Читаем Мальчики и девочки — два разных мира онлайн бесплатно

До недавнего времени работы ученых-нейрофизиологов, проникающих в тайны мозга, не были известны учителям и родителям. Могли ли всерьез заинтересовать преподавателя специфические механизмы работы мозга ученика?

Сегодня ситуация начинает меняться. Благодаря исследованиям нейрофизиологов всего мира, знания о работе мозга значительно расширились. Появились специалисты, изучающие мозг, но ориентированные на решение задач, стоящих перед учителями, воспитателями, родителями. Методы нейрофизиологии и нейропсихологии, в первую очередь запись биотоков мозга, помогли узнать:

— что происходит в коре полушарий мозга мальчиков и девочек, когда их хвалят или ругают, когда они радуются успеху или переживают неудачу;

— как различаются дети по врожденным особенностям организации мышления;

— кого отбирают, а кого «отсеивают» различные виды конкурсных тестов;

— почему для разных детей эффективными оказываются разные методы обучения;

— как развить мышление в раннем возрасте;

— как влияют типы функциональной организации мозга ребенка и взрослого на отношения между ними, и т. д.

Мы уверены, что эта книга поможет решить многие проблемы, стоящие перед каждым учителем, воспитателем, родителем.

Директор издательства «Тускарора» А.С.Никаноров

Эта книга для тех, кто не раз задумывался, как из бессознательного существа всего за два года малыш превращается в человека говорящего, а за каких-то десять или даже пять лет — в человека со сложнейшей психикой. Почему даже в одной семье дети становится такими непохожими? Почему каждый ребенок идет своим путем развития: в разное время появляется понима ние речи и само говорение, да еще и говорить-то все начинают по-разному? Почему неодинаково проявляются эмоции: гнев, страх, огорчение, удивление?..

Попытки связать особенности психики людей с разными анатомическими структурами мозга восходят еще к началу XIX столетия, но до сих пор наши знания об этом ничтожно малы.

Не может ответить на наши вопросы и современная наука нейрофизиология.

Тогда, может быть, ответ найдется у психологов? Они многое знают о ребенке, знают, как действует на формиру ющегося человека все то, что его окружает, знают, что дети разные. Но почему разные? Почему даже в одной семье они бывают так непохожи? Нет ответа и у психологов. Они ведь могут судить только по результату: по тому, что человек сделал, сказал, написал, как себя повел. Но за одним и тем же словом или поступком могут стоять разные мысли, разные причины, скрытые в особенностях организации мозга. Организации не анатомической, а функциональной. Значит, надо объединиться нейрофизиологам и психологам и поискать ответы вместе.

Но наука, объединяющая обе эти дисциплины, уже существует. Это нейропсихология. Оказалось, и она не во всем нам может помочь. Она создана, чтобы с помощью простых нейропсихологических методов, не требующих никаких сложных приборов, как бы заглянуть в мозг, в первую очередь, больного человека и найти, что же там поломалось, где сбой, что не работает нормально.

Создатель этой науки А. Р. Лурия говорил, что нейропсихолог похож на сотрудника уголовного розыска: по косвенным причинам, уликам ищет виновника.

Вот кто, казалось бы, то, что нам нужно: узнать, почему наш ребенок плохо учится или к нему трудно найти подход и он совсем не слушается, хотя все врачи говорят, что он здоров. Почему он начал говорить первые слова только в два года, а соседская девочка в этом возрасте уже читает стихи? Но нейропсихология обычно ищет поломку. Если мозг здоров, то нечего и беспокоиться.

А родители, воспитатели, учителя все же беспокоятся и ищут специалиста среди педагогов, психологов, невропатологов, нейропсихологов. Однако те, кто знает многое о здоровом мозге, не ориентированы на педагогику, не живут ее проблемами. А те, кто занимается педагогикой, не знают мозга. Так кто же сможет извлечь из наук о мозге те знания, которые необходимы, но совершенно недоступны ни педагогам, ни родителям? Где такая наука? Если ее нет, но она нужна, — значит, она обязана появиться. И мы начали ее создавать — новую науку нейропедагогику.

Эта книга — попытка взглянуть на ребенка с разных сторон, И как на биологическое существо, подчиняющееся жестким законам природы так же, как и все живые существа. И как на индивида, т. е. существо особое, созданное в одном экземпляре, неповторимое, со своей линией развития, заданной генетически. И как на маленького человека (личность), живущего в совершенно определенном обществе и в конкретный период развития этого общества, т. е. подчиняющегося законам развития психики, как общим, так и связанным с тем окружением, в котором он растет. И как на индивидуальность: человека со своим, пусть даже маленьким, опытом, своими вкусами и пристрастиями, привязанностями, интересами, своим характером и темпераментом, который по-своему видит, слышит и чувствует.

Только познав и поняв, как развивается, растет, мыслит и чувствует именно этот ребенок, мы сможем помочь ему найти свое место в этом сложном мире, развить все те прекрасные возможности, которые именно ему даны природой компенсировать то, чем природа, увы, его неодарила А это значит — сделать так, чтобы его детство (пора, когда закладываются все наши будущие успехи и неудачи) было по-настоящему счастливым.

Задумаемся: а зачем человеку детство, и почему оно у нас такое долгое? Этот вопрос поставил в свое время психолог А. Н. Леонтьев. И сам ответил на него: такое долгое детство у нас потому, что мы, в процессе длительной эволюции приобрели очень сложные, уникальные функции мозга, такие, как речь, речевое мышление, творчество, творческое, абстрактное мышление, воображение и т. д., и поэтому требуется длительное время, чтобы эти сложные функции мозга сформировались. Очевидно, что никакие инструкции, приказы и тивы не могут ускорить нейрогенетические и нейробиологические процессы развития мозга, а замедлить могут.

Можно ли вообще строить новое здание или новую педагогику, не понимая значения фундамента?

К сожалению, сегодня в педагогической практике "можно" все: обучать, развивать, воспитывать, формировать личность, не учитывая, не понимая, а чаще всего, просто не зная общих законов развития человека и его психики. Особенно это пагубно для малыша в дошкольном детстве, если в семье или в детском саду не понимают главного: как развивается мозг ребенка и зачем человеку детство.

Детство для человека — это уникальная пора развития всех психических функций, механизмов речи, речевого мылшления, памяти, социальных эмоций, механизмов кон троля произвольных движений, за которые ответственны высшие структуры мозга — его кора. За короткое время (до 7 лет) формируются у маленького ребенка разные типы мышления: наглядно-действенное, наглядно-образное, аб страктно-речевое, в основе которых лежат ассоциативные процессы, способность обобщать и строить систему обобщений. Ассоциативные процессы связаны с развитием функций самых сложных систем мозга — ассоциативных лобных и нижнетеменных областей, обеспечивающих общую стратегию функционального развития всего мозга.

По существу, за столь короткий период закладывается основа всех психических функций ребенка, основа его дальнейшей активной жизни. И в этом — неповторимость детства. Вся система дошкольного воспитания, весь педагогический процесс направлен на развитие психики, на формирование познавательных и эмоциональных процессов, составляющих основу гармонического развития личности.

Перед нами встает второй очень важный вопрос: что развивают педагог и семья? Ответ: все педагоги в дошкольном образовании ив школе, в семье развивают самый главный орган психики — мозг и все его многочисленные функции, регулирующие поведение ребенка, определяющие успешное обучение, творческое развитие личности. Но проблема в том, что многие педагоги об этом даже не догадываются. Поэтому в рамках одной педагогической практики эту проблему не решить.

Требуется новая идеология, новые междисциплинные подходы, новая программа развития человека. Это и определило создание нейропедагогики, объединившей достижения многих нейронаук: нейроанатомии, нейроморфологии, нейробиологии, нейропсихологии.

Можно утверждать, что главная цель нейропедагогики — помочь практике оптимально и творчески решать свои педагогические задачи, используя знания об индивидуальных особенностях мозговой организации высших психических функций.

Нейропедагогика — это новые экспериментальные данные о разных типах функциональной организации мозга у мальчиков и девочек.

Нейропедагогика — это новые научные подходы к обучению и воспитанию мальчиков и девочек в семье, в дошкольных образовательных учреждениях и в школе. Почему это важно? Потому что у мальчиков и девочек разный мозг, разные пути развития, а значит — им требуются разные программы обучения.

Итак, нейронедагогика — это новые знания о функциональном развитии мозга ребенка, новые стратегии экспериментального исследования активного, осмысленного отношения ребенка к деятельности, новые научные программ& работы с детьми, новые нейропсихологические методы диагностики и прогноза психического развития, новые формы психологической коррекции поведения ребенка, новые типы дошкольных учреждений, где с помощью нейронедагогики формируется творческая педагогика, хорошо понимающая ребенка и способная раскрыть творческие возможности мозга.

Конечно, взяв на себя смелость ввести понятие «нейропедагогика», авторы оказались у основания здания, которое еще предстоит возвести. Эксперименты й научные наблюдения с участием нескольких тысяч детей — лишь начало этой грандиозной работы. Но мы надеемся, что уже сейчас наша книга поможет преподавателям и родителям услышать и понять основные принципы нового подхода к педагогике и семейному воспитанию.

И педагогам, и вдумчивым родителям будет интересно узнать, на какие материалы опирались авторы при написании этой книги, и какой смысл они вкладывают в некоторые понятия. Принципы выделения детей с разными типами организации мышления подробно описаны в разделе «Загадки двух полушарий».

В книге часто сравнивается успеваемость детей разных типов в массовой школе, гимназии, при обучении по методике Л. В. Занкова. Что скрывается за этими понятиями и как велась работа? Чтобы глубже понять особенности развития ребенка, авторы начинали наблюдения за детьми в детском саду или в младших классах и заканчивали в старших классах нескольких учебных заведений С.-Петербурга.

Материалы по массовой школе получены в двух учебных заведениях, работавших по общепринятым программам.

Моделью гимназии послужила одна из гимназий общего типа, возникшая на базе «английской» школы* Предметное преподавание здесь ведется с первого класса, и с детьми работает не один педагог, а несколько учителей, каждый из которых ведет свой предмет. Английский язык изучается с первого класса, а с пятого — второй иностранный язык по выбору ученика. При поступлении в гимназию дети проходят конкурсный отбор, методика которого каждый год изменялась по рекомендациям авторов.

Результативность методики Л. В. Занкова по отношению к детям разных типов изучалась в обычной начальной школе и на базе платного учебного центра «Талант». Согласно этой методике, уже в начальных классах теоретические знания играют ведущую роль и обучение идет на высоком уровне сложности. На первое место выдвинуто общее развитие, а не конкретные энания и навыки, отсутствуют главные и второстепенные предметы, уже в начальных классах изучается естествознание, география, история. Поддерживается творческая обстановка, атмосфера сотрудничества между учителем и учеником, вырабатывается истинное стремление к учебе, а оценки выставляются только за продолжительный период и не могут служить мотивом для обучения.

Эксперименты с фильмом-сказкой «Красная Шапочка» и рассказом «На льдине» носили научный характер. Впервые регистрировались и изучались нейрофизиологическими методами не односложные реакции на простые раздражители, а подлинные переживания детей. Запись энцефалограммы велась с десяти датчиков» укрепленных на голове ребенка над разными зонами коры. Одновременно регистрировались кожно-гальваническая реакция, миограмма и ряд других показателей. Параллельная запись фонограммы текста позволяла привязать полученные данные к событиям рассказов с точностью до миллисекунды. Погружаясь в мир сказки или рассказа, дети быстро забывали об окружающей обстановке и датчиках и вели себя совершенно естественно. (Все же идея изобразить ребенка, «подключенного» к измерительным приборам, или поместить такую фотографию не вдохновила художника-оформителя этой книги.) Методики и результаты этих исследований опубликованы в специальных работах, в частности, в книге Т. П. Хризман, В. Д. Еремеевой, Т. Д. Лоскутовой «Эмоции, речь и активность мозга ребенка» (1991).

Первый крик ребенка… И первый радостно-тревожный вопрос мамы: «Кто у меня, мальчик или девочка?» Сияющий молодой отец открывает дверь — и первый вопрос близких: «Ну, кто? И гордый ответ отца: «Мальчик!» — или счастливый: «Девочка». Мы ждем не просто ребенка вообще. Мы пытаемся загадать, какого пола он будет, и торжественно покупаем розовую или голубую ленту, соответствующие распашонки и чепчики. Нам очень важно, будет это сын или дочка, потому что, пока он не родился, мы думаем о будущем, мы представляем его то малышом, топающим рядом с нами в забавных брючках на помочах, то малышкой в красивом платьице и с пышным бантом. То мы видим его или ее школьниками, то — юношей и девушкой. И мы понимаем, что от того, будет наш малыш мальчиком или девочкой, зависит, как сложится его, да и наша жизнь.