Читаем Песнь Люмена онлайн бесплатно

Совершенно спроектированные иллюминаторы императорского корабля позволяли рассмотреть сверкающее звёздами небо. Чернильная синь ровно покоилась над бездонными океанскими водами. Внутри же, сбалансированный для нынешнего времени суток, свет был достаточно приглушён, дабы восседавшая в кресле оперная дива умело подставляла профиль вежливо-восхищённым взглядам сопровождавшей её делегации. Сфера из кристалла в качестве императорского подарка гостье, демонстрировала всё расположение, какое только мог оказать Чертог династии Иовов.

За последнюю минуту температуру подняли на одно деление, приближая её к условиям, скорее подходящим для замка одного из династических родов, чем для официального мероприятия.

— Это ты отдал приказ?

— Что ты, как я мог?

Шайло неодобрительно посмотрел на стоящего подле него Люмена, лицо того оставалось столь же благовоспитанным, сколь и обманчиво учтивым. Однако не зря они были выращены практически в один период и так же в один год были предоставлены существованию. Слишком уж хорошо Шайло знал это выражение и полный предвкушения блеск в глазах.

— Что бы ты не задумал…

Договорить он не успел, потому что его уже не слушали. Люмен, растягивая тонкие губы в обворожительной улыбке двинулся к принцессе Ашарии и, остановившись подле, поклонился, насколько ему позволяло его положение. Та повернула голову и слегка наклонила её набок. Тонкие бледные руки покоились на расшитом белыми нитями красном одеянии, тёмные волосы собраны в переплетённые косы. В отличие от генетической линии Чертога, династия Иов из поколения в поколение передавала своим отпрыскам случайные комбинации генов. Впрочем, подобная ситуация имела место по всей империи.

Выращенные же в Чертоге Его дети отличались тёмно или светло-пепельными волосами, голубыми или серыми глазами. Так же был выверен и рост выше среднего, как и многие другие признаки, сразу дававшие узнать легионера — потомка императорской династии.

Люмен к тому времени завёл разговор с гостьей и Шайло имел шанс понаблюдать, как половина собравшихся с галантным умилением ловит его слова. Тогда же как вторая, скрывая холодный блеск глаз, вынуждена делать то же самое.

Излишне доверительная атмосфера не могла возникнуть сама по себе. Свет приглушён на несколько пунктов больше полагающегося, то же самое и с температурой. Почти бескрайняя зала внутри корабля имитирует состояние расслабляющего покоя. Голос Люмена звучит до такой степени выверено, что это могло бы броситься в глаза любому, кто хоть сколько научен отличать произносимые интонации. Что ещё он задумал?

Шайло двинулся вперёд, обминая людское скопление и пытаясь никого не задеть. Вежливо ответил поздоровавшейся с ним госпоже с тусклыми глазами и остановился как раз вовремя, чтобы увидеть, как Ашария не повышая голоса, отвечает на поставленный вопрос. Она так и не пошевелилась ни разу, только сидела и смотрела чуть в сторону, не встречаясь глазами с Люменом.

— Мы все с предвкушением ждём вашего выступления в Чертоге, — говорил тот крайне хорошо поставленным голосом. Шайло неодобрительно промолчал. Заметь это его развлечение хоть кто-то, и могут возникнуть подозрения, что Чертог пытается манипулировать другими династиями путём гипноза или внушения. К тому же, учитывая сложившееся положение…

Служанки окружили госпожу как стайка мелких рыбёшек и теперь каждая из них вытянулась по струнке. Даже они предчувствуют, что что-то здесь не так. Что уже говорить об остальных?

Люмен отметил, что почётная стража Иова распределилась кругом от сидящей принцессы. Но будут ли они атаковать легионеров, если те нападут? Нет. Никто не смеет нападать на имперцев даже под угрозой смерти. Да и кому бы это пришло в голову? С трудом удержавшись, чтобы не усмехнуться, Люмен продолжил:

— Легенды о вашем голосе доходили до Чертога и волновали умы не одного покорного почитателя. Боюсь, я слишком нетерпелив и буду устыжен своими наставниками — но как же трудно переносить ожидание.

— Ваша похвала ценнее любого кристалла, — согласно этикету отозвалась принцесса. Во всём её облике сквозила та отточенная отстраненность, которая отличает все главенствующие роды. — Мы рады слышать столь похвальные отзывы от вас и будем и впредь стремиться соответствовать охватившим Чертог представлениям. — После она замолчала и предоставила Люмену возможность завершить беседу короткой благодарностью.

Бесспорно, иовской наследницей владел неподвластный ей трепет при виде громадных размеров корабля и его внутренних помещений. Где вовсю могло гулять эхо, однако управление было способно как включать его по необходимости, для достижения нужного эффекта, так и отключать. Что же до сопровождающих, только представителей Легиона тут было более ста. Отчего эскорт самой Ашарии представлялся лишь формальным элементом. Куда ни глянь — везде легионеры и лишь красные мундиры ивовов алыми пятнами выхватываются из толпы.

Но как бы там ни было — внешне принцесса оставалась нерушимо вежливой и благовоспитанной.

Улыбка тронула губы Люмена. Если бы в его поведение появилось нечто угрожающее, это бы неплохо разнообразило затянувшийся вечер. К тому же пышущее мимикой лицо Шайло не могло не радовать. Впрочем, эти знаки замечал только он.

Он веселился. Шайло остался стоять на месте. Люмен веселится. Тут же совладав с мыслями и направив их по слаженному линейному пути, Шайло смог выровнять ток крови и устранить признаки повышенного внимания. Нет, ему он не позволит манипулировать и собой. Если уж Люмену угодно играть с кем ему только пожелается, но не с ним.

Значит так, брат?

Шайло остался невозмутим.

Голубые глаза Люмена опасно сверкнули.

— Для меня представляет огромную ценность оказанное нам доверие лично сопровождать вас в Небесный Чертог и потому осмелюсь предположить — это доверие настолько же безгранично, насколько и неоправданно.

Шайло замер. Но Люмен как ни в чём не бывало продолжал.

— Я больше не могу сдерживать себя и вынужден просить вас исполнить песнь ради нас.

Гурьба служанок тронулась рябью точь-в-точь как круги по воде. Покачнулись красные капюшоны и скрывавшие тела балахоны выдали беспокойное топтание на месте. Ещё бы, разве станет верховная исполнительница иовского рода, наследная дочь петь легионеру прежде чем самому Императору? Нисколько. И никогда. Неужели и сейчас Люмену вздумалось продемонстрировать насколько ему легко игнорировать законы, обращённые на всех? Да нет, Шайло расслабился, тот не сделает подобного. Он доверял другу и потому стал ожидать развязки.

— Мы польщены вашей просьбой и считаем такое внимание неоправданным и излишне лестным. Боюсь, мы его недостойны.

— Нисколько, уверяю вас. Разве Император стал бы облекать Своим вниманием нечто недостойное?

Принцесса впервые пошевелилась, но тут же устремила взгляд в сторону. Ей в полной мере удалось сохранить спокойствие.

— Император не может ошибаться, — полуутверждение полувопрос заставил принцессу на миг вздёрнуть голову и встретиться глазами с Люменом. В самом деле. Не станет же она намекать на то, что Император способен впасть в заблуждение, пусть и по столь незначительной мелочи, как её голос?

Однако Люмен не собирался углубляться в подобные пласты и целью его было нечто другое. Потому он ровным голосом продолжил ронять комплименты один за другим. В зале вздохнули с облегчением все те, кто был способен в достаточной степени разбираться в тонкостях нынешней политики. Каким-то образом за секунду отказ петь до приезда в Чертог из дани уважения Императору превратился в нечто противоположное.

Тогда Люмен предпринял очередной отвлекающий маневр.

— Моя невоспитанность не может соперничать с манерами иовского рода.

И в который раз стало очевидным, представительница рода Иова не может подтвердить последнее высказывание.

— Вы слишком добры к нам.

Люмен видел, как она просчитывает и сортирует все возможные варианты и выискивает самый подходящий. Совершенно отточенная мышечная активность не позволяла какому-либо непроизвольному жесту выдать истинные её мысли. На то были рассчитаны и подобранные до мельчайших деталей одежды, вплоть до узора на рукавах. Иовы всегда славились умением уводить мысль от её истоков и направлять в нужное русло. Вот эти длинные рукава и обнажённая шея должны определённым образом сказаться на его отношении к гостье. То же и со взглядом, включая осанку.

Принцесса должна являть собою образец тонкого искусства. Когда одним лишь прикосновением или неверным словом страшишься разрушить прекрасный предмет.

Эти не имперские создания порою забавляли, но чаще наводили скуку. Неужели они действительно подобным образом надеются воздействовать на легионеров?

Все головы были обращены в их сторону. Люмен позволил расслабленности овладеть телом. Движения его были нарочно плавными и потому не могли вызвать видимость угрозы.

Стражи иовского рода гневаются. Непозволительная несдержанность, граничащая с варварством.

Шайло наблюдал за привычным развитием ситуации: когда половина полыхала праведным негодованием, половина впадала в обожание. Удивительным образом Люмен одновременно мог сотворить подобное с присутствующими. Вот и Лукас, один из них бросает резкий взгляд на Шайло в серых, как и у него, глазах появляется грозное выражение, граничащее с предостережением. Гавил же с доверчивой улыбкой ловит каждое слово Люмена и это так же не может радовать Лукаса. Сколько раз последний пытался убедить Шайло в том, что Люмен отрицательно влияет на всё их поколение и каждый раз Шайло выслушивал всё это и замечал — это не имеет под собой оснований.

Все они продуманы до глубинных личностных оснований, включая заданные склонности и доминирующие тенденции в поведении и реакции на внешние раздражители. В них нет ничего, чего бы не пожелал видеть Он. Лукас вынужден был отступать, однако его молчание оставалось красноречивее любых слов.

— Прошу удовлетворить мою доброту и позволить насладиться столь совершенным голосом. Видите, я настолько пленён, что не могу последовать благоразумию и совладать с собой.

Успокойся же, говорил взгляд Шайло. Сейчас всё станет ясно.

Тут же справа послышался поднимающийся шум и вот уже два голоса почти в унисон поддержали просьбу Люмена. И это были легионеры, из их поколения, самого младшего на сегодняшний день. Теперь взгляд Лукаса пылал не хуже раскалённого металла.

Это Шайло нисколько не удивило. Как не удивило и то, что вскоре половина из них присоединилась к просьбе, в то время как оставшиеся легионеры продолжали безмолвствовать. Люмен, бесспорно, продолжал развлекаться сложившейся ситуацией.

Мало того, что он делает это. Он втягивает остальных!

Но как бы Лукас не относился к происходящему, он не мог вмешаться. Последнее, что должны увидеть представители династии, так это как дети Чертога делают друг другу замечания.

В замедленном темпе Люмен стал делать один шаг за другим и остановился как раз на последнем слоге своей просьбы.

— Боюсь, я могу не оправдать ваших ожиданий. Мы не готовились и если осмелимся опустить столь далеко возведённое вами — никогда не простим себе подобной оплошности.

— Нет ничего, что способно изменить наше отношение к вашему совершенному голосу. К тому же, мы и не вправе требовать исполнения программы назначенной к Чертогу. Но всё же, самое лучшее, что можно представить — это услышать одну из тех песен, что…

Если сейчас он попросит исполнить песню, прославляющую иовский род, исполнить на имперском корабле!.. Взгляд Лукаса испепелял, однако его предположениям не суждено было сбыться.

-.. что так ценимы на вашей родине. Я слышал легенду о Пламенеющих Горах.

— Она восхитительна! — подхватил из своего угла завороженный Гавил даже не замечая предостерегающего взгляда Лукаса.

— В самом деле, — подтвердил Люмен.

— Да, эта песнь ценима нами, — отозвалась покорно принцесса.

— В таком случае, окажите нам честь.

— Да!

— Будьте добры.

— Мы будем крайне признательны!

И тогда принцесса сказала:

— Почту за честь.

Зал затаил дыхание. Люмен с таким же предвосхищением отошёл назад. Когда Ашария поднялась со своего места и кресло за её спиной тут же исчезло убранное служанками. Плотным полукругом они обступили госпожу и опустили головы. Свет в центре стал ярче и кристалл на шее принцессы отозвался на него глубоким серебристым отливом. Наступила та мягкая пронизанная ожиданием тишина, которая податливо готова принять первый вырвавшийся на свободу звук. И им стало начавшееся тихое пение, которое по мере распространения света так же возрастало и само. Яркие прямые лучи устремились от центра и охватили закруглённые стены залы, в то время как нерушимая Ашария всё сильнее красотой своего голоса приковывала внимание. И то было восхитительнее, чем кто-либо из них мог представить.

Завороженный Гавил подался вперёд и застыл на месте, не в силах больше пошевелиться. Но куда?.. тут Шайло заметил плавно скользящую в толпе фигуру Люмена. Тот уверенно продвигался к одному из боковых выходов. Что ж, его маневренность можно было считать совершенной. Заметив обращённый на него взгляд, тот многозначительно усмехнулся и Шайло пришлось пойти следом. Игнорируя тот факт, что это было крайне невежливо и уже тем более неверно.

Он успел покинуть залу как раз вовремя, чтобы увидеть бегущего по широкому устланному красной дорожкой коридору Люмена. Тот и не пытался объяснить ничего, только продолжал уверенно бежать, прекрасно зная, что друг последует за ним. Так они оказались перед лифтом на второй уровень. Отсюда начинались пассажирские каюты и вся россыпь предоставляемых в плавании услуг. Уровень три предназначался для гражданских лиц, коими и они считались в этот раз.

Лифты здесь были отключены.

— Можешь воспользоваться допуском.

— Дать зафиксировать передвижение?

— И куда же ты, в таком случае, хочешь попасть?

— О-о, — как специально протянул Люмен многозначительно всматриваясь в конец коридора.

— И зачем нужно было?..

— Ты и сам прекрасно знаешь, для чего мы здесь и для чего здесь она, — как всегда перебил второй.