Читаем Счастливое завтра онлайн бесплатно

1.

На часах было 5:45. Джейн Самерс лежала на кровати и, в ожидании звона будильника, смотрела, как солнечные лучи медленно ползли по стене комнаты. Она не спешила вставать. Лежа в кровати, Джейн собиралась с мыслями, поскольку день обещал быть не простым. Как и любой другой, он был распланирован по минутам. И сейчас, женщина медленно пробегала по всем пунктам запланированных мероприятий.

Ровно в 6:00 слащавый голос радио ведущего нарушил тишину комнаты.

"Доооооброе утро, Карл-Хилл! За окном сегодня 12 сентября, воскресенье. Прекрасный осенний денек, которой обещает стать еще лучше, если вы начинаете его вместе со мной и потрясающей песней молодого исполнителя из Нью-Йорка…"

Резко голос энергичного радио ведущего оборвался, поскольку это утро, Джейн решила начать в тишине и покое.

Опустив ноги с кровати, она ощутила ворс белоснежного ковра, который напоминал ей холодное покрывало ее родины – Аляски. Сжимая ворсинки пальцами ног и расплывшись в улыбке, Джейн позволила себе унестись вслед за воспоминаниями ее далекого детства, в те времена, когда ее мать еще была жива. Но сегодня был важный день, поэтому отбросив воспоминания о прошлом до лучших времен, женщина резко встала с кровати и принялась ее заправлять.

Это была одна из черт ее характера. В ее квартире невозможно было увидеть разбросанных вещей, кучи грязной посуды, стоящей в раковине, как попало сложенных книг на полках, или годами не тронутой пыли. Можно было смело сказать, что дом Джейн занимал второе место, в списке самых чистых мест города, уступая лишь хирургическим палатам в местной больнице.

Кто-то мог бы сказать, что за такой щепетильностью к чистоте может скрываться психологическое расстройство, но хозяйка дома считала:

"Чистота в доме – чистота в душе!"

Добившись идеальной симметрии подушек, Джейн оглядела кровать и расплылась в одобрительной улыбке. Если бы в этот момент кто-то был в комнате, то он мог бы расслышать тихий скрежет ручки о бумагу, с которым был вычеркнут первый пункт мероприятий в ее голове.

Джейн подошла к стулу, на котором лежало идеально выглаженное бежевое платье А-образного силуэта. Платье было выполнено в ретро стиле, но при этом молодило свою хозяйку. Прислонив его к себе одной рукой, а второй взяв его за подол, женщина, словно маленькая девочка, стала любоваться собой в зеркале. Вот только в отражение, на нее смотрела уже давно не молодая особа.

Женщине в зеркале было уже 63 года. Она была среднего роста и довольно полной. Глубоко посаженные глаза, нос греческой формы и пухлые щечки, придавали ей вид решительной и волевой женщины. Волосы были средней длинны, зачесаны в пышную прическу – "привет из 80-х". Кое-где в русых волосах начала пробиваться седина, но, как считала сама Джейн, это придавало ей некий шарм. В целом женщина имела приятную наружность, по крайней мере, не отталкивающую. Если вам посчастливилось не быть с ней знакомым, то, скорее всего, при первой встрече вы поймаете себя на мысли, что слушая ее писклявый голос, перебираете в голове причины, чтобы поскорее закончить с ней разговор. Однако, разговор с Джейн заканчивается лишь тогда, когда она сама это решит.

Немного покривлявшись перед зеркалом, Джейн аккуратно положила платье обратно на стул, повернулась к распятью, висевшему над кроватью, и, сложив руки в замок, сказала:

– Господи, дай мне спокойствие духа, чтобы принять то, чего я не могу изменить, дай мне мужество изменить то, что я могу изменить, и дай мне мудрость отличить одно от другого.

Водные процедуры были успешно выполнены. Источая сладкий аромат духов, которые не менялись уже третий десяток, Джейн, в бежевом платье, как тюремный надзиратель, медленно проходила владения своего дома. Взглядом пробегая по мебели, шкафам и полкам, она делала в голове пометки, где ей нужно будет навести порядок в понедельник.

На кухне она достала баночку с молотыми зернами кофе. Пока кофе машина тихонько шумела, Джейн подошла к календарю. Она посмотрела на дату, аккуратно обведенную красным кружком – 12 сентября. Взяв черный марке, она перечеркнула ее жирным крестом.

"Вот он, этот день. Наконец. Сегодня начинается новая, история нашей страны. Новая история Карл-Хилла. Новая жизнь!", – думала Джейн, теребя нательный крестик на груди.

Писк кофе машины заставил ее очнуться. Достав литровую термокружку, она перелила туда черный кофе. Добавив три ложки сахара и взяв коричневую сумочку, которая была одного возраста с хозяйкой, она вышла во двор.

Сев в свой старенький, но великолепно сохранившейся, Cadillac Brougham, пристегнув ремень и проверив зеркала, Джейн повернула ключ зажигания, давая "Старой подруге" прогреться. Через пару минут серый Cadillac тихо прошуршал по пустой дороге, унося хозяйку навстречу долгожданному дню.

2.

Кейт Смит в это воскресное утро тоже не спала. Только волновало ее совсем не запланированные мероприятия, а то, успеет ли она испечь еще один черничный пирог. Семь пирогов уже были готовы и завернутые в фольгу стояли в холодильнике. Кейт мучил лишь одно:

“Хватит ли семи?”.

Перекатываясь с одного бока на другой, она мучилась этим вопросом и старалась найти, давно ускользнувший от нее, сон. Не в силах больше лежать, женщина встала с кровати и стала надевать уже довольно потертый халат, который был её "махровым другом" на протяжении уже 17 лет.

Надевая его, она попадала в те далекие времена, когда она не была еще заботливой матерью трех детей. В те времена, когда они с Сэмом наслаждались любовью в этом большом, принадлежащим им одним, огромном доме. Затягивая пояс, она вспомнила, блестящие глаза мужа, смотрящие на нее с любовью и желанием, когда она медленно расстегивала халат, обнажая свое голое и еще упругое тело. Это было здесь, в этой самой комнате.

А сейчас её муж, Сэм, тихо храпел, лёжа на спине. За 17 лет он набрал пару лишних килограммов, стал менее чутким и заботливый, да и блеска и желания в его глазах Кейт уже давно не видела, но все же, даже спустя столько лет, она его любила. Пусть он стал не таким внимательным по отношению к ней, но зато он был очень заботлив к детям. Глядя на то, как много времени он уделяет мальчикам и, как сильно он любит их, Кейт понимала, что просто не имеет права на него обижаться. Но все же, в такие моменты, как это утро, ей так хотелось бы вернуться на 17 лет назад, и ощутить прикосновение его губ у себя на животе, поймать его взгляд, полный желание, и понять – что она вся его жизнь.

Но сейчас, глядя на своего мужа, Кейт ощущала лишь злость.

“Конечно. Он может спать. Ему ведь, достаточно будет разжечь ржавый мангал, да жарить сосиски, и все уже будут счастливы. Ему не надо стоять пять часов подряд на кухне и печь эти дурацкие пироги!”.

С досады Кейт хлопнула дверью спальне. В глубине души она хотела, чтобы от шума Сэм проснулся и, испугавшись что ее нет рядом, бросился за неё вслед. Одетый в белую шелковую рубашку и черные брюки, он догнал бы её в коридоре, обнял и спросил:

– Куда ты ушла, милая?

– Я должна испечь еще один пирог, – эротичным голосом ответит она. Сама она будет в красном коротком платье, имеющее не прилично откровенное декольте, которое с трудом сдерживает ее второй размер.

– К черту пирог! Пойдем в спальню. Дети еще долго будут спать. У нас полно времени, – посмотрев ей в глаза, он страстно поцелует ее в губы. Сильно прижав ее к себе и, взяв на руки, он потащит ее в кровать. Где своими сильными руками сорвет красное платье и уткнется губами…

Кейт стояла за дверью и слышала, как ее муж лишь повернулся на бок и продолжил храпеть.

"Ох, милая. Тебе просто секса не хватает", – с грустью подумала Кейт.

Идя по коридору женщина заглянула в комнату мальчиков. Билл и Колин спали в своих кроватях, тихо сопя.

“Всего 11 лет, а уже точные копии своего отца”.

Все стены комнаты были завешаны знаменитыми бейсболистами, забиты битами, перчатками и мечами. Каждый год мальчики находили себе новый любимый вид спорта, которому они готовы отдаться всем сердцем. В этом году это был бейсбол. В любом начинании их всегда поддерживал Сэм.

"С нетерпением жду, когда они уже перейдут в старшие классы. Там их ждет футбол. Он у них в крови! Поверь мне" – говорил муж.

В глубине души, Сэм уже представлял, как после школы, за Биллом и Колином бегают скауты почти из всех футбольных команд страны. Как спустя всего год, его сыновьям вручают награды лучших игроков года, и как со сцены, не скрывая слез, они благодарят его. Но до старших классов было еще полно времени, поэтому отцу приходилось довольствоваться меньшим.

Глядя на мальчиков, Кейт вспомнила, с каким трудом ей вчера удалось уложить их в кровати. Сегодняшний день, был началом нового бейсбольного сезона, который Билл и Колин ждали с нетерпением.

“В это воскресенье в гости к нашим “Тиграм” приедут “Скауты”, из соседнего города Норс-Рок. Жаркая встреча двух молодежных команд состоится на центральном стадионе в 13:00. А перед матчем для всех гостей и жителей нашего города, в парке перед стадионом будут организованы разного рода развлечения. Каждый найдет что-нибудь интересное для себя и для своих детей. Вас жду, прохладительные напитки и легкие закуски, сладкая вата и хот-доги. Приходите и приводите своих друзей!”, – в голове звучал голос радио ведущего, который вчера вечером освещал план мероприятий на воскресный день.

Закрывая дверь в комнату мальчиков, мать с грустью осознала, что давно уже потеряла связь с ними. Что ее муж, имеет куда большую над ними силу. Конечно они ее любят, но Сэма, они просо обожали. Отец и персональный тренер в одном лице. Кейт знала, что она сама в этом виновата.

Напротив комнаты мальчиков находилась комната Скарлет.

Говорят, что родители любят своих детей одинаково, но Кейт прекрасно понимала, что чувства, которые она испытывает к дочери, совсем другие, нежели те, что она испытывает к мальчикам. Быть может, это было потому, что Скарлет была девочкой, или первым ребенком? Или потому, что в каждом ее движение, в каждой улыбке, в каждой черте ее лица – Кейт узнавала себя.

С самого раннего возраста, мать с дочкой были не разлей вода. Пока Кейт была рядом, Скарлет никогда не плакала и не кричала. Казалось бы, чем старше становился ребенок, тем слабее становилась ее связь с родителями, но в случае со Скарлет, все было наоборот. Дочка всегда всем делилось с матерью всем. Они с легкостью могли болтать обо всем на свете. Они были словно две подруги.

Может быть, Сэма захлестнуло чувство ревности, или в один момент он почувствовал себя одиноким, или ему просто захотелось чтобы у него был наследник, которому он смог бы передать все его пыльные школьные кубки и старый форд мустанг. Сложно сказать, что произошло с Сэмом, но в один из дней, он решительно заявил, что Кейт должна родить ему сына.

"Именно, что "себе", – думала Кейт.

Как только Скарлет исполнилось 5 лет, и семейные дела более-менее выровнялись, Сэм стал каждую ночь пытаться сделать себе сына. В те временна Кейт чувствовала себя какой-то "свиноматкой", от которой только и ждут, что деторождения. Спустя два месяца она забеременела.

"Господи, что было бы, если бы я снова родила девочку? Наверное, он бы долбил меня, пока из меня не вышел маленький человек с причиндалами на перевес".

Кейт с грустью посмотрела на дверь. Через каких-то девять месяцев, ее любимая дочь соберет свои вещи и уедет в один из тысячи университетов, разбросанных от Карл-Хилла на сотнях и тысячах километров.

“Только не сейчас. У тебя полно дел. Сейчас, я не буду об этом думать”.

Спускаясь по лестнице на первый этаж, Кейт пробегала глазами по семейным фотографиям. Счастливая пара, мужчина в смокинге держал на руках миленькую девушку. Самая красивая пара в городе. Он – звезда школы, лучший спортсмен, которому пророчат блестящие будущие. Она – самая прилежная ученица, с отличием закончившая школу, которую с распростертыми руками ждет любой колледж в стране.

Глядя на эту фотографию, Кейт часто думала о том, как бы сложилась её жизнь без него. Где бы она сейчас была и с кем? Где бы работала?

Иногда женщина и задавала себе подобные вопросы, но ответов никогда не находила.

Спустившись на первый этаж, Кейт взяла ключи и накинула куртку. Она посмотрела на себя в зеркало.

Ей было уже 35 лет. Конечно, время брало свое, но все же, она оставалась очень привлекательной женщиной. У нее были большие голубые глаза, пышные губы и, как она считала, пухлый нос. На самом деле, с ее носом все было в порядке, просто когда-то давно, над ней подшутил, и это врезалось в ее память навсегда. Поэтому, когда она смотрела на дочь, она с радостью отмечала, что нос у нее отца. ("Хоть какая-то польза от Сэма"). Под глазами уже красовались, становившиеся заметными, морщины. Однако, для своего возраста, она оставалось весьма привлекательной женщиной. Глядя на располневшего Сэма, она с гордость отмечала, что в случаи чего, ей куда проще будет найти себе нового мужа, чем ему жену.

Стоя в старом халате и черной куртке, Кейт с грустью посмотрела на себя в зеркале.