Читаем Исторические и теоретические основы геополитики онлайн бесплатно

Курс «Исторические и теоретические основы геополитики» базируется на предшествующих знаниях студентов по таким учебным дисциплинам как всеобщая и российская история, политология и философия. Геополитика сформировалась как наука исследования зависимости международных отношений, истории стран и народов от условий географического пространства. Цель курса: раскрыть роль геополитики во всеобщей и российской истории, обеспечить знание студентами исторических и теоретических основ геополитики для получения квалификации бакалавра и магистра.

Задачи курса: 1. Изучение исторических и теоретических основ геополитики. 2. Анализ геополитического аспекта всеобщей и российской истории.

В результате изучения курса студенты должны знать: 1. Законы и категории геополитики. 2. Представлять влияние геополитики на всеобщую и российскую историю.

Студенты должны уметь анализировать: 1. Исторические и теоретические основы геополитики. 2. Геополитический аспект политики великих держав. 3. Геополитическую преемственность интересов Российской империи, Советского Союза и Российской Федерации.

Первый вопрос, встающий перед нами: что такое геополитика и чем она отличается от политической географии? Существует много определений геополитики, приведем самое краткое: геополитика – это научная система знаний о контроле над пространством. Геополитика изучает пространство с точки зрения государства (в динамике), анализируя географические аспекты политических явлений, их воздействие на среду в интересах безопасности государства. Политическая география изучает государства с точки зрения пространства (в статике). Геополитика делится на фундаментальную, исследующую пространство планеты; прикладную (геостратегия), рекомендующую государствам стратегическую линию на мировой арене; внутреннюю. Геополитический прогноз, по мнению французского ученого М. Фуше, имеет три измерения: 1. Исследование социально-политических ситуаций с географических и временных позиций. 2. Сопоставление реальных данных с разными представлениями об одной территории. 3. Рекомендации по проведению стратегии преобразования пространства.

За последние почти 20 лет геополитика в России стала значима и популярна, но в СССР в ней видели реакционную теорию для обоснования политики империалистических держав. В результате советские лидеры нередко ошибались при анализе международных отношений и осуществляли внешнеполитические акции без учета геополитической реакции Запада. Мышление руководителей западных держав базировалось на геополитических постулатах, что приводило их, в свою очередь, к ошибочным оценкам советской политики. В современной России издаются учебники и научная литература по геополитике, но ее влияние на историю конца XIX – начала XXI вв. в целом и отдельных стран в частности раскрыто недостаточно.

Геополитика возникла на рубеже XIX–XX вв., когда международные отношения оценивали с точки зрения географического детерминизма и социал-дарвинизма. У истоков океанического направления геополитики стояли американский адмирал

А. Т. Мэхен и британский ученый X. Дж. Маккиндер. Отцом континентального направления геополитики считают немецкого ученого Ф. Ратцеля. Термин «геополитика» ввел в научный оборот в 1899 г. шведский социолог Р. Челлен, сделавший идеи Ратцеля применимыми к практике.

Основатели геополитики объясняли внешнюю политику государств их географическим положением. В традиционном понимании государства являлись единственными действующими лицами мировой политики. Края территории государства образуют политические границы с соседними странами, но политическое деление мира не совпадает с географическим делением, что приводит к противоречиям между государствами. Однако географический фактор менее всего подвержен изменениям и является основой преемственности политики государств. «География есть самый фундаментальный фактор во внешней политике государств, потому что он наиболее постоянен. Министры приходят и уходят, умирают даже диктаторы, но цепи гор остаются непоколебимыми», – писал американский геополитик Н. Спайкмен[1]. Так, Россия всегда стремилась к открытым морям, хотя между Петром I и И. В. Сталиным кардинально изменился ее социально-политический облик.

Историю можно рассматривать как смену геополитических эпох, имевших свой баланс сил, зоны влияния, границы. Принципы современной геополитики заложены Вестфальской системой: до Великой Французской буржуазной революции национальные государства стремились к границам на основе конфессионального и языкового признака, по естественным рубежам. После попытки Наполеона установить мировую гегемонию началась Венская эпоха, в основе которой лежал имперский принцип контроля над пространством. Поражение России в Крымской войне, объединение Германии и Италии, начавшаяся борьба за передел мира привели на рубеже веков к трансформации Венской системы. После мировой войны и решений Парижской мирной конференции началась Версальская эпоха. На развалинах империй в Центральной и Юго-Восточной Европе появились сравнительно небольшие национальные государства, использованные западными державами для создания баланса сил в своих интересах и как санитарный кордон против СССР, поэтому Версальская система оказалась менее эффективна, чем Венская, и не удержала планету от скатывания к II-й мировой войне. Потсдамская эпоха – первая в истории эпоха биполярного мира. Противоборство континентальных сил во главе с СССР и морских сил во главе с США, получившее название «холодная война», определило ее содержание. После крушения СССР и окончания «холодной войны» Запад, используя опыт Версаля, начал формировать новый мировой порядок.

Геополитика как любая наука имеет понятийный аппарат. Главным законом геополитики является закон фундаментального дуализма: противопоставление сухопутного могущества (теллурократия, лат. telluris – земля) и морского могущества (талассократия, гр. thalassa – море). Основные категории геополитики – пространство, баланс сил. В борьбе за контроль над пространством между государствами возникает проблема границ. Понятие граница рассматривают двояко: как линию (юридическое и политическое понятие) и как пограничную полосу, через которую проходит линия. Устоявшаяся граница (border, ан. – граница) характерна для большинства современных стран. Подвижная граница (фронтир; frontier, ан. – граница; в геополитике – приграничье, пограничье) преобладала в прошлом, но существует и сегодня в регионах с пограничными конфликтами. Понятие «фронтир» ввел в научный оборот американский историк Ф. Дж. Тёрнер, выступивший в 1893 г. перед Американской исторической ассоциацией с докладом «Значение Фронтира в американской истории». Тёрнер объяснял особенности развития США наличием свободных земель и продвижением границы поселенцев. Фронтир – не только географическое, но и политическое, социально-экономическое, правовое понятие; это физическое перемещение человека, привыкшего к гражданскому состоянию, в условия естественного состояния. В США фронтир способствовал развитию рыночной экономики, а в Сибири и на юге России – военно-административной колонизации новой территории, а затем – ее хозяйственному освоению.

Можно выделить еще ряд геополитических понятий. Так, вице-король Индии Дж. Керзон (1899–1905 гг.) рекомендовал создавать при пограничных спорах буферные зоны. Он писал также о сфере интересов как территории, на которой одна держава осуществляет военно-политические и экономические меры, и сфере влияния как зоне с преимущественным влиянием одной иностранной державы, что не исключает влияние других государств. Сегодня введен в научный оборот термин геополитические поля. Пространство, контролируемое государством так долго, что другие страны не претендуют на него, называют эндемическим полем, которое не имеет четких границ и перетекает в другие виды геополитических полей. Пограничное поле — это пространство в недостаточной мере освоенное государством (демографически, экономически и т. п.). Контроль государства над пограничным полем может оспариваться национальными меньшинствами, но сопредельные страны не имеют на него исторических претензий. Однако слабый контроль государства над пограничным полем может вызвать желание соседей захватить его. Перекрестное поле — это пространство, на которое претендуют два и более государств. В отличие от пограничного поля, оно может находиться внутри эндемического поля; другие государства имеют исторические права на перекрестное поле или общий с ним этнический и религиозный состав населения. Важную роль играют формы контроля над пространством: политический, военный, коммуникационный, демографический. Сегодня возрастает значение цивилизационного контроля: через культурные архетипы государства влияют на пространство соседних стран и целые регионы.

Лидеры большевиков, рассматривая Октябрьскую революцию как начало мировой революции, применяли на практике революционную геополитику. С утверждением авторитарно-государственнического курса Сталина на построение социализма в одной стране в политике СССР проявился геополитический императив в его классическом понимании. Хотя геополитику не признали наукой, но политическая география интерпретировала геополитически ряд географических понятий. Геополитическая преемственность государственных интересов Российской империи и Советского Союза выявилась в начале II-й мировой войны.

Так, в мае 1941 г. было опубликовано письмо Сталина к членам ПБ ЦК ВКП (б) от 19 февраля 1934 г. по поводу статьи Ф. Энгельса, писавшего: «Росийская империя… своим постоянным вмешательством в дела Запада задерживает и нарушает нормальный ход нашего развития и делает это с целью завоевания для себя таких географических позиций, которые обеспечили бы ей господство над Европой и тем самым сделали бы невозможной победу европейского пролетариата»[2]. По мнению Сталина, Энгельс, стремясь в 1890 г. дискредитировать внешнюю политику русского царизма, преувеличил его агрессивность и реакционность. Сталин уличил Энгельса в игнорировании англо-германского антагонизма, в смеси проанглийских, антирусских и вульгарных немецких националистических взглядов[3]. Ранее в СССР расхождения с историческими фактами в статьях и письмах К. Маркса и Энгельса замалчивали или сглаживали. Однако заметим: присущее Марксу и Энгельсу русофобие привело их в годы Крымской войны даже к публикации в газете «New York Daily Tribune» статей, в которых выдвигалась идея о возвращении России к границам начала ХVII в. и лишении ее выхода к морям.

В современной отечественной литературе по теории международных отношений геополитическое направление наиболее влиятельно, но поскольку российская геополитика еще молода, автору ближе устоявшаяся западная концепция реализма, адекватно отражающая геополитические мотивы поведения государств с XVII в. и до начала «холодной войны». Часть «реалистов» и «холодную войну» рассматривают как геостратегическое стремление СССР к мировому господству. В США и Западной Европе международные отношения исследуются в целом в русле концепции реализма, у истоков которой стоял американский ученый Х. И. Моргентау. Постулаты теории реализма гласят: 1. Национальные государства как основной субъект международных отношений выражают свои интересы в категориях силы. 2. Внутренней пружиной международных отношений является борьба государств за максимальную степень своего влияния во внешней среде. 3. Оптимальным состоянием внешней среды является региональное равновесие сил, которое достигается политикой баланса сил, предупреждая образование национальной или коалиционной мощи, превосходящей мощь существующих государств или их коалиций.

Американский адмирал Мэхен разработал теорию морской силы, опираясь на которую, аргументировал необходимость превращения США в мощную военно-морскую державу. Важную роль в борьбе с континентальными державами адмирал отводил стратегии анаконды, предполагавшую блокаду евразийских государств с моря в кольцах «анаконды» и сдавливание континентальной массы за счёт выведения из-под её контроля береговых зон.

Мэхен участвовал в разработке стратегии американо-испанской войны в конце XIX в., основную роль в которой играл флот с морской пехотой на борту (первый вклад США в военную науку). В этот период в американском историческом лексиконе появился термин «политика с позиции силы». Адмирал первым в США исследовал соотношение сил в Азии и выдвинул идею существования в 40-х параллелях спорного и оспариваемого пояса (Мэхен отнес к нему и русский Дальний Восток). Морские державы стремились к контролю над спорным поясом и сталкивались с Россией, не являвшейся, по мнению адмирала, морской державой, но целью России были незамерзающие порты. Не случайно в этом регионе разразилась русско-японская война, которую спровоцировала Великобритания с целью ослабления России. Страх потерять объекты геополитической значимости (в первую очередь, Индию) был у британцев маниакальным: ослабив Россию, они принесли в жертву спокойствие метрополии. Мэхен обратил внимание и на то, что одной из причин поражения России в войне с Японией было техническое несовершенство Транссибирской магистрали.