Читаем Анарх онлайн бесплатно

Перевел: AquariusNox

Редактура, форматирование: Sklivan

Сорок первое тысячелетие. Уже более ста веков Император недвижим на Золотом Троне Терры. Он — Повелитель Человечества и властелин мириадов планет, завоеванных могуществом Его неисчислимых армий. Он — полутруп, неуловимую искру жизни в котором поддерживают древние технологии, ради чего ежедневно приносится в жертву тысяча душ. И поэтому Владыка Империума никогда не умирает по-настоящему.

Даже в своем нынешнем состоянии Император продолжает миссию, для которой появился на свет. Могучие боевые флоты пересекают кишащий демонами варп, единственный путь между далекими звездами, и путь этот освещен Астрономиконом, зримым проявлением духовной воли Императора. Огромные армии сражаются во имя Его на бесчисленных мирах. Величайшие среди его солдат — Адептус Астартес, космические десантники, генетически улучшенные супервоины.

У них много товарищей по оружию: Имперская Гвардия и бесчисленные Силы планетарной обороны, вечно бдительная Инквизиция и техножрецы Адептус Механикус. Но, несмотря на все старания, их сил едва хватает, чтобы сдерживать извечную угрозу со стороны ксеносов, еретиков, мутантов. И много более опасных врагов.

Быть человеком в такое время — значит быть одним из миллиардов. Это значит жить при самом жестоком и кровавом режиме, который только можно представить.

Забудьте о достижениях науки и технологии, ибо многое забыто и никогда не будет открыто заново.

Забудьте о перспективах, обещанных прогрессом, о взаимопонимании, ибо во мраке будущего есть только война. Нет мира среди звезд, лишь вечная бойня и кровопролитие да смех жаждущих богов.

Под бдительным взглядом мозаичных святых, пол был озером крови.

Святые были древними и Имперскими, и их имена были, по большей части, позабыты. Мозаика местами отсутствовала, делая их очертания неясными, их черты смутными, их замершие, благочестивые жесты неуловимыми. Но их глаза остались, усталые глаза, которые видели долгую историю, со всей кровью и потерями, которые история называет своей ценой.

И все-таки, они казались шокированными. Глаза некоторых были широкими, от изумления или ужаса; другие были полузакрыты от отрицания. Некоторые смотрели совершенно в другую сторону, как будто это было слишком много, чтобы выносить, их взгляд был обращен вдаль, возможно к какому-нибудь золотому свету обещания, который может появиться на далеком горизонте и избавить их от новых злодеяний.

Крови было по голень. Она удерживалась внутри огромного зала короткими оуслитовыми ступеньками, которые восходили к каждому входу. Она была яркой, как глянцевое красное зеркало, дрожащее от движения в зале, блестящее в свете факелов. Она пенилась и свертывалась вокруг наваленных кучами тел. Полузатопленные, пропитанные кровью, они казались островками, поднявшимися из красного моря, или литыми пластековыми формами, поднимающимися из стекающего жидкого композита на производственную стойку.

Горячая вонь была невыносимой.

Крики были еще хуже.

Дамогор Олорт надзирал за работой, держа руки за спиной, рявкая приказы своим группам сынов. Сыны Сека приводили пленников одного за другим. Некоторые сопротивлялись, пронзительно крича и выплевывая ругательства. Другие приходили спокойно, потрясенные судьбой, которая одолела их. Каждый из Сынов нанес больше, чем один визит, в зал, и их охряное боевое облачение было испещрено пятнами крови. По их виду, любой заключенный, приведенный из загона, знал, что их ожидает.

Даже когда они боролись и выкрикивали проклятия, и были из-за этого избиты и их тащили, вид и запах зала заставлял их затихнуть. Некоторые замолкали, как будто оглушенные. Другие плакали. Некоторые молились.

Зал был внутренней территорий Базилики Киодруса на Острове Садимэй. Святое место. То, как оно было превращено в ад, было слишком для большинства пленников.

Олорт изучил следующего пленника, когда его привели. Человек спотыкался, шлепая по крови, как будто его вели к бассейну для крещения против его воли.

— Да хен тса, — сказал Олорт. Держите его.

Сыны, большие громилы, их лица закрывали святящиеся оптические устройства и кожаные изделия из человеческой кожи, которые закрывали их рты, повиновались, поднимая человека прямо. Олорт подошел, отмечая инсигнию и символы подразделения пленника, рваное и грязное состояние его униформы. Человек вздрогнул, когда Олорт поднял его жетоны, чтобы узнать имя. Келлермейн. На левой стороне мундира человека была приколота бумажка. Там вручную было написано — Захвачен рядом с Тулкарскими Батареями, — на блочном алфавите Кровавых Миров.

Олорт увидел слезу, побежавшую из глаза человека, и вытер ее кончиком пальца. Почти нежный жест оставил кровавое пятно на щеке человека.

Келлермейн. Офицер-артиллерист. Капитан. Хеликсидец.

— Келл-ер-мейн, — сказал Олорт, переключившись на грубый язык врага, в котором он немного понимал. — Предложение. Отвергни своего бога. Согласись сейчас, поклянись Тому, чей голос заглушает все остальные, и сохрани себе жизнь.

Пленник тяжело сглотнул, но не ответил. Он уставился так, как будто не понял.

Олорт попытался выглядеть ободряющим. Ему пришлось расстегнуть кожаную защиту рта, чтобы пленники могли увидеть и высоко оценить честность его улыбки.

— Капи-тан Келл-ер-мейн, — сказал он. — Отрекись, и поклянись. Таким образом, жизнь твоя.

Келлермейн пробормотал что-то. Олорт наклонился, чтобы услышать.

— Присоединиться к вам? — тихим голосом спросил Келлермейн.

— Да.

— И вы не убьете меня?

Олорт торжественно посмотрел и кивнул.

— Т-тогда, я клянусь, — заикаясь произнес пленник. — Да. Пожалуйста. Да. Я б-буду с- служить вашему Анарху...

Олорт улыбнулся и отступил назад, кровавое озеро закружилось вокруг его сапог.

— Вахуз тер тса, — сказал Олорт. Благословите его.

Один из Сынов вытащил свой ритуальный клинок, кривой скзеррет Кровавых Миров, и вскрыл горло пленника до грудины одним вертикальным ударом. Человек забился в конвульсиях, бесполезные звуки смятения и потери вырывались из его рта, и осел. Брызги артериальной крови попали на стену храма и на лица отвратительных святых.

Сыны отпустили тело.

Как просто они ломаются, подумал Олорт, когда встречаются лицом к лицу с чем-то таким кратким, как смерть. Где их отвага? Тот, чей голос заглушает все остальные, не любит трусов.

Олорт снова занял свое место, держа руки за спиной.

— Киез, — сказал он. Следующий.

Сыны пошли назад вброд по крови и покинули зал. Вошли еще двое, сирдар и сын стояли по бокам от еще одного пленника.

Этот не выглядел многообещающе для Олорта. Его черные волосы были покрыты кровью и грязью, и у него, явно, было несколько легких травм. Но, по крайней мере, он шел без поддержки. Сынам не нужно было тащить его.

Олорт приблизился, отмечая, что пленник отказывается смотреть в глаза. Не было никаких знаков различия или полковых нашивок на изорванной черной одежде человека, и бумажный ярлык отсутствовал.

Олорт бросил взгляд на сирдара.

— Хин вой трафа? — Где его ярлык?

Сирдар, сконфуженно, пожал плечами.

— Лет’хе хет? — спросил Олорт. Обстоятельства?

— Тиех тор Тулкар, дамогор магир, — ответил сирдар, и продолжил объяснять, что пленник был захвачен живым после яростного боя на лодках возле Батарей. Он сражался, сказал сирдар, как загнанный в угол урсид.

Все-таки интересно, подумал Олорт. Храбрый человек. Он потянулся к жетонам. Пленник не пошевелился.

Макколл. Разведывательное подразделение. Сержант. Танитский Первый.

— Мах-колл, — снова сказал Олорт на уродливом языке врага. — Предложение. Я делаю его сейчас. Отвергни своего бога. Согласись сейчас, поклянись Тому, чей голос заглушает все остальные, и сохрани себе жизнь.

Пленник не ответил.

— Отрекись, и поклянись, — сказал Олорт. — Ты понимаешь?

Пленник остался тих.