Читаем Семен Дежнев (К 300-й годовщине открытия Берингова пролива) онлайн бесплатно

Среди славных имен сибирских землепроходцев XVII в. особенной известностью пользуется имя Семена Иванова Дежнева. Заслужил он эту славу своим знаменитым плаванием из Колымы в Тихий океан в 1648 г., когда впервые было доказано, что Азия отделена от Америки водным пространством. Слава эта пришла к Дежневу не сразу, а лишь много лет после его смерти. Документы, сохранившиеся после Дежнева и повествующие о его плавании, оставались незамеченными; в Якутском воеводском архиве без малого 100 лет, пока они не были «открыты» русским академиком Г. Миллером в 1736 г. Но даже после этого находились ученые, которые, давая ложное толкование «отписке» Дежнева, пытались утверждать, что он не огибал северо–восточной оконечности Азии, и лишь тогда, когда Н. Оглоблин нашел в столбцах Сибирского приказа, хранившихся в Московском архиве Министерства юстиции, новые документы об этом плавании и опубликовал их (в 1890 г.), отпали всякие сомнения в том, что Дежневу принадлежит честь открытия Берингова пролива.

Семен Иванов Дежнев был уроженцем Великого Устюга, откуда вышли и другие землепроходцы, впоследствии прославившиеся своими географическими открытиями, — Поярков, Хабаров, Атласов. Дежнев происходил из посадских людей. Год его рождения не известен, но можно без большой ошибки предполагать, что он родился около 1605 г. Ничего мы не знаем и о жизни Дежнева в его родном городе откуда он перебрался сперва в Тобольск, а затем в Енисейск. В 1638 г. Дежнев в отряде сына боярского Парфена Ходырева перешел из Енисейска в Якутский острог, незадолго до того (в 1632 г.) заложенный Петром Бекетовым. Здесь Дежнев «поверстался» в якутские казаки и посвятил себя нелегкому, но прибыльному делу сбора ясака (дани). Начиная с этого времени, биографические данные о Дежневе становятся более полными. В основном они заключаются в двух отписках поданных С. Дежневым и Н. Семеновым якутскому воеводе Ивану Акинфиеву в 1655 г. и опубликованных, по материалам Миллера, Археографической комиссией[1], и в четырех челобитных С. Дежнева, найденных и опубликованных Н. Оглоблиным[2].

Уже в 1639 г. Парфен Ходырев послал Дежнева в Оргутскую волость собирать ясак. Задачу эту Семен Иванович Дежнев выполнил успешно: 140 шкур соболя, взятых у оргутских якутов, были доставлены в Якутск.

В 1640 г. письменный голова Василий Поярков, управлявший воеводством в Якутске, поручил Дежневу совместно со служилым человеком Дмитрием Михайловым Зыряном собрать ясак на реке Яне. Отряд состоял из 15 человек. Он двинулся на Яну зимним путем и выполнил поручение, собрав с туземного населения 340 соболей. Этот ясак Дежнев в сопровождении трех казаков должен был отвезти в Якутск. По дороге отряд Дежнева подвергся нападению тунгусов. «Я, холоп твой, — доносил Дежнев (первая челобитная 1662 г.), — на том бою убил у них лутчево мужика до смерти, а иных тунгусов мы, холопы твои, многих ранили. А меня, холопа твоего, Сеньку, на том бою те ламутцкие мужики стрелою ранили в левую ногу по колену, а другою стрелою ранили в ту же ногу в икру». В 1641 г. ясак был доставлен в Якутск и сдан воеводе Петру Головину.

В 1642 г. Дежневу было дано новое поручение — собрать ясак на р. Оймекон. Отряд снова состоял из 15 человек, в числе которых был и Михаил Стадухин, впоследствии получивший известность благодаря своей деятельности на Колыме, и Анадыре. На Оймеконе около 500 тунгусов напали на отряд Дежнева. Произошел бой, в котором, по словам Дежнева, «убили мы, холопы твои, тех ламутцких тунгусов десять человек, а иных многих переранили. А меня, холопа твоего, Семейку, на том бою ламутцкие тунгусы стрелою ранили в правую руку в локоть, а другою стрелою ранили в правую ногу» (челобитная Дежнева 1662 г.). Отослав ясак в Якутск, Дежнев и Стадухин решили выйти на Индигирку и искать «где б нам, холопам твоим, можно было вновь тебе, великому государю, в ясачном зборе прибыль учинить». Построили коч, на котором и спустились по Индигирке до самого моря. Затем Дежнев присоединился к другому отряду казаков, собиравшему ясак на р. Алазее и возглавлявшемуся Дмитрием Зыряном, с которым Дежнев ранее ходил на Яну. На Алазее произошло столкновение с юкагирами, причем Дежнев снова был ранен стрелою, на этот раз в левое плечо. С Алазеи Дежнев и Зырян перебрались на Колыму, где встретили Михаила Стадухина, который совершил переход из Индигирки в Колыму морем. В 1644 г. Стадухин основал в устье Колымы Нижнеколымский острог.

На Колыме отряды Дежнева, Зыряна и Стадухина соединились для сбора ясака с юкагиров, которые встретили казаков далеко не миролюбиво. Казакам пришлось здесь выдержать настоящую осаду: «и те иноземцы юкагиры, видя нас, холопей твоих, немногих людей, собрався сот пять и больше, приходили к нам, холопем твоим, к острожку приступили и обсадили нас в острожке и многих переранили, меня, холопа твоего Сеньку, в голову стрелою железницею ранили, и в острожек многие иноземцы к нам сильно вломились» (челобитная Дежнева 1662 г.). Победа сказалась, однако, на стороне русских, несмотря на их малочисленность: «многих юкагирей убили до смерти, а иных иноземцев многих мы, холопи твои, ранили, а они, убоясь смерти, отошли прочь от острожку».

На Колыме Дежнев оставался до 1648 г., служа под начальством Дмитрия Михайлова Зыряна, который был назначен приказным, и таможенного целовальника Петра Новоселова. Неоднократно Дежнев посылался на «непослушников неясачных иноземцов», причем, по словам Дежнева, «голов своих не щадили и кровь свою проливали, и голод терпели, и всякую нужу принимали». В схватке с юкагирами Дежнев был еще раз ранен — «в левую руку в мышку».

В 1648 г. Дежнев совершил плавание на восток от Колымы, плавание, которое обессмертило его имя. История этого морского похода такова.

В 40‑х годах XVII в. на Колыме появился приказчик богатого великоустюжского торговца Алексея Усова — Федот Алексеев Попов, в литературе более известный под именем Федота Алексеева. Он был родом из Холмогор, откуда вышли многие отважные сибирские мореходы. Попов был, очевидно, человеком очень предприимчивым: достигнув Колымы, он не удовлетворился этим, его потянуло еще дальше на восток. Прослышав от Исая Игнатьева, мезенского промышленника, впервые совершившего в 1646 г. плавание на восток от Колымы (до Чаунской губы), об изобилии там «моржового зубу», Федот Попов решил сделать попытку пройти морем на р. Анадырь, о которой русские имели только смутные сведения, доходившие через туземцев.

Первое плавание Попова на восток от Колымы было совершено в 1647 г. на четырех кочах, вышедших в море в июне ст. ст. Оно оказалось неудачным — в море были встречены непроходимые льды, заставившие мореплавателей вернуться на Колыму. Согласно Миллеру[3], в этом походе участвовал и Дежнев — «для исправления того, что в пользу казенного интереса наблюдать должно», т. е. для сбора ясака.

Попов, хорошо знакомый с изменчивым режимом полярных льдов, не пал духом и решил в следующем году повторить попытку пройти морем в Анадырь. Он поделился своими планами с находившимся на Колыме Дежневым, пожелавшим и на этот раз принять участие в плавании, так как оно обещало богатую добычу и обилие приключений в совсем неизведанных краях. Попов также был заинтересован в участии Дежнева и других казаков, ибо они могли оказать торговым и промышленным людям неоценимую помощь при встрече с туземным населением, на миролюбивое отношение которого к русским пришельцам едва ли можно было рассчитывать. Кроме того, присутствие в экспедиции Дежнева, на которого была возложена обязанность сбора государева ясака, придавало экспедиции в некоторой степени характер правительственного предприятия, что также было выгодно Попову. Учтя все это, Попов решил просить местные власти о назначении Дежнева в экспедицию. В своей челобитной 1662 г. Дежнев говорит об этом следующее: «торговые и промышленные люди били челом тебе, великому государю, на Ковыме реке таможенному целовальнику Петру Новоселову подали челобитную, чтоб их торговых и промышленных людей, Федота Алексеева (Попова) с товарищи, отпустили по твоему государеву указу на новую на Анандыр реку и на иные на сторонные реки, для прииску новых неясачных людей, где б тебе, великому государю, мочно было в ясачной зборе прибыль учинить. А обо мне, холопе твоем Семейке, те торговые и промышленные люди били ж челом, чтобы мне, холопу твоему, идти с ними вместе для твоего государева ясачного збору и для прииску новых неясачных людей и для твоих государевых всяких дел».

В сохранившихся документах об экспедиции 1648 г. мы нигде не находим указания, кто был ее начальником — сам ли Дежнев или Федот Попов, но можно предполагать, что они участвовали в походе на равных правах. Оглоблин[4] также указывает, что «повидимому, единоличной власти здесь не было». Инициатором экспедиции был несомненно Федот Попов.

В помощники Дежнева был назначен казак Герасим Анкудинов. С Анкудиновым у Дежнева сложились неприязненные отношения еще до выхода в море[5]. В экспедиции участвовали также приказчики торгового гостя Василия Гусельникова — Безсонка Астафьев, Офонка Андреев и покрученик этих приказчиков Ефимка Меркурьев Мезеня.

Экспедиция была многолюдной, в ней участвовало 90 человек, разместившихся в шести кочах.

Дошедшие до нас сведения об историческом плавании Дежнева и Попова, задолго до Беринга показавших, что Азия не соединена с Америкой, и тем самым разрешивших огромной важности географическую проблему, чрезвычайно скудны. Они ограничиваются несколькими сообщениями, скупо изложенными Дежневым в его отписках и челобитных. Из них видно, что всего величия выполненного географического подвига Дежнев и его спутники совсем не представляли себе. Приводим соответствующие места из документов, оставленных Дежневым.

«В прошлом во 156 году (1648) июня в 20 день, с Ковымы реки послан я, Семейка, на новую реку на Анандыр для прииску новых неясачных людей. И в прошлом во 157 году (1648), месяца сентября в 20 день, идучи с Ковыми реки морем, на пристанище (т. е. при высадке на берег) торгового человека Федота Алексеева чухочьи люди на драке ранили, и того Федота со мною Семейкою на море рознесло без вести, и носило меня, Семейку, по морю после покрова богородицы всюду неволею, и выбросило на берег в передний конец за Анандыр реку; а было нас на коче всех двадцать пять человек» (вторая отписка С. Дежнева и Н. Семенова 1655 г.).

«И с Ковымы реки поднялся я, холоп твой, морем — проведывать новых рек, и приискал вновь, сверх тех прежних рек, новую реку Анандыр» (челобитная Дежнева 1664 г.).

«И я, холоп твой, с ними торговыми и промышленными людьми шли морем, на шти кочах, девяносто человек; и пришед Анандырское устье, судом божиим те наши все кочи морем разбило, и тех торговых и промышленных людей с того морского разбою на море потонуло и на тундре от иноземцов побитых, а иные голодною смертью померли, итого всех изгибло 64 человека. А я, холоп твой, от тех товарищей своих остался всего дватцатью четырми человеки, и тех товарищей моих зимним путем на лыжах, с нарты, со стыди (стужи) и з голоду и со всякой нужи, недошед Анандыря реки, дорогою 12 человек безвестно не стало. А я, холоп твой, на Анандыр реку доволокся всего двенатцатью человеки» (челобитная Дежнева 1662 г.).

«А с Ковымы реки итти морем на Анандыр реку есть нос, вышел в море далеко (мыс Дежнева)… А против носу есть два острова (острова Диомида), а на тех островах живут чухчы, а врезываны у них зубы, прорезываны губы, кость рыбей зуб, а лежит тот нос промеж сивер на полунощник … А доброго побегу от носа до Онандыри реки трои сутки, а боле нет» (вторая отписка Дежнева и Семенова 1655 г.).

«Тот нос (мыс Дежнева) вышел в море гораздо далеко, а живут на нем люди чухчи добре много, против тогож носу на островах живут люди, называют их зубатыми, потому что пронимают они сквозь губу по два зуба немалых костяных, а не тот, что есть первой Святой нос от Ковымы (мыс Шелагский), а тот Большой нос мы, Семейка с товарищи, знаем, потому что розбило у того носу судно служилого человека Ерасима Онкудинова с товарищи, и мы, Семейка с товарищи, тех розбойных людей имали на свои суды, и тех зубатых людей на острову видели ж, а от того носу та Анандыр река и корга далеко» (первая отписка Дежнева и Семенова 1655 г.).

Кроме перечисленных документов, некоторые дополнительные сведения о походе 1648 г. мы находим у Г. Миллера. Эти сведения были почерпнуты Миллером, очевидно, также из якутского архива, но самих документов или ссылок на них Миллер не приводит.

На основании приведенного материала ход экспедиции Дежнева — Попова вкратце представляется в следующем виде. 20 июня (ст. ст.) экспедиция вышла из устья Колымы в составе 90 человек и 6 кочей и взяла курс на восток. Состояние льдов было весьма благоприятным, и, не встретив с их стороны препятствий, 3 коча дошли до Берингова пролива. Что сталось с остальными кочами, не известно. Где–то недалеко от Берингова пролива была сделана: высадка на берег, причем произошло столкновение с эскимосами, во время которого Попов был ранен. В Беринговом проливе коч Анкудинова разбило, и экипаж его перешел на коч Дежнева. В Тихом океане жестокая буря разделила кочи Дежнева и Попова, причем коч Попова пропал бесследно, коч же Дежнева долго носило по морю, пока его не выбросило на берег южнее Анадыря.