Читаем 215 (СИ) онлайн бесплатно

  Рюкзак неплохой. Крепкий. И нести удобно. Сперва Михаил предпочёл бы рамный, а не эту поделку для студентов, но выбирать не приходилось. А сейчас привык. Да и сколько тех вещей-то с собой, чтобы таскать туристский...

  - Дядя Миша, нам долго ещё идти? - Светка похожа на грушу в огромной взрослой куртке, обвисшей на узких плечах. Сверху торчит увенчанная зелёной шапкой с помпоном голова. Так наряднее, что ли? Или чтобы шрам, стекающий от макушки через лоб почти до правого глаза, скрыть?

  Кто их, девок, разберёт.

  - По плану восемнадцать километров. Шестнадцать точно прошли, считай сама, - строго отвечает Михаил. Нога перестала болеть и теперь просто опухла, напоминая о себе жжением где-то под кожей, от колена и ниже. - Устала?

  Светка вздыхает, высовывает из слишком длинного рукава кончики пальцев и поднимает воротник, почти спрятав лицо.

  - Ну да... - жалобно тянет она оттуда, из глубины. - И есть хочу.

  - Скоро деревня, судя по карте. Озерки какие-то. Там поедим.

  - А дадут? - Светка высовывает любопытную мордочку наружу. - Даже не верится.

  - А мы заплатим! - в тон ей отвечает Михаил и через силу улыбается. Идти ещё километра полтора, а нога как бревно. Не чувствует, как наступает, только щиплет изнутри. Он удобнее перехватывает палку, опирается всем телом и ковыляет дальше. Светка идёт следом, иногда оборачиваясь на оставшиеся позади кусты, растущие вдоль лесной дороги.

  С момента их встречи уже неделя. Семь суток. Раньше она отмеряла дни как привыкла в школе - по дневнику: три дня столбиком слева, три - справа. Воскресенье в уме. Теперь о дневнике пришлось забыть, как и о многом другом, но привычка осталась.

  Михаил нашёл Светку в подвале разрушенного дома. Над землёй торчали послевоенные абстрактные скульптуры - бунтующий железобетон a la naturel, а внизу было прилично: лежанки, сбитые из остатков мебели оттуда, сверху. Почти целый стол с неведомо как уцелевшей керосиновой лампой. Очаг, аккуратно выложенный из кирпича. Даже дым наверх уходил не через дверь, а в огрызок трубы в потолке.

  По дымку он и нашёл убежище.

  Внутри были проблемы: два парня лет по двадцать, точнее Михаил определить не смог. Да и не сильно хотел, потому что пришлось почти сразу стрелять. Добрым словом и пистолетом можно добиться больше, чем только словом... Как обычно, в общем. Особенно когда ты немолод, крепко хромаешь на левую ногу и просишь просто ночлега, а в ответ рискуешь быть напластанным двумя ножами сразу. Хорошо, ствол достал ещё за дверью. И патрон дослал.

  - Дядя Миша, там впереди есть кто-то! - Светка прижимается к нему сзади, выглядывая из-под руки. - Переждем?

  Вот лучше бы да. Переждать. Пистолет, аккуратно почищенный и завёрнутый в промасленную тряпку, лежал в рюкзаке. Выкинуть жалко, патронов в магазине уже нет. Один в стволе, но это не вариант. Если что, отбиваться палкой, то есть, считай, ничем.

  - У тебя зрение получше, Светка, кто там есть-то? - он щурится, оттягивая пальцем край глаза, но смиряется: с минус четыре без очков видимость никакая. Шевелится кто-то метрах в ста, а кто и зачем - загадка.

  - Три мужика. Без оружия, вроде. И тётенька. Похоже, дерутся, но сама не разберу.

  "Тётенька"... Впрочем, с высоты Светкиных тринадцати лет все, кто старше - тётеньки. И дяденьки. Кроме тех двух уродов, что насильно держали её в подвале за прислугу и подстилку. Тех она так и назвала тогда - уроды. Когда помогала трупы оттащить в развалины.

  - Если без оружия... - Михаил задумывается. - Пошли поближе, может, договоримся.

  Пока они дошли, двое мужиков уже прилегли отдохнуть после метких ударов "тётеньки". Судя по лужицам крови, прилегли надолго. Без медпомощи, скорее всего, навсегда. Третий держится - то ли сильнее остальных, то ли просто осторожнее. Толстый, но быстрый. Оружие, кстати, у обеих сторон конфликта есть - мясницкого вида тесак у мужика и узкий, видимо, военный нож у девушки. Толстяк сопит и время от времени с надеждой оглядывается на павших друзей - не помогут ли?

  Вряд ли. Михаил, хоть и не врач, но насмотрелся за эти полгода всякого. Если бы раны были легче, хоть уползти бы попытались. А они лежат кулями, один, похоже, и не дышит уже.

  - Пошли вон! - шипит им со Светкой девушка, умело оттесняя оставшегося врага к деревьям. Похоже, третий проигравший на подходе, вопрос времени.

  - Мы мимо, мимо... - мирно говорит Михаил. - Не наше дело. Светка молча сопит рядом. Видно, что манера обращения девушки с ножом её зацепила. Понравилась.

  - А меня научите? - вдруг спрашивает Светка. Девушка на мгновение отвлекается и тут же получает резаную рану на руке. Неглубоко, но неприятно.

  - Вот ты, сука! - Мужик, ударив, чуть расслабляется и сразу платит за это: прямой в грудь, с огромной силой, даже хрустнуло что-то под лезвием.

  Девушка выдергивает нож и сразу отскакивает, настороженно глядя, но волноваться не о чем. Сперва падает тесак из разогнувшихся пальцев. Потом и сам толстяк тяжело заваливается вперёд.

  - Ты, вонючка, чего отвлекла меня? - ворчит девушка на Светку. - Чуть не прирезал...

  Она аккуратно вытирает нож о спину павшего воина и суёт в обнаружившиеся на поясе ножны.

  - Вы можете меня научить? - повторяет Светка, зачарованно глядя на победительницу. Михаил чувствует себя лишним здесь и сейчас, но молчит. Пусть спросит.

  - Зачем это мне? - спрашивает девушка. Вблизи она даже для Светки не тянет на тётеньку. Двадцать три. Четыре?

  - Мы вам заплатим, - уверенно отвечает Светка. - Да, дядя Миша?

  Михаил пожимает плечами. Сама спросила, сама решает, посмотрим, чем дело кончится.

  Девушка подтягивает ремень с ножнами, топает ботинками, стряхивая с них комья грязи после танца с ножом, застегивает доверху "молнию" на короткой куртке. Движения быстрые, привычные.

  - Вы двое - дурачки, да? Блаженные? Таких и грабить жалко. А придётся! - она подходит вплотную к Михаилу. Чёрт, даже палкой не ударишь, замаха нет... - Давай, что есть ценного, и уматывайте!

  Глаза у неё страшные. Серые, прозрачные, немного навыкате. Обычные девичьи глаза, но внутри ощутимо плещется безумие. Михаил понимает, что этой - он ничего не сделает. Не успеет. И отдать-то нечего, Светка же не то имела в виду...

  - Тётенька, да у нас нет ни хрена, - Светка скользит из-за плеча и встает рядом с ним. - Мы зато маршрут знаем. До Убежища.

  "Ох ты ж, коза! Кто тебя за язык тянул...".

  - До какого? - явно разбираясь в вопросе, спрашивает девушка. Сумасшествие в зрачках сменяется лёгким интересом. - Номер знаете?

  - Двести пятнадцать, - тихо говорит Михаил. Лёгкий интерес сменился активным. - Но я только на память, карты нет...

  Это сразу надо сказать, чтобы не забрала все шмотки в надежде дойти самой. С неё станется. Такие по трупам не то, что ходят - танцуют.

  - Кодированный? - спросила как сплюнула. С пренебрежением. Ну и чёрт с ней, не важно. Он не обидчивый.

  - Да. Я, собственно, и не военный. Я бухгалтер. Просто так получилось...

  - Не имеет значения. Далеко идти? - тон армейский, командный. Кто ж ты есть такая?

  - Девяносто километров. Плюс-минус. - Михаил осторожно выдыхает, поняв, что весь разговор почти не дышал. Напугала она его, напугала, что тут говорить. - Я направление знаю и расстояние. Остальное... Ну, по мере приближения. Всплывает в голове, само по себе как-то.

  - Знаю такую технологию. Пошли вместе, - приказывает девушка и суёт ему узкую твёрдую ладонь. - Виктория. Спецназ генштаба ВВС.

  - Михаил, - он жмёт ей руку. Как кусок доски, обтянутый шершавой кожей. Рукопашница, сто процентов, жал он уже такие руки. В прошлой жизни. С тех пор насмотрелся и военных всех видов. Танкистов без танков видел, ракетчиков без ракет тоже. Спецура от летчиков в лице милой барышни посреди леса уже не удивляет.

  - Светка, - представляется его спутница и шмыгает носом. Нос розовый, кроличьего оттенка, острый как морковка.

  - В Озерках отряд стоит, эти вот... - Виктория машет в сторону лежащих. - Оттуда. Обойдём по лесу, и ночевать там придётся, есть одно место. Плюс транспорт, если повезёт завести.

  - А чего - отряд? Самооборона? - растерянно спрашивает Михаил.

  - Охотники, - плюёт Виктория. - Вёртышей ловят, придурки. Ни оружия, ни ведуна своего... А тут я. Нет оборотней, так хоть потрахаемся, мне этот жирный так и сказал. А у меня настроения что-то не было с крестьянами валяться, да ещё с тремя сразу. С головой что у тебя?

  Она смотрит на Светку. Та стягивает за помпон шапочку, открывая шрам. Привет от тех самых уродов на всю оставшуюся.

  - Ясно... Повезло, глаз цел.

  Светка кивает и молча натягивает шапку обратно. Несмотря на июнь, холод стоит собачий. Но к этому уже все выжившие притерпелись, не самая большая проблема.

  - А чего вдруг здесь вёртышей ловят? Они ж в городах, вроде? - Наивно спрашивает Михаил, цепко следя за Викторией. Сам не встречал, но историй ходит тьма. И все одна другой страшнее...

  После активного обмена ядерными ударами по городам и военным базам воевать стало особо некому. Да и не с кем. Заключительный аккорд взаимных пинков через океан пришелся по мирному населению. Отечественная "мёртвая рука" отослала остаткам населения штатов букет из боевых бацилл, а вот в ответ... Чёрт его знает, что это было. Учёных теперь не сыщешь, а вариантов в народе масса. Некие сверхбактерии. Газ, меняющий ДНК. Нано, прости Господи, роботы. Вплоть до применения боевой магии - почему бы и нет, чем чёрт не шутит?

  Творец зла не шутил совершенно...

  - Говорят, ходят, - равнодушно пожимает плечами Виктория. - Да наплевать. Сейчас я сумку заберу и пошли-ка в лес.

  Она отходит от места схватки, выдергивает из кустов длинную армейскую сумку, подходящую для переноски оружия и прочих бытовых и боевых нужд. Расстегивает "молнию" и её попутчики видят, как из сумки высовывается любопытная кошачья морда. Михаил успокаивается - кошки вёртышей на дух не переносят, раз таскает с собой - всё в порядке. По крайней мере в этом вопросе.

  Результат последней атаки не порадовал. В атакованных заключительной волной ракет городах люди начали меняться. Месяц. Два. После, оставаясь внешне неотличимыми от соседей, они приобретали самые разные качества, исторически не присущие homo sapiens. Скорость. Сила. Умение дышать под водой. Слышать и передавать мысли. Теле- и пирокинез. Никто не знал, что ещё. Самая разнообразная чертовщина, одним словом.

  Но эти модификации стали только первым шагом. Перевёртыши, сразу сокращённые гласом народным до нынешнего названия, тянулись к себе подобным и как-то уж очень быстро переставали контактировать с обычными людьми. Могли, но не имели желания.

  Они собирались вместе.

  Они обживали города и медленно, но верно изгоняли оттуда жителей.

  Вёртыши не боялись радиации, что и вовсе пугало. Последние слухи говорили, что на обычных людей они открыли охоту, активно, впрочем, собирая технику и прочие остатки цивилизации. Распознать одинокую особь могли только ведуны - некоторые люди как-то чувствовали вёртышей. Или кошки. Как вариант.

  - Михаил, вы ранены? - Он отвлекся от грустных мыслей, с трудом перебираясь через завал из упавших деревьев. Рюкзак цеплялся за ветки, хотелось плюнуть на всё, сесть на бревно и часок отдохнуть. Жаль нельзя.

  - Нет. Это... Травма, в общем. Я дойду куда надо, Вика...

  - Виктория! - строго поправляет девушка. Она-то легко лезет через самый бурелом, с каким-то даже удовольствием. Сумка, довольно увесистая на вид, висит у неё на плече, никак не замедляя передвижение. Кроме кота, иногда выглядывающего с видом пресыщенного жизнью аристократа, там что-то негромко позвякивает. Металлический такой звон, характерный.

  - Травма... - Михаил запретил себе вспоминать, как голыми руками стаскивал с себя рухнувшую кирпичную стену. Как орал, стараясь пробиться через завал, ломая ногти, чтобы вытащить жену и близнецов. Как...

  Ладно. Хватит. Достаточно.

  - До точки минут двадцать. Справишься? - Виктория смотрит на Светку. Та совсем расклеилась, чихала, вытирая нос рукавом, покрытым уже блестящей коркой. Но идёт исправно, уж не хуже Михаила.

  - Да, Виктория! - чётко отвечает девчонка. - А как кису зовут?

  - Не важно, - резко бросает спецназовка и лезет в очередной завал. Вроде, не тайга, а еле идут. Даже есть приходится на ходу: Михаил вытаскивает сделанные на предыдущем привале бутерброды из хлеба с холодным мясом. Никто не благодарит, но и не отказывается.

  Дальше топают молча, пока в ровном частоколе деревьев не становится виден разрыв. На поляне, рядом с домиком из почерневших от времени бревен обнаруживаются колодец, небольшой сарай и - совсем уж неожиданный здесь - небольшой вертолёт. Чёрная двухместная машина, без опознавательных знаков, затянутая сверху сеткой. С воздуха и не разглядеть, хотя - кто сейчас летает-то?

  - Офигеть! - не сдерживается Светка. - Вот это да...

  Виктория сердито глядит на неё через плечо, но молчит. Кот одобрительно осматривает место назначения, облизывается и больше в сумку не прячется. Так и оглядывается вокруг, пока вся группа не заходит в дом.

  Михаил поднимается по скрипучим ступеньками последним. Обернувшись на вертолет, понимает, что перед глазами всплыл завершающий кусок карты. Как ломтик паззла вложили в финальную свободную ячейку. Убежище обозначено звёздочкой. Да, отсюда по прямой восемьдесят семь километров. Забавная психотехника... Надо же было так попасться под руку полковнику тогда, перед последним ударом по городу. Им, семерым выжившим в штабе, включая гражданских, карту в голову и всунули. Вспышка света и гуляй, вспомнишь по мере приближения. Дошли остальные, нет - кто ж их знает...

  - Михаил, вы в технике разбираетесь? - Виктория аккуратно кладёт сумку на низкий самодельный стол, вытаскивает кота, оказавшегося довольно крупным зверем, и начинает что-то искать, звеня железками.

  - Ну... На уровне "почини выключатель", - отвечает он. - В детстве с отцом машину чинил, кое-что помню. Но тут специалисты по "жигулями", наверное, ни к чему?

  - Да хрен его знает... - роясь в сумке, говорит Виктория. - Я умею пилотировать вертушку, но меня предупредили, что сперва надо проверить. Движок глохнет. Не хотелось бы взлететь и грохнуться. Пошли!

  Она вытаскивает из сумки небольшой прибор со свисающими щупами проводов и толстый мануал с броской надписью Robinson.

  Через полчаса тестирование закончено. С точки зрения Михаила, помогло выкручивание свечей. Мнение Виктории осталось неизвестным, но движок работает как часы. Пора бы и лететь. Заодно Михаил подумал, что, наконец, посидит, иначе завтра на ногу не наступить - нагрузка чересчур велика.

  - Направление? - щёлкая стартовыми тумблерами, деловито спрашивает Виктория. Сетка свернута и спрятана в багажнике, кот и девочка уже в салоне.

  - Северо-северо-запад, триста сорок градусов, - чётко, как у доски на уроке, отвечает Михаил и сам удивляется. Откуда ему знать? Часть кодирования, не иначе.

  - Ориентиры?

  - Впадение небольшого ручья в реку, затем левее русла реки двойной холм. Дистанция восемьдесят семь.