Читаем Акеро онлайн бесплатно
- Мы хотим, чтобы сердце блаженной осталось в ее теле, - сказала настоятельница хирургу. - Монастырь же согласен принять любую реликвию. Главное, чтобы повреждения можно было прикрыть одеждой. - Она обернулась к епископу. - Мы решили выставить тело нашей сестры в соборе.
- В стеклянной раке? - поинтересовался епископ.
- В хрустальном реликварии с позолотой, - похвасталась настоятельница. - Уже сделан заказ у Армана Кайа Катлана в Лионе.
- Прекрасная мысль! - Епископ одобрительно кивнул.
- Посмотрите, коллега, слева нам не подобраться из-за руки, - доктор Конт обратился к доктору Талону. - Есть опасность повредить скелет.
- Пожалуй, вы правы, - ответил врач. - Начнем справа. Будьте любезны скальпель, сестра Клеманс!
- Если мне позволено будет заметить, матушка, упорствуя в своем мнении относительно сестры Мари-Бернарды и критикуя стольких выдающихся отцов, более компетентных в данной области, вы проявляете признаки непомерной гордыни. - Старая карга начала испытывать терпение бенедиктинца. - Каноническое дознание признало святость Бернадетты. Не говоря уже о тысячах благочестивых католиков, преданных делу Блаженной!
- Благочестивые католики! - фыркнула мать Мария. - Надо полагать, вы говорите о нескончаемых епископах и кардиналах, да о состоятельных сударынях, которые что ни день приезжали в монастырь послушать россказни Мари-Бернарды, а потом якобы невзначай роняли платочки, чтобы монашка своим прикосновением превратила их в бесценные реликвии! - Настоятельница расхохоталась. - Впрочем, Мари-Бернарда не любила говорить о явлениях. «Ах, как мне надоело пересказывать одно и то же! » - то и дело жаловалась она. А то, бывало, заупрямится: «Простите, матушка, я позабыла! » Как будто такое можно забыть! Вот почему я не верю в ее видения.
- Стало быть, она не хвасталась милостью Пресвятой Девы? - спросил монах, делая пометки в своих бумагах. - Многие на ее месте стремились бы заполучить как можно больше слушателей.
- Только не Мари-Бернарда! - Настоятельница покачала головой. - Она была очень скрытной. Считается, что Пресвятая Дева передала сестре Мари-Бернарде некое послание…
- О да, я помню.
- Так вот, упрямица так и не захотела сказать мне, в чем оно состояло, - негодовала мать Возу. - «Ты обязана передать мне послание Богородицы», - говорила я ей. А она лишь качала головой: «Не могу, это тайна». «Я твоя наставница в благочестии, - напомнила я ей, - У тебя не должно быть от меня тайн! » «Акеро сказала никому не говорить», - был ее ответ. Она называла Пресвятую Деву «Акеро» - «та самая» на языке ее родного Лангедока. В ней не было почтения даже к Богородице! «Ну а как же папа? - спрашивала я. - Ты, что же, и Его Первосвятейшеству ничего не скажешь? » - «Разумеется нет! - отвечала та. - Его это не касается! » Можете представить себе подобную дерзость? Теперь, я думаю, вы не упрекнете меня в моих действиях.
Хирург произвел надрез с правой стороны грудной клетки, извлек пятое и шестое ребра и передал их сестре Клеманс, начальнице монастырского лазарета. Вдруг сестра Клеманс вскрикнула и выронила извлеченные ребра на каменные плиты.
- Пресвятая Дева! - сдавленным голосом проговорила она.
- Что такое? - спросил доктор Конт.
- Они теплые!
- Это невозможно, - компетентно возразил хирург.
- Сестра Клеманс! - поспешила вмешаться настоятельница. - Возьмите себя в руки! - Она нагнулась, подняла ребра и опустила их в чашу со святой водой. - Вы переволновались, - сказала она монахине. - Святые мощи холодны как лед. - Госпожа Форестье дала сестре Клеманс полотенце. - А теперь вытрите их и положите на серебряный поднос.
Но сестру Клеманс было не успокоить.
- Уверяю вас, матушка, они были теплые! - шумно всхлипывала та. - От них исходила теплота живого тела! Хвала Пресвятой Деве! Великую милость ниспослал Господь нашей Бернадетте!
Рыдающую монахиню пришлось увести из часовни. Ее место, впрочем, без особой радости заняла сестра Филомена.
- Только не говорите, что до вас не дошли все эти сплетни! - усмехнулась игуменья. - А нет, так почитайте старые газеты. Монастырский врач сказал репортерам, что за долгие годы, что Мари-Бернарда провела на коленях, скобля пол, на ноге у нее образовалась страшная опухоль, что способствовало ее безвременной кончине. Из его слов выходило, что это я вогнала ее в могилу, что, несмотря на слабое здоровье сестры, я заставляла ее трудиться сверх меры. Разумеется, тогдашняя настоятельница тотчас уволила его, но сплетни сделали свое дело.
- Позвольте уверить вас, что… - хотел было вставить слово клирик, но настоятельница прервала его и продолжала:
