Читаем Восток — дело тонкое: Исповедь разведчика онлайн бесплатно

Автор настоящих записок начал службу в те уже далекие годы, когда упорное, угрожающее ядерной войной противостояние сменялось поисками мирного сосуществования. Пушки молчали. Но именно в такие исторически короткие промежутки, как свидетельствует история, вступают в дело невидимые воинства разведок. Они должны проникнуть в тайные замыслы противника, который сегодня надевает личину респектабельного партнера; они обязаны знать его слабые и сильные стороны; они должны искать тайных союзников в чужом стане.

60—80-е годы нашего столетия были периодом взлета советской разведки. Сейчас, в наше печальное время, слышны лишь отголоски тогдашних успехов. Все больше разоблачают, судят, приговаривают к пожизненному заключению наших добровольных искренних помощников. Да поможет им русский Бог!

Столкновение советских и американских интересов распространялось на всю планету. Вадим Сопряков был одним из множества умных русских людей, призванных Отечеством на разведывательную службу в то нелегкое и волнующее время. Индия, Бирма, Малайзия, Япония, Афганистан — там пролегали передовые рубежи нашей обороны, там и вел тайную схватку Вадим Сопряков.

Не вина разведки, что сейчас эти рубежи приблизились к Смоленску, Пскову, Ростову-на-Дону, к границам допетровского времени. Один, даже самый мужественный, отряд не может выиграть войну, но ему нечего стыдиться, если война проиграна. Его бойцы, сделав все от них зависящее, сегодня могут со спокойной совестью вспоминать прошлое и взирать с надеждой в будущее.

Будни советской разведки — об этом рассказ Вадима Сопрякова, который, как мне думается, будет прочитан с большим интересом, и для молодых коллег автора он к тому же во многом окажется поучительным.

Вспомним, читатель, с каким трепетом и надеждой все мы встретили перестройку, первые ростки свободы — свободы жизни. Какие перспективы, казалось нам, открываются впереди. Вот, думалось, подправим наше поступательное движение — и выйдем на широкий простор светлого будущего нашей России.

Но годы летят, а дела становятся все хуже и хуже. Везде разорение, кровавые конфликты, разбои, грабежи, торговля национальным достоянием и оптом и в розницу. Некогда огромное Отечество наше сужается в границах, где-то совсем рядом марширует натовское воинство. Америка диктует нам, как жить, с кем дружбу водить. Словом, жизнь наша, как мы все уже поняли, катится не в ту сторону, куда позвали нас сладкоголосые обещатели прекрасной жизни. Где они, все эти «архитекторы и прорабы перестройки»?.. Как говорится: одних уж нет, а те далече. В общем-то и слава Богу, что их нет.

Но… появились другие, которые, как выясняется, совершенно не обременены заботой о крепости Отечества нашего и его безопасности. Хуже того, с помощью газет, радио, телевидения, полновластными хозяевами которых нынче являются эти «деятели», нам стали внушать и даже очень настойчиво убеждать в том, что патриотизм — это химера, что нам совершенно не нужен ракетно-ядерный щит, поскольку у России врагов теперь нет, а кругом лишь одни друзья («друзья»-то, как мы уже видим, у нас такие, что, стоит лишь чуть расслабиться, сразу же в горло вцепятся), что не нужна нам и разведка, другие спецслужбы. Ну нет у нас врагов… и все тут! Живи, Россия, спокойно. Но от этих слов нет в наших душах покоя.

А кто же у нас в героях? С горечью узнаем, что среди них оказываются самые отпетые и проклинаемые во все времена и везде, не только на Руси, предатели и изменники — сладколюбцы, готовые ради личного блага продать за «тридцать сребреников» мать родную. В этих «героях» сегодня ходят и Пеньковский, и Гордиевский, и Левченко, и Резун, и Калугин, получивший совсем недавно, кстати, гражданство США. Нет, не таков наш народ, чтобы вот так просто поверить в сказки о новых «героях». Предатель был, есть и всегда останется предателем, в какие бы тоги его ни рядили.

Моя же задача — на страницах этой книги показать читателю действительно достойных сынов нашей родины, рассказать, как они служили и работали в труднейших условиях для Отечества, и совсем не ради подачек с барского стола. Все они — люди разведки, мои коллеги.

Профессия разведчик, ставшая для меня смыслом жизни, специфическая. Овладеть ею — дело непростое. Рассказывая о ней, я прежде всего буду говорить о людях, о том, как они пришли в разведку, что им пришлось пережить. Думается, это позволит читателю самому судить — легкая ли эта профессия, оценить достоинства и недостатки разведывательной деятельности.

Хочется поведать читателю и о событиях в Афганистане (там мне пришлось быть в начальный период военного противостояния), показать, как воевали наши «каскадеры» — офицеры и солдаты из отряда специального назначения «Каскад» (был такой в составе КГБ СССР, и предназначался он для проведения разведывательно-диверсионных операций за пределами нашей страны). «Каскад» действовал автономно, решительно. В его задачу входило побеждать не числом, а умением. Словом, думается, что читателю будет небезынтересно узнать о деятельности «каскадеров», как говорится, из первых рук.

Профессия разведчика дала мне возможность увидеть многие страны, в некоторых подолгу жить, встречаться с различными интересными людьми. И кое о ком из них я также расскажу.

Желание написать о виденном и пережитом появилось у меня еще и потому, что не хочется мириться с присущим нашему времени варварским отношением к истории. Сколько поколений разведчиков ушло из жизни, кто по болезни, кто по старости, а кто по воле злых, завистливых, подлых людей, и о них не написано ни слова. С каждым годом все труднее восстанавливать их имена, узнавать правду об их самоотверженной работе и подвиге во имя России.

Вот уже несколько лет, как я на пенсии. За плечами более тридцати лет работы в разведке. Рассказывать о своей профессии, честно говоря, в планах у меня не было. Отчасти еще и потому, что тема эта долгое время считалась запретной, и тотальная секретность побуждала молчать о своей другой жизни даже в кругу родных и близких мне по духу друзей.

Некоторые проницательные и наблюдательные товарищи, с которыми я много и долго общался, догадывались о том, что я занимаюсь кое-чем еще, кроме официальных посольских обязанностей, но из этических соображений, чтобы не заставлять меня придумывать легенды и выкручиваться, молчали о своих догадках и хранили это молчание довольно долго.

Но однажды мне позвонил мой добрый друг — более двадцати лет назад мы вместе работали в Японии — и предложил встретиться, посмотреть друг на друга, убедиться, что мы все еще живы-здоровы, вспомнить былое. Зовут его Александр. В те бурные времена он руководил бюро Агентства печати «Новости» (АПН) в Токио. Чета Фрадкиных была и, слава Богу, остается по сей день хорошей доброй парой интеллигентных, умных, отзывчивых русских людей. В их доме было всегда приятно посидеть, отдохнуть от забот и проблем, просто пообщаться. Посольский, и не только посольский, люд тянулся к ним, в их доме всегда было полно гостей, шумно, весело. Иногда бывали и спокойные, тихие посиделки.

В тот же вечер после звонка Фрадкина мы с женой уже сидели на уютной веранде загородной дачи, любовались через широкие окна спокойным зимним пейзажем Подмосковья — «сосны в снегу» и пили чай. Шел крупный, пушистый снег, вокруг было мирно, тихо. И спокойно текла наша беседа. Воспоминания коснулись наших родственников. Саша рассказал о своем дяде — Александре Ефимовиче Фрадкине, в честь его он был назван Александром. Судьба этого человека оказалась необычной, даже по нашим старым меркам, — видный военный, затем разведчик, сотрудник Главного разведывательного управления Министерства обороны, и ужасный по тем временам конец — 1937 год, арест и через полтора месяца расстрел. Ну а затем реабилитация, покаяние.

Мы с Александром решили, что, используя все свои возможности, постараемся собрать доступную информацию об этом человеке.

Я поведал Александру о жизни своего тестя — Ляхтерова Николая Григорьевича, также старейшего сотрудника ГРУ, которому уже за девяносто лет.

И неожиданно последовало предложение Александра:

— А не написать ли тебе книгу о твоем житье-бытье и в нее вкрапить истории наших родственников?

Вот так я и стал литератором, автором данного повествования о жизни разведчиков.

О внешней разведке писали и пишут многие. Но с этой особой сферой человеческой деятельности большинство пишущих знакомы лишь понаслышке или по книжным источникам. Сейчас наконец появились интересные книги наших известных опытных разведчиков, посвятивших этой профессии свою жизнь, — Леонида Шебаршина, Юрия Дроздова, Вадима Кирпиченко, Николая Леонова и других. Все они в свое время были и высшими руководителями разведки в звании генералов. Я был офицером на рядовой должности и посему описываю пережитые события именно с этих позиций.

Главным побудительным мотивом написания книги, это я еще раз хочу особо подчеркнуть, является любовь к разведке, к ее сотрудникам и чувство благодарности судьбе за ее щедрость ко мне. На страницах книги мне хотелось упомянуть как можно больше своих товарищей, рассказать о совместной работе, естественно, в пределах, которые позволяет моя бывшая служба. Особенно хотелось сказать о тех, кто работал в разведке в самое сложное время нашей современной истории. Удалась ли мне моя исповедь, судить Вам, читатель.

Воспоминания бодрят меня, заставляют быть активным. И что самое важное, мне приятно пройти тропами памяти по прошедшей жизни…

Александр был уверен, что агентурная встреча состоялась успешно. Наружки за собой перед встречей он не выявил. В обусловленное время объект его внимания спокойно сидел за крайним столиком, как и договаривались. Ничего подозрительного в вечерней обстановке небольшого кафе не наблюдалось. Беседа была короткой и вряд ли привлекла внимание посторонних. Получение материала прошло мгновенно в безлюдной туалетной комнате.

Уже на протяжении нескольких месяцев Александр вел изучение и разработку американца — молодого офицера с важного военного объекта США, с атомного авианосца «Мидуэй», который базировался в Японии на военно-морской базе Екосука. Этот большой военный корабль вел пристальное наблюдение за действиями советского военно-морского флота на Востоке, в акваториях Тихого и Индийского океанов. Информация была очень нужной для наших военных. Американцы в то время наращивали свои ядерные силы в азиатско-тихоокеанском регионе. И даже тому, кто далек от разведки, нетрудно представить, что Александр, вероятно, выяснял, какие ядерные заряды (их мощность, количество) имеются на боевом авианосце, какие на его борту средства доставки ядерных боеприпасов, разведывал планы и возможные сроки применения оружия массового поражения, нацеленного в то время на СССР, определял степень боевой готовности потенциального противника.

Американец, похоже, хотел получить только материальную выгоду от встреч с русским, а то, что он имел доступ к интересующим Александра сведениям, сомнений не вызывало.

Разведчик не исключал, однако, что морской офицер с «Мидуэя» мог быть и хитрой «подставкой» противника.

Поэтому нужно было собрать на него как можно больше информации, проверить ее по различным учетам и базам данных, выявить истинные намерения, интересы и цели будущего ценного агента. А для этого важны были личные встречи. И Александр сознательно пошел на риск.

Встреча состоялась. Теперь нужно спокойно выйти из кафе и, затерявшись в толпе прохожих, уйти подальше с этого места. Но, выходя из кафе на улицу, Александр каким-то внутренним чутьем вдруг уловил опасность, хотя еще и не заметил ничего подозрительного, левая рука машинально опустилась в карман, где находилась микропленка, полученная от американца, и пальцы сжали ее. Сделав несколько шагов вперед, он увидел угрозу — несколько человек темными тенями метнулись к нему, пытаясь схватить его за руки. Но Александр оказался проворнее. Он молниеносно выхватил из кармана микропленку и незаметно выбросил ее. Ему заломили руки за спину и грубо втолкнули в резко притормозивший у тротуара автомобиль.

Так в мае 1976 года на одной из узких улочек Токио произошел арест советского гражданина, военного разведчика Александра Мачехина.

Арест производился тайно, без огласки, без присутствия прессы, узким кругом подготовленных профессионалов. И даже на следующий день японцы долго не информировали советское посольство о том, что один из его официальных представителей находится в их руках. На запросы советской стороны они нагло лгали, что им ничего неизвестно о судьбе Мачехина.

И все это время в застенке японских спецслужб происходил сложнейший поединок между тридцативосьмилетним советским разведчиком и очень коварным противником — японскими контрразведчиками. Говоря прямо, Александра пытали, изматывали, давили на психику, чтобы сломать, сделать безвольным и податливым. С первых минут ареста днем и ночью продолжался непрерывный допрос. Профессионалы контрразведки уверяли, что им все известно о его агентурной деятельности.

— Вы старший офицер ГРУ, опытный разведчик, — орали они ему в лицо, — теперь провалились, вся ваша агентура нам известна. Вы конченый человек.

Александра пугали тем, что советский посол в гневе на него, что им недовольны и в МИДе СССР, что ему не простят случившегося ни резидент, ни Центр, где его только и ждут, чтобы наказать и расправиться с ним. В Москве его обязательно осудят на долгие годы тюрьмы за провал, а затем сошлют в Сибирь. Жена не будет дожидаться его возвращения, семья распадется.

Разработчики этой акции стремились во что бы то ни стало оказать на Мачехина мощное стрессовое воздействие, запугать, обескуражить, вызвать чувство глубокого страха, растерянности и безысходности, вынудить хоть на мгновение потерять трезвый рассудок и проявить малодушие.