Читаем Алладин на Олимпе онлайн бесплатно

Для младшего и среднего школьного возраста

Тито Брас

АЛЛАДИН НА ОЛИМПЕ

Редактор А. Н. Конев

Ответственный за выпуск Т. Г. Ничипорович

Маленькое существо с прозрачными крылышками сжалось в комочек:

– Разве я пригоден для войны? Ведь это так далеко! Подумай сам...

– Что?! Ты смеешь мне перечить? Ты отказываешься выступить на нашей стороне?

Огромный воин в тяжёлых доспехах выхватил исполинский меч и, как мельница, замахал им над головой крылатого малыша. Тот пискнул и юркнул в сторону, зависнув в воздухе подальше от сверкавшего меча. Мантию воина раздул порыв стремительного ветра.

– Я повинуюсь, – сказал малыш.

– Созывай своих слуг, – приказал воин, – и сегодня же отправляйся в Багдад. К тому времени, как моё войско приблизится к его стенам, город должен быть истощён и поставлен на колени...

– Я повинуюсь, – повторил малыш.

Прекрасная Жасмин проснулась в замечательном настроении. Едва побрызгав в глаза и на щеки ароматной розовой водой, она побежала в комнату Алладина.

– Ах вот как! – воскликнула принцесса. – Его уже нет! Где он, признавайтесь, сони!

Обезьянка Абу поплотнее укутался одеяльцем и накрыл голову подушкой. Яго распушил перья и хохолок на голове и перевернулся на жёрдочке вверх ногами.

– Как? – немузыкально заорал он. – Принц похищен! Карраул! Стража!

В комнату Алладина немедленно ворвались мамелюки во главе с начальником стражи султана Расулом.

– Что случилось, принцесса? – встревоженно, но почтительно спросил он.

– Ничего, Расул, – со вздохом ответила Жасмин. – Просто Алладин поднялся до рассвета и снова не взял меня с собой. А эти маленькие сони вводят нас в заблуждение.

Яго тут же перелетел на плечо начальника стражи, с которым его связывали добрые чувства, и начал оправдываться:

– Какие страшные обвинения ни в чём не повинного Яго! Как я могу вводить в заблуждение, если сам ничего не знаю! Я сплю, врывается Жасмин, поднимает тревогу, я спешу ей помочь – вот и всё!

– Кто обещал меня разбудить на этот раз? – возмутилась принцесса.

Яго спрятался за ухо Расула. Смущённый Абу выбрался наконец из-под одеялка и, вспрыгнув на подоконник, затанцевал там, показывая худенькой лапкой вдаль.

Над крышами Багдада, а потом над парком султана по воздуху приближалась удивительная кавалькада: юноша в белых шароварах и халате на ковре-самолёте и рядом с ними Голубой джинн.

– Жасмин! – воскликнул принц, врываясь в комнату и спрыгивая с ковра. – Ты уже проснулась? Летим скорее! Праздник начинается!

– Всё готово, госпожа, – подтвердил джинн, превратив себя в восклицательный знак. – Мы нашли источник и подвели воду к акведуку, вода пошла, пошла... Потом рабочие ишаки, вращая колесо, заставят её подняться в высокий бассейн, а потом она ринется по трубам под землю и... забьёт из фонтанов!

Во время этой технической речи джинн последовательно превратил себя в волну воды (Жасмин взвизгнула и подобрала полы одежды), потом изогнулся акведуком, потом взмахнул ушами рабочего ишака и наконец в виде фонтана выбросил из себя фейерверк разноцветных лепестков. Жасмин захлопала в ладоши.

– Вот видишь, любовь моя, – сказал Алладин, – какое техническое чудо! Это всё джинн придумал. Теперь людям не надо покупать воду у водоносов и экономить каждую каплю, теперь они просто подойдут к ближайшему фонтану и наполнят кувшин!

– Я хочу всё это видеть! А ты каждый день пользуешься тем, что мои утренний сон так сладок и оставляешь меня дома, как будто я такая же ленивая соня, как два этих проказника.

Абу и Яго надулись.

– Полетели, Жасмин, – Алладин свистнул Коврику. – До сих пор вовсе ничего интересного ты бы не увидела, потому что строить акведук и копать траншеи совсем не развлечение. Зато сейчас ты увидишь, как забьют фонтаны на всех площадях Багдада!

Жители Багдада – бедняки с кувшинами в руках и богачи в портшезах – спешили на площади. На узеньких улочках было не пробиться. Хорошо, что они летели на ковре-самолёте сверху над всеми, а то Расулу с мамелюками пришлось бы сильно попотеть, расчищая им путь. Он давно уже отстал вместе со стражниками.

На базарной площади стоял разноголосый шум. Купцы со всех стран света дивились на странный бассейн, в центре которого возвышался каменный дракон с пастью, распахнутой в небо.

– Какой страшный, – прижалась Жасмин к Алладину, – и красивый. Надо было покрыть его чешую позолотой, чтобы она блестела на солнце в брызгах воды.

– И приставить двух стражников, – ехидно добавил Яго. – А к ним ещё одного, чтобы они сами не ободрали позолоту.

– Противный, – принцесса столкнула попугая с ковра, и он, обиженный, отлетел и уселся прямо на дракона, сияя зелёными перьями.

Ветер развевал парчу и лохмотья в толпе. Многие стремились протиснуться поближе к бассейну фонтана, чтобы первыми набрать из него воды.

Рядом с Ковриком появился Голубой джинн.

– Всё готово, о могущественнейший из гидротехников! – важно заявил он Алладину.

– Запускай!

Джинн испарился, чтобы тут же оказаться рядом с молодым талантливым механиком Рустамом на высоком бассейне, служившем водонапорной башней. Взвизгнув в воздухе тормозами, джинн дал пароходный гудок:

– Начинай!

Рустам поднял заслонки и пустил воду.

Послышался шум воды в трубах, и вся площадь замерла в ожидании.

– Ка-а-р!!! – это струя воды из пасти дракона-фонтана подбросила высоко в воздух зелёного попугая на потеху всей толпе.

– Пр-редупреждать надо о своих дур-рацких затеях, – буркнул промокший до последнего пёрышка Яго, с трудом приземляясь на ковёр рядом с Жасмин.

– Ничего, Яго, – весело ответил ему Алладин. – Зато у жителей теперь вдоволь воды!

– По мне – так и сока манго можно попить, – заявил рассерженный попугай.

Внезапно налетел сильный порыв ветра, который отбросил ковёр-самолёт в сторону. Жасмин испуганно вскрикнула, и только крепкая рука принца удержала её от падения. Высоко бившая струя отклонилась в сторону и окатила толпу. Одни засмеялись неожиданному душу, другие кинулись в стороны, спасая дорогие одежды.

Однако вскоре всем стало не до смеха, потому что ветер, налетающий со всех сторон сразу, стал швырять целые горсти песка. Коврик мотало из стороны в сторону. Люди заспешили по домам, и только некоторые уносили полные кувшины.

Подоспевший джинн укрыл друзей голубым плащом и понёс их во дворец.

Против обыкновения на половине султана чай пили не на уютной террасе, а в хорошо закрытой комнате. Слуги, вносившие сладкие блюда, спешили закрыть за собой двери, потому что в залу врывались порывы ветра, которые задували свечи.

– Вот так погодка, – бурчал как всегда Яго. – Только выберись полетать для моциона, как окажешься где-нибудь в середине Африки!

– А разве ты собирался полетать для моциона? – удивился Алладин.

– Почему бы и нет! – ворчливо заявил Яго, который на самом деле редко куда-либо выбирался по собственной воле, предпочитая проказничать во дворце.

– Тогда слетай, пожалуйста, в мою комнату, – невинно предложил Алладин, – и принеси мой любимый кальян.

– Это не моцион, а эксплуатация друзей! – гордо отрезал Яго. – Я хочу на волю.

Жасмин ласково провела по перьям на его голове:

– В этом Яго прав: всем хочется на волю. Мы уже четвёртый день взаперти...

– Никогда не видел таких чёрных бурь, – сказал султан, – хотя не первый день живу в Багдаде.

– Тут что-то не ладно, – подвёл Алладин неутешительный итог. – Боюсь, что здесь не обошлось без вмешательства каких-то злых сил. Придётся мне снова обратиться за помощью к джинну...

– Я занят! – голова джинна появилась из большой вазы, и все повернулись на его голос.

Однако там его уже не было.

– Я бьюсь с Красным драконом, – раздался его голос с другого конца зала, но и оттуда он сразу исчез.

Через секунду Голубой джинн появился через закрытые двери с третьей стороны. В руках он держал крупнокалиберный пулемёт «Смит-и-Виссон» и был весь перекрещен патронными лентами.

– Всё в порядке, – заявил джинн. – Будет знать, как лазить в сад!

– Разве у тебя есть сад? – удивилась Жасмин.

– Нет, конечно, – ответил джинн. – Это у него в саду поспели замечательные вишни. Угощайтесь. – Он поставил на середину стола корзинку с чудесными ягодами.

Абу тут же залез в её двумя лапками и радостно застрекотал. Из-за песчаных бурь все плоды в саду погибли, и обезьянка очень скучала без свежих фруктов.

– Как ты думаешь, – спросил Алладин, – кому мы обязаны этой бедой, обрушившейся на Багдад?

– Ветру, – коротко ответил джинн.

– Тогда давай найдём, кто его послал.

– Чёрными песками, как мне помнится, всегда управлял Чёрный принц Мозенрат, – вставил своё слово Яго.

– Разумная мысль, – поддержал его Алладин. – В прошлый раз мы неплохо его наказали. Но, может быть, он снова нашёл лазейку в наш город?

– Неприятный противник, – поёжился султан, которого Мозенрат как-то сумел заточить на несколько недель в его же собственную темницу. – Надо его сразу прогнать.

– Я готов! – воскликнул джинн, взвиваясь под потолок в виде реактивного истребителя. – Ты со мной, о друг-повелитель?

– Конечно, – беззаботно ответил Алладин, усаживаясь на место второго пилота, которое тут же сотворил для него джинн. – Не скучай, Жасмин, мы быстро.

– Возвращайся к ужину, хотя я стану ждать и всю жизнь, если понадобится!

Алладин с верным другом джинном летели под порывами страшного ветра над пустыней. Джинн наконец отыскал во мгле урагана ещё более чёрную точку пересохшего колодца. Он плотнее запахнул плащ, в котором укрывал друга от песка, бьющего в лицо.

– Приготовься, Алладин, может быть неприятно, – предупредил он.

– Ты нашёл вход в царство Чёрного принца?

– Думаю, да.

Джинн скользнул вместе с Алладином в чёрную дыру колодца, и ветер сразу стих. Они спускались всё ниже в полной темноте, и Алладин уже не представлял себе, как глубоко в недрах земли они находятся. Не бывает таких глубоких колодцев! Впрочем, в волшебстве всё бывает...

С удивлением Алладин обнаружил, что полёт продолжается уже не вниз, а вверх. Перед глазами замелькали кольца странного света, который можно было бы назвать чёрным... Удар холодного воздуха в лицо – и они уже вылетели из дыры чёрного колодца на поверхность. Однако это была уже другая пустыня – голая, каменистая, покрытая широкими трещинами. Там и сям по ней скользили смерчи из чёрного песка, сходясь, свиваясь в единое веретено – и снова расходясь. Тусклое багровое солнце висело в зените. Это был совсем другой, зловещий мир.

Джинн поднял их повыше, что-то разглядел на горизонте и, набирая скорость, помчался.

– Ты уже здесь бывал? – спросил Алладин.

– Как тебе сказать... – уклончиво ответил джинн.

– Скажи, как есть.

– Вся трудность именно в этом – трудно определить, что есть, а чего нет.

Алладин ничего не понял в ответе друга:

– Просто скажи, был ли ты тут раньше и знаешь ли, куда нам лететь.

– Для того, чтобы знать, джинну не обязательно где-то побывать лично, – задумчиво объяснил Голубой джинн. – Да и время везде течёт по-разному.

Среди сумрачной низины рос, как ядовитый гриб, приземистый замок Чёрного принца Мозенрата, увеличиваясь в глазах с каждой минутой.

 – А побывав в каком-нибудь из волшебных миров, никогда не предугадаешь, каким он будет в следующий раз, – закончил джинн свою мысль. – Здесь всё зависит от властителя.

– Кажется, понимаю: ты ищешь не место, а его хозяина – волшебника или колдуна?

– Да, – усмехнулся джинн, – как собака ищет косточку, но не обязательно в том месте, где потеряла её в прошлый раз. И нюх меня, кажется, не подвёл.

Теперь они неслись под тяжёлыми сводами. Во все стороны шарахались какие-то странные, одновременно жалкие и страшные, существа.

– Что за странные чудовища! – удивился Алладин, который немало повидал чудес во время своих путешествий.

– Мозенрат – капризный правитель, он наказывает своих подданных, превращая их во что-нибудь небывалое.

– Вот только ничего красивого он не в силах создать, – заметил на это Алладин.

Чёрный принц сидел на троне в зале своего Замка Зыбучих Песков, у ног пристроился его любимец – летучий угорь Ксерксис. Уродливые подданные Чёрного принца жались к стенам приёмной залы. Индюки с собачьими головами, гиены с чешуйчатым хвостом варана, морские коньки с обезьяньими ушами – все они хорошо знали, что стоит попасться на глаза хозяину в неурочный час, и он превратит их тела во что-нибудь ещё более отвратительное и неудобное для жизни.

Место посредине было освобождено для очередного развлечения Мозенрата – спортивных боёв местных гладиаторов. В центре круга сходились для битвы огромная жаба на петушиных лапах и огнедышащий скорпион. Скорпион полыхнул пламенем, и его противник был вынужден высоко подпрыгнуть, спасая ноги. Скорпион бил ядовитым хвостом, крутился во все стороны, разбрасывая клешни, но ничего не мог поделать со своим более ловким соперником. Наконец жаба сильными пинками птичьих лап выбросила скорпиона с ринга. Публика залаяла и завизжала, приветствуя победителя.

Мозенрат широко зевнул на троне.

– Кто выйдет против победителя? – лениво спросил он, но все прятались друг за друга. – Удваиваю награду победителю!

Жаба угрожающе пучила глаза и поворачивалась вокруг, ей тоже не хотелось больше драться.

В этот момент раздался ужасающий лязг и грохот. На арену катилось никем невиданное чудовище. Подданные Мозенрата бросились врассыпную, Ксерксис юркнул под трон, да и сам Чёрный принц побледнел.

Люк тяжёлого танка откинулся и из него выглянул Алладин.

– Где двойная награда, Мозенрат? – насмешливо спросил он.

Джинн, который уже стал самим собой, поддержал требование друга:

– Нас как раз двое.

Мозенрат указал на чашу с какой-то омерзительной смесью, которая служила пищей его подданным:

– Можете взять весь призовой фонд, только вряд ли он вам придётся по вкусу. Зачем вы ворвались в моё царство? Я бы нипочём не променял Багдад на мои владения. Может, решили поменяться?

– Наоборот, – возразил джинн, сооружая из воздуха два удобных мягких кресла и усаживаясь. – Мы хотим выяснить, не ты ли решил в очередной раз поменять своё царство на Багдад?

– Как же вы это собираетесь выяснять? В моих владениях я непобедим, и с вашей стороны большая неосторожность появиться здесь.

Ксерксис, услышав о «непобедимости» своего господина, высунулся наружу и зашипел на пришельцев. Джинн щёлкнул пальцами, и летающий угорь превратился в мандолину, которая сама собой стала наигрывать что-то мелодичное. Мозенрат нахмурился, забормотал, завертел руками, но не смог даже испортить ноты. Сдавшись, он хмуро произнёс:

– Ваша музыка и присутствие действуют мне на нервы. Спрашивайте, что хотите узнать, и уходите.

Алладин усмехнулся:

– По-моему, и спрашивать нечего, – повернулся он к Голубому джинну. – Мозенрат скучает и стравливает своих уродов. Он тут ни при чём.

– А что происходит? – попытался встрять в разговор Чёрный принц.