Читаем Везунчик (СИ) онлайн бесплатно

Сознание возвращалось рывками, как будто выплывая из темных глубин «ничто».

Сначало стало светло. Потом, будто сквозь вату, начали проступать звуки — какой то скрип, шум хлопающей на ветру ткани, крики птиц… И только вслед за шумом свет начал формировать картинку, постепенно наполняя окружающее цветом, резкостью и даже начиная слепить. Как будто кто то постепенно выкручивал яркость с «тусклого» до «максимума».

И только следом за светом и звуком начало выплывать сознание, неспешно наполняя окружающее вопросами — кто я, где я, что происходит?..

Я определенно сидел. Сидел в неудобной позе, привалившись к чему-то больно врезающемуся в спину и смотрел на свои руки и нечто лежащее в моих руках. Вот только кто этот я? И мои ли это руки? И что в них… было?

Я определенно не узнавал «свои» руки — а такого ведь быть не должно? Слишком уж они маленькие, тощие и… грязные?

Следом за сознанием, сквозь «вату» протиснулось и кое что новенькое — запах. Тошнотворный запах мертвечины, помогая моему сознанию «разогнаться»!

У меня в руках определенно была птица. Сознание, получив мощный пинок от проснувшегося обоняния, мгновенно «перегрузило» буксующий мозг потоком фактов, с которыми мозг определенно не мог справиться. Просто фиксируя их появление.

Мертвая птица. Судя по запаху она сдохла уже давно. Руки были перепачканы в перьях. Мяса на костях птицы определенно не было, тем не менее, судя по остаткам перьев на руках, лице и во рту — сознание с легкостью выявило новые факты — я пытался ее есть… До… пробуждения.

Как ни странно, но никаких негативных эмоций новая информация не вызвала. Как будто эмоции просто не были «подключены». Однако трупик птицы я отбросил в сторону. Точнее попытался, но в итоге просто уронил останки рядом.

Подслеповато сощурившись, я огляделся вокруг, борясь с прыгающими «настройками яркости».

Это определенно была помойка. Только располагалась она почему то на узкой и, как оказалось, довольно темной улице… Яркость неторопливо скручивала ползунок обратно к «сумраку», позволяя оглядеть окружение — какие то замусоленные тряпки, куски досок и кирпичей, что то жидкое…

Похоже кости птицы с налипшими на них перьями были не основным источником мерзкого запаха.

Я… Кто же я?

Я определенно не был… мной.

Слишком низко. Я слишком тощий. Буквально все во мне говорило о неправильности моего нахождения в пространстве. Тем не менее о самом важном — что же тогда правильно и кто я есть — сознание молчало.

Перед глазами крутились какие то смутные воспоминания о людях с замыленными лицами и событиях, которые вполне могли быть сном… Однако никакой ясности они в ситуацию не вносили.

С каждой секундой в мозг направлялось все больше и больше фактов вылавливаемых сознанием из окружающей действительности. Тонкий ручеек сначала превратился в реку, потом в бушующий поток, но… Крайне странный поток. Местами из него будто бы вырвали важные места, оставив эти «отсутствующие части пазла» болтаться в воздухе! А местами…

Я находился в порядком загаженном переулке — темном и наполненном мусором. Но кто этот я — мне было совершенно неизвестно. Судя по звукам — специфическому шуму десятков гомонящих голосов, орущих или кудахтающих существ и привлекающих внимание, но невнятных выкриках — рядом находился базар. Вот только что это за базар или где, в каком городе он находится — я не знал.

Я определенно был ребенком, причем явно находившимся за гранью истощения. Но я не должен был быть ребенком вообще! А кем я тогда должен был быть?..

А еще… Все настойчивее… Сознание пыталось донести до меня какую то крайне беспокоющую информацию.

Повинуясь некоему внутреннему импульсу я посмотрел вглубь засранного проулка. И в самой темной его части я увидел неясное движение.

На меня смотрят. Кто то там смотрит на меня и потихоньку, со скоростью сонной улитки приближался ко мне — понял я мысль, что пыталось втолковать мне сознание.

А еще у меня не было сил не то что бежать, но даже шевелиться. Так что, чтобы там не шевелилось… Рано или поздно, но оно подберется ко мне. И, скорее всего, это произойдет уже ночью. По всем законам подлости оно доберется до меня ночью.

Внезапно в переулке стало еще темнее и я с трудом повернул глаза в противоположную сторону от таинственного, подкрадывающегося «нечто». Со стороны звуков базара в переулок вошел какой то сухонький старикан восточной наружности, в синем, богато расшитом халате-мантии и удивленно, но весело уставился на меня:

— Ого! Так это ты так фонишь?

Дед бесцеремонно подошел и присев, осмотрел меня. После чего выпрямился и… поднял меня за шею. Одной рукой.

Дед не выглядел сильным. Скорее даже он выглядел слабым — кожа да кости. Однако движение получилось легким и естественным. И вот я уже завис перед его бормочущим лицом:

— Так ярко фонит… Но он определенно ничей!.. Просто какой то крысеныш из трущоб. Однако его до сих пор не нашли… Почему?..

Похоже моим мнением он не интересовался совершенно, пытаясь найти ответы на свои вопросы где то внутри себя.

А на меня нахлынули новые факты.

Этот язык. Я его понимал. А еще я слышал его в первый раз в жизни.

Трущобы. Тени города. Помойка. Да — это то место где я жил. Но… И это название я тоже слышал впервые!

Как такое могло быть?..

— Как тебя?.. А, впрочем, неважно. Ты идешь со мной. — пробормотал старикан придя к какому то решению и бодро зашагал в сторону звуков базара, держа меня за шею, словно утку.

И глядя назад, я видел, как в темной части переулка зажглись два глаза, провожая нас до тех пор, пока мы не скрылись за углом…

Мы попетляли по нескольким переулкам, пока не вышли на тот самый базар, ворвавшийся в меня своими звуками и запахами словно соленая морская волна.

После чего дед начал активно пробиваться сквозь толпу, используя мое тело в качестве человеческого щита… Хотя можно ли было меня так называть?

Несколько раз за время нашего пути я явно терял сознание. Однако… Почему то совершенно не испытывал никаких проблем с дыханием, хотя дед держал меня только и исключительно за шею. Лишь иногда, брезгливо, меняя уставшую руку.

Пока, наконец, не вошли в некое здание, похожее на нечто вроде башни и пахнувшее на нас от входа прохладой.

— Приветствую уважаемый.

Поприветствовал кто то старикана приятным голосом, явно не удивившись ни ему, ни его ноше — то есть мне.

— Сирам Бажар. — представился старикан, — Я принес кандидата.

Довольно проговорил он, после чего положил меня на что то вроде стола перед человеком средних лет, одетым в зеленую, но также богато расшитую мантию.

— Отлично, отлично, уважаемый Бажар. — обрадовался мужчина, явно не собираясь расспрашивать старикана обо мне. Хотя мне ясно казалось, что стоило бы! Правда мысли эти текли с какой то ленцой.

— Давайте посмотрим насколько вам повезло!

Мужчина попробовал взять меня и резко дернул руками, как будто не рассчитал вес. Как будто он брал что то тяжелое, что оказалось невесомым:

— Свет… Он же ничего не весит. — пробормотал он, после чего потащил меня в соседнюю комнату.

— Повезло-повезло. — заверил его довольный Бажар, неотступно следуя за мужчиной, — Я выбираюсь в город раз в три года!И на тебе. Нашел его просто по пути.

Мое сознание в очередной раз погасло.

Сирам не мог назвать себя везунчиком или наоборот — невезучим.

Во-первых, ему досталась вода… С одной стороны это все же было лучше, чем вообще не иметь силу. А с другой — ничего особенного. За воду и воздух давали только сотню серебряных! Их было полно…

Да и ни серебрушки из этой сотни ему не перепало — все ушло в семью.

В школе магии он тоже не смог зацепиться — не смотря на то, что прилежно вылизывал задницы целых трех кандидатов в главы семейства! Слишком уж банальными были его способности и слишком распространена сила… Так что после обучения его направили по распределению — проводить опыты для вышестоящих шишек. Чем он в общем то и занимался последние семьдесят лет…

Первое время он еще пытался как то выкарабкаться, найти какую то «Идею» за которую его оценят и заберут… Все равно куда! Он был согласен и влиться в любую семью и укатить в столицу. Но никакой стоящей идеи ему в голову не приходило. Так что он занялся тем, чем обычно заканчивали все — тихонько выполнял заказы шишек из столицы, а в свободное время пытался разработать какое нибудь вещество или заклинание, которое поможет ему провести оставшиеся годы жизни как можно веселее и беззаботнее! Лучше всего с красоткой под боком, до самой смерти. И, пока что, у него все работало как часы.

Так что раз в три года он выбирался в город, чтобы пополнить запасы магических ингредиентов, а остальное время проводил экспериментируя с ними или же употребляя получившийся продукт. В смутной надежде, что под кайфом его посетит какая нибудь стоящая идея. Поскольку своих идей у него просто не было.

В принципе он бы даже и раз в три года никуда не ездил, однако ни одному из его помощников магических ингредиентов бы не продали — это все были люди без способностей. Так что приходилось это делать самому…

И вдруг. Как раз когда он неспешно прогуливался по базару, лениво прицениваясь к тем или иным товарам — его будто током ударило! Сработал амулет — причем как! Где то рядом с ним был потенциальный маг, причем весьма мощный. И появился он — вот прямо сейчас! Пока Сирам прогуливался!

Сначала Сирам не придал этому особого значения. В городе магов было как блох у гулящей шавки, а значит вокруг новорожденного — а кем еще это мог быть? — уже наверняка ошивалась парочка этих бездельников… Однако, все же лениво двинулся в направлении указываемом артефактом.

И каково же было его удивление — приятное удивление надо заметить — когда в каком то обосранном переулке на границе трущоб он нашел это полудохлое тело крысеныша!

Сирам даже внимательно его осмотрел, несмотря на то, что воняло от бродяги немилосердно. Однако все сходилось. Несмотря на то, что тельце у крысенка было словно у новорожденного — ему явно было лет пять-шесть. Просто недокормленный. А это значило, что он был «ничей»! А это значило — что он был Сирама и только Сираму должны были достаться все монеты за эту находку!

Даже если только сотня серебряных — плевать! Считай, что он отхватил себе плату за десять лет работы на пустом месте!

В принципе, в другой части переулка медленно копошилась еще парочка таких же крысят, но расспрашивать их Сирам посчитал ненужным и бессмысленным. Он просто схватил крысеныша и поспешил к ближайшему пункту министерства магии за своей наградой.

Сирота — даже если это и не совсем так — с мощной способностью — ближайшее будущее Сирама было очень светлым!

В принципе, по пути он лениво размышлял о том, почему этого крысеныша еще никто не нашел… Но ему было в общем то наплевать! Не нашли? Это проблема тех, кто не нашел, а не его. Может способности пробудились поздно? Может и поздно — плевать трижды. Все что волновало Сирама — это сколько он получит, а все остальное могло пойти куда ему заблагорассудится!

На секунду он, правда, задумался — не продать ли ему крысеныша одной из семей?.. Но быстро выкинул эту идею из головы. В семьях можно было получить в равной степени и деньги и неприятности. Что могло им помешать обозвать Сирама ворюгой и заявить, что крысеныш изначально был членом их семьи? Ничего. А мог ли Сирам получить больше чем у имперцев? Мог. А мог и не получить. И такой расклад его совершенно не устраивал.

Так что Сирам поспешно дошел до пункта размещения одного из этих индюков из министерства, изредка проверяя, чтобы подопечный не сдох по дороге и делясь с ним крошками целебной водной энергии. Где и сдал его с рук на руки. Не поторапливая индюка, но с нетерпением ожидая приговора пробуждения.

К счастью тот не стал тянуть, а только понятливо осмотрел добычу Сирама, брезгливо поднял его и засунул в пробуждающую камеру находящуюся в соседнем помещении. Не смотря на то, что камера была в обще то рассчитана на младенцев — крысеныш влез в нее просто отлично — даже место осталось. После чего индюк инициировал пробуждение.

— Мать… — несколько разочарованно пробормотал Сирам глядя на черный туман выходящий из артефакта. Этот вариант он даже не рассматривал. Смерть — надо же…

— Не волнуйтесь, уважаемый Бажар. — радостно заулыбался индюк, не спеша доставать крысеныша из артефакта. — Вам, опять же, несказанно повезло!

— Это еще почему? — подозрительно осведомился Сирам.

Некроманты попадались невероятно редко, но, не смотря на эту редкость — стоили всего по пятьдесят серебряных. С одной стороны — да, вроде повезло, а с другой — что же это за везение?

— Год назад Его Величество издал указ о том, что некроманты искупили свою вину перед людьми и теперь их принимают по пятьсот монет. Или вы бы хотели получить пять золотых?

— Пятьсо… — задохнулся Сирам. А ведь ему и правда повезло! Нафиг эту работу — пусть кто нибудь еще гробит свою жизнь на этой каторге. А лично он собирался отбыть в какой нибудь крупный город и хорошенько там повеселиться, — Пятьсот нормально.

Заверил он индюка, поспешно успокаиваясь. После чего посмотрел на крысеныша слегка нахмурившись:

— Искупили свою вину? Серьезно?

Скептически уточнил он.

— Да. — заверил его индюк, приглашающим жестом направляя к пятиста славным кругляшкам, ожидающим Сирама где то неподалеку, — Император не склонен шутить.

— Да нет, я не об этом. Просто… А ладно. — отмахнулся Сирам. Теперь это было не его проблемой и не его делом. А вот качественное вино и прекрасно обученные столичные штучки… Вот это было его делом! Надо было только не забыть направить письмо в ту дыру, которую он раньше называл своей работой. А то некрасиво может получиться.

Абур Абар отсчитал пятьсот монет противному старику, после чего, продолжая улыбаться, дождался пока за обрадованным дедом закрылась дверь. После чего его улыбка поблекла, а затем и вовсе исчезла и Абур тяжело вздохнул…

И почему всяким уродам так везет, а он вынужден заниматься всякой ерундой?..

Абур достал несколько книг и внес в них соответствующие записи связанные с мелким уродцем и противным старикашкой. После чего отсчитал самому себе еще пять монет и закрыл сейф. Эти пять монет он зафиксировал как сопутствующие поступлению расходы.

После чего Абур вернулся в комнату с артефактом и задумчиво посмотрел на забавного уродца, которого притащил старик. Интересно.

Это был второй некромант, которого Абур видел в своей жизни и первый, которого не нужно было утилизировать.

А все благодаря неожиданной милости Императора. Весьма, надо сказать, неожиданной…

Уродец выглядел так, будто вот вот сдохнет, так что Абур — несколько посомневавшись — все же наложил на него исцеляющее заклинание… Конечно, можно было бы просто дождаться того, кто должен был позаботиться о мальце, положившись на удачу и не тратить драгоценной энергии. Но… А вдруг не повезет?

Что не говори, а иметь дело с младенцами все же было проще.