Читаем Африка глазами наших соотечественников онлайн бесплатно

Эта книга составлена из свидетельств, которые принадлежат людям, побывавшим в Африке в самые различные эпохи — и восемь веков назад, и в середине прошлого столетия. Паломники, купцы, путешественники, ученые, литераторы. Не только из Москвы и Центральной России (а с XVIII столетия — и из Петербурга), но и с Украины, из Средней Азии, с Кавказа.

Цель книги — уяснить, хотя бы отчасти, какими же путями у наших предков накапливались представления о далеком для них материке; как постепенно складывался у них его образ.

Вряд ли читатели — даже те, кто не очень увлекается историей, — сочтут это неинтересным.

Но это не просто интересно.

Ведь в наши дни, когда контакты и связи между странами и континентами возросли как никогда раньше; когда благодаря социальному прогрессу, развитию техники и средств коммуникации народы все больше зависят друг от друга, — в наши дни крайне важно, чтобы они понимали, верно представляли друг друга. А для этого надо убрать все помехи на пути к сближению между народами — избавиться от предубеждений, небылиц, которые нередко бытовали столетиями, передаваясь из поколения в поколение. Надо очистить образы народов и стран от искажений, от случайного, наносного, и, главное, выделить, подчеркнуть все подлинное, прошедшее испытание временем. Иными словами, понять сложнейший механизм возникновения представлений у одного народа о другом, у одной страны — о другой.

Сейчас наступило время, когда такие представления вызывают всеобщий интерес. Не случайно в последние годы все чаще появляются кинофильмы, телепередачи, книги с такими названиями, как, например, «Америка глазами французов». Или — «Япония открывает Европу». Но понять, выявить пути образования представлений можно только анализируя процесс их исторического развития. Материалом для такого анализа и служит эта книга — в том, что касается взаимоотношений между пашей страной и народами Африки. Отечественных ученых эта тема заинтересовала не вчера. Еще в первые десятилетия нашего иска она привлекала внимание таких крупных востоковедов, как Б. Л. Тураев и И. Ю. Крачковский. Немалый вклад в ее изучение внесли Д. А. Ольдерогге, Б. М. Данциг, И. С. Кацнельсон, Г. А. Нерсесов, М. В. Райт и составившие эту книгу Ю. М. Кобищапов и Л. Е. Куббель. В мае 1965 г. в Московском Доме дружбы с народами зарубежных стран проходила трехдневная конференция «Исторические связи России с народами Африки». В ней приняли участие и многочисленные представители африканских стран — студенты и аспиранты, молодые ученые, дипломаты почти всех государств Африки. Труды конференции были опубликованы на английском и французском языках[1].

Настоящая книга — новый шаг в изучении важной и интересной темы. В книгу включены наиболее ранние и малоизвестные из свидетельств наших соотечественников об Африке. С большинством материалов, собранных здесь (кроме, пожалуй, одних лишь записок мореплавателя В. М. Головнина), современный читатель познакомится впервые. Увидев свет несколько столетий назад, они больше не переиздавались, были забыты и теперь открываются нам заново.

В тогдашних наблюдениях отражаются взгляды тех далеких времен. Эти наблюдения важны не только как ранние вести о жизни африканских народов. Перед нами предстают и сами очевидцы — наши соотечественники. Каждый из них был человеком своей эпохи, своего народа, своей общественной среды, и это неизбежно отразилось в самом характере наблюдений и оценок.

Мне кажется, эта книга должна привлечь внимание в нашей стране и в Африке и как дань уважения к давним традициям взаимных связей.

Автором вводных глав и комментариев к частям I и III, а также составителем текстов, вошедших в части I и III, является Ю. М. Кобищанов; автором вводных глав и комментариев к части II и составителем вошедших в нее текстов — Л. Е. Куббель; глава о путешествии О. И. Сенковского написана Ю. М. Кобищановым в соавторстве с С. Л. Милявской.

Комментарии (примечания) составителей или издателей текстов, отрывки из которых воспроизводятся в книге, следуют непосредственно за каждой публикацией. Авторские примечания оставлены среди самих текстов, так как рассматривались нами как составная часть этих текстов, а не как комментарии к ним. — Ред.

Впервые выходцы из Средней Азии появились в Египте в конце VI–V в. до и. э. вместе с персидскими войсками Ахеменидов. В это время в Мемфисе трудились мастера из Хорезма и Ферганы, переселенные сюда по приказу персидских царей. Парфянские, кушанские, сасанидские монеты, найденные в Египте, Эфиопии и на Занзибаре, свидетельствуют о торговле древних государств, существовавших на территории Средней Азии (а также Ирана, Индии и соседних районов), с рядом африканских стран. Однако большие группы среднеазиатов осели в Северной Африке лишь в период Арабского халифата.

В 750 г., когда в Дамаске была свергнута династия халифов Омейядов, два омейядских принца бежали через Египет в Нубию и страну беджа (в Нубийской пустыне). По сообщению арабского географа и историка аль-Масуди, среди спутников принцев были уроженцы Хорасана — области, которая теперь входит в состав Туркмении, Узбекистана, Таджикистана, Ирана и Афганистана. Беглецов преследовали другие хорасанцы — сторонники новой династии халифов Аббасидов.

Вскоре после описанных событий аббасидский халиф альМансур (754–775 гг.) сослал на остров Большой Дахлак у берегов Эфиопии сыновей своего хорасанского наместника Абд аль-Джаббара, которых, вероятно, сопровождали в ссылку их слуги-среднеазиаты.

В IX в. арабский географ аль-Якуби сообщал, что в сахарском городе-оазисе Завила (на юге Ливии) живут хорасанцы вперемежку с «черными и арабами». Вероятно, отсюда хорасанцы ходили с торговыми караванами в Центральную Африку.

Хотя Средняя Азия — континентальная страна, некоторые из ее уроженцев совершали и далекие морские путешествия. Одним из таких путешественников был некий Абу Али аль-Хафиз аль-Марвази, судя по нисбе[3], хорасанец из Мерва (близ нынешнего Мары в Туркмении). Почетный титул «аль-Хафиз» «хранитель» давался тем мусульманам, которые хранили в памяти все стихи Корана (к их числу принадлежал и великий персидский поэт Хафис). Об аль-Хафизе аль-Марвази известно только потому, что его попутчиком во время плавания на корабле по Индийскому океану оказался арабский географ Шаме ад-дин аль-Мукаддаси (X в.).

Когда судно приближалось к Адену, Абу Али счел своим долгом наставить неопытного и любознательного араба в торговых делах и предостеречь его от неосторожных спекуляций. При этом хорасанский путешественник-купец ссылался на свой опыт торговли с зинджами Восточной Африки. Аль-Мукаддаси с величайшим уважением цитирует высказывания этого многоопытного человека.

Позднее (середина XI — середина XIII в.), когда в портовых городах Восточной Африки, от Дахлака на севере до суахилийских городов-государств на юге, образовались колонии иранских и мусульманско-индийских купцов, среди этих купцов было немало хорасаицев. Имена одного хорасанца и одного ширазца названы в арабских надписях из Могадишо 1217 г. и 1269 г. Хорасанца звали Абу Абдаллах ибн Райн ибн Мухаммед ибн Ахмед ан-Найсабури ал-Хусрани. Он был, судя по первой нисбе, родом из города Нишапура. Надпись говорит лишь, что он скончался в месяце раби-ал-авваль 614 г. х., т. е. в июне — июле 1217 г.

Известны случаи, когда выходцы из Средней Азии достигали в африканских странах высокого общественного положения.

В 861 г. в Египет прибыл прославившийся во всем мусульманском мире хорезмийский ученый — математик, астроном, географ и историк Мухаммед ибн Муса аль-Хорезми, посланный сюда багдадским халифом для устройства километра — специального сооружения для регулярного измерения уровня Нила. Успешно выполнив эту работу, он вернулся в Багдад. В своем сочинении «Картины Земли», написанном на арабском языке, ученый приводит географические координаты почти всех известных тогда мусульманским ученым стран и городов Африки — от Ганы до верховьев Нила.

В 868 г. фактически независимым правителем Египта стал среднеазиатский тюрк Ахмед ибн Тулун, основавший здесь династию Тулунидов (868–905 гг.). Опору его власти составили 24 тысячи тюркских и 40 тысяч суданских воинов-рабов.

В позднее средневековье и в начале нового времени в Египте множество туркмен и кыпчаков встречались среди феодального воинства и правителей страны, тогда как в мусульманском университете аль-Азхар преподавали ученые-таджики. Некоторые из них прославились и в соседних странах Северо-Восточной Африки. Во второй половине XVII в. в Судане трудились на ниве генеалогической науки два мусульманских ученых: шейх Мухаммед ас-Самарканди, прозванный Великим, и Абу Махмуд Абдаллах ибн Саид ас-Самарканди, происходившие, как видно из их нисбы, из Самарканда.

В это же время в соседней Эфиопии одним из приближенных императора Фасилядаса (1632–1667 гг.) был выходец из Бухары Мухаммед ибн Муса аль-Бухари. Сведения о нем сохранил арабский ученый и литератор Хасан ибн Ахмед аль-Хаими аль-Кавкаба-III, посетивший Эфиопию в 1647–1649 гг. в качестве посла йеменского имама. Мухаммед ибн Муса исполнял обязанности переводчика с арабского на амхарский. По словам ученого-йеменца, арабским языком он владел «в предельной степени совершенства». Крестившись, Мухаммед ибн Муса аль-Бухари принял новое, эфиопское христианское имя, которого аль-Кавкабани не сообщает.

К сожалению, средневековые среднеазиатские путешественники по Африке не оставили описания виденных ими стран. Единственное исключение — знаменитый хорасанский поэт и прозаик Носпр Хисроу (Насир-и Хусрау).

Будучи родом из Юго-Восточного Хорасана (нынешний Афганистан), Насир Хисроу большую часть жизни провел в Мерее (теперь Мары в Туркмении). В возрасте сорока с лишним лет он отправился в путешествие, во время которого посетил Иран, арабские страны и небольшой уголок Тропической Африки, населенный беджа. В Египте хорасанский путешественник прожил почти пять лет (1046–1050 гг.). Отсюда он совершил четыре паломничества в Мекку: трижды — через египетский порт Кульзум на Красном море и в четвертый раз — через Асуан, пустыню беджа и Айзаб. Во время этого путешествия он познакомился с темнокожими кочевника мибеджа.

Последние годы жизни Носир Хисроу прожил в горах Памира, занимаясь литературой и педагогической деятельностью. Его «Книга путешествия» («Сафар-намэ») содержит не имеющее себе равных по яркости и глубине описание Египта XI в. В «Сафар-намэ» приводятся также интересные сведения о торговле в районе Асуана и Айзаба, о движении верблюжьих караванов между этими городами, о беджа и других жителях африканских стран. Но, будучи страстным сторонником шиизма, Носир Хисроу идеализирует порядки, которые установила в Северной Африке шиитская династия Фатимидов, во всяком случае, он старается не показывать теневых сторон фатимидского правления.

«Сафар-намэ» написана на персидском языке. Ниже приводятся отрывки из этой книги по изданию: Насир-и Хусpay, Сафар-намэ. Книга путешествия. Перевод и вступительная статья Е. Э. Бертельса, М.—Л., 1933. Замеченные в этом издании опечатки при воспроизведении текстовых отрывков в настоящей книге устранены.

Из Бейт-ал-Мукаддас я вознамерился сесть на корабль, поехать в Египет, а оттуда вновь направиться в Мекку. Но дул противный ветер, и по морю пуститься в путь было невозможно. Тогда я отправился сухим путем, проехал через Рамлэ и прибыл в город, который называется Аскалон.

Там я видел базар, красивую мечеть и арку, про которую говорили, что она в древности служила церковью. Это огромная каменная арка, и, если бы кто-нибудь пожелал снести се, это обошлось бы весьма дорого.

Выехав оттуда, я видел по дороге много деревень и городов, описание которых удлинило бы книгу и о которых я посему умалчиваю. Наконец я приехал в место, называемое Тынэ. Это местечко служило гаванью для судов, направлявшихся в Тиннис. Я сел на один из кораблей и отправился туда.

Тиннис этот — красивый город, он лежит на острове, так далеко от суши, что даже с крыш города не видно берегов. В городе много жителей, есть красивые базары и две мечети. Я полагаю, что там около десяти тысяч лавок. Сто лавок имеют москательщики.

Летом на базарах продают кешкаб[4], потому что город лежит в теплом климате и там много болезней.

Там ткут цветные материи, называемые касаб, для тюрбанов, женских платьев и панталон. Такого цветного касаба не ткут нигде. Белый касаб ткут в Дамиэтте, а тех материй, которые ткутся в султанских мастерских, никому не продают и никому не дарят.

Я слыхал, что правитель Фарса послал в Тиннис двадцать тысяч динаров, чтобы ему купили одежду из султанских материй. Его посланцы провели там несколько лет и так и не смогли купить ничего.

Есть там известные ткачи, и одному из них, соткавшему тюрбан для египетского султана, султан приказал дать пятьдесят магрибинских динаров. Я видел лот тюрбан, и мне говорили, что он стоит четыре тысячи магрибинских динаров.

В городе Тиннисе ткут «бу-каламун»[5], равного которому нет во всем мире. Это золотая ткань, которая во всякое время дня отливает другим цветом. Эту ткань из Тинниса вывозят и на запад и на восток.

Я слыхал, что румийский султан послал кого-то к египетскому султану и просил его взять сто городов из румийских владений и отдать ему Тиннис, но египетский султан не согласился. Румийский султан сделал это предложение, потому что хотел завладеть городом, где ткут касаб и бу-каламун.