Читаем Астрология и мифология онлайн бесплатно

АТОН С-Петербург

Семира и В. Веташ

Астрология и мифология

— СПб: Атон, 1998,— 1072 с.

ISBN 5-89077-034-9

ББК 86.391

© Семира и В. Веташ, 1998.

© А. Розенталь,

художественное оформление, 1998. © ЗАО «Атон», 1998.

Перед вами первое в нашей стране серьезное исследование по астромифологии — разделу астрологии, изучающему космические основы мифотворчества. Первый вопрос, который может возникнуть у читателя: а зачем в наш прагматический, компьютеризированный и математизированный век нужно копаться в "примитивных", "устаревших" представлениях наших предков о космогонии? Чем могут помочь древние сказания современной астрологии, борющейся за признание своего места в системе знаний о Вселенной рядом с естественными науками?

Пройдя трудным методом проб и ошибок, для себя лично я уже получил однозначный ответ: эффективное овладение астрологией невозможно без изучения ее мифологических корней. Мифология — это наука древности, когда человек воспринимал окружающую его действительность целостно. Впоследствии, с развитием естественных наук, расчленивших целое на бесчисленное количество тончайших срезов реальности, эта целостность была утрачена, что и привело науку XX века к очередному очень серьезному кризису, когда во всей драматичности встал извечный афоризм познания: "Я знаю лишь то, что я ничего не знаю!"

Подобно тему, как высшая математика невозможна без арифметики, а художественная литература — без знания элементарной грамоты, так астрология без мифологических основ предстает странной, схоластической схемой, донельзя формализованным упрощением бесконечно сложной реальности. По определению Т.Г. Бургоня, мифология — это универсальный мистический язык природных явлений.

Древняя астромифология поражает своими удивительно точными совмещениями фантазии и реальности, своими плодотворными аналогиями, помогающими познавать объективные закономерности мира через субъективные представления. Жрецы, эти ученые древности, прибегали к картинам и символам, чтобы лучше запечатлеть знания в умах учеников, донести до их сознания абстрактные идеи мироздания. Они олицетворяли силы природы в образах божеств. Потребовались тысячелетия научных изысканий, чтобы понять глубину и содержательность этих символов, далеко не полностью еще расшифрованных. Скажем, сейчас уже ясно, что рождение Афродиты из морской пены — символический образ зарождения жизни в пра-океане. Но уже триединство атрибутов Земли — Гея, Рея и Деметра — до сих пор вызывает различные толкования.

Нас поражает точность астрологических аналогий. Можно понять, что за тусклый блеск и причудливое скелетообразное строение кристаллического свинца ("Сатурново дерево") древние образно соотнесли свинец с "золой огня жизни" — ее конечным продуктом. Но откуда им было знать, что свинец — это и "зола ядерного огня": многие цепочки радиоактивного распада оканчиваются свинцом!

Мифологические аналогии также помогают современному астрологу правильно подобрать планетарную функцию для моделирования интересующего его земного явления. Скажем, вам нужно выявить ритмику грозообразования в земной атмосфере. К какой планете вы обратитесь? Конечно, к Юпитеру/Зевсу — громовержцу: именно у него в руке пучок молний! Такая логика, естественно, вызовет саркастическую улыбку у специалиста-метеоролога, но она у него тут же погаснет, когда он узнает, что сравнительно недавно выявлена 11-12-летняя периодичность грозовых лет, совпадающая с периодом солнечной активности. Выходит, прав астролог, взявший за точку отсчета Юпитер с его периодом обращения 11,86 лет, а в пучке молний мифологического аналога кроется знание о связи грозообразования с интенсивностью пятен на солнце. Вполне может оказаться, что в мифологических взаимосвязях Зевса и Аполлона зашифровано уравнение юпитерианского влияния на ядерные процессы в недрах солнца.

Не может не вызвать удивления также и соответствие мифологических названий трансурановых планет их физическим характеристикам. Ведь только в результате американского космического зонда "Вояджер-2" в 1986-89 году по окраинам Солнечной системы выяснилось, что именно Нептун — самая богатая водой и льдом планета, а Уран замечателен мощнейшими электрическими и турбулентными явлениями (как будто в нем стонут и рвутся на юлю дети Урана — гекатонхейры).

Развернутое сравнение мифологий всех пяти населенных континентов, проведенное Семирой и Виталием Веташ, наглядно показывает, насколько сходны мифы разных народов. Различие только в именах, соответственно расовым и национальным признакам. Это единство формирования мировоззрения в не связанных между собой областях земного шара показывает, что информация считана с неба, единого для всех живущих. Именно мифология демонстрирует единство человечества как носителя Разума. Того Разума, который столь нужен нам сейчас, в трудные времена становления эры Водолея. И как тут не вспомнить, что Афина превзошла на войне своего брата Ареса, показав, что разум — выше грубой силы и даже беззаветной храбрости!

Купив эту книгу, вы сделали ценное приобретение, способное помочь вам не только в расширении своего интеллектуального горизонта, но и в повседневной практической астрологической работе.

Ф.ВЕЛИЧКО,

проректор Московской академии астрологии, профессор, доктор химических наук, лауреат Государственной премии СССР, действительный член Международной академии информатизации.

Астрологи называют планеты именами богов; мифических персонажей отражают и привычные нам образы эклиптических созвездий. Это подтверждает древность астрологии и наводит на мысль, что те символические понятия, которыми она сегодня оперирует, возникли на заре человеческой культуры. Сознание, ещё не скованное законами традиций, отражало мир так, как оно его видело, создавая мифы о природных явлениях и силах, которые за ними стоят. В хаотичном крошеве звёзд оно усматривало устойчивый рисунок, описывающий реалии жизни людей. И это непосредственное видение мира древними, отражённое в мифологии, легло в основу универсализма астрологических символов.

Миллионы лет, пока для человека не существовало ориентиров культуры и цивилизации, основу его представлений о жизни, времени и пространстве составляли образы природы. Так возникла мифология — первое художественное представление людей о мире. Оно легло в основу религии, и нет религии, которая, чтобы привлечь внимание наших чувств, не обращалась бы к образам ночи и рассвета, земли и неба, бескрайнего океана и разрушительного огня. Даже сегодня христианская литургия описывает восход Солнца — которое, по свидетельству Августина, христианам многие века тяжело было отделить от Христа.

Отражая мир в сознании людей, мифология естественно сливалась с астрологией — первым эмпирическим знанием о повторяющихся законах природы, из которого потом возникла наука. Представьте, что вы заблудились в лесу и потеряли чувство времени. Кто вам поможет? Небо с его светилами и звездами, как помогало оно древним ориентироваться во времени и пространстве: днем охотиться, а ночью спать, весной сеять, а осенью собирать урожай. Светлая часть дня была посвящена земным заботам; темная часть (которая в южных широтах, где возникали цивилизации, составляла почти половину суток) давала возможность осмыслить жизнь. Сегодня уставший человек, придя с работы, смотрит телевизор, чтобы расслабиться и узнать информацию о мире. А когда-то не было ни книг, ни храмов, ни театра, чтобы скоротать досуг и осознать свои дневные впечатления. Но звездное небо было с человеком всегда. Оно рассказывало ему о мире, успокаивало его ищущий интеллект, организовывало его жизнь и подготавливало к новому дню.

И наука наук — математика — некогда была рождена необходимостью рассчитывать ход небесных светил. Сложные вычисления, необходимые для расчета петлеобразного движения планет, для определения затмений и пр., давали толчок развитию науки. Их не требовала торговля (где осуществлялся товарный обмен до сравнительно нового процесса возникновения денег, да и там была нужна лишь элементарная арифметика). Поэтому астрология являлась государственной религией на родине современной науки — в древней цивилизации Шумера. Путешествия и налаживание торговых связей вновь возвращали людей к звездам, развивавшим умение ориентироваться на местности. И ещё у древних греков астрология была неразделима с астрологией: само слово mathesys, от которого ведет начало наше слово "математика", означало астрологические расчеты.

Все это говорит о том, что в древности наука, искусство и религия были едины. Они составляли единое целое, к которому ближе всего нас подводят мифы. Мифология раскрывает первое философское видение мира и мудрость древних, не утратившую для нас своего вечного смысла. Типические образы мифологии обращают человека к корням его сознания. Они позволяют увидеть неслучайность тех представлений, с которыми оперирует современный астролог. И астрология — первая наука человечества, ставшая наследницей достижений мифологического мышления, дает возможность современным людям опереться на изначальный, непосредственный и чистый, опыт человеческого осознания мира. Мифы о богах могут многое нам дать для понимания тех первичных качеств, которые являют собой планеты и знаки Зодиака. И тем, кого заинтересовала древнейшая наука, — а тем более тем, кто хочет овладеть астрологией на хорошем профессиональном уровне, они помогут расширить и скорректировать бытовые представления о планетах и знаках гороскопа.

Мифологические представления о мире поразительно подобны во всех концах земного шара[1]. И образы, соответствующие характерам планет, мы можем найти в мифологиях совершенно разных и исторически не связанных между собой культур. Они составляют сферу общечеловеческой души: и относятся к тем базовым понятиям психики, которые, воскресив античную традицию поиска первоначал (архе), Карл Г.Юнг назвал архетипами. Архетип — дословно, пра-образ: древний образ мира.

"Более глубокие слои души, — писал Юнг, — утрачивают свою индивидуальную неповторимость, по мере того, как всё дальше и дальше отступают во мрак. Опускаясь всё ниже и приближаясь к уровню автономно функционирующих систем, они приобретают всё более коллективный и универсальный характер, пока окончательно не угасают в материальных субстанциях. Следовательно, на самом дне "душа" есть просто Вселенная[2]. Этими словами Юнг подводит нас к тому, что душа — отражение Вселенной. И архетипы, составляющие её содержимое, в своей первоначальной форме — простые природные образы. Эго образы моря, неба, земли, огня, которые были символами сразу же, как человек начал выделять их из общего пейзажа и оформлять свой взгляд на мир при помощи этих внешних ориентиров. С ними ассоциировались идеи настолько глобальные, что и сейчас нам сложно выразить их словами: слова дают о них лишь поверхностное представление. Эти подсознательные идеи — рождения жизни, движения в пространстве, твердой опоры существования и другие — стали основой архетипов как понятий разума и души.

На более позднем этапе осознание природных явлений — и их роли в жизни человека — создали мифы о богах: первое зафиксированное знание человечества, раскрывающее древнейшие основы миропонимания людей. Глубинные и невыразимые идеи сознания тогда оформились более конкретными образами, актуальными для людей в эпоху земледельческой цивилизации. Эго образ громовержца, посылающего плодородный дождь; или божественного кузнеца, создающего плуг; или матери-кормилицы Земли — так возникла дошедшая до нас мифология. Но образы богов имеют в своей основе не только сиюминутную нужду земледельца, а и предшествующую многотысячелетнюю историю его разума. Именно поэтому мифологические образы являются архетипическими и в совершенстве описывают нам общечеловеческие, космические понятия планет.

Человеческая душа со всем разнообразием её эмоций не была создана Творцом мгновенно, как и его сознание не родилось в один миг, внезапно выделив человека среди семьи приматов. В их основу легли те природные и культурно-исторические образы, мифы и символы, которые поражают нас сегодня своей крайне абстрактной логикой и одновременно простотой, неким общеземным, отчасти чувственным и отчасти разумным, универсализмом. Их живым зерном и сутью были те пра-образы, архетипы, которыми мы мыслим и сегодня, выстраивая свой взгляд на мир — так кантовская теория "большого взрыва" созвучна мифологическим представлениям о рождении мира из комочка первовещества.