Читаем Акафист Аферизму-2 онлайн бесплатно

4.02.19

ОЛЕГ ДЖУРКО

АКАФИСТ АФЕРИЗМУ-2

ЧЕЛОВЕК ЛУЧШИЙ АФЕРИЗМ БОГА

АФЕРИЗМЫ

Человечество лучший вариант комфортного ада на земле.

А ведь к себе в гости никто Всевышнего не приглашал, – он и не приходит.

Создатель согревает душу добром. Мужчина согревает постель женщины, женщина – сердце мужчины, прекрасно сознавая, что она не больше чем термос.

Любовь обратила внимание на женщину, когда грек Эрот стал римлянином Амуром.

Не морали поучать частную нашу жизнь, как пользоваться ножом и вилкой на празднике жизни, где она блукает, когда будни дубасят нас в хвост и гриву за грехи власти.

Природа не предполагала превратить волка в вегетарианца, даже если он научится ходит на задних лапах в лайковых перчатках джентльмена.

ЗАКОНЫ ПИСАНЫ для негодяев, чтобы приличные граждане чтили уголовный кодекс.

Жизнь – консенсус правды, кривды и человека при своем особом мнении, или это не жизнь, а выживание государства за счет двужильного млекопитающего на подножном корме.

Законность – пережиток беззакония в цивилизованной редакции.

Негодяи обеспечивают прогресс законотворчества.

Произвол – либеральная демократия судов.

Закон – принуждение к честности бизнеса через повешение кого-нибудь из мелких жуликов, случайно подвернувшегося под руку.

Нищим есть чем гордиться, Всевышний тоже не имел собственности, рубища и того не имел срам прикрыть, в котором тоже не нуждался.

Нужды наши не оставляют Всевышнему шансов когда-нибудь вернуться на небеса… вздремнуть на часок.

Молодое Поколение – очередной сериал Божественной драмы, трагедии и комедии старшего поколения.

Всевышний сотворил – он же за человеком и подгребает.

Ни дня без Господа, чтобы с ним ни случилось.

Всевышний создал человека, человек создал Всевышнего, а эволюция как брела себе, так и бредет, как будто ничего не случилось.

Лень создавала БОГОВ, лежа на печи.

Труд сотворил радость – перекура.

Созидание – шиза неугомонности.

Всевышний-то он только начал, заканчивать человеку придется.

Достижения тешат тщеславие, у мозолей совсем другое представление об утехах тщеславия.

Всевышний без людей, как голова без рук и ног.

Всевышний, пока творит, отдыхает как простой смертный, хорошо бы он отдыхал не среди нас.

Всевышний – формула математики бытия, Всевышнему не пристало быть среди нас ни простой шестеркой, семеркой, ни их суммой, ни 13.

Аварии случаются, как назло, в выходной Всевышнего.

Чем больше говорю прости, Господи, Господи прости, тем меньше понимаю, чего же мне еще не хватает, чтобы помолчать и оставить Всевышнего при своем мнении.

Сам создал человек Всевышнего, и вину за содеянное нести человеку.

На себя надейся, а уж Всевышний не подведет.

Вор надеется на удачу, словно Всевышний стоит на шухере.

Всевышний там, где большинство, в толпе можешь чувствовать себя в безопасности, но в безопасности ли Всевышний среди толпы…

Лучше никому, чем всем не угодить.

Всевышний невольный соучастник в аферах Земели, чтобы не допустить Зла большего, чем может сотвориться Земеля если ему повезет…

Всевышний сотворил меня и со мной он как в добром деле, так и во всех остальных приключениях, чтобы другим не было лиха от моих приключений.

Всевышний сотворил человека в надежде, что творение его примет на себя ответственность за все, что Всевышний сотворил, человек принял ответственность и такого натворил…

Створяя Создателя, смертный не предполагал, чем аукнется ему творение его, когда дерзнет смертный взгромоздиться на место бессмертного.

Благочестие божок частный и весьма привередливый.

Самоубийце было невыносимо притворяться человеком среди других…

Всевышний – ноотропное оружие цивилизации в борьбе с природой.

Ну хватит творить как хочется, не пора ли довольствоваться – как получится.

Был бы Всевышний, были бы у нас крылья, а так одни перья для летописцев.

Когда счет на копейки, цена выше, чем, когда счет на миллионы.

Чем больше нуждаешься в Создателе, тем больше его есть…

Миллиардеры, триллионы, все они на одно лицо как нули их капиталов.

Чем больше денег, тем неопределеннее их вкус.

У колбасы вкус мяса, у денег вкус количества.

Деньги насилуют публично.

У денег лишнее превращается в необходимое.

Деньги спившаяся радость бытия.

Деньги алкоголизм разума.

Деньги наживают врагов, но и безденежье не приятель нищете.

Невозможно Всевышнему быть объективным, при нашем множестве все мы ему на одно лицо.

Клянемся создателем, а исполнять клятву опять же ему.

Убегая, вор оглядывается, куда бы юркнуть от погони, но Всевышний-то за каждым углом со своим – чужого не замай.

Побожишься и отдыхай себе до следующего греха.

Всевышний так необходим нам с нашими дрязгами, что готов хоть сейчас материализоваться.

Придет Создатель и все станет так буднично, словно отменили новогодние каникулы.

Не грешил бы и Всевышнего не вспомнил бы.

Ожидание праздника – в празднике изюминка.

Всевышнего-то грешники наши и создали.

Цена денег – количество качества.

Для денег – Земеля – кошелек, умеющий считать.

Деньги смотрят на нас с завистью, деньгам тратиться не на что.

Глазами денег смотрят несчастья на радости мои.

Отчизна, какие холодные у тебя руки, когда берешь мое сердце, желая ощутить тепло моей любви.

Создателя не забывай, когда он отсутствует, желая устроить счастье вора, чтобы напомнить – Создателя не забывай, когда грабишь Создателя.

Боже, и на Том свете ищет наш разум твоей опоры, и в Раю, и в Аду.

Верующий льнет к иконе признаться Творцу в любви, – церковь отпихивает, утверждая, что сделает это профессиональнее.

Господи, мы убиваем, чтобы не мешали любить тебя такими какими ты создал нас прославить Доброту свою…

Вижу бедствие и сердце рвется вмешаться, пока не подоспел ты, Боже, но ты взываешь к благоразумию и руки опускаются.

Повинную голову меч не сечет, тут не обойтись без топора.

Оказывается, Всевышний неплохо осведомлен о строении своей Вселенной, его не смущает, что при вращении земли Ад и Рай закономерно меняются местами.

Все религии – суть афоризмы Бытия Одного Создателя, скучающего в одиночестве, беда, что Юмор Создателя понял каждый народ по-своему.

Все мое земное во мне, мое Божье на небесах, и душе пришлось их разнимать, когда они меня делили.

Поздно грозить земеле Карой Небесной за непотребства, он меняет Создателя как женщина – любовников, как девочки – смартфоны, альфонс – перчатки.

Человек – единственный грех вмешательства Создателя в земные заморочки истощенной людьми природы.

Мужику не выслужиться перед Моисеем, выполняя все 10 заповедей сразу, вот порознь, по обстоятельствам, – это и женщина может, даже если ее Моисей не имел ввиду.

Создатель-то на небесах, а нести ответственность за них на Земле выпало Душе Земели.

Увы, был бы Создатель под рукой, не оказалась бы судьба тотализатором.

Наука все еще набивается Юпитеру в соавторы.

Юпитер давно бы стал бы академиком, если бы верующие бакалавры скинулись ему на кандидатскую диссертацию, подручные кандидаты спроворили докторскую, а Юпитеруугодные доктора закатили ученому совету академии банкет по случаю производства Всевышнего в академики.

Поучительно общаться со Всевышним, он не скрывает, что в моих грехах есть недосмотр и его челяди.

У Всевышнего имен – сколько людей.

Юпитер дает женщине пожить дольше мужчины, чтобы погрязшее в атеизме государство не обратило в свой доход движимое и недвижимое мужчины.

Господь подарил сон, что я умер ночью, во сне, довольный собой и без обидной боли. Мне так понравился подарок, что, довольный собой, по ночам, я прихватываю еще часок, другой у дня и продлеваю удовольствие.

Грех возник, когда запреты законов превысили возможности человека сопротивляться своим желаниям.

Грех – протест благовоспитанного человека против вмешательства нравственности в его семейные дела.

Мы торопимся застолбить место будущему греху – и опаздываем, всегда кто-то оказывается расторопнее, – так возникла наша вынужденная нравственность.

Рай возбуждает у лодыря желание потунеядствовать и на земле, потому нет лодырей в Аду, одни кочегары.

Мои желания норовят выскользнуть из рук божьих, обороняющих от сетей Нечистого.

Молитва – вымогает у Всевышнего кредит на благое дело. Бывает и на аферу.

Логично, обезьяна, посмевшая назваться человеком, воображает себя Царем джунглей. Так и Владыкой Мироздания не сробеет величаться.

Был бы Творец уверен, что вылепил меня по своему образу и подобию, давно бы и пристроил около себя.

Всевышний питает слабость к сентенциям, Нечистый к воровским наставлениям.

Каждый день смерть заглядывает ко мне, удостоверившись, что я все еще не достоин ее внимания, оставляет меня помучаться страхом перед ней еще на денек.

Самопознание – подглядывание в замочную скважину за интимной жизнью Юпитеров.

Господи, сколько же ты изводишь в бане мыла на нас, грешных, ради покаяния.

Нужно потратить всю голодную законопослушную жизнь, чтобы получить приглашение в рай на достойный человека бесплатный обед, чтобы соскочить в Ад, достаточно убить первого встречного, не обязательно полицейского.

Мысли как мыши в кладовке, плодятся, когда есть чем поживиться.

Не зря Дьявол браконьерствует в заводях Юпитера, вот где сети его не бывают пустыми.

Всевышний проповедует грешникам в вотчине Дьявола, нужно понимать, почему не доходят его руки до нас, Юпитеробоязненных.

Как долго пишу свою жизнь. Всевышний пока еще переворачивает страницы, чтобы по привычке исправить ошибки, но страницы все чаще чистые.

В темноте нет мышей, они появляются только на свету.

Автомобиль сокращает расстояние до кладбища.

Чем опаснее скорость автомобиля, тем азартнее состязание со скоростью смерти.

Юпитер – лазейка через забор из Ада в Рай.

Если очень захотеть, если очень попросить, господь даст, понятно, даст… Смахнув слезу отчаяния от неразборчивости своего милосердия.

Человек – первый блин Всевышнего, и вышел блин комом.

Всевышний ведает будущее, для чего бы иначе мы его изобрели. Но молчит Отче, потрясенный невежеством нашего изобретательства.

Нет и нет! Человек не может быть потомком обезьяны, куда макаке выходить придурка по своему образу и подобию. Юпитер штампует нас, по своему образу и обезьяньему подобию.

Вести о наших безумствах – непреходящая скорбь Отца Небесного.

Своим молчанием Всевышний совершает добра куда больше чем, проповеди о добре с амвона под колокольный гром.

И наше воображение, породившее Создателя, – не без греха.

Если бы Всевышний не дорожил грехами своей паствы, не любили бы так страстно грехи людей.

Блохи и грехи неразлучны с божьим созданием. Ну, грехи, понятно, от Лукавого, а блохи?

И щедрость бывает, не приведи Господь! Да та же щедрость Нечистой Силы на соблазны неуверенным в Добре православным.

И скупости в ноги поклонится наследник торгаша.

Даже замышляя кражу, молятся Всевышнему, надеются на Дьявола.

Если все в руках Всевышнего, то не пойманный вор его протеже.

Всевышний – жалобная книга моей судьбы.

Заклиная грядущее о благосклонности, мы попираем исключительные права Создателя на справедливость.

Творец так и не решился признать, что Вера существеннее выклянченных у него прерогатив.

Извилины мозга показывают каково было Всевышнему вспахать каменистую глупость Адама.

Наш век – век дьявола разбрасывать камни, вот ждем век Всевышнего, когда он начнет собирать камни.

Создатель шпаргалка на экзаменах судьбы.

Природа-то на Счастье торовата, беда в том, как Господь распределяет между нами дары природы.

Молитва приближает к нам ухо Господа, но милосердие его тщится раздавать церковь.

Творец – бесконечность бытия Мироздания, измышленное нашим воображением в ограниченном пространстве черепушки.

Костяной череп твердо уверен – разум не должен быть таким мягким как беспринципные мозги.

Господь смотрит на мое отражение в своем зеркале и не узнает себя.

Юпитер не ведает, что сейчас мне в голову взбредет, ему известно, чем это кончится для него.