Читаем Цыпочки в Лондоне онлайн бесплатно

В «Цыпочках в Нью-Йорке» мы утверждали, что если западная европейка — особа невротичная, то жительница Нью-Йорка достигла крайней стадии невроза. Теперь мы вынуждены признать, что ошиблись. Обитательницы Лондона ни в чем не уступают своим заатлантическим кузинам. Парижанки, впрочем, тоже. Быть женщиной в наши дни означает быть немного цыпочкой. Для нас это прозвище не несет в себе ничего уничижительного. Напротив. Это гордый профиль, некий статус, отражающий многогранность женщин. Вы думаете, что это проявление нового феминизма? Вовсе нет! Будь то в Москве, Рио, Дакаре, Токио или Улан-Баторе, женщинам приходится вести одну и ту же постоянную борьбу. У них есть муж, друг (или подружка) и есть дети; они работают, хотят быть красивыми и, что бы они ни говорили сами себе, отстаивают свое право на легкомысленность. Цыпочка стремится быть серьезной и легкомысленной одновременно.

Однажды взявшись за исследование цыпочек, нам показалось невозможным обойти стороной другие курятники мира. Прощупав психологию обитательниц Нью-Йорка, мы доверили нашим сестрам «по перу» расшифровать образ жизни птичек из их ареала обитания, не забыв сообщить нам любимые адреса и способы проведения досуга.

Это второй опус коллекции «цыпочек». Он отправляет вас в страну англичанок, довольно эксцентричных особ. А порой и вконец свихнувшихся.

Лейла Демэй и Лора Ватрен

Лондонские цыпочки — особая порода. Можно сколько угодно смотреть на них, слушать их, слепо следовать за ними, пытаться их понять: они не поддаются анализу.

Одетые в разгар зимы в рубашки, расстегнутые до пупка, обутые в шлепанцы в проливной дождь, бранящиеся как ломовые извозчики за рулем своих автомобилей (особенно в присутствии мужчин), выставляющие напоказ свои волосатые ноги из-под юбок-брюк доисторических времен, они литрами поглощают чай с молоком после обеда, напиваются в стельку после пяти вечера и затем, пошатываясь, бредут по платформе метро, пока их не вытошнит прямо на рельсы. На следующий день, как ни в чем не бывало, они снова несутся в атаку.

Находясь в поиске мужчины, они применяют прагматичный и деловой подход, используя все возможные средства: slow[1], speed[2], blind dating[3] и так далее. Удержать «редкую птицу» в руках им не удается, зато мужчин на один вечер они берут штурмом. Те не сопротивляются… а на рассвете исчезают.

Независимые или находящиеся на содержании, цыпочки без ума от последних тенденций моды. Одновременно законодатели моды и ее жертвы, они тратят, тратят и снова тратят. Потребление стало их новым богом, а поскольку они считают себя монотеистами, то каждый день молятся своей кредитной карте.

В Лондоне, где правят большие деньги, где ни дня не проживешь без притворства и обмана, где бьют ключом идеи и разрушаются репутации (в результате сексуально-политических скандалов), цыпочки вспоминают слова Поля Морана, бывшего французского посла в британской столице: «Не иметь денег само по себе досадно, а ведь еще приходится с ними расставаться».

Если лондонские цыпочки и имеют общие черты, все же для каждого квартала характерны свое оперение и повадки. Действительно, очень сложно сравнивать передовую Single с юга Темзы с аристократичной Posh из Мэйфера, a North London Girl из Хэмпстеда с принцессой Империи из Саутхолла, или же It Girl из Слоуна — с буйнопомешанной цыпочкой DIY из северных кварталов. Также, как никогда не увидишь девушку Highart Highbrow из Блумсбери вместе с Mummy из Патни, цыпочку Grungy из Фаррингдона с Sexy Chick из Хокстона (хотя эти две просто сиамские сестры).

Завораживающий курятник Лондона ждет вас!

Боже, храни цыпочек!

Виржини Ледре

Любимая прическа

Каждый день — новая, что за вопрос!

Любимое домашнее животное

Jaguar Е-Туре[4].

Любимое выражение

Glam![5]

Любимое ругательство

BuggerР

Идеальный мужчина

Какой-нибудь лорд.

Настольная книга

Не читала с… (не помнит, с каких времен).

Предмет, который следует взять с собой на необитаемый остров

Шприц с ботоксом.

Любимое средство передвижения

На выбор: Lamborghini Murcielago, Aston Martin Vanquish или Ferrari Enzo.

Известная личность, с которой хотелось бы подружиться

Стелла Теннант[6] или герцогиня Корнуэльская[7].

Виктория, Белгравия, Слоун-сквер, Челси, Найтсбридж, Ноттинг-Хилл, Холланд-парк, Кенсингтон

С самого нежного возраста эта girl из шикарных кварталов живет тайной надеждой однажды попасть на первые страницы таблоидов и особенно журнала Hello! под столь желанным титулом It Girl It Girl?. Читайте «та, у которой это есть». Что же у нее есть такого, чего нет у вас? Сложно дать точное определение. Как выразилась бы Зизи Жанмер[8], секрет It Girl заключается в ее легком и свободном образе жизни, где деньги льются рекой, принцы и герцоги — лучшие друзья, погасшие звезды шоу-бизнеса (но о которых по-прежнему пишут газеты, это важно) — крестные, а незабываемые вечеринки — словно бесчисленные жемчужины в ее ожерельях. Франсуазу Саган в свое время тоже можно было назвать It Girl, с той лишь поправкой, что у нее был талант и острый ум. Надо сказать, что It Girl зачастую этого лишена. Зато другого у нее хоть отбавляй: искусственная грудь, сумки из крокодиловой кожи (но не из детенышей, она слишком любит животных!), шлепанцы от Manolo Blahnik, анорексия в наследство и постоянно загорелый цвет лица. Одним словом, современная женщина! По крайней мере, для некоторых.

Тем не менее оперение It Girl варьируется в зависимости от насеста, который она себе выбрала. Есть слоуни[9] из юго-западных кварталов. Чаще всего их можно встретить возле Слоун-сквер, в трех километрах от Кингс-роуд, на зажиточных улицах Белгравии и в этих очаровательных тенистых улочках-тупиках mews спокойного района Пимлико.

Цыпочка слоуни, к которой применима аббревиатура BCBG[10], поднимает уровень и придает немного элегантности статусу It Girl. Она любит знаться с авангардом Правительственного совета или быть лучшей в понятии membership[11], избегая проторенных дорожек.

У ее сестры из северных кварталов и южной части Кенсингтона и Найтсбриджа чуть меньше породы и чуть больше денег. В конце концов, тратить 1500 или 3000 евро в месяц на шмотки у Харви Николса, цветы у Moyses Stevens или белье у Коко Риббон — не такая уж большая разница! Эта цыпочка обожает все розовое и блестящее. Она также самозабвенно любит pets, этих маленьких домашних питомцев, которых она называет своими «лапушками».

И наконец, last but not least[12], есть еще It Girl «рок и шок» из Ноттинг-Хилла, плюс Мадонна и Стелла Маккартни, а также герцогиня Корнуэльская.

Очень современная, жертва моды или, наоборот, созидательница новых тенденций (как говорится, fashion victim или trendsetter), It Girl пробует все, что входит в моду, коллекционирует все новое и свежее. Она редко работает, поскольку является наследницей, знаменитостью или любовницей богатого и влиятельного мужчины. Она любит показываться в популярных журналах о знаменитостях. У It Girl в жизни единственный девиз: You’ve got IT or you don’t, darling. And if you have it, flaunt it! Tо есть: «У тебя ЭТО есть либо нет. Если есть, выставляй напоказ!»

От политики она воздерживается, поскольку слишком занята, чтобы голосовать, либо следует примеру папы и голосует за консерваторов. Что касается чтения, она обожает модные журналы (только не говорите ей о литературе, это давно вышло из моды) и прессу trash[13] таблоидов. Да, в ней есть нечто тайно-аристократично-фашистское: декаданс — это ее трюк.

Цыпочка в Лондоне, кем бы она ни была, всегда принадлежит к какому-нибудь кварталу, среде, организации или клубу или, точнее, к нескольким клубам, в которых она, в зависимости от толщины своего кошелька и количества полезных связей, становится привилегированным членом.

В Лондоне membership — иначе говоря, членство в каком-нибудь клубе — является переходным обрядом или обязательным атрибутом жизни. Если только не принадлежать ни к какому клубу из принципиальных соображений, заявив об этом всем.

Мне понадобилось некоторое время, чтобы окончательно понять, что эта система не ограничивается простой экономикой, как у нас — дисконтные карты. Нет, это нечто гораздо большее. Это образ мысли, особый взгляд на жизнь и социальные отношения. Лишь столь консервативное общество, не знавшее ни революций, ни четкого разделения между государством, монархией и Церковью, может наживаться на общественном устройстве, основанном на социальном расслоении.

Membership attitude действительно не несет в себе ничего демократичного. Напротив, это означает желание выделиться из общей массы и прибиться к особому племени, где есть уверенность оказаться «в своем кругу». К тому же определение в Oxford Dictionary ясно говорит, что член — это a distinct part of a whole, отдельная часть целого. И не абы какая часть целого, нет: речь идет о стремлении доказать, что ты не лишь бы кто, a the one — та или тот, кого замечают.

It Girl родилась в той среде, где встречаются одни только члены, и куда бы она ни пошла, доступ разрешен members only[15]. Жизнь со свободным доступом ей не знакома. Нет, ей, конечно, приходится опускаться до похода с подружками в пабы квартала (в основном в гастропабы[16], всегда с хорошей репутацией, уверяю вас). Да, иногда у нее случаются такие неконтролируемые приступы, как желание пропустить пинту Guinness и пообщаться с незнакомцами, о которых она даже не знает, к какому клубу они принадлежат. Невероятно, правда?

Еще маленькой она сопровождала своего папу в его клуб, один из тех клубов, membership в котором даже в наши дни часто запрещено женщинам (см. Men only). Это как раз случай «Гаррика» (Garrick), куда меня однажды привела Джейд, миниатюрная зеленоглазая брюнетка 29 лет, которой ее дорогой дядя (гомосексуалист без детей) только что подарил подержанную «Ламборджини».

Такие исторические клубы, как «Гаррик», часто имеют свою специализацию. Этот клуб, основанный в 1831 году, изначально посещали в основном комедийные и трагедийные актеры того времени. Здесь, в середине лестницы из лакированного дерева, висит портрет знаменитого Эдмунда Кина, легендарного актера-трагика английского театра XIX века, с которого Марсель Карне и Жак Превер списали персонаж Фредерика Леметра, сыгранного Пьером Брассёром в «Детях райка».

В «Гаррике», как и в любом другом традиционном клубе Лондона, лучше-быть предельно любезным со швейцаром в ливрее: представиться, улыбнуться, используя свой самый лучший английский. В этом случае к вам будут обращаться с самой изысканной почтительностью. Но как далеко простирается английская вежливость? Об этом размышляешь, услышав в свой адрес Ma’am, угодливо-искаженное Madam, используемое, в частности, при обращении к королеве.

Papa ждет нас на втором этаже. Большая величественная лестница из дерева. Мы на цыпочках поднимаемся по ней под недоверчивым взглядом Кина. Там перед нами открываются две гостиные. Прежде всего — читальный зал со свежими газетами на деревянных стойках с буковыми вставками, и, разумеется, уютные кожаные кресла. Стены обшиты панелями, паркет покрыт персидскими коврами.

Я бросаюсь к 50-летнему мужчине с криком:

— How are you, David!

Катастрофа, я заговорила. Я произнесла четыре слова с уровнем шума, превышающим 15 децибел, то есть громче, чем звук зажигаемой сигары «Коиба». Shocking, dear![17] Я читаю откровенный ужас в глазах Джейд и неизбывное замешательство на лице ее отца. Что касается его коллег по чтению, они просто расстреливают меня взглядами из-под нахмуренных бровей. Боюсь, я совершила непоправимую оплошность. Возможно, мне придется перестать дышать, чтобы они поверили, как я об этом сожалею.

Я замолкаю и с виноватым видом следую за отцом и дочерью, старательно избегающими инквизиторских взглядов, в соседнюю гостиную: огромную галерею, обстановка которой, как и в читальном зале, не менялась 150 лет. Там, чтобы оправиться от пережитого волнения и забыть о моем постыдном промахе, папа Дэвид заказывает шампанское. Его подают в серебряных кубках. Никогда не видела ничего подобного.

— Это специализация «Гаррика». Вам нигде больше не предложат шампанского в серебряных кубках. Впрочем, их используют с прошлого века.

Почему именно кубки?

— Видимо, чтобы больше выпить! — рискует пошутить Дэвид, одетый в безукоризненный, даже если немного потертый (это считается особым шиком) вельветовый костюм табачного цвета, сшитый на заказ у Херби Фрогга с Джермен-стрит.

Джейд по-прежнему любит сопровождать своего отца в Ковент-Гарден, а потом ужинать в клубе и пить шампанское из кубка, но ей также нравится обновлять традиции. Самая новая тенденция у It Girl: стать членом лучших музеев-ресторанов-кафе-баров-магазинов столицы.