Читаем Академия Правителей – 5 онлайн бесплатно

Антон Цепелин

Подводный комплекс работорговца

Гуу и Тама’Ра остались присматривать за комнатой-ловушкой. Если кто-то ещё здесь появится, придя снаружи, — они смогут выиграть время. Мы же пошли проверять существо, на которое указывала моя чуйка.

Держа за шкирку демона-работорговца, я не забывал давить на него своей «Территорией Призыва». Эта тварь хоть и «хозяйственник», но хорошо знает свои сильные стороны: призвать молнию, создать миниатюрный портал для воды со дна океана или перенести к себе уже активированную гранату. Всё это ему по силам.

Его специализация — неодушевлённые предметы и явления. В каком-то смысле демон создаёт условия для появления молнии, портала или переносит к себе заранее помеченный предмет.

[Когда знаешь, сколь опасна такая специализация, понимаешь: с хозяйственниками нельзя расслабляться.]

Пройдя по коридору пару сотен метров, мы оказались около закрытой другой комнаты. Несмотря на закрытые двери, оттуда разило сильной вонью.

— Фу-у-у! — Матроскин закрыл лапой нос. — Великий, а можно я туда не пойду? Там пахнет плохо.

— Оставайтесь здесь, — произнёс я и шагнул навстречу. — Присматривайте за дырой, ведущей в Междумирье.

Открыв пинком дверь, я оказался в просторном помещении. Слева — небольшой бассейн с холодной водой и нечистотами. Справа — тёплый бассейн, и тоже с нечистотами. Весь пол завален пустыми бутылками и протухшей едой.

В воздухе стояла такая вонь, будто все десять лет существования ловушки здесь никто не убирался. В углу около каменного ложа копошился утконос. Существо размером с откормленную собаку фонило аурой гидроманта S-ранга [6]… А ещё Грехом зависти, который с трудом вязался с увиденной картиной.

[Гоуст, значит?] — припомнил я имя, произнесённое демоном. — [Призрак того величия, которым некогда обладало это существо S-ранга. Имя и впрямь подходит.]

Утконос ползал по полу на четвереньках, лапой переворачивая бутылки.

— Да где же, — раздался сиплый голос, говоря на английском. — Я специально заначку оставлял.

Завидев демона в моих руках, утконос пополз к нам на четвереньках.

— Хозяин, — в голосе Гоуста послышалась мольба, — можно мне ещё бутылочку той дряни? Как и обещал, мы переловим всех разумных монстров! Я хочу собрать их всех. Слышите? Всех!

Внешний вид утконоса говорил об одном: он уже давно ползает по дну.

Я повернулся к Куну.

— Так и выглядит «забота» демонов о тех, кто им полезен. Они развращают душу и постепенно разрушают разум. Человек, эльф или гном… Все, кто заключил с ними контракт, превращаются в рабов своих желаний.

— Да что не так-то? — пискнул уродец, которого я до сих пор держал за шкирку. — Гоуст всем доволен! Он держит аномалию личной способностью, а я его спиртным снабжаю. Он всем доволен… Уважаемый! Не забирайте его у меня.

— Хозяин! — проблеял утконос, подползая вплотную к нам. — Можно мне ещё бутылочку?

Протянув Куну брыкающегося уродца, я поднял на руки заблудившегося по жизни монстра. Да, он весь в грязи. Шерсть свалялась и пахнет плохо.

— Тебе больше не нужно пить эту дрянь, Гоуст, — я обнял утконоса и прижал к себе. — Ты ведь боишься оставаться наедине со своими мыслями? Не переживай. Больше ты никогда не будешь одинок…

Говоря успокаивающим голосом, я стал гладить Гоуста по голове.

— … Вот так. Спокойно. Боль уходит… Стая заменит пустоту в душе. Ощути тепло тех, кто рядом.

— Хозяин! — хрипло всхлипнул утконос и прижался ко мне всем телом.

Вся стая наблюдала за этой сценой. Они видели мир моими глазами. Чувствовали Гоуста так, будто сами сейчас держали его в руках.

Потому сильная злость, идущая от Куна, всех немного удивила.

— Что⁈ — рявкнул Мукён, видя, что на нём скрестились взгляды. — Да я просто… Пил когда-то… Потому знаю, что нет ничего хуже, чем нырять в бутылку. А тут… Его, считай, заставляли ползать по дну, чтобы он эту аномалию держал.

— Бывает, — я пожал плечами, продолжая наглаживать Гоуста. — Иногда надо опуститься на дно, чтобы оттолкнуться и выплыть на поверхность. Считай, что для утконоса сегодня именно такой день.

Уродец взвился в руках Мукёна.

— Он мой… МОЙ!!! Не отдам.

Кун, размахнувшись, впечатал тело демона в стену коридора… Что-то хрустнуло. Возможно, Мукён от злости сжал зубы слишком сильно. Уродец после удара потерял сознание.

Пользуясь минуткой тишины, я создал каплю своей крови с Клеймом и протянул её утконосу.

— Я дам тебе выбор. Можешь остаться здесь и душить алкогольного змея дальше, — указываю на комнату, откуда разит вонью. — Или проглотить каплю… Эй! Дослушал бы.

Гоуст к этому моменту уже проглотил каплю моей крови. С трудом стоя на ногах, утконос туманным взором прошёлся по стае.

— Я годами, ик!.. Годами мечтал выбраться отсюда… Ик!.. Даже если умру сегодня, ни о чём не пожалею.

Качнувшись взад-вперёд, Гоуст обмяк и стал проваливаться в сон. Кун в последний миг придержал его, подставив сзади свою руку.

— Босс, давайте я его понесу? — Мукён сглотнул вставший в горле ком. — Мне чисто по-человечески понятно, что с ним происходит. Хочу хоть как-то поддержать собрата по несчастью.

— Делай, раз душа просит, — пожимаю плечами. — Ты тоже часть стаи.

Я ощутил, что Клеймо начало интегрироваться в тело Гоуста. Идёт ассимиляция в глубокие слои духовного тела. Потому утконос и провалился в сон.

Матроскин молча смотрел на Гоуста, и в его взгляде читалось непонимание. На фоне Тама’Ры и куда более энергичного и активного Гуу утконос выглядел неказисто… Шерсть свалялась, местами виднелась грязь. Он давно не мылся.

— Вы должны кое-что знать о грехах, — произнёс я громко, смотря на стаю. — Грех, это цель существования таких существ, а не их образ жизни. Зачастую путь к одному пороку проходит через дорожку другого.

По воцарившейся тишине, стало ясно: мои слова ещё сильнее запутали питомцев.

— Скажем так, — мозг заскрипел, подбирая аналоги. — Носитель Гордыни вырождается через Похоть или Жадность. Гордый лев хочет покрыть всех самок в прайде. Носитель обжорства проявляет себя через Лень или Зависть. Гнев нашего Гуу выражается через гордыню, а лень Тама’Ры в обжорстве и отказе есть то, что не соответствует её стандартам.

Капи-барыня и впрямь с характером! Она скорее с голоду умрёт, чем лишний раз без повода поднимет свою попку. Потому и приходится подкармливать её десертами S-ранга и выше.

— … Грехи, они как голова и тело. Когда существо носит один грех, он сразу заставляет проявляться и другие.

Кот продолжал смотреть на утконоса и не понимал, «как тот докатился до такой жизни». И при чём тут грех?

— Не понимаешь? — я улыбнулся. — Матроскин, если ты весь в кровавых ранах приползёшь домой, стая тебя примет. Если ошибёшься и поругаешься с Петром, мы поймём. Этот мир и данная тебе Вселенной жизнь… Они неплохие по умолчанию. Никто из нас не выбирал, где и как родиться. Или какой грех в нас проявится из-за обстоятельств. В прошлом у меня был питомец в виде птенца орла, которого собрат выбросил из гнезда. Он вырос и стал могучим орлом! А ещё дико жадным и объедал всю стаю… В итоге он не смог летать. В общем, бывает так, что кто-то заблудился на дороге жизни. Тому орлу вся стая помогала похудеть.

Каа тихо фыркнул.

— Великий, я, кажется, начинаю понимать… Стая помогает нам не сбиться с пути. Ведь мы адепты, и наш век долог. А также стая — это дом, куда всегда можно вернуться.

— Верно, — я кивнул. — Все мы иногда теряемся, когда идём по жизни. Гоуст не плохой, несмотря на то, что стал носителям греха. Тётушка Тама’Ра сегодня помогла стае выиграть битву. А Гуу выбил скидку на перелёт до Архипелага Чагос.

Члены стаи тихо зафыркали, вспоминая, чем закончился наш первый и единственный полёт на самолёте.

[Не ошибается только тот, кто ничего не делает,] — перевожу взгляд на дрыхнущего утконоса. — [С этого дня ты больше не один в своих скитаниях по жизни, Гоуст. Стая не даст снова заблудиться.]

Контракт с питомцем ещё не вошёл в полную силу, но я уже чётко ощущал — мне открылась стихия воды.

Антон Цепелин

Стая, как и семья, — это единство помыслов и целей. Бывает так, что питомцу нужно уйти в паломничество по лесам и болотам, чтобы найти себя… А потом вернуться в стаю уже «взрослым». Переходный период может повторяться.

Матроскин, Пётр и даже «Мудрый» Каа — они пока не знают, какими станут через год или два. Их темпы роста личной силы бьют все мыслимые рекорды. Успех может как укрепить их веру в свои силы, так и стать проблемой.

[Каково это? Жизнь с мыслью, что через год, возможно, станешь SS-рангом [7]? Станет ли будущая Розалия работать конюхом, как Степан из «Зверинца»… Нынешние достижения теряют смысл. Взял новый ранг? Пфф! Всего один?]

Чем выше ты к вершине мира адептов, тем сложнее даётся каждый следующий шаг. Питомец, за год скакнувший на пять рангов [2–7], будет ожидать и дальше минимум такой же скорости прогресса.

[Ожидания порождают страдания ума. Обесценивание приложенных усилий — подобно яду — методично разрушает разум.]

Несмотря на то что время поджимало, я остановился около темницы утконоса и объяснил стае мысль об «ожиданиях». Мои питомцы знают только «свою историю успеха». Сквозь призму таких же ожиданий они смотрят на весь мир.

— Начинаю понимать, — Мукён задумчиво почесал голову и глянул на моих задумавшихся питомцев. — Не считая утки… В смысле, утконоса… Я последним к стае присоединился. Короче, я тоже ходил по дну с бутылкой. Тоже ел что придётся, и повидал такого, что хочется поскорее забыть. Босс у нас тактичный. Даже слишком. Он пытается сказать, что Гоуста не надо осуждать только из-за того, что он вдруг на дне жизни оказался. S-ранг — это большое… Прямо ОООЧЕНЬ большое достижение. Если сложить все ваши личные успехи, хватит ли их на взятие S-ранга?

Змей-мудрец покачал головой.

— Пас, союзник. В стае я лучше других осознаю свой потенциал. Без мудрости, эфира, потока маны и особых условий, создаваемых Великим, S-ранг — это моя вершина, затмевающая горизонт. Ты прав, Мукён. Личные достижения Гоуста заслуживают признания.

— Чаво? — Матроскин глянул на змея, как на предателя. — Старшой, я думал, ты всё же посильнее будешь.

Каа тихо фыркнул.

— Моей стартовой точкой был D-ранг [2]. Нынешний A-ранг — это мой личный Эверест, с которого я смотрю на сверкающие звёзды в небе. Гоуст одна из них…

Смотря на утконоса, змей-мудрец стал заметно напряжённей.

— … Ты до сих пор не понял, кот? Гоуст уже достиг того, о чём мы все мечтаем. Он S-ранг! Ты, я, Пётр, Пиксель и даже тётушка Тама’Ра… Пройдя, через чёрт знает что… Мы смогли коснуться только тени той мощи, которую отбрасывает ранг Гоуста.

Пиксель, Матроскин, Гуу и Пётр достигли B-ранга. На вершине A-ранга замерли Каа и Тама’Ра… И вот теперь все они видят спину Гоуста — утконоса, зашедшего дальше, чем все они, без какой-либо поддержки.

— Суть проста, — я кивком указал на дрыхнущего утконоса. — Его надо принять и попытаться понять. В естественных условиях до S-ранга доживают считаные единицы монстров. Вам всем есть чему у него поучиться.

— Кроме ныряния в бутылку! — резко вскрикнул Кун и сразу же осёкся. — П-простите, не удержался, босс. Если что, я прикрою и не дам никому встать на эту тёмную дорожку.

— Понимаю, — пожимаю плечами. — Идёмте уже. Пора покинуть этот комплекс и начать готовиться к возвращению в Петроград.

Вернувшись в комнату-ловушку, я дал Тама’Ре и Гуу лично познакомиться с новичком.

— Хмм? — Тама’Ра задумчиво поводила носом туда-сюда. — Младший тоже носит в себе грех. Зависть, кажется? Приятный аромат силы. Вода и зависть… Зависть и вода… Мрр! Хочу попробовать нечто такое, но уж точно не члена стаи.

— Кро-сау-чег! — уменьшившись, Гуу потискал щёчки дрыхнущего утконоса. — Я научу его всем матерным словам, которые мне Старшие рассказали.

— Кхем! — Матроскин с Петром, смутившись, покосились на меня.

Как Альфа, делаю вид, будто ничего не слышал.

Сходив к проходу, ведущему в Междумирье, я Властью надавил на окружающее пространство и свёл вместе края раны на ткани мироздания. Спустя минуту проход исчез, не оставив после себя и следа.

Когда мы вернулись в комнату-ловушку, как нельзя кстати пришёл в себя демон-работорговец. Предыдущий удар Куна о стену на целых пять минут вышиб из него дух.

— Что? Где? — тут он увидел Гоуста на моих руках. — ВЕРНИ, человек! Он мой…

— Работорговцы, — я покачал головой. — Даже в шаге от смерти вы продолжаете думать о разумных, как о вещах. Впрочем, сегодня ты почувствуешь себя в его шкуре. От кое-кого другого будет зависеть, умрёшь ты или проживёшь чуток подольше.

Призвав стихию, я следующие десять секунд настраивался на звучание далёкой метки.

[Пора закрыть один старый долг. Место и противник будут в самый раз.]

Нащупав метку, я вытянул вперёд руку и резко потянул метку на себя. Влил прорву маны, эссенции призыва, но всё же добился своего.

Блык!

Перед стаей во вспышке переноса появился крайне удивлённый Софокл — патриарх Петрограда и всея Руси.

— Цепелин? — его глаза расширились от удивления.

— Я давал вам месяц на приведение дел в порядок. Надеюсь, завещание уже готово, — кивком указываю на демона. — Всё один в один как в ловушке с Ведьмой. Вы натравили её на меня… А я вас с демоном друг на друга. Да-да, настоящий демон! Работорговец, и по-английски говорит неплохо.

Удерживаемый Куном уродец довольно оскалился.

— М-мы можем договориться, человек. Зачем нам сражаться друг с другом насмерть? Как насчёт того, чтобы убить этих людишек? Давай заключим сделку…

Похлопав Гоуста по щекам, я на секунду заставил его открыть глаза и вынырнуть из полудрёмы.

— Отключи барьер над комплексом, — указываю пальцем на потолок комнаты-ловушки. — И можешь спать дальше. Стая сама обо всём позаботится.

— Слушаюсь, Великий, — Гоуст прикрыл глаза и снова погрузился в сон.

— НЕЕЕТ! — заорал демон и стал биться в истерике. — Здесь все умрут, если барьера не станет. Мы на глубине четырёхсот метров. В воде чудовищно высокая концентрация маны.

— Знаю, — прикрыв глаза, я дал команду на отзыв всех своих питомцев.

Блык.

Блык-блык.

Блык-блык-блык…

Не прошло и пары секунд, как в комнате-ловушке остались только мы с Куном, работорговец и Софокл.