Читаем Прекрасное в жизни и в искусстве онлайн бесплатно

Прекрасное... С этим словом у каждого человека соединяется представление о самых светлых и дорогих впечатлениях жизни. Прекрасное радует человека, поднимает его дух. В соприкосновении с прекрасным легче жить, свободнее дышать.

Что же такое прекрасное? В чем его сущность и сила воздействия? Этими вопросами люди задавались издавна и отвечали на них по-разному, в зависимости от эпохи, в которую они жили, класса, к которому они принадлежали, в зависимости от их общественных устремлений и философских позиций.

Прекрасное и другие подобные явления — возвышенное, трагическое, комическое и т.д. — принято называть эстетическими качествами действительности и искусства. Прежде чем рассматривать прекрасное в различных областях действительности и искусства, нам необходимо выяснить, что оно представляет собой как эстетическое качество[1].

Для выяснения своеобразия эстетических качеств рассмотрим некоторые конкретные примеры.

Есть существенное различие между тем, как мы воспринимаем, например, зеленый цвет в глазке светофора, регулирующего уличное движение, когда спешим на работу, и тем, как мы воспринимаем зеленый цвет, когда наслаждаемся красотой расстилающегося перед нами пейзажа.

В первом случае зеленый цвет является знаком, имеющим определенное (условное) практическое значение: он говорит о том, что путь свободен, движение открыто. Но он не пробуждает в нас в данном случае (именно как цвет) никаких эмоций, не имеет никакого иного смысла, кроме своего условно-сигнализационного значения.

Иное дело, когда после напряженного рабочего дня, утомленные сутолокой, пылью и духотой большого города, мы попадаем на лоно природы и наслаждаемся зеленью травы, лесных опушек, убегающих вдаль полей, когда зеленый цвет воспринимается как неотъемлемый элемент прекрасной картины природы.

В первом случае зеленый цвет выступает перед нами как физическое качество, имеющее определенное практическое условно-символическое значение. Во втором случае этот цвет выступает перед нами как эстетическое качество, имеющее эмоционально-выразительное значение.

Точно так же по-разному могут восприниматься и оцениваться человеком не только цвета, но и формы предметов, звуки, движения и т.д.

В искусстве известны многочисленные примеры того, как в окружающих человека вещах раскрывается человеческий характер. Вспомним хотя бы образы помещиков в «Мертвых душах» Н.В.Гоголя. В комнате Собакевича, например, «вcе было прочно, неуклюже в высочайшей степени и имело какое-то странное сходство с самим хозяином дома; в углу гостиной стояло пузатое ореховое бюро на пренелепых четырех ногах, совершенный медведь. Стол, кресла, стулья — все было самого тяжелого и беспокойного свойства,— словом, каждый предмет, каждый стул, казалось, говорил: «и я тоже Собакевич!» или: «и я тоже очень похож на Собакевича!»

Та или иная вещь может восприниматься и оцениваться нами в самых различных отношениях: с точки зрения ее практического применения, стоимости, физических свойств и т.д. Когда же эта вещь выступает перед нами как образ человека, она оценивается эстетически, что мы и видим в приведенном отрывке из поэмы Н.В.Гоголя.

Точно так же различно может быть рассмотрено одно и то же явление общественной жизни. Героический подвиг советского человека во имя Родины может представлять собой конкретное действие, направленное к достижению победы в бою. Он может быть оценен с моральной точки зрения как благородный и соответствующий нормам поведения советского человека, использован в политическом воспитании масс и т.д. Он может быть также оценен и эстетически, как возвышенный эпизод героической борьбы за Родину, как глубоко впечатляющая картина, полная большого общественного смысла и раскрывающая нам типический образ советского человека. Таковы, например, герои и события романа А.Фадеева «Молодая гвардия», повести Б.Горбатова «Непокоренные» и др.

Приведенные примеры говорят о том, что эстетические качества — это качества особого рода. Они характеризуются совокупностью нескольких основных особенностей. Из этих примеров видно, что эстетические качества чувственно-конкретны, т. е. воспринимаются непосредственно органами чувств людей (зрением, слухом). В то же время они содержательны, выразительны, существенно значимы и вызывают у человека при их восприятии яркую эмоциональную реакцию, душевный отклик. В чувственных особенностях предмета в первую очередь раскрывается человеческое, обществом рожденное содержание.

Каким же образом человеческое, общественное содержание может выступать в форме материальных, чувственных свойств предметов и явлений? Различные эстетические теории давали на этот вопрос разные ответы.

Объективные идеалисты объясняют выразительность эстетических качеств присутствием в вещах мирового духа, который якобы «светится» через их чувственно-конкретный облик, т.е. объективной духовной природой этих качеств. Субъективные идеалисты объясняют эстетическую выразительность свойствами психики человека, «проекцией» во-вне, перенесением на предмет человеческих переживаний и состояний. Домарксистская материалистическая эстетика объясняла ее чаще всего естественными (физическими и т.п.) свойствами вещей.

Только марксизм сумел объяснить действительную основу, предпосылку выразительности эстетических качеств явлений действительности. Открытие объективных законов общественного развития позволило показать тот материальный в своей основе процесс, в котором происходит реальное выражение общественного содержания через чувственные свойства природных явлений. Таким процессом является общественно-историческая практика, преобразующая мир деятельность людей.

Процесс общественного производства, как необходимое условие существования и развития человеческого общества, является двусторонним.

В трудовой деятельности людей происходит, как говорил К.Маркс, «очеловечивание» природы и «опредмечивание» человека. Человек в этом процессе изменяет, преобразует природу, приспосабливая ее для удовлетворения своих потребностей на основе использования ее законов; тем самым он изменяет и преобразует самого себя, развивая свои способности, силы, творческие возможности.

Явления природы, будучи преобразованы человеком на основе познания их закономерностей и подчинены удовлетворению его потребностей, приобретают специфический вид, несвойственный их естественному, природному бытию. Ткань, например, представляет собой сугубо «неестественное», а именно — «очеловеченное» бытие хлопка, хотя и созданное человеком на основе использования естественных законов. Овладевая внешним миром, человек не только удовлетворяет свои жизненные потребности, но и развивает себя как субъекта производственной деятельности, утверждает свое существование в предметном мире.

Он является в этом смысле продуктом своей собственной деятельности, преобразующей природу. Эта деятельность определяет развитие его сил, способностей, разума. Именно в процессе труда он выходит из животного состояния и становится человеком. Рука, мозг, глаз людей, находящихся на высокой ступени общественного развития, существенно отличаются от соответствующих органов первобытного человека. Это отличие и обусловлено развитием этих органов в процессе труда.

Одновременно в этом же процессе внешний материальный мир становится «второй природой», созданной человеком. Он превращается в «очеловеченную» действительность, общественно значимый предметный мир, И только «очеловеченная» в той или иной форме природа приобретает для человека эстетическое значение.

Было бы неверно считать, что «очеловечивание» природы происходит по произволу людей и представляет собой только разного рода фантастические олицетворения сил природы. Выражение человеческого, обществом рожденного содержания в чувственной форме окружающих человека явлений происходит не независимо от объективных естественных свойств и закономерностей этих явлений, а в соответствии с ними, на их основе. «Животное творит сообразно мере потребности вида, к которому оно принадлежит, в то время как человек умеет производить в соответствии с мерой каждого вида и всегда умеет подойти к предмету с подходящей мерой, человек творит поэтому по законам красоты»[2].

Тем не менее природные свойства сами по себе не являются эстетическими. Они становятся ими лишь тогда, когда в практике человека приобретают тот или иной смысл и значение, а потому могут «говорить» людям о них самих, быть «зеркалом» существенных свойств человека. К.Маркс писал, что человек «видит самого себя в им самим созданном мире»[3]. Поэтому он наслаждается всем тем, что способствует его утверждению в природе, развитию его творческих способностей и сил, его свободе и господству над окружающим миром.

«Под красотой,— писал М.Горький,— понимается такое сочетание различных, материалов,— а также звуков, красок, слов,— которое придает созданному — сработанному — человеком-мастером форму, действующую на чувство и разум как сила, возбуждающая в людях удивление, гордость и радость перед их способностью к творчеству»[4].

Красота выступает для человека как чувственно выраженный результат свободы владения материалом, как свидетельство и подтверждение общественного господства человека над миром. Например, те или иные качества формы — ее целесообразность, структура, цвет и т.д.— приобретают для человека эстетическое значение лишь благодаря тому, что они воспринимаются как конкретное выражение закономерности, освоенной человеком в его практике. Поэтому уже в простейшей обработке материальных предметов, в придании им целесообразной формы, определенной фактуры, той или иной окраски (однородной или, наоборот, разнородной, но так или иначе организованной) и т.д. возникают те качества, которые осознаются как элементарные проявления красоты (симметрия, ритм и т.д.).

«Очеловеченная» природа — это прежде всего природа, преобразованная человеком и потому несущая на себе отпечаток его потребностей и существенных свойств. Но на основе практического преобразования возникает и духовное освоение природы человеком, выражающееся, в частности, в эстетическом отношении к ее явлениям.

Осознавая элементарные эстетические качества (красоту цвета, формы и др.) в предметах своей трудовой деятельности, люди начинают оценивать ее в явлениях природы (растениях, кристаллах и др.). Они становятся способными воспринимать также красоту «дикой», необработанной природы. Эстетическая способность человека, т.е. возможность видеть в непосредственно воспринимаемых свойствах предметного мира человеческое, обществом рожденное содержание, возникает и развивается в трудовой деятельности благодаря реальному, практическому «очеловечиванию» внешнего мира. Но сущность эстетической способности едина во всех проявлениях, и функционирует она одинаково по отношению как к преобразованной, так и непреобразованной природе. Поэтому исторически развитый человек эстетически относится не только к продуктам своего труда, но и к любым окружающим его явлениям действительности.

Первоначально природа была для человека не прекрасной, а, скорее, ужасной, полной враждебных ему сил. Это продолжалось до тех пор, «пока собственным трудом человека не создан человеческий вкус к природе, человеческое чувство природы, а значит, и естественное чувство человека»[5]. Природа выступает для человека как место и условие его жизнедеятельности, как его естественная жизненная среда, освоенный им мир. «Мир, который был нам до сих пор так чужд,— писал Энгельс,— природа, скрытые силы которой пугали нас, как привидения,— как родственны, как близки стали они нам теперь!.. Природа раскрывается перед нами и взывает к нам: не бегите от меня, я не отвержена, я не отреклась от истины, придите и смотрите, ведь именно ваша внутренняя собственная сущность дает мне жизненные силы и юношескую красоту![6]». Только на основе вовлечения явлений непреобразованной природы в общественный процесс, в систему отношений людей у человека развивается способность восприятия природы как прекрасной, наслаждения ею.

Таким образом, прекрасное отнюдь не всегда выступает как непосредственный продукт труда. Не только непреобразованная природа, но и создания рук людей могут эстетически оцениваться как прекрасные вне непосредственной связи с трудом. Искусство, например, прекрасно отнюдь не как прямой продукт труда. С другой стороны, и не все, созданное трудом, прекрасно, ибо в классовом обществе труд, в силу его порабощения, может создавать не только прекрасное, но и безобразное (а кроме того, то, что в одну эпоху было красиво, с развитием общества может утратить это свое значение, как, например, старинные одежды и т.п.).

Хотя прекрасное и не всегда предстает перед нами как прямой продукт и следствие процесса труда, но в нем всегда в чувственной форме выражается общественная сущность человека, реальной основой которой является трудовая, преобразующая мир практика людей. Парус яхты или корабля, виднеющийся в морском просторе, прекрасен. Но он прекрасен отнюдь не как непосредственный продукт труда. В качестве такого он представляет собой просто полотно, не обладающее никакой красотой, а иногда даже довольно непривлекательное. На морских же просторах парус — это мечта, порыв, стремление вдаль, вольный полет. Подобные ассоциации и чувства парус вызывает потому, что он объективно связан с такой общественной деятельностью человека, для которой были необходимы и в которой поэтому развивались многие чудесные свойства людей. Парус выступает как их предметное выражение. Трепетность человеческих исканий, мятежность духа, радость счастья, мечта о свободе — все это действительно свойственно той деятельности людей, в которой парус играл необходимую практическую роль. Все это «опредметилось» в нем. Поэтому он объективно прекрасен. Недаром он стал одним из излюбленных образов романтического искусства. Вспомним хотя бы знаменитый «Парус» М.Ю.Лермонтова.