Читаем Агендеры онлайн бесплатно
Агендеры
В повести есть юмор, студенты, коты и выдуманное государство. Не обошлось также без социальных проблем и философских вопросов. А чего в ней нет, вы увидите сами, это и есть главная загадка "Агендеров".
Фантастика / ФэнтезиБыл тот час, когда одно за одним гасли окна в доме напротив. Когда спохватившиеся дети начинали хотеть есть, играть, бегать, причём одновременно. Когда студент уныло осознавал, что накануне коллоквиума в голове у него так же пусто, как в желудке накануне получения стипендии. Когда выспавшийся за день кот начинал изгонять демонов из дома, ловить несуществующую мышь или вести археологические раскопки в лотке. Всё это – верные признаки того, что пора подумать о сущности бытия, вспомнить имя актёра из недавно увиденного фильма, название той самой песни… ну этой, вы знаете, а в лучшем случае – уснуть.
Как себе там рассуждает обычный человек? День вышел насыщенным, получено столько новой информации, что мозг трещит, пусть даже эта информация уровня Имхонета. А она, кстати, занимает даже больше места в голове, чем базовый курс тригонометрии. С друзьями встреча состоялась, видимость уборки, т.е. энергичное размахивание влажной тряпкой и гонки с пылесосом за котом, тоже была, даже одежда на завтрашний день приготовлена, вопреки обыкновению. Перед сном усиленно упражняешься с гантелями или на тренажёрах, ложишься в постель с чувством выполненного долга, удовлетворённо ощущая усталость и предвкушая беспробудный сон… «Ага-ага, – злорадствует мозг. – Смотри: твоё тело состоит из мельчайших движущихся частиц, стена состоит из мельчайших движущихся частиц. Следовательно, чисто теоретически можно пройти сквозь стену, если твои частицы попадут в просветы между частицами стены… Ладно, согласен, бред. Тогда вот – апории Зенона. Кто там быстроногий никогда не обгонит черепаху? Так, вопрос: почему про стену бред, а про черепаху – апория?» Ты зарываешься в подушку, вертишься, как будто тебя поджаривают на сковородке. «Пора поесть, – мрачно подытоживает мозг. – И мне абсолютно наплевать на твой режим питания».
Зато если ты не подготовил важнейший отчёт, который нужен был ещё вчера, не проверил почту, ощетинившуюся доброй сотней непрочитанных сообщений, не вымыл посуду и ненадолго прилёг на диван, чтобы, честное слово, вот прямо через десять минут встать, то спишь так, как даже и не мечтали твои паранты, когда ты был младенцем. Ты обнаруживаешь поразительную способность ко сну, твои таланты раскрываются. Видимо, невыполненная работа действует куда эффективнее валерьянки.
Как раз в такой час Пламя дочитывало последние страницы романа «Мастер и Маргарита». Приятно назвать эту книгу оригинальной, а ещё приятнее сделать это со знанием дела. Описанные отношения между мужчиной и женщиной в далёкие времена, когда половая принадлежность ни для кого не была секретом, оказались бесценным источником материала для исследований по психологии. Гендерная маркировка одеждой, речью, поведением и даже родом занятий считалась настолько естественной, что никого не унижала. Сейчас трудно поверить в то, что люди откровенно демонстрировали настолько интимные вещи, добровольно принимая целый ряд каких-то надуманных ограничений. Они бы себе ещё на лоб стикеры клеили: М и Ж. Чтобы развеять сомнения даже особо одарённых особей. А почему бы и нет? А ещё лучше – штрихкод, со всей спецификацией, включая вес, рост и далее по списку, вплоть до размера противогаза. Всё равно каждый знал о каждом. Одного взгляда было достаточно, чтобы узнать, что у тебя под одеждой, как если бы этой одежды не было вообще. И функции предметов туалета были иными: они выступали в качестве ярлыка, прямо указывающего пол, а также для подчёркивания физиологических особенностей тела. Логично, что книги прошлого выглядят такими чувственными. Кстати, о чувственном. Куда там делась Гелла? Пламя ещё раз просмотрело последние страницы, но красавица-вампирша действительно пропала. Свита Воланда могла бы и подбросить её до Дарданелл, вроде бы античное название этого места как раз связано с её именем. Хотя одной тайной было бы меньше, что тоже плохо.
Отложив электронную книгу, Пламя укрылось лёгким одеялом и поставило будильник. Завтра рано вставать, но мозг отказывался перейти в режим отдыха, пока не высадит батарею в ноль. Причём вопросы, преподавателя, связанные с романом, ему были до лампочки. Он генерировал собственные. Например, почему дьявол – мужчина? Конечно, господин Булгаков стремился очеловечить абстрактное зло и добро, это понятно, именно поэтому роман столь убедителен и пугающе правдоподобен, но всё же почему мужчина? И ведь не только у Булгакова. Не лучше ли подошла бы традиционно коварная и противоречивая женская сущность? И снова подчёркнутые границы между мужским и женским в классической литературе. На постель запрыгнуло пушистое полосатое создание, Гриз, оно свернулось калачиком и звонко замурлыкало. Даже у кошачьих половая принадлежность неочевидна, по крайней мере, для людей. Поэтому подчёркивание феминности или маскулинности противоестественно по самой своей природе, разве нет?..
Проснувшись под звонкую трель будильника, Пламя рывком поднялось с постели, старательно, любуясь своим стройным, мускулистым телом, выполнило перед зеркалом несколько упражнений и отправилось в душ, едва не споткнувшись о вертевшуюся под ногами Гриз. Если несчастное, сто лет голодающее животное терпеливо выждало окончания утренней гимнастики, то поход в ванную оно уже никак не могло одобрить. Завёл зверушку – будь любезен кормить вовремя. Сытый кот – залог твоего благоденствия, голодный же не даст тебе покоя. Получив завтрак, Гриз деловито муркнула и принялась за еду, предоставив Пламени полную свободу действий.
Имя Пламя оно получило неслучайно: кроме блестящих рыжих волос, оно могло похвастаться целой россыпью задорных веснушек, которые смешными оранжевыми монетками усыпали нос и щёки. Средний рост и худоба позволяли обходиться без особых ухищрений в одежде, для того чтобы скрыть свой пол. Достаточно стандартного джинсового комбинезона и рубашки – обычной одежды студента любого пола.
Пламя быстро оделось, проверило, не пробиваются ли на подбородке и над верхней губой назойливые рыжие волоски, несколько раз провело щёткой по волосам, и оно готово ехать на занятия. Большинство жителей Государства Агендеров выбирали простую свободную одежду, но некоторые предпочитали носить что-то более объёмное или даже использовать дополнительные накладки, а иногда и прибегать к операциям, чтобы соответствовать требованиям агендерности. А ведь иногда и этого бывает недостаточно, и Пламени известно это, как никому другому.
Поступив на факультет психологии, оно как раз изучало проблемы взаимоотношения полов и часто развлекалось тем, что пыталось определить, кто есть кто. Наверное, это делали все, но обсуждение подобных вещей каралось законом, поскольку унижало человеческое достоинство объекта анализа. Поэтому свои умозаключения и гипотезы приходилось держать при себе.
Преподаватели в этом отношении всегда оставались загадкой. Никаких намёков, никаких зацепок, хоть голову сломай. А вот студенты иногда выдавали себя: нехарактерная поза, манера держаться, иногда еле уловимые под тщательно подобранной одеждой анатомические особенности. Это создавало определённые возможности, чтобы строить какие-то предположения. Но уверенности не было никогда, разве что при поздней беременности. Интересно, когда оно получит диплом, проблема идентификации исчезнет сама собой? Или взрослому человеку, специалисту, это уже не важно?
В сущности, значимость такого знания стремится к нулю. Возможность овладеть профессией или устроиться на работу ограничивается физическими или умственными способностями человека. Создание семьи – желанием и только. Если два агендера окажутся людьми противоположного пола, то ребёнок может родиться естественным путём. Но в последнее время желание сохранить фигуру и нежелание открыто демонстрировать свою феминность приводит к тому, что пары выбирают искусственное выращивание плода. Что же касается секса… нужно быть готовым реализовать себя в любой роли или выяснить интересующие вас подробности до момента X. Правда, о человеке, вызывающем влечение, хочется знать намного больше, в том числе и его гендерную принадлежность. И это перерастает в настоятельную потребность, когда вызывающий её объект постоянно находится перед глазами. У Пламени как раз такой случай. А имя объекту – Чудо.
Сейчас оно спортивной пружинящей походкой вошло в аудиторию, непринуждённо поприветствовало всех и направилось к Пламени.
– Свободно?
Пламя кивнуло и приглашающе сдвинуло рюкзак, освобождая место:
– Ну как Булгаков?
– Шикарен и сложен! – Чудо расположилось рядом и приветственно улыбнулось.
В этот момент нестройный гул студенческих голосов перекрыла громкая и отчётливая преподавательская речь:
– Доброе утро, уважаемое студенчество!
Студенты дружно поднялись в молчаливом приветствии. Дисциплина – это то, к чему в университете приучали с первого курса.
– Тема сегодняшней лекции – возникновение ЛГБТ-движения.
В общих чертах эта информация была известна каждому из них. В начале XXI века гомосексуальность или гетеросексуальность человека были не его личным, а почему-то общественным делом. Понятие «нетрадиционная ориентация» служило ярлыком, который мог отравить всю жизнь, а то и поставить её под угрозу. Желание защитить себя и своих близких привело к созданию движения, которое сначала действительно только защищало своих, а затем, получив численное превосходство, начало притеснять противников. Во многих странах это привело к вооружённым конфликтам, а желающие мирного решения проблемы выступили за агендерность. Так из мира моды это понятие перекочевало в политику и стало символом толерантности, известным каждому цивилизованному человеку.
– Кстати, в нашем государстве агендерность стала нормой раньше, чем в других, и это, безусловно, повод для гордости. Таким образом, постепенно сформировалось надстереотипное мышление…
– Ага, теперь наши стереотипы надстереотипные, – с сарказмом пробормотало Чудо. Пламя ухмыльнулось, придвинулось чуть ближе и, наклонившись к его уху, тоном опытного психолога поинтересовалось:
– Хочешь поговорить об этом?
Прикосновение бедра к бедру отозвалось острым желанием в паху. Пламя откинулось на спинку скамьи и оценивающе посмотрело на Чудо. Оно сидело в прежней расслабленной позе. Интересно, что положение его тела всегда как будто транслировало комфорт. Незаменимое умение для будущего психолога, даже если оно было не естественным, а выработанным. Чудо никогда не сидело вполоборота – всегда разворачивалось всем корпусом, не имело привычки переносить вес на одну ногу или подпирать плечом стену во время разговора. Иногда человека выдаёт манера поправлять волосы или одежду. И внимательные люди склонны замечать такие мелочи. Но тёмные волосы Чуда были очень короткими, рубашки сидели как влитые. Когда оно надевало классические брюки со стрелкой, то, садясь, небрежным движением поддёргивало их, и это выглядело непринуждённо и элегантно. Его гибкие сильные пальцы отличались белизной и изяществом, свойственными, наверное, всем аристократам. Это в генах у них что ли? Так же, как породистым собакам бывает свойственна лёгкая придурковатость, весьма, впрочем, стильная. Как же оно сексуально, чёрт бы его побрал!
Когда преподаватель закончил и вышел из аудитории, Чудо спросило:
– Ну и к какому выводу ты пришло?
– Ты о чём? – Пламя удивлённо приподняло бровь.
Чудо усмехнулось:
– Ты так пристально меня изучало, что я чувствовало себя опытным модулем. Поделишься впечатлениями?
– Возможно.
– И от чего это зависит? – в его голосе появилась интригующая нотка.
– Для начала хочу собрать больше информации. Понаблюдать за тобой в нетипичной ситуации, например, – предположило Пламя, потирая подбородок большим пальцем.
– Так, может, после занятий прогуляемся по парку? Или ты предпочитаешь что-то более экзотическое, типа зыбучих песков или жерла вулкана?
– Начнём с парка, но твои предложения тоже неплохи.
В парке людно и шумно. Последние по-летнему тёплые дни притягивают сюда людей, как цветущая липа пчёл. Повсюду счастливые парочки, бродят, держась за руки, или сидят бок о бок на траве. Как муравьи, снуют дети на игровой площадке. Мимы пускают разноцветные мыльные пузыри, продают сахарную вату и кукурузу. И над всем этим, поглощая прочие запахи и вкусы, стоит властный и настойчивый аромат свежесваренного кофе.
– Интересно, откуда такая кофемания? Почему не чай или шоколад? Столько разных видов кофе или скучный чай в пакетиках. Избавляемся от стереотипов, а без чего не обходится ни одна прогулка?
– Твои слова навели меня на одну мысль… – губы Чуда тронула лукавая усмешка.
– По кофе? – деланно-обречённо уточнило Пламя.
– По-моему, у нас нет выбора.
Ради эксперимента они взяли манговый эспрессо.
– Чудовищно, – похвалило Пламя. – Но я бы предпочло заварить нормальный кенийский чай. И имбирь добавить. А ты?
– Ром, свиная грудинка и яичница – вот всё, что мне нужно! – Чудо скопировало интонации Билли Бонса из мультфильма.
Пламя залпом допило кофе и кивнуло:
– Достойный ответ. А аристократы валяются на траве? Белая кость не пачкается? – оно перемахнуло через невысокое ограждение, сбросило на землю рюкзак и с удовольствием вытянулось под раскидистым каштаном.
– Так кость внутри: не проверишь, – Чудо устроилось рядом и, покусывая только что сорванную травинку, задумчиво спросило:
– Ты задумывалось когда-нибудь, как живётся людям, которые не хотят быть агендерами?
Взгляд Пламени задержался на зелёном стебельке, который касался красиво очерченных губ Чуда:
– Нет, а кто их заставляет? У нас свободное общество.
– Свободное. Но если ты отличаешься от других, на тебя всегда смотрят косо. Представь, что кто-то гордится своей мужественностью или женственностью, что ему нравится тело, которое дала природа, и он хочет это открыто демонстрировать… или хотя бы не скрывать.
