяжелее, — заявила Глор.

Я же говорила — не самая приятная особа!

— Тебе кажется! — делано возмутилась я, откусывая чуть не половину пирожного, заедая справедливое, а от того еще более горькое замечание.

— Нет, не кажется, — Глория не была бы собой, если бы пришла неподготовленной.

Она жестом фокусника извлекла из сумки бумаги и, отодвинув пирожные, разложила на столе.

— Это твоя динамика, — она ткнула пальцем в какие-то графики. — Первые книги шесть лет назад ты писала за два, максимум — три месяца! Но три года назад сроки начали увеличиваться. — Холеный пальчик с алым маникюром сдвинулся правее. — А за последний год ты закончила только одну книгу!

— Две! — не согласилась я, но тут же исправилась под строгим взором редактора: — Почти закончила.

— Все хуже и хуже, — констатировала Глория, убирая графики (ведь не поленилась же, посчитала, нарисовала!), а заодно утаскивая последнюю пироженку на свою тарелку.

— Послушай, вторая книга почти дописана, — принялась оправдываться я, сама понимая, что против статистики не попрешь.

Да и объективно я написала уже больше двадцати книг про похождения эльфов и… ненавидела эльфов! Я и мужчин-то в принципе не очень, сын — единственное исключение. Но писать как раньше больше не получалось. Уже который год собиралась взять творческий отпуск, но то пришло время возвращать заем за дом, то крыша прохудилась и я решила поменять ее всю — домишко наш изначально был ветхим, сколько можно латать местами? Теперь в младшую школу надо детей собрать…

Кажется, это бесконечно.

— Так вот, Марта, у меня есть предложение, — по-деловому начала Глория, закинув последний кусок пирожного в рот и вытерев руки о полотенце. — Тебе стоит сменить обстановку. Развеяться. Отдохнуть.

— Что ты сейчас сказала? — я не поверила ушам.

Чтобы Глория да предлагала мне отдыхать?! Я на всякий случай выглянула в окно: не идет ли там снег посреди лета и не валяется ли на нашей лужайке скоропостижно сдохший медведь?

— Говорю, тебе нужен отдых, — подавшись ко мне, громко повторила редактор. — Так яснее?

— Вполне, — все еще не веря в происходящее, подтвердила я. — Наверное, надо текущий роман сначала завершить…

Возьму детей и поеду на море! Никогда там не была, а всегда мечтала. Придется, конечно, несколько растрясти кубышку, но ведь отдых…

— Ничего не надо завершать, — окончательно повергла меня в шок Глория. — Отправляешься уже послезавтра.

— К чему такая спешка?

У меня и летних платьев нормальных нет!

— К тому, что через неделю ты должна быть в Аларии, а путь туда неблизкий даже с учетом порталов.

— В Ала… ЧЕГО???

— Ты едешь к эльфам, — безжалостно повторила эта бездушная женщина. — На презентацию твоей же книги, первой, переведенной на эльфийский язык.

Следующие полчаса я умоляла, угрожала, взывала к совести (это уже совсем от отчаяния — совести у Глории отродясь не водилось), но все без толку.

— Я не могу поехать в Аларию! — заорала я, не выдержав.

Глор все это время попивала чаек и наслаждалась моей истерикой.

— Очень даже можешь и поедешь, — категорично заявила редактор. — Между прочим, они скупили весь тираж твоего последнего бестселлера “Мой начальник — эльф” на всеобщем человеческом! А теперь намерены перевести все книги на эльфийский. Ждут тебя на презентации, хотят пообщаться. По словам приглашающей стороны, лично правитель эльфов заинтересовался.

После таких подробностей мне стало совсем дурно.

— А если они меня там казнят? На кого останутся мои дети?! — я вцепилась в свои спутавшиеся за день волосы, хотя, по-хорошему, вцепляться следовало в шевелюру Глории.

— Если верить твоим же книгам, скорее подарят тебе незабываемые ночи, — гнусно захихикала редактор.

— Вот именно! Если они прочтут…

Дальше должны были продолжиться причитания на тему “бедная я и несчастная”, но Глор резко хлопнула ладонью по столу.

— Хватит ныть! За поездку в Аларию нас ждет двойной гонорар от эльфов! А с учетом передачи прав на перевод — следующие лет десять ты будешь жить припеваючи. А от пары недель позора еще никто не умирал.

— Две недели…

— Соберись, говорю тебе! — еще раз рявкнула Глория. — Одежду выбери провокационную, над прической и макияжем поработай, ты все-таки эротические романы пишешь, а не детские сказки. Вот и соответствуй!

От мысли, что придется еще и образу соответствовать, на минуточку, придуманному Глорией, я почувствовала, что готова сбежать куда глаза глядят.

— Я в любом случае не смогу соответствовать! Эльфы-то, наверное, ждут роковую красотку, а я…

Я оглядела свой заношенный халат и тапочки — моя главная любовь, такие они мягкие и удобные. И это еще рядом зеркала не висело, а то бы в нем отразилась моя гулька на макушке и синяки под глазами. Днем-то нормально не поработаешь с двумя детьми в доме, приходилось сидеть ночами, пока они спят. А я нет. Хорошо, что голову сегодня помыть не забыла, а то работа на дому, она такая — в халате и с гулькой. Да и времени на себя вечно не хватает.

— Н-да… — перехватила мой взгляд Глор. — Ты права, случай запущенный, сама что-нибудь подберу. И только не спорь, ладно? Заодно свяжусь со знакомой, она владеет домом красоты, пусть в кратчайшие сроки приведет тебя в приличный вид.

— Да нормально все, — попробовала возразить я.

Обидно как-то. Одно дело — самой понимать, что выглядишь не лучшим образом. И совсем другое — когда тебя в это тычут.

Но Глор уже все для себя решила.

— Одежда… — Глория достала карандаш и принялась писать на обороте злосчастных графиков. — Корсет, чтобы утягивал получше и подчеркивал побольше…

— Да куда мне?!

— Чулки, подвязки, белье…

— Они точно не пригодятся!

— Пышные платья…

— Кто такие в наше время носит?

— И какие-нибудь аксессуары, дополняющие игривый образ… Зонтик? Да, пожалуй, — кивнула сама себе Глор.

Все, это конец. Если раньше у меня имелся хотя бы гипотетический шанс не опозориться у эльфов, то сейчас любимый редактор не оставила мне и его. Как представлю себя в корсетах-подвязках-платьях… Я же не героиня своих романов! И образ списывала не с себя.

Глор махом допила кружку, черканула мне на кусочке бумаги адрес и всучила с самым категоричным видом.

— Чтобы завтра была там к открытию!

Название модного дома красоты слышала даже я. А еще я слышала о его ценах!

— Глория! Я такое не потяну! Ты забыла, у меня же крыша текла!

— Крыша у всех подтекает, это не оправдание.

— Но у меня-то она текла по-настоящему! Серьезно, денег нет!

— Ладно, — скривилась редактор. — Так и быть, включу в командировочные расходы.

— С чего такая щедрость?

— Это не щедрость, а вложения в будущий тираж и перевод, — важно подняла палец Глор. — Так что ты уж отработай как следует.

Я уже хотела высказать все, что думаю по поводу таких вложений, но Глор неожиданно смягчилась.

— Я верю в тебя, Марта. Верю с той самой минуты, когда увидела твою рукопись, иначе бы не тратила на тебя столько сил и времени. Верю, что ты не ударишь в грязь лицом в Аларии и отлично презентуешь свои книги. Дело за малым: чтобы и ты наконец поверила в себя!

На этом она легонько стукнула меня папкой по голове и ушла, напевая детскую песенку.

Вот какая же она всё-таки… профессионалка.

Поверь в себя… А что мне еще осталось?

Наше знакомство с Глорией состоялось больше шести лет назад и, надо признать, при весьма грустных обстоятельствах. Меня бросил жених. Беременную. Семья отвернулась, назвав всякими нехорошими словами. Учеба накрылась — закончить училище с двумя младенцами на руках — именно столько определили целители — не было никакой возможности.

Чем заняться — я понятия не имела. А мне предстояло прокормить себя и двух маленьких детей. “Как? Как?” — звучал в голове постоянный вопрос.

Пока я доучивалась последний семестр в училище, имела право на комнату в общежитии. Но скоро и оттуда попросят. Я была в отчаянии. И, наверное, не иначе как от отчаяния вспомнила, что однажды пыталась написать книгу. Ничего серьезного, обычный любовный роман, правда, главный герой — эльф. Почему? Не знаю. Может, сказки про эльфов, которые рассказывала мне в детстве бабушка, сыграли роль.

И, стараясь чем-то занять голову, я все свободное время посвятила истории, до этого пылившейся в недрах прикроватной тумбы. Сюжет я успела продумать в голове, но все руки записать не доходили. А теперь дошли.

Готовую рукопись увидела соседка по комнате.

— А ведь неплохо! Нет, правда, — Ритка, добрая душа, всегда меня поддерживала.

И словом, и вкусняшками.

— Отправь рукопись в издательство, — предложила она.

Я, конечно, отмахнулась от ее предложения.

— А что ты теряешь? — настаивала подруга. — Попробуй!

И я решилась! Что я, в самом деле, теряю?

Надеялась, конечно, но совсем капельку, поэтому невероятно удивилась, получив приглашение в издательство, тогда еще совсем неизвестное. Там меня и ждала (или поджидала?) Глория Ванштейн.

После моей скромной комнатки в общежитии светлый просторный кабинет с удобными креслами и диванами поражал воображение. Это потом я узнала, что это кабинет владельца издательства, который появлялся редко, и Глор не гнушалась использовать его рабочее место для встреч с авторами. Ее собственный кабинет тогда комфортом не отличался.

— Присаживайтесь, — важно произнесла она, небрежно махнув рукой в сторону глубокого кресла.

Я села на краешек не столько из скромности и растерянности, сколько из опасения потом не выбраться. Шел уже восьмой месяц моей беременности, и двойня начинала меня перевешивать.

— У вас неплохой слог, Марта, — начала Глория. — Да и ход с эльфами выглядит весьма свежо. Но, знаете, не хватает перчинки. Или клубнички. Или просто эротики. Сможете добавить? Вижу, практическую часть вы знаете, — совершенно бесцеремонно закончила она.

Но церемонность — это вообще не про Глор.

— И вы… издадите мою книгу? — не поверила я.

На самом деле, опыт у меня был не то чтобы обширный, зато воображение богатое. Справлюсь!

— Конечно, милая. Вы здесь именно для этого, — снисходительно улыбнулась она. — Так как, добавите?

— Да! В ближайшее время, — пообещала я.

— Вот и славно, — кивнула Глор. — Только Марта Возняк звучит… не очень. Предлагаю взять псевдоним.

— Как считаете нужным!

— Тогда предлагаю… Анджела. Анджела Страйк — коротко, но звучно.

Так я и стала знаменитой писательницей Анджелой Страйк. Первый тираж закончился в магазинах за неделю. Допечатка разошлась еще быстрее — о книге заговорили все женщины страны. Следующая допечатка тоже не залежалась. А там и новый роман подоспел.