Читаем Алые буквы заката онлайн бесплатно

Солнце медленно садилось за горизонт, окрашивая небо в яркие краски жёлтого и оранжевого. Элизабет О'Конелл с грустью наблюдала за опускавшимся светилом. Карие глаза блестели но, несмотря на вечернюю красоту, в них залегла печаль. Пухлые губы застыли в улыбке, которая казалась бы искренней, если бы не грустный взгляд, устремлённый вдаль.

Девушка обняла себя руками, пытаясь сохранить тепло, с каждым новым порывом уносимое свежим вечерним ветром. Поправив упавший с плеча кашемировый кардиган кремового цвета, она закуталась в него получше и, отойдя от перилл балкона, села в широкое соломенное кресло, продолжая любоваться закатом.

— Детка, как ты смотришь на то, чтобы в пятницу навестить Патрика и его избранницу? — в дверном проёме показалась голова высокого блондина со светло-серыми глазами.

Сморщившись, будто от болезненного спазма, Элизабет пожала плечами:

— Не уверена, что это хорошая идея, Дэн. Врач запретил мне ночные рандеву.

На долю секунды на лице отразилось недовольство, которое тут же спряталось за широкой белоснежной улыбкой:

— Это обычная встреча, малыш. Ничего такого, о чём ты подумала.

На губах Элизабет появилась горькая улыбка. Она глубоко вздохнула, а потом снова вернулась к закату. Дэн никогда её не слушал. Или делал вид, что не слышит?.. Зачем спрашивать о том, на что ты сам давно знаешь ответ? Из чистого любопытства? Или же чтобы показать, что в отношениях присутствует демократия и равенство?

— Если хочешь, иди без меня.

Воспользовавшись тем, что его не видят, Браун состроил недовольную гримасу. Выйдя на балкон, он опустился на колени рядом со стулом девушки.

— Слушай, тебе следует продолжать жить, не опираясь на прошлое.

Элизабет смотрела на тёплые пальцы, скользившие по её ладоням, и о чём-то думала.

— Прошлое потому и называется прошлым, что его нужно оставлять позади. Ты никогда не сможешь двигаться вперёд, если будешь угнетать себя тревожными мыслями о том, что, может быть, и вспоминать не стоит.

— Что значит «и вспоминать не стоит»? — с вызовом спросила девушка.

Чёрт! Как же сложно было с ней общаться! Ведь сколько раз говорил себе не затрагивать эту тему.

— Просто ты можешь перестать быть такой, какой я тебя знаю.

Он нежно коснулся фалангой указательного пальца тёплой щеки. Элизабет не сводила с него глаз, впитывая каждое произнесённое слово, запоминая каждую эмоцию, однако ничто не могло заставить сердце биться быстрее. Она воспринимала его как друга, может быть, как брата, но не как любимого человека, с которым была готова провести остаток жизни.

Это пугало и порождало кучу вопросов. Толстая пелена на прошлом, размытое настоящее, туманное будущее — отличный набор, чтобы начать жить с чистого листа.

— То есть ты считаешь, что мне нужно оставить всё, как есть, так получается? Забыть кусок моей жизни и не вспоминать о нём? — Она убрала руку Дэна от лица и покачала головой: — Ты хоть понимаешь, о чём говоришь? О чём просишь?

— Ты меня неправильно поняла, детка, — улыбнулся Браун. — Я прошу не забыть, а просто пока оставить всё как есть, не напрягая не до конца восстановившийся организм. Ты же знаешь, я делаю всё возможное, чтобы ты чувствовала себя, как раньше.

— Мне кажется, вечеринки — это совсем не то, что было мне интересно, Дэн. Уж прости, но кроме отвращения, они не вызывают ничего. — Немного помолчав, Элизабет добавила: — Я никуда не пойду. Передавай привет Рози и скажи, я позвоню ей на неделе.

Она отвернулась, дав понять, что разговор окончен. Ещё мгновение Дэниел смотрел на её профиль, а затем резко встал и пошёл прочь. На лице отражалось недовольство и лёгкое раздражение. Он нянчился с ней, как с маленьким ребёнком, а она этого не ценила! Закрылась в своём маленьком уютном мирке, где не существовало места никому и ничему, кроме её фантазий.

Взяв телефон, Дэн негромко произнёс:

— Мы будем. Да. Конечно, вдвоём с Элизабет. До встречи.

Он повесил трубку и посмотрел на балкон, где также неподвижно, словно каменное изваяние, сидела его будущая жена.

— Я ухожу! Вернусь завтра, как только маме станет лучше, а ты подумай о том, чтобы переехать к нам. До свадьбы ещё есть время, но в твоём состоянии лучше не оставаться одной.

Лёгкий кивок, однако Дэн был уверен: его не слышали. Элизабет была поглощена закатом, который постепенно превращался из светло-оранжевого в бордовый. Чем темнее становилось небо, тем теплее и загадочнее выглядела её улыбка.

— Красное небо и глаза цвета нефрита… — прошептала О'Конелл, медленно моргнув.

Сквозь раскрытое окно в комнату попадал свежий утренний воздух, заставляя Элизабет ёжиться от холода. Надежда, что именно сегодня память наконец приоткроет чёрный занавес, которым была завешана жизнь последние пару месяцев, ещё теплилась, хоть сдвигов в лучшую сторону и не наблюдалось. Неужели стоит поставить на прошлом крест?

Отогнав мрачные мысли прочь, она встала с кровати. Уже успевший проснуться город жил насыщенной жизнью понедельника. Звуки снующих туда-сюда машин определённо ясно сообщали об этом. Снова проспала дольше, чем планировала. Алекс Тейт, адвокат семьи О'Конелл, с которым была назначена встреча на десять утра, точно её убьёт. Мало того, что ни черта не смыслила в отельном бизнесе, доставшемся от отца, так ещё и опаздывала.

От собственных упрёков стало стыдно. Молодого Тейта тоже можно было понять. Доходы от отелей на южном побережье Майами, по его словам, имели самые высокие рейтинги. Конкуренты изгалялись, пытаясь оттяпать хороший куш, а Тейты всеми силами удерживали оборону, поскольку хорошо знали, сколько сил и труда было во всё это вложено.

Алекс привёл документы в порядок и начал подготовку по передаче всех дел Элизабет, как и указал в завещании Брайан О'Конелл. Сама же девушка была отнюдь не в восторге от этой идеи, поскольку нынешнее состояние не давало никаких гарантий, что она сможет полноценно управлять тем, что когда-то находилось в руках отца.

Захватив нужные бумаги, с которыми прошлым днём её заставил ознакомиться Тейт-младший, Элизабет вышла из квартиры и направилась к лифту. Едва оказалась на улице среди шумной суеты, тут же расслабилась. Шум помогал не слышать собственные мысли.

— Привет.

От мягкого баритона, раздавшегося почти рядом с правым ухо, она вздрогнула. Господи! Так и заикой недолго стать! И когда уже привыкнет к его неожиданному появлению? Ему словно нравилось видеть лёгкий испуг и растерянность на её лице. Повернувшись к высокому брюнету, одетому, как всегда, в рваные светло-синие джинсы и белую футболку, Элизабет приветливо улыбнулась:

— Привет. Тебе не надоело меня преследовать?

На загорелом лице парня заиграла улыбка, а на щеках появились маленькие ямочки. В зелёных глазах плясали озорные искорки.

— Даже в мыслях не было, — весело ответил зеленоглазый.

Фыркнув, Элизабет быстрым шагом направилась к автобусной остановке.

— Тогда сделай милость, Оушен. Тебя же так зовут? — Она остановилась, резко развернувшись к нему: — Прекрати ходить за мной по пятам. Мне не нужны няньки так же, как не нужны твои глупые советы! Но если они всё же когда-нибудь понадобятся, я обращусь не к первому встречному самаритянину, а к своему жениху.

В голосе звучали нотки явного раздражения. Парень, до этого получавший удовольствие от их общения, насторожился, и улыбка померкла:

— Первый встречный может оказаться куда более порядочным, чем твой, так называемый, жених.

Элизабет гневно сверкнула глазами. Она хотела что-то сказать, но передумала: прохожие и так стали бросать на них косые взгляды. Да и какой смысл, если он всё равно продолжит гнуть свою линию, как это было последние пару недель? Угораздило же её ответить на приветствие, будь оно неладно! Смотреть на вечернее небо — с ним или без него — это одно, но выслушивать бред о том, каким опасным может оказаться Дэниел Браун, — совсем другое!

И что бы ни говорила в ответ, он всегда отвечал милой улыбкой, которая, если честно, уже начинала раздражать. Не желая больше ничего обсуждать, Элизабет молча развернулась, ускорив шаг.

— Прислушайся хотя бы к словам своего друга, к которому идёшь, если не веришь мне! — бросил ей вдогонку Оушен.

Но она сделала вид, что не услышала. Может быть, он отстанет, и ей наконец-то удастся побыть одной? Однако это были пустые надежды. Едва только О'Конелл добралась до остановки, она снова увидела его. Оушен принял во внимание её пожелание пообщаться самой с собой, а потому стоял на расстоянии нескольких метров.

Его лицо выглядело задумчивым и немного печальным, совсем как её, когда она часами смотрела на заходящее вечернее солнце. Но было и нечто хорошее в их знакомстве и общении. Оушен научил её любоваться закатом, научил ценить красоту, невероятные краски прекрасного явления, дарившего умиротворение и покой. Ничто не могло сравниться с закатными лучами, которые, рисуя в небе незамысловатые фигуры, пробивались сквозь редкие тёмно-синие облака, собиравшиеся на западе.

Отогнав предательские мысли в сторону, Элизабет отвернулась в противоположную сторону, чтобы не видеть назойливого друга, вздумавшего снова давать советы. Однако глаза так и норовили посмотреть на него. Вдруг почти рядом раздался громкий хлопок от лопнувшего воздушного шарика, который держал в руках мальчишка лет пяти.

О'Конелл подпрыгнула, зажмурив глаза, а через мгновение, открыв их, поняла, что оживлённая улица, все прохожие, машины и самое главное — Оушен, были ничем иным, как просто сном. Очередным видением, но таким ярким и на удивление живым, что казались реальными.

Элизабет закрыла лицо ладонями, тяжело дыша. На прикроватной тумбочке запищал будильник — пришла пора собираться на встречу с Алексом. И во сне она тоже хотела встретиться с Тейтом... Что это? Предвиденье или свидетельство того, что медленно сходит с ума?

Прислушайся хотя бы к словам своего друга, к которому идёшь, если не веришь мне...

Фраза до сих пор звучала в голове, как тихий отголосок далёкого эха.

— Бред какой-то.

С этими словами Элизабет встала с кровати. Она сразу же направилась в ванную, чтобы принять душ и до конца смыть с себя остатки донельзя странного, но такого реального сна.

Компания «Тейт и Сын» находилась в центре города, в той части, где располагались все приличные компании, оказывающие юридическую помощь клиентам. Она существовала достаточно давно и уже успела снискать себе громкую славу. Сотрудничество с Брайаном и его «отельной империей» увеличило её в несколько раз, выведя на новый уровень.

Последние несколько лет на рынке юридических услуг ей не было равных. Она имела значительный вес во всех сферах, начиная от политики и заканчивая торговлей, а потому Генри Тейт считал долгом чести не позволить Элизабет упустить из рук «золотую жилу», которая обеспечивала обе семьи.

Алекс ожидал девушку в кабинете на шестнадцатом этаже. Благополучие Лис, как он любил называть её, всегда стояло на первом месте. Они с раннего детства были вместе: ходили в один детский сад, затем вместе закончили среднюю школу, но когда пришёл черёд выбирать, чем будут заниматься, зарабатывая на жизнь, их пути разошлись. Алекс пошёл по стопам отца и стал юристом, а Элизабет посвятила себя графическому дизайну, несмотря на уговоры Брайана продолжить семейное дело.

После аварии, в которой погибла вся семья девушки, а сама она чудом осталась в живых, Тейт-младший решил лично заняться завещанием О'Конелла. Да и как по-другому? Верный друг познаётся в беде, ведь так говорят. К тому же, он никому не доверял. Потерявшая память Элизабет могла стать лёгкой добычей для бывалых акул, которые привыкли лакомиться за чужой счёт.

Алекс имел привлекательную внешность. Высокий рост выделял его из толпы, а всегда идеально сидевший деловой костюм и искренняя улыбка только увеличивали количество особей женского пола, крутившихся рядом. Коротко стриженные волосы, ухоженное лицо и руки отлично дополняли образ преуспевающего бизнесмена, чьё сердце не торопилось с выбором той единственной и неповторимой.

Тейт настолько погрузился в изучение бумаг, что не заметил, как в кабинете появилась Элизабет. Она тихо прошла к столу и, поняв, что её не видят, негромко покашляла. Алекс оторвал глаза от документов и широко улыбнулся:

— Лис!

Выйдя из-за стола, он подошёл к гость и нежно заключил её в дружеские объятия:

— Прости, немного увлёкся.

Элизабет уже привыкла к такому тёплому приёму с его стороны. Отстранив наконец девушку от себя, он жестом указал на свободное кресло, а сам вернулся за свой стол.

— Ты всё изучила, что я тебе дал?

На губах О'Конелл появилась виноватая улыбка. Она опустила глаза сначала на чёрную папку, лежавшую на коленях, а затем, набравшись смелости, подняла их на Алекса:

— Я старалась. Честно. Но большая половина из этого всего… Я не понимаю, что там. Столько терминов, и все они, как один, похожи друг на друга. Там сам чёрт ногу сломит.

Тейт нахмурился. Он так и знал, что будет нечто подобное, но давить на неё смысла не было, поскольку причиной непонимания являлось не личное нежелание принять дело отца, а проклятая амнезия.

— Ладно, — улыбнулся Алекс. — В конце концов, у мистера О'Конелла имелся ряд доверенных лиц, которых он знал, как свои пять пальцев. Уверен, они тебя поддержат и окажут всякую посильную помощь, но это только в первое время. — В глазах появилось сочувствие. — Пока ты окончательно не восстановишься.

Элизабет согласно кивнула. Виноватое лицо посветлело, а тело расслабилось: неужели её не собирались ругать? Положив папку на стол, она пододвинула её Алексу.

— Дэниел может помочь. Ты ведь не против?

— Браун? — Тейт резко поднял на неё глаза.

— Да, Дэниел Браун, — произнесла Элизабет, и на её щеках появился румянец. — Я… Мы с ним встречаемся.

— Боже, Лис! — негодовал Алекс. — Как ты умудрилась связаться с ним?

— Ну, я…

— Постой... Ты сказала, что вы встречаетесь?

Элизабет закивала. Однако если раньше её этот факт никак не смущал, то теперь, глядя в потрясённое лицо друга, она начала сомневаться, стоило ли вообще сообщать ему об этой детали личной жизни.

— Да, я и Дэн… В общем, он сделал мне предложение. — О'Конелл улыбнулась. — Скоро я стану миссис Браун.

— Миссис Браун? — изумлённо повторил эхом её слова Алекс. — Лис, а как же...

Но он не успел закончить фразу, поскольку дверь широко распахнулась, и на пороге показался тот самый Дэниел, о котором они говорили несколько секунд назад. Его глаза метали молнии: даже глупцу стало бы ясно, что он был зол, как чёрт.

Смерив Элизабет и Тейта-младшего взглядом, Браун хищно улыбнулся и по-хозяйки вошёл в кабинет.

— Дэн, — улыбнулась ему О'Конелл, когда тот приблизился к её креслу.

Алекс следил за ним, не отводя глаз, словно боялся, что Браун может наброситься на Лис, как свирепый хищник.

— Почему ты ушла без меня? — сразу же начал с нападения тот. — Мы же договаривались, что поедем сюда вместе.

Её улыбка поблёкла, и она, смутившись, пожала плечами: