Читаем Пуля для звезды. (Пуля для звезды. Киноманьяк. Я должен был ее убить. Хотите стать вдовой?) онлайн бесплатно

Стояла зловещая тишина. Лишь изредка ее нарушал скрип хлопавших от ветра оконных рам.

Все затаилось, даже шторы таинственно зашевелились. Было довольно темно, лишь далекие уличные фонари отбрасывали на полуоткрытую дверь террасы неясные тени, которые можно было принять за творение художника-модерниста.

Внезапно раздались шаги, тяжелые шаги по булыжной мостовой. Они стали громче, должно быть, человек проходил мимо самого дома, а затем снова стихли. Несколько секунд было темно и тихо.

Однако тихое поскрипывание досок пола указывало на то, что в комнате кто-то есть. Тот же скрип повторился, затем сменился осторожными шагами. Казалось, кто-то очень тихо крадется по комнате.

Теперь показалась тень. Высокий стройный мужчина остановился посреди комнаты. Слышно было его дыхание. Он неосторожно толкнул кресло-качалку, которое тут же придержал левой рукой. Правую руку медленно опустил в карман и вытащил пистолет. Тренированным движением проверил магазин, защелкнул его вновь и снял оружие с предохранителя.

В тот же миг опять раздались приближающиеся шаги. Дверь в сад приоткрылась, теперь шаги были слышны у самого дома. Каблуки громко стучали по камням террасы.

Вдруг откуда-то послышалась музыка — и мужчина, ожидавший в темной комнате, вздрогнул. Можно ли было так издалека услышать радио в автомобиле? Музыка, вначале мелодичная, стала звучать быстрее и резче.

Мужчина в комнате лихорадочно левой рукой вытер лоб. В дверях террасы показалась крупная колышущаяся тень, которая все больше принимала очертания человека. Он, казалось, колебался — по-видимому, не ожидал найти дверь приоткрытой. Человек взглянул на свои наручные часы, затем распахнул дверь еще шире и, буркнув что-то про себя, вошел в комнату. Теперь он находился в трех метрах от дула пистолета, совершенно не подозревая об этом. Рука его потянулась к выключателю, однако зажечь свет он уже не успел.

Мужчина за креслом-качалкой нажал на спуск пистолета. Тишину разорвали три выстрела, каждый из которых на таком малом расстоянии должен был достичь цели. Тот, другой, вздрогнул, его отбросило на шаг назад, об обхватил себя обеими руками, словно пытаясь устоять на ногах. Потом его колени подогнулись, и он упал к качалке, прополз немного и затих.

Мужчина с пистолетом замер на месте, широко расставив ноги. Он еще раз вытер взмокший лоб, потом уронил на пол пистолет.

— О’кей, стоп! Дайте свет!

Тотчас же стало светло, и осветитель выключил средний прожектор, который до того освещал дверь террасы. В студии тут же воцарилось оживление.

— Это пойдет, — сказал Гэс Андерс в микрофон и тотчас получил из громкоговорителя ответ:

— Меня тоже устраивает!

Андерс встал и подошел к обоим актерам, один из которых уже успел подняться с пола и отряхивался. Другой обеими руками пригладил свои черные волосы.

— Как насчет перерыва, Гэс? Мне очень хочется пить.

— Хорошо, сделаем перерыв, — Андерс взглянул на часы. — В пятнадцать часов сцена шоу!

Ассистент режиссера громко повторил слова Гэса Андерса:

— Перерыв! В пятнадцать часов сцена шоу!

Секундой позже захлопал в ладоши администратор, молодой человек с угристым лицом:

— Внимание!.. Перерыв до пятнадцати часов, затем вся сцена шоу в третьей студии! Прошу не опаздывать!

Ассистент режиссера покачал головой.

— Чушь, Стив — в пятнадцать часов в седьмой студии!

Гэс Андерс, который в это время подошел к Джеку Рикарди, покосился на ассистента.

— Почему вдруг седьмая? Я знаю только о третьей студии!

Пив Слейгер поднял обе руки.

— Сожалею, Гэс, но сегодня с утра произошли изменения. В третьей работают другие, для нас предоставлена седьмая.

— О’кей, о’кей, — кивнул Гэс Андрес. — По мне хоть на Луне, если там все уже готово. Очень мило, что я тоже узнал об этом, в конце концов я ведь всего лишь режиссер.

Он потащил Джека Рикарди к выходу.

— Ах, эта неразбериха, ты должен радоваться, Джек, что только раз проходишь через это.

Когда дверь студии закрылась за ними, Рикарди чуть устало улыбнулся. Потом с удовольствием потянулся.

— Да нет, покоя, у меня как раз не предвидится, Гэс. Дома уже лежит одно предложение, а завтра я ожидаю другое.

Они остановились перед гримерной Джека Рикарди.

— Твой контракт не продлили?

Рикарди отмахнулся.

— Я не хочу, Гэс. И если старик еще до субботы приползет на коленях, я скажу: спасибо, не надо. После трех лет хочется перемен.

Андерс покачал головой.

— Никак не могу себе этого представить. Без тебя фирма не выживет.

— Прекрати, или я заплачу, — ухмыльнулся Джек, они кивнули друг другу, и Рикарди вошел в свою гримерную. Он тяжело опустился в модерновое кресло и вытянул перед собой ноги. Джек сильно устал и был в очень плохом настроении. Он слишком хорошо знал, что означала обычная болтовня в студии: ничего… даже меньше, чем ничего. Гэс Андерс сделал бы следующий телефильм с другой звездой точно так же хорошо или так же плохо, во всяком случае, для него это безразлично.

Раздался стук, но прежде чем Рикарди успел что-либо ответить, вошел его гример Эрик Вильямс.

— Можно было сойти с ума, правда? Я по-настоящему испугался. Вам нужно что-нибудь еще?

Джек Рикарди кивнул.

— Там стоит бутылка, подай-ка мне ее.

Вильямс подошел к гримировочному столу и взял полупустую бутылку виски «Роза» и стакан.

«Могу держать пари, — подумал он, — что он купил бутылку лишь сегодня утром. Да, парень знает в этом толк».

— В пятнадцать часов продолжим, да?

Рикарди улыбнулся. Намек он понял.

— Да ладно, пару глотков я еще выдержу. Хочешь тоже хлебнуть?

Но Вильямс, поблагодарив, отказался.

— Сбегаю-ка я в столовую. Вам что-нибудь принести?

— Нет, сегодня, как только мы закончим, мне идти в «Мокамбо».

Эрик Вильямс подошел к двери, открыл ее и снова повернулся.

— Что-нибудь еще, Эрик?

Вильямс снова прикрыл дверь.

— Там ждет одна дама, хочет с вами поговорить.

Рикарди тыльной стороной руки провел по лицу.

— Плохо выбрито? — спросил Вильямс.

— А мое шоу рекламирует электробритвы! Ну ладно, пусть она войдет, Эрик.

Вильямс отступил в сторону, и в гримерную вошла высокая блондинка. После того как Вильямс вышел, она тщательно закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

— Ты не ожидал меня здесь увидеть?

Джек Рикарди несколько секунд смотрел на нее, разинув рот, потом пришел в себя, поболтал бутылкой с виски и встал.

— Откровенно говоря, нет. Ты выглядишь великолепно! Сколько же времени мы не виделись? Нет, подожди, не говори ничего, я сам это знаю: больше четырех лет, чертовски долго.

Ее взгляд был холоден и бесстрастен, губы несколько поджаты, когда она подошла к гримировочному столу и села в стоящее там кресло.

— Покончим с комплиментами, Джек. Я сказала тебе вчера по телефону, что нам нужно поговорить.

Он поставил бутылку на стол, подумал секунду и поставил рядом пустой стакан.

— Да, жаль, что у меня было мало времени. Нет, я не могу поверить, ты так сильно изменилась, похорошела! Конечно, ты всегда была красивой девушкой…

Она подняла руку и остановила его словоизлияния.

— Кажется, за эти четыре года ты изменился больше: несколько седых волос, складки на животе и мешки под глазами. Но ничего из этого не заметно, когда твой фильм выходит на экраны.

По его гримасе было видно, что Джек несколько раздосадован. Он смотрел недоверчиво, так как звонок ее действительно не принял всерьез. Что ей от него нужно именно теперь, когда прошло столько времени?

— Ну хорошо, Шери. Выпьешь что-нибудь?

Она сразу отказалась.

— Я слышала, что ты довольно много пьешь. Это не кредит твоему голосу?

Джек Рикарди ухмыльнулся.

— Да у меня его никогда не было. Просто мой шепот другие называют пением. По сравнению с Бингом я — койот, а Бинг тоже никогда не умел петь.

— Но все же за эти годы ты приобрел определенную известность. И ведь карабкаясь наверх, ты надеялся стать маленьким богом.

— Прекрати о прошлом, Шери. Я действительно рад снова тебя видеть. Можешь мне поверить, я часто думал о тебе.

— Перестань, Джек, это звучит смешно. Ты никогда не умел меня обманывать, в основном из-за этого мы и расстались.

Он наполнил стакан и выпил залпом, потом со стуком поставил обратно.

— Наверное, ты пришла ко мне не для того, чтобы сообщить, что я старею, не так ли? Я полагаю, тебе нужны деньги, раз ты до сих пор не давала о себе знать. Ну, пожалуйста, если ты обещаешь время от времени встречаться со мной, я согласен на все. Что ты на это скажешь?

Шери убрала со лба свои длинные белокурые волосы и скрестила красивые ноги.

— Ты, как всегда, себя переоцениваешь, Джек. Мне не нужны твои деньги, и мне совершенно неинтересно время от времени с тобой встречаться. Ведь между нами все кончено, и, насколько я понимаю, ты тоже всегда был того мнения, что прошлое не должно повторяться.

— Ты имеешь в виду…

— Конечно, ты меня верно понял. Я тебя не люблю, и даже не влюблена в тебя уже давным-давно, Джек. Я полностью избавилась от этого. Речь идет совсем о другом. Я хочу, чтобы мы наконец развелись, так как собираюсь снова выйти замуж.

Сначала он был озадачен, затем у него отлегло от сердца. Он думал о деньгах, а именно сейчас они были нужны ему самому.

— Ну, если дело только в этом, Шери, — он потер руки, — тогда, пожалуйста. Я предлагаю тебе поехать в Неваду, остаться там на пару недель, затем мы все прокрутим без огласки.

Она поднялась и поправила платье.

— Чудесно, значит все улажено. Я хотела предложить тебе то же самое. Тем самым мы официально подведем черту под нашей историей.

У двери она остановилась, так как Джек жестом задержал ее.

— Естественно, Шери, все должно произойти без всякой огласки. Ни один человек не знает, что я женат, так и должно оставаться.

— Следовательно, ты согласен?

— Целиком и полностью, дай мне знать через своего адвоката. Если хочешь, я спою в церкви на твоей свадьбе.

Она слегка улыбнулась.

— Думаю, без этого я смогу обойтись. Прощай, Джекки.

Шери как раз собиралась уходить, когда дверь распахнул Миллер, администратор.

— Сцена шоу не в третьей, а в седьмой! О, простите, я не знал…

— Ладно, — сказал Рикарди, — я уже слышал об этом, я же не глухой.

Миллер улыбнулся Шери Рикарди, словно желая извиниться, и исчез. Шери подумала, кивнула еще раз и тоже ушла.

Джек Рикарди несколько секунд смотрел на закрытую дверь, потом взял бутылку с виски. В тот же миг зазвонил телефон. Сев в кресло, в котором только что сидела Шери. Джек снял трубку.

— Что там еще случилось?

— Э, ты в дурном настроении? У меня дверь открыта, и потому я видел потрясающую блондинку, которая вышла из твоей гримерной.

Джек Рикарди задумался лишь на миг.

— Ах, да никого тут не было… только моя жена!

Затем он тут же положил трубку и представил себе глупое выражение лица Гэса Андерса.

Долго ждать ему не пришлось. Гэс ворвался в его гримерную.

— Парень, ты совсем пьян, что ли?

— Напротив, это действительно была моя законная супруга, о которой просто никто не знал. Прошу и тебя держать рот на замке. Мы собираемся разводиться, поэтому она пришла.

Андерс опустился на стул.

— Непостижимо, Джекки. С каких пор…

— У тебя есть секреты? Вот и у меня тоже. Мы поженились незадолго до начала моей карьеры. Красивая девушка. Она была секретаршей у моего агента Барроу. Вся история продолжалась едва ли год, затем мы расстались.

С тех пор я ничего больше о ней не слышал. Мне это было безразлично, лишь бы она оставила меня в покое. Вчера она позвонила… ну, да, я подумал, что ей нужны деньги. Сегодня появилась здесь, Вильямс как раз собирался уходить. Представь себе, ей не нужно было ничего, кроме развода.

Гэс Андерс почесал свой жесткий ежик.

— В это трудно поверить. Женщина имеет возможность держать в клетке такую золотую птичку, как ты, и позволяет ей упорхнуть безвозмездно? Ты действительно счастливчик. Если бы она была потверже, тебе пришлось бы здорово раскошелиться.

— Она не просит денег. Я, разумеется, согласился. Мы оформим наш развод в Рино, естественно, втихомолку.

Снова зазвонил телефон. Гэс Андерс слышал женский голос, но не мог понять, что он говорил.

— Все в порядке, да… Можешь на меня положиться! — Рикарди сердито бросил трубку.

— Ах, эти женщины, с ними одни хлопоты. Который час, Гэс?

— Чуть больше часа, ты хочешь уйти?

Джек Рикарди в нерешительности стоял посреди гримерной. Стук в дверь заставил его поднять глаза. В следующий момент в комнате стоял довольно пожилой мужчина среднего роста.

— Привет обоим! Если я не ошибаюсь, здесь пахнет огненной водой.

Он подошел к гримировочному столику, поднял бутылку и принюхался.

— О, «Роза»… аромат, который мне милее всего.

В полной тишине он налил себе и выпил.

— За ваше здоровье, дети мои.

Джек Рикарди спокойно смотрел на него. Теперь, кажется, он что-то вспомнил.

— Боб, ты мог бы оказать мне одну услугу?

Тот раскинул руки, как бы желая заключить в объятия весь мир.

— Для тебя я готов на все, Джекки. У меня в кармане для тебя хорошее предложение от Вернера.

Вмешался Гэс Андерс.

— Я уже недавно говорил Джеку, что не могу представить себе, что он уйдет отсюда…

— Ладно, — Джек Рикарди подошел к столу, вырвал из блокнота лист бумаги и написал на нем адрес. — Oтправляйся туда, Боб, и постарайся его найти. Пусть сразу едет сюда, мне нужно с ним поговорить.

Боб взглянул на записку, хотел что-то спросить, но затем передумал, аккуратно сложил записку и убрал ее.

— О’кей, будет исполнено, при условии, что я его застану.

— Во всяком случае, попытайся.

— Ладно, до скорого, но не опустоши всю бутылку, или вы собираетесь ее прикончить вдвоем?

Гэс Андерс покачал головой.

— Нет. В три продолжение съемок в седьмой студии. У Джека там большая сцена.

Необходимо было миновать две двери, чтобы попасть в салун, место довольно тихое. Приглушенный разговор, время от времени сдержанные возгласы, да стук шаров из слоновой кости.

Боб Барроу остановился и попытался что-либо разглядеть сквозь плотную пелену табачного дыма. У каждого бильярдного стола толпились по нескольку мужчин, на стенах висели доски для записи счета, на столиках ждали напитки.

Барроу обратился к первому, кого увидел.

— Купер? — протянул тот. — Вон там, без пиджака, в узких подтяжках.

Боб Барроу поблагодарил и направился к бильярдному столу, на котором только что после прицельного удара исчез в лузе шар.

Он остановился перед стройным мужчиной среднего роста, имевшим отдаленное сходство с Дэвидом Нивеном, во всяком случае, в том, что касалось тонких усиков. На нем была белая сорочка, свободно повязанный галстук, сейчас он, прищурясь, смотрел на зеленое сукно.

— Мистер Купер? — спросил Барроу. — Я хотел бы с вами поговорить. Ваша контора была закрыта, потому я пришел сюда.

Мужчина, названный Купером, секунду раздумывал, затем поставил кий в стойку, снял с крючка свой серый пиджак и кивнул Бобу.

— Полагаю, если вы специально пришли сюда, это для вас важно.

Боб зашагал следом. Они пересекли бильярдную, вышли в распахнутую дверь, там Купер остановился и указал на стул. В помещении слышалась тихая музыка из радиоприемника. У стойки, которая тянулась по всей ширине зала, сидели несколько посетителей, кроме них, был занят лишь еще один стол. Боб сел, Купер подошел к стойке и вернулся с двумя бокалами пива.

— Я взял и для вас. Это одно из немногих заведений, где пиво не только наливают сполна, но еще и подают его действительно холодным, мистер…?