Читаем Александр Македонский онлайн бесплатно

Летом 356 г. до новой эры у македонского царя Филиппа II и его жены Олимпиады родился сын Александр.

Македония до Филиппа не играла почти никакой роли в жизни древней Греции. Это была страна, расположенная на севере Балканского полуострова, вдали от главных греческих центров. Отделенная горными хребтами от Северной Греции, окруженная варварскими племенами Иллирии и Фракии, отрезанная от моря греческими колониями, — Македония долго оставалась на низком уровне экономического и общественного развития. Главным занятием населения являлись земледелие и скотоводство. Городская жизнь была развита слабо. Среди крестьянского населения еще сохранялись общинные отношения. В жизни государства огромное значение имела родовая знать, владевшая большим количеством земли. Однако экономическая зависимость крестьянства от этой знати еще не перешла в кабалу и долговое рабство. Македонское крестьянство в подавляющем большинстве сохранило личную свободу. Рабов в Македонии было мало. Государственный строй соответствовал этим неразвитым общественным отношениям. До конца V в. до н. э. Македония даже не представляла единого, сплоченного государства. В западной части ее, в так называемой Верхней Македонии, горной и суровой стране, еще сохранились самостоятельные княжества, где правили местные знатные роды. Они почти не признавали власти царей Нижней Македонии — восточной равнины, примыкавшей к морю.

Но это положение начало изменяться с конца V в. Цари Нижней Македонии пытаются объединить под своею властью всю страну. Однако эти попытки встречают жестокое сопротивление со стороны князей Верхней Македонии, отстаивающих свою самостоятельность. Долгие годы идет борьба, пока, наконец, Филиппу II не удалось добиться централизации государства. Сначала Филипп был только опекуном своего малолетнего племянника, царя Аминты. В 359 Г. при поддержке войска он лишил Аминту власти и был провозглашен македонским царем. При нем Македония из маленького, раздробленного и слабого государства превратилась в сильнейшую военную державу. Филипп был человеком железной воли, не останавливавшимся ни перед чем для достижения своих целей. В политике он отличался большой осторожностью и хитростью, но в личной жизни был крайне несдержан, вспыльчив, неумерен в пище и питье и страстно любил женщин. Македонский двор при нем славился во всей Греции своими грандиозными кутежами. Однако это не помешало Филиппу проявить способности крупнейшего государственного деятеля, равного которому тогда не было в Греции. Надо отметить еще, что свою молодость Филипп провел в Греции, где хорошо познакомился с греческой культурой и в частности прекрасно изучил военное дело греков.

Став «законным» царем, он провел в Македонии ряд важных реформ. Из них на первом месте нужно поставить создание сильной армии. До Филиппа македонское войско было мало организовано. Правда, один из предшественников Филиппа, царь Архелай, еще в конце V в. начал организацию регулярной армии. Но только Филипп это дело завершил. При нем македонское войско получило свое классическое устройство. Ядром его служили тяжелая конница и пехота. Первая состояла из знати. Всадники, носившие название «товарищей» (этеров) царя, сидели на тяжелых конях, выкормленных на прекрасных лугах Македонии и Фессалии. Они были одеты в металлические панцири и шлемы и вооружены мечами и копьями. Кавалерия делилась на илы (конные полки). Всадники каждой илы обычно были родом из одной и той же местности. Тяжелая кавалерия играла в македонской армии огромную роль, так как с помощью ее происходила главная атака на неприятеля.

Другой, не менее важной частью македонского войска была пехота тяжеловооруженных. Она набиралась из зажиточных слоев крестьянства. Вооружение пехотинца состояло из щита, панцыря, шлема, поножей, меча и копья. Копья, называвшиеся по-македонски сариссами, были очень длинны — от трех до пяти метров. Тяжелая пехота делилась на несколько таксисов (полков), каждый из которых состоял, приблизительно, из 1 500 человек. Хотя таксисы, в свою очередь, подразделялись на более мелкие единицы, но в бою каждый таксис обычно выступал как одно целое. Он представлял плотно сомкнутый четырехугольник, где воины каждой шеренги стояли плечо к плечу. Число шеренг доходило до 16 и больше. В Македонии было легко создать такой строй пехоты благодаря большому количеству крестьянства и наличию в армии значительных масс конницы, защищавшей пехоту с флангов (см. ниже). Такое замкнутое и глубокое построение пехоты называлось македонской фалангой в отличие от греческой, где строй не был таким глубоким. В бою длинные сариссы задних шеренг выставлялись на линию фронта, и каждый таксис представлял грозно ощетинившуюся, закрытую щитами плотную массу людей. При наступлении, когда задние шеренги давили на передние, удар фаланги был неудержим. Слабыми местами фаланги являлись ее фланги и тыл, так как перестраиваться она могла лишь с большим трудом.

Но здесь на помощь ей приходили легкие части македонской армии — легковооруженные кавалерия и пехота. Первая состояла частью из македонских, частью из различных иллирийских и фракийских племен, покоренных Филиппом и обязанных поставлять ему военную силу.: У легкой кавалерии кони были мельче и вооружение всадников легче. Легкая пехота (так называемые гипасписты) была вооружена маленькими щитами и короткими копьями. Как легкая кавалерия, так и пехота являлись более подвижными частями македонского войска. Их назначение в бою состояло в том, чтобы прикрывать фланги и тыл основного ядра армии, нести разведывательную службу, преследовать разбитого противника и т. п.

Главное значение военной реформы Филиппа заключалось в том, что ему удалось добиться согласованного действия различных частей армии, чего раньше в Македонии не было. К этому нужно добавить, что при Филиппе в Македонии впервые появляется флот; это стояло в связи с тем, что Филиппу удалось овладеть фракийским побережьем (об этом см. ниже). При Филиппе же в македонском войске стали применять различные осадные «машины», употребление которых в Греции началось еще в V в. Из них нужно указать таран, тяжелое бревно, снабженное металлическим наконечником обычно в форме бараньей головы, отчего и все приспособление называлось «бараном». Это бревно подвешивали на цепях и, раскачивая его, ударяли наконечником в стену осажденного города. Кроме тарана применяли передвижные штурмовые башни, приспособления для метания во врага стрел и камней и т. д. Употребление этих механических снарядов особенно широко развилось в македонском войске уже при Александре.

Военная реформа Филиппа стояла в тесной связи с тем, что он завершил государственное объединение Македонии. При нем были окончательно лишены политической самостоятельности княжества Верхней Македонии, которые должны были полностью признать власть Филиппа. Правившие там княжеские роды превратились в его этеров, «товарищей», вошли в его придворную свиту и стали служить командирами отдельных частей македонского войска. Только это государственное объединение дало возможность Филиппу создать единую, сплоченную армию. Из других мероприятий Филиппа нужно отметить его денежную реформу. До IV в. денежное хозяйство в Македонии было развито очень слабо. Но в IV в. хозяйственная жизнь страны испытала значительные изменения. Благодаря связям с греческими колониями побережья в Македонии начинают развиваться ремесла и торговля, усиливается городская жизнь. Денежный оборот расширяется. Это заставило Филиппа усилить чеканку монеты. До него в Македонии ходила только медная и серебряная монета греческого образца. Он впервые начинает выпускать золотую монету (так называемые «филиппики», стоимостью около 10 руб. на довоенные деньги). Денежную реформу Филипп мог провести только потому, что ему удалось захватить богатые золотые рудники во Фракии на реке Стримоне, откуда он стал добывать большое количество золота.

Внутренние реформы привели к сплочению и усилению Македонии и дали возможность Филиппу начать широкую завоевательную политику. Но об этом ниже.

Когда в 356 г. у Филиппа родился сын, это событие прошло совершенно незамеченным в тогдашнем мире. Кого в то время могли интересовать маленькая, слабая Македония и ее царь, только за три года до этого незаконно захвативший там власть? Но впоследствии, когда имя Александра прогремело по всему свету, вокруг его рождения сложилось множество легенд. Рассказывали, что отцом Александра был не Филипп, а сам верховный греческий бог Зевс, который явился к Олимпиаде в образе змея. На крыше дома в Пелле, столице Македонии, в котором родился Александр, весь день сидели два орла. В ту самую ночь, в которую появился на свет будущий завоеватель Азии, сгорел знаменитый храм Артемиды в городе Эфесе в Малой Азии. Его будто бы поджег Герострат, который этим поступком хотел себя обессмертить. Пожар храма был истолкован таким образом, что он предвещал рождение человека, который со временем выжжет весь Восток своим пламенем.

Первые годы жизни Александра протекали так, как это было в обычае при македонском дворе. Кормилицей его назначили Ланику, знатную македонянку. «Дядькой» его был родственник Олимпиады Леонид. Однако Филипп захотел дать сыну греческое образование. Поэтому в 343 г., когда Александру было 1 3 лет, воспитателем его был приглашен знаменитый греческий ученый и философ Аристотель. Правда, тогда Аристотель еще далеко не пользовался такой известностью, как впоследствии. В 343 г. он был еще относительно молод (ему было около 40 лет) и проживал в Малой Азии: сначала в городе Ассосе при дворе своего друга, атарнейского князька Гермия, на племяннице которого был женат, а впоследствии в городе Митилене на острове Лесбосе. Здесь он получил приглашение Филиппа.

Возможно, что на выбор Аристотеля в воспитатели Александру оказало влияние то обстоятельство, что Филипп находился в дипломатических отношениях с Гермием и тот рекомендовал ему Аристотеля. Известную роль здесь могло сыграть и то. что отец Аристотеля, Никомах, когда-то служил придворным врачом у македонского царя Аминты, деда Александра. Как бы там ни было, но Аристотель принял приглашение и около трех лет прожил в маленьком македонском местечке Миэзе вместе со своим воспитанником. Филипп нарочно поселил сына на это время в тихую Миэзу, чтобы удалить его от шумной жизни столицы. Вместе с Александром жили и учились его друг Гефестион и другие представители македонской молодежи.

Трехлетнее пребывание с Аристотелем оказало сильное влияние на Александра. Сын Филиппа рос упрямым и своенравным мальчиком, доставляя не мало хлопот своим воспитателям. Уже, в юности в характере Александра стали проявляться те черты, которые так ярко выступили в нем впоследствии: вспыльчивость, проявлявшаяся иногда в ярких вспышках гнева, когда Александр совершенно переставал владеть собой; смелость, часто доходившая до безрассудства, и настойчивость, иногда граничившая с упрямством. О молодом Александре впоследствии ходило много рассказов, в своем большинстве анекдотических. Из них можно привести один, по-видимому, довольно правдоподобный.

Однажды Филиппу предложили купить коня по имени Букефал («с бычьей головой» — эта кличка была дана лошади за сходство ее морды с бычьей). Когда коня попытались объездить, это оказалось невозможным: он был такого свирепого нрава, что сбрасывал всякого, кто пытался на него сесть. От покупки решили отказаться. Александр, присутствовавший при этом, с досадой воскликнул: «Боги! какого коня теряют из-за трусости и неумения его объездить». Филипп рассердился и сказал: «Почему ты бранишь старших за то, чего сам не можешь сделать?» «Если ты позволишь, — ответил мальчик, — я его объезжу». Филипп и все окружающие рассмеялись. Было решено, что если Александр объездит лошадь, то она станет его собственностью, а деньги за нее заплатит Филипп; если же нет, то мальчик из своих личных средств должен будет заплатить за покупку. Филипп и придворные смотрели на все это, как на веселую шутку, но Александр смело подошел к Букефалу и начал с того, что повернул его головой к солнцу: он заметил, что лошадь пугается собственной тени. Гладя коня по гриве, Александр неожиданно вскочил на него. Букефал в первое мгновение опешил от такой дерзости, но затем стал на дыбы и начал бить ногами, пытаясь сбросить мальчика. Однако Александр крепко на нем держался и затем с криком погнал лошадь по равнине. Филипп и придворные были в отчаянии, думая, что мальчик погиб. Но каковы были их изумление и радость, когда через некоторое время Александр вернулся на взмыленном и покорном Букефале! Филипп со слезами на глазах обнял сына и будто бы сказал: «Ищи себе другого царства, так как Македония для тебя тесна». С тех пор Букефал стал неразлучным спутником Александра, делившим с ним все опасности войны.