Читаем Проблемы русской истории. Уникальность исторической судьбы России онлайн бесплатно

МИНИСТЕРСТВО ОБРАЗОВАНИЯ И НАУКИ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Федеральное государственное автономное образовательное учреждение высшего образования

«ЮЖНЫЙ ФЕДЕРАЛЬНЫЙ УНИВЕРСИТЕТ»

Печатается по решению редакционно-издательского совета Южного федерального университета (протокол № 3 от 23 ноября 2015 г.)

Рецензенты:

доктор исторических наук, профессор Южного федерального университета К. Г. Малыхин;

кандидат педагогических наук, доцент Донского государственного технического университета М. В. Ковынева

На обложке – памятник «Тысячелетие России» (1862 г., Великий Новгород)

Данное учебное пособие рекомендуется студентам высших учебных заведений и всем интересующимся историей Отечества. Его отличие от аналогичных учебников и пособий в том, что здесь сделана попытка рассмотреть главные события российской истории сквозь призму мирового исторического процесса и обратить внимание студентов на дискуссионные проблемы исторической науки. Такой подход к изложению учебного материала должен помочь студентам найти ответ на извечный вопрос о том, какой берег для нас ближе – западный или восточный? Является ли «Святая Русь», несмотря на все изгибы и переломы её исторической судьбы, в целом европейской страной? Тогда к ней вполне приложимы параметры исторического развития западного общества. Если же Россия движется собственным историческим курсом, то тогда ориентиры в поиске путей решения своих современных проблем ей надо выбирать, опираясь на собственный исторический опыт.

Привлечение внимания студенческой аудитории к актуальным вопросам отечественной истории позволяет ей, через оценку деятельности выдающихся личностей прошлого, сравнение и анализ различных точек зрения на ключевые события русской истории, не только углубить и расширить свой багаж знаний, но и почувствовать созвучие событий прошлого и современных проблем. В основу данной работы положен проблемно-хронологический подход, в соответствии с которым она состоит из десяти глав, посвящённых важнейшим событиям политической истории России – от «Святой Руси» до современности.

Памятник князьям-основателям города Киева – первой столицы Русского государства

Причины появления государства у восточных славян вполне укладываются в общепринятую концепцию. Она ориентирует на то, что государство возникает тогда, когда создаются условия для его появления в виде совершенствования орудий труда, роста производимого продукта, имущественного расслоения в обществе и смены господствовавших ранее социально-правовых отношений. Для защиты интересов собственников требуется механизм принуждения в виде государства со всеми его атрибутами – публичной властью, армией, чиновничеством, писаными законами и новой идеологической системой, оправдывающей классовое господство.

Однако такая общепринятая схема образования государства варьируется у разных народов. У одних главную роль сыграли благоприятные природные условия, а образовавшееся государство представляло собой общественный договор правителя со своими подданными. У кого-то на первое место выдвинулся внешний фактор – завоевание другим этносом или угроза такого завоевания. Какие-то народы и племена пришли к государственному устройству общества согласно марксистской теории исторического процесса, и фактор материального производства сыграл здесь определяющую роль.

У наших далёких предков, как и у ряда других народов, особую роль в процессе образования государства сыграл географический фактор – место проживания славянских племён. Стоит лишь бросить взгляд на место расселения восточнославянских племён – ядро будущего Древнерусского государства, как взору предстаёт необъятная лесостепь с малыми сгустками населения, теснящегося у излучин рек, с посёлками и городами, далеко отстоящими друг от друга. То есть налицо полная открытость страны для вражеского нашествия и неспособность разрозненных племён дать ему отпор. Именно эта реальная внешняя опасность и потребность в самозащите, как считает русский историк и политик П. Н. Милюков, и вызвали раннее собирание восточных славян в единое государство и потребность в сильной княжеской власти[1]. Государственная консолидация была просто жизненно необходима раздробленному на отдельные племена и беспомощному населению Древней Руси. А врагов у неё было предостаточно. С юга и юго-востока к её землям подступал мощный Хазарский каганат, которому одно из восточнославянских племён – поляне – уже вынуждено было платить дань. С севера на Русь часто наведывались буйные варяжские дружины. На западе интенсивно шёл процесс формирования раннефеодальных государств, ставших со временем источником повышенной военной опасности для западнорусских земель. Таким образом, в отличие, допустим, от прибалтийских племён, которые долгое время пребывали в некоторой изоляции, во тьме лесов и болот, где им вплоть до XIII в. никто реально не угрожал, восточнославянские племена всегда видели перед собой опасных врагов, что не могло не ускорить у них процесс государственной консолидации.

Отсюда первая особенность в образовании государства у восточных славян. Государственная организация здесь сложилась раньше, чем она могла быть создана в процессе внутреннего естественного развития. Это подтверждается разным уровнем хозяйственного и культурного развития восточнославянских племён, оказавшихся впоследствии в составе Древнерусского государства. Если племя полян знало пашенное земледелие и торговлю и у них были определённые нормы поведения, в том числе сложившиеся семейно-брачные отношения, то их соседи древляне ходили в звериных шкурах, жили охотой и бортничеством и похищали себе невест у соседних племён. Собрать эти разные по уровню развития племена могла только сильная княжеская власть.

В то же время в Западной Европе главную роль в образовании раннефеодальных государств сыграли причины внутреннего порядка, прежде всего социальное расслоение в среде германских племён, сокрушивших Западную Римскую империю.

Другое отличие образования государства на Руси от аналогичных процессов у европейских народов заключается в том, что здесь государственность строилась сверху вниз, путём «окняжения», т. е. подчинения ряда славянских и неславянских племён власти киевского князя, и перехода власти от племенных старейшин к военной знати. Тогда как в европейских странах государственный строй возник уже на подготовленной для этого римским владычеством почве. И государство здесь строилось, по преимуществу, снизу вверх, путём заимствования и наполнения новым феодальным содержанием прежних культурно-правовых и политических институтов, оставшихся от античного общества.

Ещё одна отличная от формирования раннефеодальных государств в Европе черта – отсутствие ярко выраженного насилия в процессе образования государства. Ведь в Западной Европе новая после римского владычества государственность была навязана местному населению извне, победившим этносом. Франки навязали своё господство галлам, англосаксы -бриттам, вестготы – кельтам и т. д.

Можно с каким угодно скепсисом относиться к рассказу летописца Нестора о добровольном призвании варягов, но в летописных сводах Древней Руси нельзя найти следов «схваток боевых», свидетельств активного сопротивления пришельцам-варягам со стороны местного населения. Об отсутствии вооружённого сопротивления варяжским князьям говорит хотя бы тот факт, что прежняя родоплеменная знать не исчезла в одночасье, как это бывает при вражеском нашествии. Так, после битвы при Гастингсе новая английская знать формировалась из иноземцев-французов. В Древней же Руси во времена правления первых киевских князей продолжали существовать местные династии (полоцкий князь Рогволод и древлянский князь Мал), которые лишь впоследствии были заменены Рюриковичами – потомками варяжского конунга Рюрика, который считается основателем первой правящей династии на Руси.

Его приход на Русь, по существу, уже был подготовлен. Восточнославянские племена к IX в. успели осознать необходимость государственной консолидации. Нужен был только активный фермент, который бы скрепил воедино разрозненные славянские племена. Этим ферментом и стали варяжские дружины со своими предводителями – конунгами. Вовсе не должен принижать наше национальное достоинство тот факт, что первым легендарным правителем Руси стал выходец из Скандинавии. Надо только представлять себе состояние умов и нравов той эпохи, когда ни один из племенных славянских вождей не мог уступить и подчиниться другому. Здесь требовался некий «третейский судья», человек со стороны, не подверженный местным интригам, который мог стать выразителем общегосударственных интересов.

Так Древняя Русь совершила первый в своей судьбе исторический выбор, пожертвовала своим прежним родоплеменным укладом ради нового государственного порядка. «Дайте не хазарам, дайте мне», – сказал полянам князь Олег, обещав оборонить их от вражеских набегов. Подчинив себя государственной идее и пожертвовав прежним родоплеменным укладом, Древняя Русь сумела быстро, в течение нескольких десятилетий, выступить на мировой арене как мощное государство с собственным вектором развития, активно впитывая в себя культурные и политические достижения окружавших её стран.

Этот процесс приобщения к лону мировой цивилизации был ускорен принятием христианского вероучения и правовых норм, что стало вторым историческим выбором восточных славян, связанным с определением основ их духовной жизни и политического строя.

Не вызывает особых вопросов то, почему светоч христианской веры пришёл на Русь именно из православной Византии. Это было вызвано следующими обстоятельствами:

1. Географической близостью Древней Руси и Византийской империи.

2. Возникшими вследствие этого тесными торгово-экономическими и военно-политическими связями.

3. Большей доступностью православного вероучения для древнерусского общества, ибо православная церковь допускала проповеди на родном языке.

4. Надо учитывать и то обстоятельство, что молодое, едва становящееся на ноги государство всегда стремится впитать в себя культурные, технические и политические достижения стран, имеющих солидный опыт исторического развития. Для западноевропейских стран в тот период таким ориентиром была Западная Римская империя, а для Киевской Руси им стала Византийская империя.

По мнению академика Б. А. Рыбакова, уже во второй половине IX в. часть русской знати приняла православную веру при посредничестве греческого и болгарского духовенства[2]. Сама правительница Киевской Руси княгиня Ольга стала христианкой после путешествия в Константинополь. Однако вскоре её повзрослевший сын Святослав принялся вновь укреплять языческую веру и языческие нравы. Начался, образно говоря, период «языческой реакции».

Для князя Святослава его антихристианская линия была осознанной политической позицией. Взяв курс на создание обширной славянской империи, он должен был вступить в военное противоборство с православной Византией. Так что о принятии новой религии из её рук не могло быть и речи. С другой стороны, боевые соратники князя, жившие постоянными военными походами, не видели в христианстве ничего, кроме смешных обрядов и нелепых запретов («не убий», «не укради», «не возжелай жены ближнего своего»), крайне ослаблявших боевой дух.

Наибольшая опасность для будущей христианизации Руси возникла в 970-980-х гг., когда новый князь Владимир предпринял попытку реформировать языческий культ и превратить его в государственную религию. Во главе языческого пантеона был поставлен бог грома и молнии Перун. Это был бог войны, т. е. бог князей и дружинников, который должен был стать духовным символом нарождающейся русской государственности.

И нельзя сказать, что эта затея с реформированием языческого культа была заранее обречена на провал. Ведь из истории других стран и народов известен опыт существования средневековых государств, духовную основу которых составлял национальный религиозный культ, что с точки зрения христианского вероучения или ислама является тем же самым язычеством. Япония и Индия тому пример. Могла ли и Русь существовать на подобной духовной основе?

Ответ на этот вопрос лежит на поверхности. На определённой стадии исторического развития приверженность своему национальному религиозному культу обрекала народ на изоляцию от других стран, где уже утвердилась одна из мировых религий (христианство или ислам), что ставило его в неравноправное положение в системе межгосударственных отношений. Страны, где утвердилось единобожие, относились к таким народам как к «варварам», по отношению к которым допустимы любые действия и средства.

Поэтому очень хорошо, что князь Владимир вовремя осознал необходимость подкрепить политические и торговые отношения с христианскими государствами Западной и Восточной Европы религиозной общностью, которая в эпоху Средневековья играла определяющую роль.