Читаем Адвокат (СИ) онлайн бесплатно
Клод и Марго.
АДВОКАТ
Часть 1
1.
Счастье можно симулировать. Он это отлично знал. Он всю жизнь только этим и занимался. Иногда он смотрел на себя в зеркало в ванной комнате и думал, до чего же благополучно он выглядит. На него из матовой запотевшей глубины смотрел красивый молодой человек с обаятельной улыбкой, молодой преуспевающий адвокат, семейный человек, живущий уже три года со своей прелестной молодой женой. И больше ничего. Ни следа того огня, который он тщательно гасил в себе последние семь лет. Ни мучений, ни отчаяния, ни одиночества не было в этих ясных голубых глазах и в тонком приветливом лице. Возможно, это было и хорошо. Хотя бы что-то в этой жизни ему удалось. Он научился держать себя в руках.
— Дорогой, ты поздно вернешься? — спросила Арлен, целуя мужа в щеку, и заботливо оправила на нем галстук.
— Поздно, — рассеянно ответил Манвэ. — У меня много работы.
Жена сделала недовольную гримаску. Она считала, что супруги как можно больше времени должны проводить вместе.
— Извини, — Манвэ ласково потрепал ее по подбородку.
— Ладно, иди, я все-таки не оставляю надежды стать первой леди.
— Тогда ты меня вообще видеть не будешь, — рассмеялся адвокат.
Он вошел в контору, улыбнулся секретарше, которая незамедлительно просияла, она была влюблена в него по уши, впрочем, как и все окружавшие нашего героя женщины.
— Вас ждет посетитель. — И добавила, понизив голос: — Он очень странный. Вам лучше не иметь с ним дел.
— Спасибо, Лиза, я посмотрю.
Когда он вошел в кабинет, посетитель поднялся из кресла ему навстречу. «Гангстер», — подумал Манвэ в первую минуту, а потом думать как-то сразу перестал. Перед ним стоял молодой парень, едва ли намного старше Манвэ, с длинными светлыми волосами, собранными сзади в хвост, высокий, широкоплечий, носивший свой дорогой бежевый костюм с изяществом человека, всю жизнь проходившего в хороших вещах. Глаза синие, чистые и яркие, нос с горбинкой, черные, прямые, как стрелы, брови. Но несмотря на ухоженный и даже, пожалуй, шикарный, с точки зрения среднего обывателя, вид, было сразу понятно, насколько он опасен. Он двигался с ленивой развинченной грацией, готовой в любую секунду перейти в хищную пластику профессионала. Он был похож на дикого зверя, которого одели в ошейник и научили не нападать на хозяев, но находиться с ним рядом всегда бы было риском для жизни. Он был непредсказуем и ослепительно хорош, во всяком случае, для бедняги адвоката, который даже слова не мог вымолвить, глянув в синие глаза.
— Добрый день, — весело сказал гость, в голосе его отчетливо слышалась легкая хрипотца. — Мое имя — Мелькор, и я прошу уделить мне несколько минут.
— Да, конечно, — пробормотал Манвэ. Он еще раз отважился взглянуть посетителю в лицо и вдруг понял, что его смятение увидели и разгадали. Он вздрогнул от стыда и прошел за свой стол.
— Мне вас очень хорошо рекомендовали, — продолжал Мелькор, жадно глядя на стройную, узкобедрую фигуру Манвэ. Он так беззастенчиво и восхищенно разглядывал его, что адвокат боялся поднять глаза на посетителя. Он просто раздевал его взглядом.
— Мне нужен хороший адвокат, чтобы он на меня работал. Сразу предупреждаю, что хлопот со мной много, но и сумма вознаграждения немалая. — И он улыбнулся наглой и призывной улыбкой так, что стало сразу понятно — форму вознаграждения можно будет обсудить отдельно. От этой улыбки Манвэ бросило в жар. Он сделал вид, что задумался, украдкой наблюдая, как Мелькор разваливается в кресле, вытягивая длинные ноги на полкомнаты, как он достает портсигар, крутит в сильных худых пальцах сигарету, потом сует ее в рот, все эти движения, полные небрежной точности, восхищали Манвэ до дрожи. А посетитель смотрел на него, не скрываясь, и думал:
«Черт возьми, какой красавчик… Мадонна, это же чистый ангел. Если бы папашка его увидел, он отдал бы концы. Даже у него бы встало. Какие глаза… А губы… И какие ножки… Ну, и задница тоже в самый раз. И эта улыбка… Святой Себастьян… Я его хочу. На кой мне адвокат, пусть лучше переспит со мной разочек. А как мы смотрим… Нам нравятся мужчины? Судя по всему, да. И нечего кусать губки, моя прелесть, ты своего мужчину уже нашел».
— У меня пока есть к вам пустячная просьба, — Мелькор еще раз улыбнулся и остался доволен эффектом. — Тут надо оформить кое-какие бумаги, не поможете?
— Конечно, оставьте мне их, я посмотрю. А насчет остального нам надо будет поговорить подробней.
— Отлично, — Мелькор вскочил. — Вот номер моего сотового, позвоните мне. Допустим, завтра. Управитесь?
— Конечно, — Манвэ мечтал только об одном: чтобы посетитель убрался и перестал смотреть на него так, что у адвоката мурашки по коже бегали. Мелькор пошел к выходу и, обернувшись, сказал хрипловатым и чувственным голосом:
— Позвоните мне завтра. Обязательно.
Дверь хлопнула, Манвэ откинулся на спинку кресла, обессилев от напряжения.
2.
Ночью ему приснился сон. Его часто мучили эротические сны из далекого прошлого, когда он еще потакал своей врожденной склонности.
О том, что его тянет к мужчинам, Манвэ узнал в четырнадцать лет. Потрясение это он перенес относительно легко, но когда об этом узнали родители (а к этому времени Манвэ был уже вполне сложившимся гомосексуалистом с достаточным сексуальным опытом), был жуткий скандал, курс у психоаналитика и прочие ужасы. А главное, четвертый курс юридического колледжа и блестящая карьера впереди. Чем-то надо было пожертвовать, и он пожертвовал личной жизнью, что при его ответственности и глубокой внутренней добропорядочности было единственным выходом.
Окончание колледжа, практика, наконец, своя контора. Несколько громких дел, пара статей в центральных газетах. Деньги. Работа. Резиновый и утомительный секс, после которого не остается ничего, кроме тупой опустошенности, с какими-то девицами и, позже, с Арлен. Женитьба на дочери начальника. По расчету, потому что он не мог любить женщину. Арлен была вполне симпатична ему и нетребовательна в постели. Во всяком случае, жалкие потуги Манвэ доставить ей удовольствие ее вполне удовлетворяли. А возможно, ее восхищала его несравненная красота и Арлен была уже довольна тем, что обладает таким мужчиной. Во всяком случае, их брак был достаточно спокойным, а карьера делалась без всяких усилий. Работа, работа и еще раз работа. Пара любезностей секретарше, знакомой из конкурирующей конторы, и ты уже прослыл Казановой. Все проистекает само собой, и удача улыбается тебе. Тебе двадцать пять, у тебя прекрасная квартира в Манхеттене и загородный дом в Мейне. Счет в банке и черный «порше». Размеренное спокойное существование. И никаких мужчин. Ни высоких блондинов, ни широкоплечих брюнетов. Такая жизнь. Ничего не поделаешь.
А сон был ужасный. В каком-то смысле это был кошмар. Во сне был Мелькор. Ничего не слушающий, наглый, властный, притягательный до дрожи. Он вытворял с адвокатом, что хотел, и тот таял во сне от возмутительной недозволенной сладости.
Проснулся он, как от толчка. Сел в кровати. Четыре утра. Арлен спит, темные волосы закрывают лицо, только голое плечо матово мерцает в полумраке. Манвэ тихо вылез из постели. Зашел в ванную, включил холодную воду, умылся. Посмотрел на себя в зеркало. Зрелище было жалкое. Как будто в этот паршивый предрассветный час проступило на его лице все тщательно скрываемое напряжение, в глазах какая-то загнанность, губы поддергиваются, ко лбу прилипла мокрая темная прядь. Смотреть на этот кошмар сил не было, и Манвэ спустился вниз. Достал из бара бутылку «Абсолюта», налил себе полстакана и выпил залпом. Он обычно не пил водку, но сейчас ему просто необходимо было расслабиться.
3.
Они встретились на улице. У Мелькора была спортивная, очень дорогая машина «viper» — «гадюка», пронзительного желтого цвета. Они сидели в этой машине, и Манвэ по очереди передавал ему бумаги, объясняя, что надо делать. Мелькор слушал, кивал, понимающе хмыкал, но ни один, ни другой ни на секунду не забывали, что его бедро плотно прижимается к ноге Манвэ и гангстер не хочет, а адвокат не может отстраниться. Наконец, Манвэ покончил с бумагами и стал прощаться.
— Стойте, — повелительно произнес Мелькор. — Нам надо еще кое о чем договориться.
— О чем?
— О нашей будущей совместной деятельности. Я приглашаю вас провести вместе уикенд.
— Но я…
— Дослушайте, пожалуйста. Мне надо смотаться в Филадельфию, поговорить с одним типом, и хорошо бы при этом присутствовал адвокат. Я вам заплачу. Остановимся в отеле за мой счет. А вы отдохнете и развеетесь, а то вон какие круги под глазами.
«Сволочь, — подумал несчастный Манвэ, — из-за тебя же, сукина сына, а то ты не знаешь».
Но отказать он просто был не в состоянии. Мысль о том, что они будут ехать вдвоем в машине, а потом, может, ужинать в ресторане, сводила его с ума. Он мечтал об этом, как мечтают дети о поездке в Диснейленд.
— Хорошо. Поедем. Там и поговорим.
4. НОМЕР ЛЮКС
— Почему вам пришло в голову взять двухместный номер? — спросил Манвэ, пока они поднимались в лифте.
— Так удобней, — беззаботно ответил Мелькор. — Ведь если тебя придут убивать, ты же себя не защитишь?
— А меня придут убивать?
— Могут и прийти. С них станется.
Номер действительно был шикарный. С двумя спальнями, гостиной и ванной величиной с гостиную. Все в салатно-зеленом цвете. Мелькор фыркнул — он не любил зеленый.
Он прошел в гостиную, с удобством расположился на диване и жестом предложил Манвэ устраиваться в кресле напротив.
Адвокат не слишком уютно чувствовал себя в отдельном номере под взглядом этих страшных глаз и изо всех сил пытался придать себе деловой вид. Мелькор со скрытой усмешкой смотрел на него, небрежно обрезая кончик сигары. Нервозный вид молодого человека, вцепившегося в свой блокнот, развлекал его.
«Ну-ну, красавчик, не дергайся так. Что же будет, когда дело дойдет до постели?» — думал гангстер.
Манвэ откашлялся и проговорил:
— Итак, каковы же ваши условия? Чего вы хотите от меня?
Мелькор едва удержался от усмешки:
«Если я скажу, чего хочу, ты вылетишь отсюда пулей…»
А вслух сказал:
— О, ничего невозможного, — тут он помедлил, буравя взглядом собеседника, ровно столько, чтоб до него дошло, что фраза имеет два смысла. — Вы должны следить за тем, чтоб мои бумаги всегда были в порядке, прикрывать некоторые рискованные операции. Ну, более полные инструкции вы получите, если выразите согласие работать на меня.
Манвэ опустил глаза. Он был не в силах смотреть на Мелькора. Только молился про себя, чтоб его состояние не было замечено этими всевидящими глазами и превратно истолковано.
В принципе, превратно истолковать его было довольно сложно. Те несколько взглядов, которые Манвэ отважился бросить на Мелькора, выдавали его с головой. И они оба это понимали, только Мелькор играл с ним, как кот с мышью.
«Никуда не денешься, — думал он. — Я же вижу, как тебе этого хочется. Ничего, подожди, вот наступит вечер, и мы с тобой посмотрим, чем нам заняться. И нечего цепляться за свой блокнотик. Он тебе не понадобится».
— Я… должен подумать, — нашел Манвэ спасительную отговорку. — Я скажу вам завтра.
— Завтра? — поднял бровь Мелькор. — Хорошо, посмотрим, что будет завтра.
От взгляда, сопроводившего эту двусмысленную реплику, Манвэ едва не поперхнулся и дал себе слово взять другой номер, пусть даже не люкс.
— Пойдем поужинаем, — невинно предложил Мелькор. — Здесь отлично кормят.
Однако его синие глаза продолжали следить за каждым движением молодого адвоката.
За столом кусок не лез в горло Манвэ, и он так и не смог оценить местную кухню. Мелькор ел с удовольствием и вел светскую беседу, в которой его сотрапезник участвовал на уровне «Ну да, ага, конечно». Больше всего ему хотелось пойти к администратору и попросить отдельный номер. С засовом. Но когда он представлял себе радостный хохот Мелькора и его ядовитые реплики, когда он обнаружит подобную трусость, ему уже хотелось не номер, а под землю провалиться.
«Ладно, — решил он. — К черту. Закрою спальню на задвижку».
«Если я тебе позволю», — подумал Мелькор, читавший его мысли по выражению лица, которое гордящийся своим самообладанием адвокат проконтролировать уже не мог.
Манвэ долго сидел в баре, спиртное пошло у него лучше, чем еда, но, выпитое на пустой желудок, оно оказало настолько губительное воздействие на решение хранить невинность, что адвокат сильно пожалел об этом. Он уже не мог не смотреть на Мелькора и отлично сознавал, что у него самого совершенно непристойное выражение лица. Бармен тоже поглядывал на них с интересом.
«Представляю себе, как я похабно выгляжу, — страдал Манвэ. — Небось, глаза, как у больной собаки, разве что слюна не капает. Господи, но какое же у него тело. И какие глаза. Вот если бы… Заткнись немедленно и помни о задвижке. А может, все-таки… Один раз. Никто ничего не узнает. А потом я пошлю его к черту. — Тут он посмотрел на решительный профиль своего клиента и вообразил, как он посылает его к черту. Получилось неплохо, но довольно болезненно. — Нет. Я дал себе слово. Я дал слово маме. Я не могу. Еще связаться с этим бандитом не хватало. Дверь на задвижку, и все. А если он ко мне пристанет? — И тут у него сладко заныло в низу живота, когда он представил себе, как Мелькор к нему пристает. — Что мне, как войду в номер, кидаться в спальню и запираться там?»
В отчаянии Манвэ вылил в рот еще один стакан джина и решил, что все устроится само собой. Может быть, в спальне и вовсе нет задвижки…
Мелькор делал вид, что его внимание полностью поглощают полуобнаженные девицы на сцене, и краем глаза следил за своим адвокатом.
«Все, готов, — подумал он. — Еще стакан, и он будет ползать у меня в ногах, умоляя трахнуть его прямо здесь».
Он решительно поднялся и сказал:
— Поднимемся в номер.
И добавил негромко, с вполне деловым выражением лица, которое любил придать себе в критические моменты жизни вроде этого:
— Я должен сказать вам одну вещь, о которой забыл предупредить.
«Слава Богу, — облегченно подумал уже порядком захмелевший Манвэ. — Может, я просто совсем спятил на почве секса? Он, похоже, вовсе не собирается ничего предпринимать. Ну, а двухместный номер… Мало ли, может ему нравятся двухместные номера… — размышлял он, плетясь за решительно шагающим по коридору Мелькором, — любит он их. Любит, чтобы кто-нибудь спал в соседней спальне. Или боится. Нечистая совесть. Кошмары…» — Он зашел за Мелькором в номер и упал в кресло. Честно говоря, он сильно сомневался, что сможет отказать этому типу. Но он намеревался бороться до конца. Каким бы он ни был.
Мелькор закрыл дверь и вернулся в гостиную. Пружинистой походкой матадора подошел к креслу Манвэ, уперся руками в подлокотники и склонился к адвокату.
— Ну, я полагаю, предлагать вам сейчас напитки было бы лишним. Может быть, прикажете развлечь вас каким-нибудь иным способом?
