Читаем Кто мы и откуда... онлайн бесплатно

Имя В. В. Битнера, выдающегося популяризатора научных знаний и издателя, в свое время было хорошо известно в России, тем не менее современному читателю его работы практически незнакомы. Это досадное упущение может быть устранено новым обращением к его капитальному труду «На рубеже столетий: Обзор главнейших научных и культурных приобретений XIX века», подводящему итоги основных направлений естествознания за XIX век. Подготовленная издательством «Современник» книга названа «Кто мы и откуда…» — в этом уточнении выражена суть повествования В. В. Битнера.

Что ожидает читателя, взявшего в руки этот нарядный, с любовью изданный том? Прежде всего — обилие информации. Труд Битнера настолько богат по содержащемуся в нем фактическому материалу и настолько глубок по теоретическому его осмысливанию, что позволяет составить достаточно полное представление о том, к чему пришла наука XIX века в поисках ответа на вопрос «Кто мы и откуда?». Причем текст не должен рассматриваться только в качестве хранилища документальных ценностей, в нем содержится немало теоретических обобщений, не утративших и поныне своего значения, ведь многие проблемы достались нашему веку по наследству от прошлого и относятся к разряду вечных или, во всяком случае, пока не решенных… Благодаря этой книге читатель получит возможность сравнить логику мышления, основные направления научного поиска и их результаты в XIX веке с тем, как современная наука смотрит на те же проблемы спустя столетие.

По объему знаний, включающих основные и принципиально важные факты по геологии, палеонтологии, археологии, этнографии и истории, а также вытекающие из них выводы, теоретические обобщения и их трактовки, данный труд является энциклопедией в самом широком и глубоком смысле этого слова. Кроме того, книга Битнера остается ярким художественным произведением, возможно, одним из первых по-настоящему удачных опытов жанра научно-популярной литературы, в доступной форме излагающей весьма сложные аспекты естествознания и ряда исторических дисциплин.

Большая заслуга Битнера-популяризатора научных знаний состоит еще и в том, что он сумел в большом числе разнообразных по направлению источников уловить провозвестники будущих концепций, ставших популярными ныне. Так, при изложении материала по истории развития нашей планеты, еще ничего не зная о теориях подвижек, автор весьма тщательно приводит не только известные к тому времени объяснения происхождения изменений лика Земли с позиций нептунизма, вулканизма и униформизма, но и высказывает много правильных догадок. Ничего нельзя возразить против данной им классификации периодов геологической истории Земли и краткой характеристики каждой геологической эпохи (но одновременно хочется выразить сожаление, что временные рамки той или иной геологической эпохи автором не приводятся, это существенно уточнило бы протекание не только геологических, но и биологических процессов во времени).

Непоколебимо веруя в происхождение человека разумного от некоего общего с обезьяной предка, Битнер подробно описывает историю находок примитивного человека, человека прямоходящего, полагая, что именно эти останки кроманьонца, неандертальца и синантропа и являются теми промежуточными звеньями, которых так недоставало для торжества дарвиновской теории происхождения человека. Такая точка зрения сегодня едва ли выдерживает критику, поскольку все выше перечисленные останки древнего человека — это, увы, все-таки ветви все того же человека, а не человекообезьяны. Отодвигая в глубь миллионолетий наличие общего далекого предка, сегодня мы можем утверждать, что пока этот общий гипотетический прототип, от которого дорожки человека и обезьяны разошлись, к сожалению, еще не найден.

Вместе с тем последовательность событий со времени синантропа через неандертальца к кроманьонцу Битнер прослеживает достаточно полно и всесторонне, уделяя внимание не только вопросам быта, семьи и производства, но и вопросам религии. В конце XIX века в связи с новейшими археологическими и палеонтологическими данными ученые пытались найти ответ на вопрос, является ли религия «феноменом», исходно присущим человеку разумному, или есть следствие некоего уровня культурно-социально-биологического прогресса. Битнер не проходит мимо находок, имеющих отношение к решению данного вопроса, но определенного ответа на него не дает, трактуя наскальную живопись неандертальцев скорее как потребность в творчестве, чем как выражение религиозного настроя и миропонимания.

Печать времени лежит, конечно, на описании Битнером истории миграции этносов во времени и в пространстве, истории развития производительных сил и культуры, жизни вообще. Это сказывается в том, что в центре внимания автора — традиционные очаги цивилизации и культуры, среди которых на первом месте Северная Африка, Двуречье, Малая Азия, меньше Балканский полуостров, Апеннины. Почти ничего не говорится о Юго-Восточной Азии. Вместе с тем подробно описаны цивилизации Центральной Америки, что еще раз показывает, насколько автор был чуток ко всему новому и прогрессивному, ибо раскопки древних цивилизаций Америки к концу XIX века далеко были не закончены, а Битнер уже сумел зафиксировать и использовать достигнутые успехи. Конечно, сведения о миграции рас и народностей в разные исторические и особенно в доисторические времена теперь существенно расширены, однако и сейчас все еще остаются за пределами нашего знания многие подробности этого процесса, влияния культур друг на друга, а равно и других привходящих факторов. Немалый интерес представляет трактовка автором проблемы происхождения культуры майя, равно как и других народов Центральной Америки. В рассуждениях Битнера видятся будущие труды и путешествия Тура Хейердала…

«Энциклопедический путеводитель» касается также истории культуры, науки, в основном на примере описания различных археологических находок, среди которых на первое место претендуют архитектурные и скульптурные памятники. Читатель имеет возможность познакомиться с основными произведениями хорошо известных древних цивилизаций, к которым мало что могут добавить позднейшие описания и даже современные издания на эту же тему.

В заключение необходимо отметить превосходный иллюстративный материал, отдельные образцы которого уже помещены в аналогичные научно-популярные издания и даже учебники, но многие остаются все еще неизвестными и потому представляют большой интерес для широкой публики. Книга адресована самым разнообразным слоям читателей. Она может стать пособием для учащихся средних школ, гимназий, лицеев и других учебных заведений, она же привлечет внимание знатоков изящной словесности и конечно же любителей истории и истории науки.

Профессор В. П. Подачин, доктор естественных наук

Текст печатается с некоторыми сокращениями. В публикации сохраняются стиль и манера изложения оригинала. Теории и гипотезы ученых XIX в., приведенные автором, оставлены без комментариев. (Примеч. ред.)

Первые попытки понять немой язык Земли. — Теория Вудворда. — Метод соотношения органов и успехи палеонтологии. — Теория катастроф. — Униформизм и новая геология. — Геологические агенты. — Горообразовательные процессы. — Иллюстрации геологической деятельности разных агентов. — Отделы геологии. — Хронологическая и стратиграфическая классификация.

Судьба человечества, открытия и создания которого в течение истекшего столетия (имеется в виду XIX в. — Ред.) займут наше внимание в предлагаемых очерках, тесно связана с историей Земли и ее обитателей. Наш обзор мы начнем с подсчета приобретений в области геологии и палеонтологии, наук, занимающихся изучением отдаленного прошлого нашей планеты.

С незапамятных времен человечество интересуется прошлой жизнью своей «кормилицы», которая так много видела на своем веку. Но долгое время язык немой исповеди великой молчальницы оставался непонятен, и тайны ее богатого прошлого, казалось, были похоронены навеки. Правда, некоторые гениальные духовники, как, например, Геродот, Пифагор, Страбон и Аристотель, предполагали, что земля может подыматься из воды и опускаться, а окаменелые останки растений и животных принадлежали прежде жившим организмам. Но это были одни лишь догадки, основанные, так сказать, на выражении лица исповедующейся, но не на ее словах. В средние века схоластика совершенно убила всякий смысл в толковании происхождения случайно открываемых материальных следов прошлой жизни нашей планеты. Только в конце XVII столетия в геологических воззрениях начинает устанавливаться некоторый рационализм, и Бюффон предлагал вниманию молодых ученых «эти драгоценные памятники древней природы, которые его старость не позволяет ему изучить». Но до какой степени были неудачны первые попытки понять немые свидетельства Земли, можно судить по тому, что кости мастодонта считались костями короля, который сражался с Марием, а скелет саламандры принимался за кости ребенка, утонувшего во время потопа…

Что же касается геологических воззрений конца XVIII столетия, то прекрасной их иллюстрацией может служить гипотеза английского геолога Вудворда. По его мнению, внутренность Земли занята массой воды, дающей начало морям, рекам и другим наземным водам и послужившей причиной всемирного потопа. «Воды внутренности Земли, — говорит ученый, — однажды, разорвав слои земной коры и растворив горные породы, вырвались наружу и залили всю поверхность планеты; по окончании этой всемирной катастрофы все ископаемые и земные элементы, под действием тяжести, опустились в виде пластов». Любопытно, что остатки ископаемых растений послужили Вудворду доказательством… чего бы вы думали? — что потоп произошел в мае…

Эта гипотеза, несмотря на всю ее фантастичность, имела своих сторонников. Правда, впоследствии ее заменила «теория катаклизмов», главным защитником которой был знаменитый Кювье; но, по существу, обе эти гипотезы были сходны, так как не могли избавить историю Земли от внезапных катастроф, коренным образом изменявших строение земной коры. Подтверждение своей теории Кювье находил в данных палеонтологии, которую он поставил на научную почву, возведя сравнительную анатомию на степень науки. Положив в основу изучения строения организмов принцип соотношения органов, в силу которого «ни одна из частей любого живого существа не может измениться без соответственного изменения других органов», благодаря чему по отдельной части можно заключать о целом, — Кювье показал возможность восстановления вымерших животных по отдельным уцелевшим костям и сравнения их с современными. Вначале этот метод вызвал недоверие, явились попытки скомпрометировать славного естествоиспытателя, предлагая ему, под видом новооткрытых ископаемых, скелеты, составленные из костей разных животных. Но Кювье всегда выходил из испытания с честью. Один только раз, как он впоследствии сознался сам, пришлось ему колебаться, признать ли продаваемый образец подделкой или действительно существовавшим представителем исчезнувшей фауны. Целый месяц изучал ученый скелет ископаемого и наконец признал его поддельным. Но не сознайся после того автор этой подделки в своем грехе, Кювье в душе был бы не уверен в справедливости вынесенного им приговора. Впрочем, этот случай нисколько не подорвал веры в истинность метода сравнительной анатомии, так как мошенник, оказывается, посвятил все свои силы изучению последней и дошел в этом отношении почти до возможного в то время совершенства. Цель его была создавать на продажу редкие экземпляры ископаемых. Самым, однако, веским доказательством истинности нового метода были найденные кости, которые Кювье подробно описал заранее.

Задумываясь над причинами гибели тех или иных ископаемых существ, над условиями зарождения новых, задавая себе вопрос, почему каждое следующее поколение должно праздновать тризну на костях своих предшественников, столь же на него не похожих, как оно само отличалось от своих потомков, — геологи решили, что до потопа Земля была в постоянных грандиозных судорогах: ужасные землетрясения то подымали из воды целые материки, то, наоборот, последние исчезали в бездне морских пучин; чудовищные волны налетали на сушу, раздробляли скалы, прорывали перешейки, отрывали громадные куски суши, с грохотом обрушивавшиеся в воду, разъяренные волны которой вздымались еще выше, все на своем пути затопляя… Целые фауны и флоры смывались, заносились песком и илом, а на месте погибшего мира нарождалась новая жизнь, которую ожидала та же внезапная гибель. Последняя из подобных катастроф произошла якобы 6 000 лет тому назад, уничтожив весь предыдущий органический мир. Кювье, слава и авторитет которого заставляли умолкать несмелые голоса защитников идей, провозглашенных Уильямом Смитом, нептунистами (основатель Вернер) и вулканистами (Готтон), настаивал на внезапности упомянутых катастроф. Он утверждал, что резко очерченный рельеф некоторых горных кряжей и вершин «явно указывает на насильственный способ их поднятия» и что напрасно было бы искать между теперешними силами причин достаточных для произведения переворотов и катастроф, следы которых слишком очевидны в земной коре.

Таковы были господствующие геологические воззрения вплоть до 1830 года, когда появилась знаменитая книга «Основные начала геологии», принадлежащая перу до тех пор неизвестного автора. Чарлз Лайель, которому суждено было сделаться основателем современной[1] геологии, сумел найти разгадку прошлого в настоящем и прочесть оставленную Землей летопись, несмотря на то что от нее остались, по словам Дарвина, «кое-где лишь отдельные главы, а из каждой страницы только по нескольку строк».