Читаем Африка для Яны онлайн бесплатно

Новый международный аэропорт «Платов» в 29 километрах от Ростова-на-Дону со своей взлётно-посадочной полосой в 3600 метров способен принимать воздушные суда всех типов, включая гигантские Аэробусы и Боинги. Но в тот июньский вечер диспетчеры с интересом ожидали грузовой рейс из Афин [Греция]… Огромный турбовинтовой Антей — Ан-22, списанный из ВВС Российской Федерации и перекупленный частной грузовой авиакомпанией, был редким гостем…

Дело в том, что гигантских широкофюзеляжных АнтЭев, которые начали летать ещё в конце 60-х годов прошлого века, осталось на службе всего несколько штук и внимание к рейсу ЕА-55 было особым… В Афинах была дозаправка, а сам транспорт перевозил два вертолётных двигателя из африканской республики Мали на кап. ремонт в РостВертол — Ростовский Вертолетный Завод.

С небольшим запозданием КВС [командир воздушного судна] вышел на связь:

— Подход, это ЕА-55, каков наш порядок следования? — услышал диспетчер Алексей Соколов запрос от КВС Ан-22…

— ЕА-55, вы на канале подхода, переходите на канал посадки…, — ответил Алексей

— ЕА-55 перешёл на канал посадки, снижение 400…

— ЕА-55, продолжайте заход ВПП-19…

На мгновение эфир замолчал…Но лишь на несколько секунд:

— "Платов", это ЕА-55, прошу разрешение на заход по-афгански, — услышал в наушниках Алексей и даже не сразу понял командира Ан-22:

— ЕА-55 повторите…

— ЕА-55 прошу разрешение на заход по-афгански, — повторил КВС, по всем правилам называя себя [ЕА-55] перед каждой репликой…

— Какой заход по-афгански… — начал было Алексей, но сосредоточился, и снова перешёл на сухой язык регламента проводки воздушных судов. — КВС ЕА-55, у вас всё в порядке на борту с техникой и в экипаже?

— ЕА-55 мы сегодня "чёрный тюльпан", прошу разрешение на заход по-афгански…

Алексей взглянул на старшего диспетчерской смены, но тот, слыша переговоры с АнтЭем, уже сам во все глаза смотрел на Алексея…

Заход по-афгански это заход со снижением с противоположной стороны, далее с резким креном и с разворотом приземление на ВПП [взлётно-посадочную полосу]. Самолёт уязвим при посадке — скорость уже мала, и в него легко попасть из любого оружия. Поэтому в Афганистане советские лётчики использовали ускоренную посадку, чтобы не быть сбитыми на этом этапе. Самолёт приходилось направлять вниз к земле носом и при заходе на посадку по-афгански часто первое касание с ВПП происходило на переднюю стойку шасси — транспортники Ил-76 и Ан-12 к этому приспособлены, но выполнить такой трюк на гигантском АнтЭе Ан-22 чрезвычайно опасно… Чёрный тюльпан — это прозвище самолётов, которые из Афганистана доставляли гробы с погибшими на Родину, а потому через 30 лет после окончания афганской войны слова КВС звучали как какой-то бред …

Старший диспетчерской смены вмешался в переговоры:

— ЕА-55, что значит "чёрный тюльпан"?… Продолжайте заход по обычному регламенту…

— ЕА-55 у нас боевая потеря члена экипажа…прошу заход по-афгански, — повторил КВС.

Старший смены зажал рукой микрофон и чертыхнулся:

— Да он пьяный, зараза…или под наркотой…Лёха, я аккуратно и вежливо с ним поговорю, а ты врубай тревогу — пожарку, скорую — всех на поле. Отменить все посадки и взлёты…

Глубоко вздохнув, старший смены снова обратился к КВС:

— Еа-55, вижу вас, ситуацию понял, афганский заход отставить, снижайтесь по обычному регламенту, удаление 9 левее курса 1000 метров…

— Вас понял, левее курса 1000 метров…

— ЕА-55, полосу видите?

— Так точно.

— ЕА-55 левее курса 300 на глиссаде…

— ЕА-55 левее курса 300 — выравниваюсь…

Вроде по технике посадки КВС был вполне вменяем и мандраж на диспетчерской "вышке" прекратился:

— ЕА-55, ветер у земли 260 градусов 5 метров в секунду, удаление 5 000, на курсе на глиссаде, — продолжал спокойно говорить старший диспетчерской смены…

— Принял информацию, вошел в глиссаду, шасси выпущены, готов к посадке по команде, — ответил КВС.

— ЕА-55, посадку разрешаю впп-19

— Посадку на впп-19 разрешили, выполняю…

Огромная машина аккуратно коснулась бетонки и с замедлением покатилась к ангарам…

Начальник службы безопасности полётов аэропорта "Платов" подъехал к АнтЭю почти одновременно с пожарными и скорой…Поджидая экипаж, он думал, что будет делать, если КВС откажется от медицинского освидетельствования — может сразу полицию вызвать? Но скандала не хотелось — судя по документации КВС был человеком заслуженным — полковник военно-транспортной авиации в отставке, возраст под 60, ветеран Афганской войны со многими наградами — теперь вот летал пилотом в частной транспортной авиакомпании…

Двое лётчиков из Ан-22 подошли к начальнику службы безопасности… Поздоровались за руку:

— А где третий член экипажа? — спросил начальник.

КВС вдруг будто вспомнил что-то, покачал головой и странным монотонным голосом произнёс:

— Боевая потеря.

Начальник службы безопасности взгялнул на второго пилота, но увидел лишь рассеянное выражение лица…Под пристальным взглядом начальника второй пилот кивнул и просто закрыл глаза… Он так и остался стоять с закрытыми глазами чему-то улыбаясь про себя…

— Вам нужно пройти медобследование, — сказал начальник. — Пройдёмте пожалуйста в машину скорой помощи — вас отвезут…

— Вы правы, — кивнул КВС. — Голова какая-то странная, будто сплю…

Усадив пилотов в машину скорой, начальник подошёл к сотрудникам аэродромных служб и отдал распоряжение:

— Осмотрите самолёт прямо сейчас, ещё до разгрузки — может там борт-инженер у них вообще в отрубе спит, если даже эти двое в таком состоянии…

Начальник службы безопасности полётов не сразу вернулся к себе в кабинет… Проходя мимо кафе в аэропорту, он решил перекусить.

Он успел съесть первое и второе, налил молоко в кофе, и уже хотел отведать выпечку, когда заиграла мелодия звонка на мобильном:

— Это с Ан-22, — раздался взволновавнный голос в трубке. — У них в холодном отсеке два трупа — африканцы в камуфляже…

— Господи, — вырвалось у начальника. Такого он просто не ожидал: — А борт-инженера нашли?

— Никак нет, но уже ничему не удивимся…

— Обыщите каюты сопровождающих — там на АнтЭе спальные места есть, — автоматически сказал начальник и подумал: "Это даже не в полицию и не в транспортную прокуратуру, а в ФСБ надо звонить" …

Он стал лихорадочно перебирать телефонные номера в контактах мобильника, понимая, что первый доклад должен быть в ФСБ, но ещё не успел нажать кнопку вызова, когда снова раздался звонок с АнтЭя:

— Мы нашли девушку!!! — теперь уже помошник просто кричал в трубку, — Чёрная девушка, африканка! — она жива, но в отрубе!..что-то ей вкололи, Скорую нужно!!!

Следователь по особо важным делам Следственного Комитета РФ Олег Корнилов служил в весьма интересном подразделении Центрального Аппарата СК РФ в Москве — в "Управлении по расследованию преступлений, связанных с применением запрещенных средств и методов войны". Уже само грозное название этого Управления наводит на мысли о контр-разведке, а может даже и непосредственно о разведке, которыми в России, вообще-то, занимается другая, всем хорошо известная организация. Где проходит тонкая грань между этими упомянутыми выше службами мало кто знает, но для начавшейся в аэропорту "Платов" истории с Ан-22 это особого значения не имело — достаточно было понимать, что в таком подразделении СК работают люди с неординарными навыками и знаниями, далеко выходящими за кругозор обычных следователей…

Олегу было всего 29 лет, а он уже носил звание подполковника юстиции… Как говорила его мама:

— Ты к 30-ти годам успел всё, кроме самого главного…

Самым главным мама подполковника юстиции считала создание семьи… а Олег пока не был женат. Об этом я пишу не случайно. Дело в том, что при распределении дел, потенциально связанных с командировками, семейные следователи настолько тяжелы на подъём, что дело Ан-22 в Ростове-на-Дону почти автоматически попало именно к Олегу — и даже не из-за командировки в Ростов — нити тянулись в Грецию и дальше в африканскую Мали, и Бог весть куда ещё, учитывая географию полётов Антея…

Перед Олегом лежала схема внутренних отсеков Ан-22 и он внимательно читал тех. документацию:

"Носовой отсек Ан-22 представляет собой самостоятельную гермокабину с избыточным давлением воздуха 0,4 кгс/см2. В нём расположена двухпалубная кабина экипажа. На нижней палубе в носовой части расположена кабина штурмана, а за ней два кубрика пассажирской кабины. На верхней палубе в носовой части расположена кабина остальных членов экипажа, а за ней третий кубрик пассажирской кабины (всего для 21 человека сопровождающих груз).

Средний отсек также герметичный, в нём находится грузовая кабина под избыточным давлением 0,25 кгс/см2. Грузовой пол с рифлёным настилом из титанового сплава. Снаружи грузовой кабины вдоль бортов расположены обтекатели основных опор шасси. Кроме стоек шасси, в обтекателях находится часть оборудования самолёта и входные коридоры с дверьми.

Хвостовой отсек включает часть грузовой кабины, грузолюк и НЕгерметичный отсек. В стенке гермошпангоута имеется люк для прохода в негерметичную зону.

Четвёртый негерметичный отсек образует хвостовую законцовку фюзеляжа. В верхней панели законцовки имеется эксплуатационный люк для выхода на стабилизатор [хвост самолёта, иначе говоря]."

Именно в четвёртом кормовом негерметичном отсеке и были найдены замороженные трупы двух африканцев…

Живая африканка была найдена в герметичном носовом отсеке на нижней палубе в кубрике за кабиной штурмана — она лежала в спальном мешке на полу под койкоМестом, и потому её не увидели сразу…

Надо понимать в чём разница герметичных и не герметичных отсеков в самолёте — во первых герметичные отсеки обогреваются и в них поддерживается нормальное давление и уровень кислорода. А НЕгерметичные отсеки — это практически морозилки, где давление скачет в зависимости от высоты полёта — например в небольшом транспортнике Ан-12 грузовой отсек НЕ герметичен, и именно поэтому Ан-12 использовался как "чёрный тюльпан" в Афганистане — можно было цинковые гробы не запаивать — при температуре на земле + 20 градусов тепла в НЕ герметичном отсеке на высоте 10 000 метров стоит мороз минус 40 градусов цельсия: это потому, что с подъёмом на каждый километр над уровнем моря температура опускается на 6 градусов — отсюда и снежные вершины гор в самых южных странах…

Таким образом Олегу сразу стало понятно, что девушку хотели оставить в живых — и тёплый спальный мешок и герметичный обогреваемый отсек не оставляли сомнений на этот счёт — при этом сама обездвиженная девушка была спрятана под "банкетку"… Что касается трупов мужчин, то оба африканца были просто искусственно заморожены в кормовом негерметичном отсеке — никаких ран на теле не было — патологоАнатомическая экспертиза выявила смерть в результате переохлаждения. Но и здесь было одно большое НО… — замерзая, люди стараются укутаться, прижаться друг к другу, сгрупироваться в позу эмбриона, поджав ноги и согнувшись, чтобы согреться — ни о чём таком положение тел не говорило — трупы были найдены лежащими навзничь и порознь…

Ещё БОльший интерес представляло состояние двух членов экипажа Антея [и это если на секунду забыть об исчезновении борт-инженера]. И командир и второй пилот сразу с аэродрома были доставлены в Госпиталь ФКУЗ "МСЧ МВД России по Ростовской области" где лабораторные анализы показали отсутствие в организме лётчиков каких-либо следов алкоголя, наркотических, токсических, отравляющих или лекарственных препаратов. При этом симптоматика провалов памяти и дезориентации экипажа была абсолютно подлинной и все подозрения в симуляции симптомов начисто отвергались психиатрической экспертизой…

Было абсолютно ясно почему дело передали в "Управление СК по расследованию преступлений, связанных с применением запрещенных средств и методов войны", но Олегу от этого было не легче. Вникая в заключения мед. экспертиз, он вынужден был перечитывать целые статьи из википедии и мед. энциклопедии. Расшифровывая необычный диагноз членов экипажа — "временное растройство сознания по типу шизофрени́ческого дели́рия [онейроида] с быстрым восстановлением нормы и остаточными явлениями частичной амнезии [потери памяти]" — он читал следующее пояснение прямо из википедии:

"Психопатологический синдром, характеризующийся особым видом качественного нарушения сознания (онейроидная, грезоподобная дезориентировка) с наличием развёрнутых картин фантастических сновидных и псевдогаллюцинаторных переживаний, переплетающихся с реальностью. Дезориентировка во времени и пространстве (иногда и в собственной личности) при онейроиде отличается и от оглушения (характеризующегося отсутствием ориентировки), и от аменции (характеризующейся постоянным безрезультатным поиском ориентировки) — при онейроиде больной является участником переживаемой псевдогаллюцинаторной ситуации. Окружающие люди могут включаться больным в виде участников в переживаемую ситуацию. Одним из признаков онейроида является дезориентация в личности галлюцинируемого, изменение субъекта восприятия, трансформация Я, например, "превращение" в птицу или дерево."

— "Мда, — сказал Олег сам себе. — План действий ясен: запрос в Мали с фотками африканцев; транспортировка лётчиков в Москву в институт Сербского и личная беседа в присутствии психиатра; запрос в Афины [откуда совершал большую часть рейсов Антей]; беседа с коллегами по фирме и членами семей; характер грузов и контакты по линии бизнеса — это всё понятно, но что делать вот с ЭТИМ?" — перед ним лежала фотография белокожей девушки, которая вполне могла быть и россиянкой… Фотка была найдена в кармане трупа одного из африканцев — лётчики в госпитале опознать девушку по фото не смогли: во всяком случае в данный момент ничего о ней не помнили…

Интуитивно Олег понимал, что именно эта фотка являлась ключом к разгадке всего дела…С чего бы вдруг фото россиянки оказалось в кармане африканского трупа на российском самолёте? Да и россиянка ли эта девушка?

Олег снял телефонную трубку и набрал номер следователя в Ростове-на-Дону:

— Привет, Игорь…Это Олег. Хочу тебя озадачить очень серьёзно…Сними мне все пальчики по АнтЭю — ну, лётчики-же едят на борту — все тарелки, стаканы, вилки, ложки — всё, где только могут держаться отпечатки…

… … …

— Тёма, Тёма, не отставай! — кричала маленькая девочка лет пяти своему неуклюжему семилетнему двоюродному брату…Мальчишка слегка прихрамывал и, стесняясь своей неловкости, с блаженной улыбкой, как мог, ковылял за кузиной…