Читаем Аберрант. Охота онлайн бесплатно

От близкого выстрела Николая Евгеньевича отшвырнуло на землю. Разлетевшиеся повсюду брызги крови окропили лицо принца, из-за чего тот начал выглядеть еще безумнее. Как персонаж, сошедший с экрана дешевого ужастика про маньяков.

Вот только это не было фильмом…

— Тва-а-арь!!!

Я рефлекторно бросился к извивающемуся на траве ученому, но скованные параличом ноги отказались повиноваться. Тело накренилось вперед, а затем беспомощно рухнуло, приложив меня левой скулой о камни.

— С-сука!! — бессильно прорычал я. — Зачем⁈

— Да ладно тебе, он бы все равно долго не прожил! — хохотнул Демидов. — Я видел показатели радиации в вашем тоннеле. Вставай давай.

Едва он произнес последнее слово, ко мне полностью вернулся контроль над телом.

Это шанс!

Медленно оперся на ладони, изобразив вид, что пытаюсь справиться с болью, после чего резко схватил ближайший булыжник и попытался швырнуть в ухмыляющуюся физиономию ублюдка.

Не вышло… Собственная рука отказались выпускать снаряд и продолжила движение по дуге, пока не врезала мне же по лицу. От неожиданного удара в глазах замельтешили звездочки, и я повторно грохнулся на живот.

— Давай без героизма, ладно? — поморщился принц. — А то ведь я могу устроить так, что ты этот камень сожрешь.

— Ладно, — хрипло ответил я.

Конечности вновь стали послушными.

Без резких движений поднялся на ноги и обреченно взглянул на уже затихшего Кудрявцева. Смириться с его смертью было невероятно тяжело. По большому счету за эти дни мы с ним сдружились даже больше, чем с Философом.

— Успокоился? — раздался голос сбоку.

Медленно развернулся к Демидову и презрительно посмотрел ему в глаза. В этот самый момент я был готов его убить самым жестким из возможных способов: разорвать горло, раскроить череп, порезать на куски его наглую харю.

Но не мог… Он попросту контролировал каждое мое движение.

— Какие мы кровожадные! — рассмеялся он. — Момент с разрыванием горла мне особенно понравился.

Твою ж налево! Этот урод еще и мысли читает.

— А ты догадливый! – его голос немедленно переместился в мою голову. — Че с профессором будем делать? Сразу пристрелим или…

Дуло дробовика переместилось в сторону Якова Натановича, и ученый инстинктивно прикрылся руками.

— Стой! — дернулся я. — Не надо…

— Уверен, что не надо? — Демидов задумчиво посмотрел на меня. — А ты слушаться будешь?

Вот козел! Шантажировать меня его жизнью собрался.

— Не слышу ответа! — он демонстративно передернул затвор.

— Буду… — процедил я.

— Что «буду»?

— Слушаться буду.

— Вот и замечательно.

Принц убрал ружье за спину и переключил взгляд на мертвого охотника, с которого я несколько минут назад планировал снять дозатор. Заметив подле его тела разбитую ампулу, он злобно сплюнул на землю:

— Да твою же мать!

А вот это интересно. У него проблемы с фалью?

— Не волнуйся — на тебя хватит! — немедленно отреагировал он. — За себя переживай.

Сука… Опять в башку ко мне залез.

Я было собрался огрызнуться, но меня опередил Философ:

— А как ты вообще собираешься отсюда выбираться, Виталий? До Иркутска почти сотня километров. У тебя не осталось людей, не осталось техники. Радиосвязь до Метрополии не достанет, а значит помощи можно не ждать.

Принц смерил его насмешливым взглядом, после чего перевел глаза в мою сторону и внезапно нахмурился.

Неужели хочет заставить телепорт открыть?

Но ведь тогда меня сначала фалью уколоть надо. А если он это сделает, то сразу потеряет надо мной власть.

Парадокс, однако.

— Значит так, господа-преступники, — наконец заговорил Демидов: — Нянчиться с вами я не собираюсь, а потому вы сейчас дружно разворачиваетесь и шагаете в лагерь. Считаю до трех. Раз…

Яков Натанович немедленно отреагировал на угрозу и засеменил по тропинке обратно в лес. Мне ничего не оставалось, как последовать за ним.

— Вот и молодцы! — донеслось сзади.

На протяжении всего пути принц ни разу не воспользовался психокинезом и просто держался за нашими спинами, полностью положившись на дробовик. Это меня еще больше убедило, что он экономит вещество, а такой расклад не мог не радовать. Ведь у меня все еще оставался тайный козырь в виде трупоеда, который…

Идиот! Он же прямо сейчас может меня читать!

Я вспомнил про недавнюю беседу с Леной и решил больше ни о чем не думать в его присутствии. Нет мыслей — нет возможности их услышать.

Расстояние до лесного лагеря составило где-то около полутора километров. Едва заметная тропинка вывела наш отряд на залитую солнцем полянку, где расположились шесть одинаковых двухместных палаток. Меж ними пристроился заставленный пластиковой посудой походный столик, пара спальных мешков и погасшее кострище.

Мы с Яковом Натановичем было остановились, однако уже через секунду мне в спину уперся оружейный ствол:

— Чего стоим? Дальше идем, к броневику…

— Какому еще броневику?

— Вон он стоит, Костя, — произнес ученый, указав рукой вдаль.

Я пробежался взглядом по полянке и заметил здоровенный колесный вездеход, припаркованный у противоположной границы леса, метрах в сорока от нас. Своей расцветкой он практически сливался с деревьями, из-за чего его не сразу удавалось заметить.

— Теперь вижу.

— Вот и шагай, раз видишь! — рявкнул Демидов.

Приблизившись к машине, я невольно скривился. Капот транспорта был сплошь заляпан кровью, источником которой оказался изодранный в клочья труп с выклеванными глазницами. Мертвец полулежал, опершись спиной на правое переднее колесо, и сжимал объеденными пальцами автомат.

— Налюбовались? — раздалось за спиной. — Забираемся внутрь.

Философ ухватился за маленькую лесенку позади вездехода и поднялся на крышу. Принц терпеливо дождался, пока он откроет крышку люка, после чего обратился ко мне:

— Теперь ты!

Внутри оказалось значительно просторнее, чем в машине Сергеича. Здесь практически отсутствовали технические запахи и царила комфортная температура, которую создавала тень от окружающих деревьев.

Жить можно.

Едва я уселся напротив Философа, как на крыше раздались шаги, а через пару секунд в люке появилась ухмыляющаяся рожа принца.

— Мы куда-то едем? — поинтересовался я.

Демидов проигнорировал вопрос и сбросил на колени ученому две продолговатые блестящие штуковины. Мне хватило одного взгляда, чтобы их узнать: парализующие дротики с «лорда».

— Ты знаешь что делать, — раздалось сверху.

Яков Натанович покорно кивнул и виновато посмотрел на меня:

— Тебе лучше прилечь, Костя.

— Да уже понял…

Я поудобнее устроился на боковой лавочке, позволив ему уколоть мою руку. Затем старик повторил процедуру, но уже с собственным запястьем, после чего улегся напротив.

Тело быстро начало наливаться свинцом.

— Какие послушные — даже обмануть не попытались! — усмехнулся принц. — Отдыхайте, я скоро вернусь.

Послышался грохот люка и щелчки запорного механизма, а затем наконец-то стало тихо.

— Фу-у-ух!! Яков Ната…

Ученый меня резко оборвал:

— Не сейчас, Костя. Пусть уйдет. Он все еще может слышать наши мысли.

— Так мы никогда не поговорим. Что ему мешает спрятаться неподалеку и ждать?

— Время, Костя, время… Паралич нас удержит где-то пару часов — за этот короткий промежуток ему срочно нужно найти фаль. И поскольку наблюдательные посты находятся неблизко — он попросту не может себе позволить стоять и слушать наши разговоры.

Четверть часа спустя

— П-почему этот урод… нас просто… н-не усыпил? — еле двигая челюстью произнес я

— Это не с-слишком… н-надежно, если п-постоянно не контролируешь с-сон, — пробормотал старик.

— П-понял… А как вы… во-о-обще пережили н-нападение… трупоедов?

— Откуда ты… о н-нем знаешь?

— Д-долгая история… Давайте вы пе… первый. С момента к-как летающий… человек вам помог… забраться н-на гору.

— Хо… хорошо

Яков Натанович на несколько секунд задумался, после чего начал свою историю.

Если коротко, то после подъема наверх Демидов и его друг, командир отряда Московской гильдии ловчих Антон Белов, расставили бойцов по периметру вершины хребта. План был нехитрый: взять под визуальный контроль все возможные точки нашего появления и просто ждать, пока мы с Кудрявцевым сами сдадимся под действием аномалии. Нетронутый островок леса на самой макушке горы должен был помочь сохранить технику, припасы и средства связи. В итоге десяток бойцов контролировали склон, а двое их командиров осуществляли общую координацию из лесного лагеря при помощи рации и дронов.

Но в этой схеме оставался неудобный персонаж, в виде путающегося под ногами профессора. Чтобы он не учудил новой попытки побега или чего похуже, принц решил надеть на него наручники и запереть в салоне броневика.

Спустя несколько часов произошло нападение. И надо же было такому случиться, что первым погиб один из двух логистов. То ли парень слишком увлекся наблюдением за горой и поздно заметил в небе стаю, то ли трупоеды его высушили раньше, чем он сумел открыть портал — сказать сложно. Единственное, что он успел сделать — предупредить по радиосвязи остальных.

Дальше началась неразбериха: в эфире возникла паника и ругань, а второй порталист так вообще не ответил на вызов. И пока Демидов с Беловым пытались разобраться с этим хаосом, сообразительные птицы продолжили атаку. Разделившись на несколько групп, они ураганом прошлись по остальным наблюдательным постам и уничтожили находящихся там людей. На мой вопрос, откуда ему известны такие мельчайшие подробности, Яков Натанович пояснил, что в водительском отсеке все это время работала рация.

Догадавшись, что мутанты скоро доберутся до главного лагеря, командиры бегом устремились к тому самому броневику. Последний был оборудован мощным демолитовым подавителем среднего уровня и мог защитить от паранормального воздействия на расстоянии до шестисот метров.

К несчастью сила обезумевших от крови птиц заключалась не только в сверхспособностях, но и мощных когтях. В итоге Белов не успел добраться до люка, и именно его труп сейчас покоился возле правого переднего колеса. Зато принцу все-таки удалось спастись, в результате чего он оказался в компании Философа.

Вот только это еще никак не гарантировало спасение. Дело в том, что у демолитовых блокираторов есть одна непреодолимая проблема — колоссальный расход энергии. Уже через несколько минут Демидов и профессор сообразили, что топливо уходит куда быстрее, чем терпение озлобленных птиц. По сути история выживания двух запертых мужчин должна была неминуемо закончиться вместе с последней каплей горючего. После этого монстры взяли бы их разум под контроль и заставили выйти.

Но опытный ученый неожиданно нашел выход. Заметив в багажном отсеке один из сломанных «лордов», он предложил принцу снять с него дротики и уколоть ими друг друга. Полный паралич конечностей не дал бы загипнотизированным пленникам добраться до люка и открыть его.

Разумеется такой маневр не гарантировал результата. Как уже упоминалось ранее, лишь восемьдесят семь процентов трупоедов являются менталистами; а значит оставшиеся тринадцать могли разрушить задумку ученого. Телекинезом, пламенем, электричеством — это уже не особенно важно.

Но получилось, как получилось. Среди атаковавшей лагерь группы птиц, не нашлось ни одной особи с подходящей способностью. Побившись о пуленепробиваемые стекла около часа, они все-таки отступили, напоследок досуха высушив принца, а заодно повредив ему кукушку.

Была ли тому виной смерть лучшего друга, пережитый ужас или все вместе Яков Натанович утверждать не брался. Но в том, что произошедшая цепочка событий серьезно повлияла на ментальное состояние младшего сына Императора, сомневаться не приходилось.

А дальше все просто. Будучи более крепким физически, Демидов первым освободился от паралича. И пока ученый продолжал бороться с его последствиями, принц благополучно выбрался наружу. Там он первым делом снял дозатор с мертвого друга, рассчитывая восполнить запасы.

Увы, ампула Белова оказалась почти пуста. Именно это неприятное обстоятельство стало причиной, по которой Демидов с Философом отправился на поиски новых трупов.

И именно оно привело к нашей встрече.

— Теперь, Костя я бы хотел услышать о твоих приключениях, — закончил рассказ ученый. — Ты действительно управлял разумом того трупоеда?

Я обратил внимание, что он ни разу не запнулся в своей речи, и это означало одно — действие укола начало проходить. Следовательно Демидов должен был вернуться с минуты на минуту.

— Давайте я вам быстренько расскажу, как мы сбежали с базы, а про трупоеда пока не будем говорить. Если этот урод случайно о нем узнает…

— Я тебя понял, Костя.

Еще примерно полчаса спустя.

На крыше послышались гулкие шаги, а затем раздался звук отпирания крышки.

— Ну что, господа-преступники, уже приготовили мне новую подлянку? — судя по голосу, принц находился в отличном расположении духа.

— Сам знаешь, что нет! — мрачно отозвался Философ.

— Вот и замечательно, — в салон ворвался солнечный свет, а следом в люке появилась надменная физиономия. — Двигаться можете?

— Плохо, — буркнул я. — Ноги и руки ватные.

— Ну тогда быстрее приходите в себя. Я пока пообедаю.

Где-то через четверть часа мы с профессором наконец-то смогли выбраться наружу. За это время Демидов успел организовать возле машины походный столик с посудой и притащить два наполовину заполненных рюкзака.

— Ешьте.

Я недоверчиво осмотрел подготовленную им провизию. Состояла она из пары банок консервированного мяса и маленькой кастрюльки с макаронами. Тушенка для меня и в хорошие времена была недоступна, а уж в условиях плена — так вообще являлась деликатесом.

— Не бойся, не отравишься, — прокомментировал мой сомневающийся взгляд принц. — Хотел бы убить — не переводил бы на вас продукты.

Стоит ли говорить, что после этих слов мы со стариком жадно накинулись на еду. Не знаю, как и чем до этого дня питался Яков Натанович, но лично мне после пересоленного коктейля такая пища зашла на ура.

Демидов терпеливо ждал, никак не комментируя нашу трапезу, да и вообще старался держаться отрешенно. Как только мы закончили есть, он поставил перед нами пластиковую бутылку с водой и высыпал на столешницу две горсти таблеток. Среди последних я легко опознал знакомые капсулы лития.

— Пейте. Нам предстоит вернуться в аномалию.

— А мы тебе зачем? — поднял брови Философ.

— Много вопросов, Эдельштейн! — резко повысил голос принц. — Жрите таблетки, хватайте по сумке и двигайте за мной.

Эдельштейн? Вот значит какая фамилия у Философа.

Я молча поднял с земли рюкзак и попытался накинуть его на плечи, но короткие лямки не позволили этого сделать. Заметив мои безуспешные попытки их отрегулировать, Демидов осуждающе покачал головой:

— Отдай его старику. Я заберу второй, а тебе мы подберем что-нибудь посолиднее.

Вопреки ожиданиям, он зашагал в сторону, противоположную от нашей первоначальной тропинки. Но что меня удивило еще больше — та легкость, с которой этот урод повернулся к нам спиной.

— Похоже засранец нашел фаль, — шепнул мне на ухо Яков Натанович.

— Конечно засранец нашел фаль! — гнусаво спародировал его голос Демидов. — Так что настоятельно советую не плевать мне в затылок.

— Тьфу ты! Нигде от него покоя нет. Идем, Костя.