Читаем Адиль (СИ) онлайн бесплатно
После трапезы всех новых жителей развели по комнатам. Как Максиму удалось мимолетом выяснить у одного из мальчиков, с которым их вместе привезли накануне и который любезно удержал его от падения, что жили омеги по три человека, постели мягкие, света много, все комнаты с вентиляцией и кондиционированием. Парень был бы не прочь ещё поболтать и, как показалось Максиму, любил это дело, но их беседу прервал охранник, грубо тряхнувший Юрия. Омега, как и Максим, был русским, только на десять лет моложе. Его запах был чистым и нетронутым. Такие здесь ценились.
Когда все были разведены по комнатам, в узком коридоре остались только Эрих, управляющий особняка, и сам Максим. Охрана растворилась в здании.
— Господин хочет, чтобы ты жил в доме, — твердо проговорил бета на хорошем английском. Максим кивнул в ответ и пошел за управляющим, который направился к выходу.
Идя теперь уже без спешки и при свете дня по аллее, ведущей к особняку, Максим имел возможность рассмотреть растительность, имеющуюся на территории. Вдоль дороги были высажены пальмы, а если посмотреть вглубь, то среди ухоженных зарослей можно было приметить небольшой фонтан со скульптурой обнаженного омеги. Меж пальм были высажены агавы и кактусы. Пока бета молча шагал по дороге, омега наслаждался. Аллея явно была посвящена растениям юга. В какой-то момент Максим даже остановился, чтобы охватить взглядом всю красоту здешней природы.
— У господина собраны здесь растения со всего мира, это лишь малая часть того, что представлено в этом удивительном парке, за ним ухаживают больше тысячи сотрудников, в том числе и выкупленные омеги, как ты. Это часть обучения, — вдруг проговорил до этого безучастный бета. — Здесь есть даже березовая роща.
Максим внимательно посмотрел на управляющего. Было видно, что судьба парка ему небезразлична. Больше бета не проронил ни слова, а Максим не отставал. Судя по всему, у него будет время изучить растения на территории особняка.
========== Против воли ==========
Очистить тело и душу омеги, чей запах напоминал о родном и единственном истинном, альфа решил, обратив того в свою веру. Максим был крещён в православии, а крестик, который носил на шее и оберегал всеми силами, — единственное, что удалось оставить ему в память о прошлой жизни и родном доме. Местных альф возбуждал секс с иноверцами, а Максим верил, что религиозный атрибут оберегает его. Он молился почти каждый день. Сначала, когда только попал в рабство, он просил спасения, хотел домой, потом, со временем, стал умолять об облегчении страданий, а теперь просил только прощения и каялся в грехах.
Максим прекрасно понимал, что делает, и что от его выбора зависит не только его земная жизнь, но и душевное состояние. Противиться воле Ахмада было равно самоубийству, а Максим планировал продержаться как можно дольше.
Принять ислам по своей воле омега не мог, но мог притворяться. Предать и свою, и чужую веру. Соблюдать каноны ислама, а душой быть христианином. Ходить в мечеть, а вечерами тайком молиться с крестом в руках.
Максим страдал из-за внутренних противоречий, но жить хотелось отчаянно, поэтому он всем своим видом показывал, как важно ему стать единой веры с альфой.
— Все грехи останутся в прошлом, твоя жизнь начнется с чистого листа. Это не значит, что я смогу взять испорченного омегу в мужья, но мы сможем быть вместе по-другому. Твоя душа будет чиста, а тело будет спрятано от чужих глаз, ни один альфа больше не посмеет надругаться над тобой. Я позабочусь об этом. Ты же хочешь этого?
Максим кивнул.
— Ты сделал правильный выбор! — Ахмад поцеловал губы омеги, едва коснувшись их, совсем легко.
Обряд не был сложным или необычным. Максим, облаченный по всем правилам, при свидетелях, как этого и хотел Ахмад, произнес шахаду и … горького расплакался, как потом резюмировали — от переизбытка чувств.
— Теперь я тебя будут звать Адиль. Он будет хранить тебя.
От этих слов Максиму стало совсем дурно. Отречься ещё и от своего имени — значит окончательно потерять связь с прошлым. Омега перестал понимать, что говорил ему Ахмад, о чем переговаривались слуги. Он прикрыл глаза, а очнулся, казалось, только оказавшись в постели альфы. Лунный свет пробивался в распахнутое окно, через которое, трепыхая лёгкие занавески, дул свежий ветер.
Максиму давно не было хорошо с альфой в постели. Он старался не показывать слишком открыто того, что таял под альфой, старался сдерживать стоны, но сдержать чувства и наслаждение получалось с трудом.
Все началось с того, что альфа медленно снял все традиционное облачение. Он уложил омегу на уже знакомую мягкую постель, вдыхая естественный аромат любовника. За время, проведенное в доме Ахмада, Максим окреп. Это было их первое соитие, до смены религии омегой альфа не желал зайти дальше пристойных ласк.
