Читаем Хроники Французского Клуба онлайн бесплатно

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Автор выражает глубокую благодарность

Женьке за вечную путаницу с именами и весь наш бесконечный треп, благодаря которому все эти байки сохранились для потомков, а также здоровый дух авантюризма,

Кате за неприкосновенность стратегического запаса, без которого не было бы Лиона и гор,

Федору за «Чилиена Хулио»,

Никите за «Мadame Панкратову» и непрерывную генерацию идей,

Наташе за «Старую гвардию» и то, что за руку привела в Клуб,

Витьке за коммуникабельность и способность оказываться в нужное время в нужном месте,

Виталику за победу над Люберецким ОВИРом,

Коле за «пулю»,

Гоше за настоящий суп и гостеприимство,

Михалычу (Denis) за «ангел пролетел» и другие исторические фразы,

Vico (Francois) за Т4 и то, что простил нам протухший сыр и ключи,

Kra-Kra (Franck) за Лион и Pineau de Charente,

Serge за Mont-Granier и то, что не повелся на сомнительное предложение пойти в «Jardin botanique demain matin»

Гусману за перманентную небритость и трезвость до синевы, а также за мимикрию под местного,

Jean-Claud отдельное спасибо за «Жанклодовку».

И, наконец, бесконечное спасибо Илье за то, что уже столько времени он всех нас терпит…

(1997—200…?)

1500 метров над уровнем моря. Белесые облака, задевающие за вершины гор. Туман, незаметно спустившийся в ущелье и окутавший его угрюмые уступы словно пушистым пледом. Розовеющая вершина Mont-Blanc на горизонте. Тишина. Чистый до головокружения воздух…11 человек, сидящие за длинным столом в крошечном refuge, спрятанном среди каменных глыб где-то на отшибе вселенной, под боком Mont-Granier.

11 человек, русских и французов, пьющих chartreuse пополам с водкой, безмерно уставших за этот насыщенный впечатлениями день после долгой дороги и крутого подъема.

В этот день, 28 сентября 2002 года, мы сидим в богом и туристами забытом refuge где-то недалеко от Шамбери, в месте, с трудом найденном на карте, и празднуем День рождения нашего студенческого обмена. Из 11 человек, приехавших из разных уголков Франции и даже Швейцарии ради удовольствия вскарабкаться на 2000 метров с тяжеленным рюкзаком за спиной, некоторые видят друг друга впервые в жизни. Для других же этот поход – своего рода ностальгия…

…Ровно 5 лет назад 16 студентов сидело за импровизированным столом в богом и туристами забытом refuge где-то недалеко от Шамбери, лихо пило сhartreuse пополам c водкой, горланило русско-французские песни и совершенно не предполагало, что некоторым из них суждено будет встретиться через несколько лет в тоже самое время и в том же самом месте…

5 лет назад из тех 16, русских и французов, никто и не подозревал тогда, что скоро Судьба разбросает их по разным странам и городам, кто-то уедет в Москву, а кто-то наоборот в Париж, кто-то женится и обзаведется детьми, а еще кто-то через год уедет в Швейцарию, поближе к тамошним Альпам… каждому из нас выпадут немалые испытания, мы будем радоваться и страдать, метаться в сомнениях, грезить о чем-то несбыточном и забывать о тех, кто рядом, но видимо никогда не забудем тот refuge и снежную шапку Mont-Blanc вдалеке, которые будут притягивать нас снова и снова, чтобы через 5 лет встретиться на том же самом месте в то же самое время.

А начиналось все как раз-таки очень просто. Встретились как-то раз на углу Бригадирского переулка и 1-й Бауманской улицы препод из Бауманки Илья Волчкевич и студент Ecole Central de Lyon Ivan (Ваня) Benilan. Встретились они, разговорились, и для продолжения знакомства решено было пойти в лабораторию Ильи… Там, в подвале на знаменитой Бригадирке, когда оба они были уже «слегка небриты и до синевы пьяны», было положено начало франко-русской дружбы.

Несмотря на многочисленные козни, чинимые клубу институтским начальством, дружба эта от обмена к обмену только крепчала.

Как щас помню – французов мы ждали долго и упорно. Основной вопрос, волновавший общественность, заключался в следующем: «где их всех селить?» После прошлогодних «подвигов», когда приехавших сентральенов после насыщенного трудового дня обычно просто «заносили» в «Профилаг» (то бишь наш бауманский Профилакторий, где, по идее, студенты должны были поправлять расшатанное непосильной учебой здоровье – они и поправляли… кто чем), видавшее виды руководство при фразе Ильи «а вот у нас тут французы…» замахало руками и категорически отказалось снова селить их у себя во избежание, так сказать, дипломатических проблем.

Ну да ладно, делать нечего – пораскинув мозгами, мы распихали 10 ожидающихся мужиков – по 5 человек из Парижского и Лионского Сентралей – по своим семьям. В основном вышло по одному на рыло, но Женьке в итоге досталось аж 2 человека, а Кате – целых три, благо жилплощадь позволяла. В наших семьях нашествие французов вызвало настоящий переполох – чем их всех кормить, где класть спать, а вдруг у них какие-то особенные запросы? А вдруг им не понравится? Честно говоря, всех нас до самого последнего момента терзали смутные сомнения (особенно меня, когда я с ужасом представляла, как живущий у меня француз будет плескаться на кухне в корыте, поливая себя из ковшика, так как ванны, равно как и горячей воды, в нашем древнем доме не было). Как потом уже выяснилось, никаких особых запросов у наших ребят не оказалось, и они с восторгом прожили у нас 2 недели, каждый день объедаясь деликатесами, которыми наши родители их старательно пичкали – гостей же надо кормить на убой! Так что праздник у нас был каждый день, Франсуа мне даже потом признался, что он никогда столько не ел, как за те 2 недели у меня в гостях.

Однако я забегаю вперед. До приезда французов оставалось каких-то пара недель, а их паспорта, пришедшие Илье по факсу, были нами (Женькой, Катей и мной) уже заучены до дыр – во-первых, надо было их как-то потом опознать в аэропорту, а во-вторых, просто было интересно – мы даже города их рождения на карте нашли. Кстати, о качестве факса – самый симпатичный мальчик по фотографии в паспорте (это был лапочка Давид), оказался на деле форменным крокодилом, что несказанно поначалу разочаровало нашу троицу.

В процессе подготовки к встрече французов «инициативная группа» основательно забила на учебу – поскольку все время мы торчали либо на кафедре у Ильи, либо у него же в подвале. (Кстати, народ из моей группы, даже не подозревавший, куда я могла испариться на столько времени, высказал мне потом, что они видели меня на Красной площади в компании каких-то «подозрительных личностей»)

Короче говоря, к делу подошли серьезно: программа пребывания французов в Бауманке ради приличия включала в себя не только развлекаловку и посиделки в подвале, но также посещение Музея и нескольких кафедр.

Итак, билеты в театры, цирки и Питер были успешно закуплены, родители морально подготовлены, все посторонние дела типа лекций задвинуты, машины приведены в порядок…

Час Х неумолимо приближался.

И вот, наконец, свершилось! Вот они, десять парней, сбившихся в кучку, заметили наконец нас, а мы их, радостные приветствия и разбор по квартирам (так, этот кажется мой… Он или не он? Блин, вроде не тот…) кое-как завершились, и мы покатили по домам.

Был конец марта. Солнышко, теплынь…

Однако, у погоды были, видимо, свои мысли о том, КАК надо встречать дорогих французских гостей (и, опять же, историческая память), потому что ночью неожиданно выпал снег и резко похолодало.

Утром я первый раз в жизни наблюдала, как у человека в течение пары секунд глаза буквально вылезают на лоб – Франсуа, или Vico для своих, выполз на кухню и увидел, что пейзаж за окном кардинально поменялся. В Лионе, откуда он приехал, было уже около 20-ти тепла, поэтому попасть в настоящую зиму ни он, ни остальные морально явно не были готовы. Наши многочисленные просьбы «одеваться потеплее» все, кроме Denis (вот что значит, человек с севера Франции!) проигнорировали, и поэтому все 2 недели народ выглядел, как французы 1912 года во время отступления из Москвы – в ход пошли куртки, шапки, свитера, снятые с отцов либо с собственного плеча. Давид умудрился на каком-то туристическом развале купить ушанку и шинель, и, дико довольный собой, разгуливал по городу в таком виде, а запасливый Denis гордо всем рассказывал, что у него «2 пары штанов, 2 шапки и 2 пары очков»!

Эрвенчик, к слову, вообще дня не мог прожить в России, чтобы чего-нибудь не потерять. Как он умудрился в первый же свой день пребывания в Москве посеять паспорт, не выходя из дома – вообще загадка. Паспорт в конце концов нашелся, но вот привычка осталась…

Помимо всего прочего, Эрвенчик всю дорогу состоял персональным переводчиком у Филиппа (благо жили оба у Женьки), которого никто из нас, ну хоть тресни, понять с первого раза не мог – до того неразборчиво и быстро тот говорил.

Вошедшая в анналы Французского клуба пьянка в подвале на Бригадирке состоялась на следующий день после приезда французов. С утра, как и было запланировано, часть народа повезла их на экскурсию в Загорск, а другая половина занялась приготовлением праздничного ужина уже непосредственно в подвале.

Подвал произвел на неподготовленных французов грандиозное впечатление. Когда орава как следует промерзших за городом сентральенов ввалилась в помещение, там царил романтичный полумрак. Естественно, они тут же начали дергать выключатель, пытаясь включить свет и получше рассмотреть тот артистический антураж, над созданием которого славно потрудилось не одно поколение русских и французов. Присутствовавший при этом Виталик попытался внести ясность в ситуацию. «Света нет» – доходчиво сообщил он на приличном французском. Французы на миг замерли и затем с удвоенной энергией принялись щелкать рубильником. «Света нет во всем доме» – терпеливо повторил Виталик, для которого данный факт был очевидным. В итоге, женской половине пришлось спешно вмешаться, зажечь свечи и позвать всех к столу.

Кстати сказать, меня всегда поражало то, насколько быстро зашуганные поначалу иностранцы шли в разнос, стоило им попасть в ту неповторимую атмосферу на Бригадирке. Уже через полчаса активных возлияний под нехитрую закуску Франсуа стал орать застольные кричалки, а остальные дружно подхватили. Народ под водочку старательно заучивал новые русские слова типа «стакан», «хорошо сидим», «бутылка» и проч., языковые барьеры как-то незаметно исчезли, тосты сменяли один другой…

Sebastien тем временем занялся «вредительством» – а именно, подливанием водки нам с Катей. Однако Федор, у которого Sebastien проживал, рассмотрел в этом потенциальную угрозу для себя – подливая нам, упьется сам, а мужик он крупный, Федор его до дома не допрет – и тут же в отместку начал спаивать Vico. Однако Франсуа – надо отдать ему должное – прошел закалку «фанфар» и назло Федору не сдавался. Тем временем Никита, у которого никто не жил, самозабвенно спаивал всех подряд.

Короче, вечер удался на славу! Однако все покинули подвал самостоятельно, и также без приключений добрались до дома. Если даже у кого-то и оказалась затертой часть воспоминаний – это было уже не суть важно – начало очередной традиции было положено.

Кстати, насчет способности пить: сразу вспомнилась вторая знаменитая пьянка на Бригадирке пару лет спустя, когда приехал promotion Сержа. Serge (как-никак на четверть русский!) учел промахи предыдущих поколений и решил «посоревноваться» в потреблении водки с Катей и Таней. Все шло как по маслу до тех пор, пока к Сержу не прибило Люсю (имя изменено) с предложением «Serge!.. Allons-y… demain matin… jardin botanique!» Причем предложение произносилось в утвердительной форме. Serge, к тому моменту культурно отдыхающий в обществе Кати с Таней, сделал вид, что не понял. Однако дошедшая до нужной кондиции Люся перла как танк. В конце вечера, прежде чем высунуть нос куда-либо, вконец уставший от такого harassment Serge нервно озирался и спрашивал: «народ, там Люси нет? Точно!?»