Читаем Treasury's War: The Unleashing of a New Era of Financial Warfare онлайн бесплатно
Treasury's War: The Unleashing of a New Era of Financial Warfare
Документальная литература / Публицистика
Перевод этой книги подготовлен сообществом "Книжный импорт".
Каждые несколько дней в нём выходят любительские переводы новых зарубежных книг в жанре non-fiction, которые скорее всего никогда не будут официально изданы в России.
Все переводы распространяются бесплатно и в ознакомительных целях среди подписчиков сообщества.
Подпишитесь на нас в Telegram: https://t.me/importknig
ХуанКарлосЗарате«Война казначейства. Начало новой эры финансовой войны»
Оглавление
Пролог
8 октября 2012 года президент Ирана Махмуд Ахмадинежад публично заявил, что иранская экономика подвергается прямому экономическому нападению: продажа нефти сокращена, банковские переводы запрещены, стоимость иранского риала и валютных резервов резко упала. Он прямо признал: "Враг мобилизовал все свои силы, чтобы привести в исполнение свое решение, и таким образом ведется скрытая война в очень далеко идущих глобальных масштабах. [Мы должны понимать, что это своего рода война, в которой враг предполагает, что сможет победить иранскую нацию".
Он был прав.
В последнее десятилетие Соединенные Штаты ведут новую финансовую войну, беспрецедентную по своему размаху и эффективности. Эту "скрытую войну" часто недооценивали или неправильно понимали, но она перестала быть тайной и с тех пор заняла центральное место в доктрине национальной безопасности Америки. В ходе серии кампаний финансового давления Соединенные Штаты оказали финансовое давление и изолировали главных врагов Америки в этот период - Аль-Каиду, Северную Корею, Иран, Ирак и Сирию. Не полагаясь исключительно на классические санкции или торговые эмбарго старого образца, эти кампании состоят из нового набора финансовых стратегий, которые используют международные финансовые и коммерческие системы для остракизма акторов-изгоев и ограничения их финансовых потоков, причиняя реальную боль. Враги Америки осознали, что на них обрушился новый вид финансовой мощи. И они ощутили болезненные последствия.
Аль-Каиде стало труднее, дороже и рискованнее собирать и перевозить деньги по всему миру, и ей пришлось приспосабливаться, чтобы найти новые способы привлечения капитала для своего движения. Документы, найденные в комплексе Усамы бен Ладена в Абботтабаде (Пакистан), свидетельствуют о том, что лидер и движение террористов ищут новые источники денег. Это не было новым событием - начиная с 11 сентября, движение боролось за сохранение своего основного финансирования. В каждом заявлении, предназначенном для доноров, а иногда и только для внутреннего потребления, "Аль-Каида" признавала, что задыхается в финансовом плане. В письме от 9 июля 2005 года Абу Мусабу аз-Заркави, лидеру "Аль-Каиды" в Ираке, Айман аз-Завахири, занимавший в то время пост номер два в "Аль-Каиде", просил денег, отмечая, что "многие линии [финансовой помощи] были прерваны".
Кампания против Северной Кореи имела прямой и немедленный эффект. В результате финансового давления, подобного тому, которое режим испытывал, находясь под международными санкциями, Северная Корея обнаружила, что ее банковские счета и незаконная финансовая деятельность находятся под угрозой. Один из заместителей северокорейских переговорщиков в то время тихо признался высокопоставленному чиновнику Белого дома: "Наконец-то вы нашли способ причинить нам боль".
Иранцы тоже страдают от экономических последствий целенаправленного финансового нападения. 14 сентября 2010 года бывший президент Ирана Акбар Хашеми Рафсанджани призвал иранскую Ассамблею экспертов серьезно отнестись к болезненным санкциям и финансовому давлению, наложенным Соединенными Штатами и международным сообществом. "За все время революции, - сказал он, - у нас никогда не было столько санкций [наложенных на Иран], и я призываю вас и всех официальных лиц отнестись к санкциям серьезно, а не как к шутке... . . За последние 30 лет у нас была война и военные угрозы, но никогда мы не видели такого высокомерия, чтобы планировать расчетливое нападение на нас". Журналист Мойзес Наим считает, что финансовое давление на Иран "очень сильное, санкции очень, очень мощные. Это самые изощренные экономические и финансовые санкции, когда-либо наложенные на страну".
Все эти нападения на врагов Америки опираются на разработанный много лет назад Соединенными Штатами план ведения финансовой войны. Это война, определяемая использованием финансовых инструментов, давления и рыночных сил для воздействия на банковский сектор, интересы частного сектора и иностранных партнеров с целью изоляции игроков-изгоев от международных финансовых и коммерческих систем и устранения источников их финансирования.
Эта книга рассказывает об истории новой эры финансовой войны. Она началась после 11 сентября, когда правительство США разработало эти методы для использования против террористов, режимов-изгоев и других незаконных финансовых игроков. Эти возможности, которые находятся между дипломатией и кинетической войной, все чаще становятся инструментами национальной безопасности для решения сложных вопросов международной безопасности, стоящих перед Соединенными Штатами. Теперь Соединенные Штаты могут использовать эти методы для противостояния наиболее важным угрозам национальной безопасности - от террористических групп и международных преступников до Северной Кореи и Ирана.
Это также история небольшой группы чиновников из Министерства финансов и других правительственных учреждений, которые разработали этот новый бренд финансовой власти. Эти стратегии были разработаны под прикрытием радаров, с четкой задачей пересмотреть способы использования финансовых инструментов. Они также способствовали возрождению Министерства финансов, которое изо всех сил пыталось сохранить актуальность в вопросах национальной безопасности. Из недр выхолощенного Министерства финансов бюрократические повстанцы - партизаны в серых костюмах - представляли себе новый ландшафт национальной безопасности, в котором частный сектор можно было бы побудить изолировать игроков-изгоев в соответствии с интересами США. С помощью банкиров и финансовых институтов Министерство финансов возглавило кампанию по защите мошенников от финансовой системы. Мы предвидели тот день, когда Министерство финансов займет центральное место в основных дискуссиях по вопросам национальной безопасности, и именно это и произошло.
Мне выпала честь быть частью этой команды Казначейства и играть роль в формировании и реализации этих стратегий. Позже, занимая привилегированную должность заместителя советника по национальной безопасности, я помогал своим коллегам из Казначейства применять эти полномочия, и вместе мы были свидетелями роста роли Казначейства по мере того, как его опыт и влияние становились все более важными для национальной безопасности.
Нашей миссией стало обнаружение мягкого финансового подбрюшья врагов нашей страны. Эти финансовые стратегии стали незаменимы для преследования и изоляции северокорейского, сирийского и иранского режимов и других нелегальных игроков, угрожавших национальной безопасности США и участвовавших в международной преступной деятельности. Этот подход остается центральным для нашей национальной безопасности и по сей день. Мы переосмыслили методы ведения финансовой войны правительством США и в ходе этого процесса коренным образом изменили роль самого Казначейства США.
Мы успешно сформулировали и использовали эти стратегии во время правления президента Джорджа Буша-младшего, но после смены администраций президент Барак Обама и его команда продолжают в значительной степени полагаться на эту марку финансовой войны. Мир по-прежнему сталкивается с вызовами со стороны государств-изгоев, сетей и актеров, но теперь существует хорошо развитая международная система, позволяющая использовать финансовую информацию, власть и убеждение для изоляции мошенников от законной финансовой системы. Хотя этот вид войны сам по себе не может решить проблемы, вызывающие глубочайшую озабоченность национальной безопасности, эта парадигма, основанная на частном секторе, дает Соединенным Штатам и их союзникам инструменты и рычаги влияния, необходимые для воздействия на игроков-изгоев и их интересы таким образом, который исторически считался недосягаемым.
История кампаний Казначейства по ведению финансовой войны не слишком известна даже в высших эшелонах власти США. Роль Казначейства, объем его полномочий и эффективность его стратегий часто оставались незамеченными на фоне более заметных признаков глобальной войны с терроризмом. Когда в 2005 году я покинул Министерство финансов, чтобы перейти на работу в Совет национальной безопасности, у меня состоялся разговор с высокопоставленным сотрудником Пентагона, который отметил, что Казначейство должно участвовать в глобальной борьбе - встречаться со своими зарубежными коллегами и призывать к согласованным финансовым действиям против врагов Америки. Я был удивлен этим замечанием, зная, чем занималось Казначейство. Казначейство уже вело войну.
Но это был новый вид войны - не "шок и трепет", а скорее ползучее финансовое повстанческое движение. Это была "скрытая война", направленная на то, чтобы лишить наших врагов финансовой подпитки. И нам это удавалось, причем незаметно.
В этой книге объясняется, как и почему эта сила сработала и что нужно сделать, чтобы сохранить ее в будущем. Она также заставляет настороженно следить за государствами-конкурентами, такими как Китай, или транснациональными сетями, которые могут использовать уроки последних десяти лет для ведения финансовой борьбы с Соединенными Штатами.
Новая эра финансовых войн, начавшаяся после 11 сентября, будет развиваться в обозримом будущем. Она наступила потому, что мы смогли взглянуть на ситуацию иначе, чем наши предшественники. Эпоха глобализации и центральная роль американской финансовой мощи и влияния позволили применить новый подход. И в этом смысле президент Ирана Ахмадинежад не ошибся: действительно существует скрытая война, бьющая в самое сердце врагов Америки, - война, которая расширяется и продолжается по сей день на многочисленных фронтах по всему миру. Это война Казначейства.
Введение
Деньги связывают мир - сейчас как никогда. Они всегда были источником власти для государств, компаний и людей. Они по-прежнему являются источником жизненной силы для террористических организаций, преступных синдикатов и режимов-изгоев. Будь то Северная Корея, производящая лучшие в мире 100-долларовые фальшивые купюры, "Аль-Каида", выплачивающая пенсии семьям погибших боевиков, или мексиканские наркокартели в Сьюдад-Хуаресе, раздающие взятки за доступ к прибыльным площадям или контрабандным маршрутам в США, - деньги питают деятельность мировых негодяев. За них платят зарплату, покупают влияние и преданность, а также воплощают в жизнь причудливые фантазии лидеров. Бюджеты и денежные потоки дают им доступ, возможности и глобальный охват для создания своих организаций, расширения своего влияния и воплощения в жизнь личных, политических и идеологических амбиций.
Деньги также создают уязвимость. Необходимость в деньгах для выживания и работы в XXI веке - как в местной экономике, так и на глобальном уровне - создает финансовые следы, которые не обманешь, и зависимости, которые трудно скрыть. В условиях глобализации экономики денежные потоки пересекают границы с молниеносной скоростью и в огромных объемах. С легкостью телефонного звонка или нажатия кнопки приложения миллиарды долларов перемещаются каждый день множеством способов - антисептическими электронными переводами, традиционной практикой "хавала" и ранцами, полными наличности. Деньги - это общий знаменатель, который связывает разрозненные группы и интересы, часто порождая новые сети удобств, направленные против Соединенных Штатов.
Деньги - их помощник, но и их ахиллесова пята.
Если вы сможете перекрыть финансирование группировок или государств-изгоев, вы ограничите их возможности и заставите их делать выбор - не только бюджетный, но и стратегический. Бюджет "Аль-Каиды", помимо выплат семьям погибших боевиков, покрывает расходы на обучение новобранцев. В национальном бюджете Ирана есть отдельная статья расходов на поддержку террористических группировок, таких как "Хезболла" и ХАМАС. Северная Корея обогащает свое руководство предметами роскоши и использует деньги для поддержания как внутреннего порядка, так и военно-политических связей. Организованные преступные группировки по всему миру используют свои доходы для покупки влияния и доступа на пограничных переходах и в залах заседаний правительств, а также для расширения своих бизнес-империй.
Финансовые стратегии - мощный инструмент, способный ограничить текущую деятельность наших врагов и их стратегический охват. Да, один взрыв смертника может обойтись террористической организации менее чем в 1000 долларов, но если эта организация не может оплатить все сложные тренировки, которые она хотела бы провести, не может адекватно поддерживать свои международные союзы и не может разработать все программы и операции, которые она себе представляет, то ее конечное влияние будет ограничено. Говоря максималистским языком, мы можем изменить поведение противника, повлияв на его конечный результат.
Небольшая группа сотрудников Министерства финансов США и других подразделений американского правительства осознала эту стратегическую уязвимость врагов Америки после 11 сентября. Мы смотрели на глобальное поле боя через призму долларов, евро и риалов, считая деньги нашим главным достоянием и главной уязвимостью наших врагов. Следуя этой идее, мы начали разрабатывать способы использования денег в качестве оружия против террористов, режимов-изгоев и незаконных финансовых игроков. В результате мы живем в новую эру финансовой войны. Способность подрывать и нарушать финансовые потоки и сети наших врагов дала Соединенным Штатам стратегические рычаги иного рода.
