Читаем Приключения маленькой трески онлайн бесплатно

В книге Улафа Кушерона «Приключения маленькой трески» замечательным образом сочетаются познавательное и художественное. В детской литературе это, пожалуй, один из самых обстоятельных рассказов о жизни рыбки — с момента ее существования в виде икринки до превращения во взрослую треску. Он полон интереснейших биологических деталей и подробностей. И если ребенка волнует вопрос «Откуда что взялось?», то книга «Приключения маленькой трески» по-своему на этот вопрос отвечает. Кроме того, перед читателем разворачивается грандиозная панорама жизни в морских глубинах — с ее многочисленными обитателями, с ее драмами и трагедиями.

Но поскольку «Приключения маленькой трески» не просто научно-популярное, а художественное произведение, оно еще и захватывает читателя эмоционально. Маленькая рыбка по имени Тронд — самый настоящий герой повести. И автор «очеловечивает» ее в такой степени, чтобы, не нарушая границ научной достоверности, вызвать у читателя сочувствие, побудить к сопереживанию. Так что история Тронда оказывается еще и историей взросления — этакий «роман воспитания» на «рыбном материале».

Поэтому книга будет интересна самым разным детям: и мальчикам, и девочкам, и тем, кто увлекается биологией, и тем, кто любит приключенческие сюжеты, и тем, кого отличает склонность к тонким душевным движениям.

Что касается педагогов, то они вполне могут рассматривать «Приключения маленькой трески» как прекрасное пособие по экологическому воспитанию. Ведь хотим же мы, чтобы познавательный интерес в наших детях сочетался с эмоциональным отношением к природе? Чтобы ребенок учился ее беречь?

Марина Аромштам

Мир был маленький и круглый. Он был такой тесный, что Тронд едва мог пошевелиться. И всё же он казался Тронду удивительным и прекрасным. Большими, широко раскрытыми глазами Тронд разглядывал стены своего мирка — а ведь это была всего-навсего обыкновенная тресковая икринка.

Ну а когда ты узнаешь, что обыкновенная бутылка из-под молока может вместить полмиллиона тресковых икринок, то легко поймешь, что Тронду было особенно негде развиться.

Он должен был смирненько лежать в сероватой полупрозрачной икринке и глядеть большими черными глазами на ее удивительную оболочку. Каждую секунду на этой оболочке появлялся новый узор: яркие зеленые цвета сменялись светло-серыми.

Впрочем, Тронду пока и не требовалось особенно много места. Ведь в длину он имел всего каких-нибудь пять миллиметров и, по правде говоря, больше всего напоминал коротенькую булавку.

И всё же, хотя в икринке по-прежнему было так много интересного, Тронд вскоре заскучал. Кругом становилось всё теплее и светлее. Внезапно Тронд ощутил во всем теле какое-то странное покалывание. Теперь ему уже стало просто необходимо расширить свой крошечный мирок. Он начал яростно вертеться, словно червяк на рыболовном крючке.

Прошло несколько дней, а Тронд всё барахтался в своей икринке. Но понемногу он набирался сил, и движения его становились всё размашистее и увереннее. Нет, оставаться в икринке было просто невозможно…

Крак! Сначала Тронд не смел шевельнуться, он был полон страха и ожидания. Его привычный мирок внезапно начал рушиться!

Потом он осторожно высунул наружу мордочку и почувствовал, как на него хлынуло что-то прохладное и соленое. Это в икринку просочилась морская вода. Она проникала Тронду в рот и жаберные щели.

Мы, люди, дышим воздухом, потому что нашему организму необходимо вещество, которое называется кислородом. В воздухе много кислорода. Но он содержится и в воде, иначе там не могли бы жить рыбы и другие животные — ведь все живые существа нуждаются в кислороде.

Как только рыба раскрывает рот, он быстро наполняется водой. Тогда рыба закрывает рот, а воду выталкивает через щели по обеим сторонам головы. Щели эти прикрыты жаберными крышками. Под каждой крышкой можно увидеть красноватую бахрому, покрытую тончайшей пленкой, через которую всасывается кислород. Это жабры.

Наверное, тебе не раз приходилось видеть, как рыба внезапно останавливается в воде и начинает как бы «хлопать ушами», то раскрывая, то закрывая рот? Это она дышит. Разумеется, увидеть, как дышит треска-однодневка, совсем не легко — ведь она еще такая крошечная! Но какой бы крошечной она ни была, всё равно у нее уже есть настоящие жабры, как и у всякой порядочной рыбы.

Тронд почувствовал, как вода струится через его жаберные отверстия, и начал дышать. Сердце его забилось сильнее, и кровь быстрее побежала по телу. Это было замечательно! Тронд ощутил в себе поистине богатырскую силу и решительным движением снова высунул голову из икринки.

Он начал усиленно ворочаться и наконец несколько расширил отверстие. Теперь он высунулся еще дальше. Чего только не было кругом! Тронд от удивления разинул рот. Ах, как огромен мир! Пожалуй, можно даже вытянуться во весь рост…

И Тронд начал с новой силой выбираться из икринки. Особенно трудно было протащить толстое брюшко.

Наконец Тронд выскользнул наружу и очутился в море. Он плыл, слегка помахивая хвостиком. Прохладная вода нежно ласкала его тельце. Большие темные глаза Тронда оглядывали огромный, бесконечный мир, в котором ему открывалось так много нового и диковинного.

Кругом простиралась зеленая толща воды. Внизу проплывали рыбы, и повсюду было полным-полно тресковой икры. Некоторые икринки уже успели отделиться от остальных, другие же плавали в воде маленькими комочками. Тронд видел, как постепенно, с большим трудом выбирались из икринок его братья и сестры. Сначала они неподвижно лежали в воде, а затем, как и Тронд, начинали учиться плавать. Пустые оболочки икринок оседали на дно.

Блеск воды, изменчивая игра красок — всё это поразило Тронда. Он увидел плавающие водоросли и множество других диковинных вещей. Раньше он принимал всё это за узоры на оболочке икринки. Ему ведь и в голову не приходило, что когда-нибудь он увидит такие чудеса! До чего же это замечательно! Тронд никак не мог вдоволь насмотреться на всё, что его окружало.

Высоко над ним висел огромный огненный шар. Он пылал так ярко, что в воде было совсем светло. А внизу всё исчезало в непроглядном мраке.

Тронда уже не защищала плотная оболочка икринки. Он очутился в новом, непривычном мире. И в этом мире ему приходилось рассчитывать только на самого себя. Теперь он выучился свободно передвигаться в воде и почувствовал, что по-настоящему живет на свете.

Если бы Тронд смог осмотреть себя, то обнаружил бы, что тело его прозрачно. Он заметил бы внутри себя маленький темный комок, который то расширялся, то, наоборот, сокращался. От этого комка отходило несколько тонких трубочек. Так Тронд «открыл» бы собственное сердце и кровеносные сосуды.

А еще он увидел бы два мешочка. Первый — это желудок, а второй, блестящий, словно перламутр, — плавательный пузырь. Был у Тронда и маленький кишечник, но только что вышедшие из икринки рыбешки кишечником не пользуются.

Тронда можно было сравнить с грудным ребенком — ведь он еще не умел самостоятельно добывать себе пищу. Но зато в его распоряжении был мешочек с едой. Да-да, хочешь — верь, хочешь — нет, а под брюшком у Тронда на самом деле висел мешочек с едой. Этот мешочек, запасами которого питается в первые дни своей жизни крохотная рыбешка, называется желточным мешочком.

Цыпленок в яйце тоже питается желтком. Но стоит только цыпленку вылупиться, как он уже в состоянии сам добывать себе пищу. А вот только что появившаяся на свет рыбка еще не умеет делать этого, и у нее нет ни папы, ни мамы, которые могли бы ей помочь. Тех запасов, что хранятся в желточном мешочке, хватит надолго, до тех пор, пока крошка не подрастет и не окрепнет. Рыбку с желточным мешочком называют личинкой. Когда будет израсходован желточный запас, мешочек исчезнет, словно втянется в брюшко. В этот день личинка сделается мальком — станет настоящей, пусть и крохотной, рыбкой.

Каждый вечер угасал большой огненный шар над головой Тронда, а в морской глубине становилось темно и жутко. Ночью Тронд плохо видел: треска немного близорука.

Впрочем, у Тронда ведь и не было никаких особых дел. Он попросту неподвижно лежал в воде и отдыхал, а течение несло его всё дальше, между тем как на море сползал темно-лиловый мрак. Вокруг Тронда мелькали черные тени. Течение пронесло его над песчаной отмелью, густо покрытой темными водорослями. Тронду показалось, что оттуда к нему тянутся чьи-то страшные щупальца. Он весь затрепетал от страха. Кто знает, какие опасности подстерегают маленькую треску!

Не так уж приятно в первый раз путешествовать на воле без всякой помощи. Тронду негде было спрятаться, и некому было его защитить.

Правда, у него было одно преимущество — он не мог утонуть и к тому же не нуждался в том, чтобы кто-нибудь штопал ему носочки. И всё же он еще так мало знал о жизни — ведь он жил всего лишь несколько дней!

Тронд чувствовал себя куда лучше, когда на небе появлялся огненный шар и разливал свой свет по морщинистой поверхности воды. Солнечные блики плясали вокруг Тронда и расцвечивали мир яркими красками. Поутру веселые солнечные лучики прорезали водную гладь, и вода становилась прозрачной, словно кристалл. Лучики щекотали спинку Тронда, согревая его после ночной прохлады. И тогда Тронд становился более подвижным и бойко помахивал хвостиком. Хорошо, когда пригреет солнце!

Но бывали и такие дни, когда солнце не показывалось. Тогда становилось холодно и грустно. Тронд цепенел. Лежа неподвижно в воде, он почти всё время дремал. В такие пасмурные дни лишь немногим удавалось вылупиться из икринок: холод отнимал силы.

Иногда над головой Тронда раздавался странный шум. Казалось, в воду впиваются тысячи иголок. Солнце исчезало в серых тучах — лил дождь! Вода становилась противной. Куда девались ее свежесть и замечательный соленый вкус! Тронд был недоволен. К тому же он заметил, что в такой воде гораздо труднее плыть. Поэтому, как только начинался дождь, Тронд спешил опуститься поглубже.

Маленький Тронд появился на свет зимой, в конце февраля, на песчаных отмелях у Лофотенских островов. Он тогда был еще икринкой. Вместе с миллиардами других тресковых икринок он медленно поплыл к северу. Икринки держались в воде на глубине одного-двух метров. На север их несло течение Гольфстрим.

Через две-три недели Тронд вылупился из икринки — это было всего в нескольких милях от нерестилища.

Тронд — личинка трески — был такой крошечный, да к тому же прозрачный, что многие даже не замечали его. В то время он еще не представлял себе, какие необыкновенные приключения его ожидают. Случалось, что голодные крачки с ярко-красными клювами и большие серо-белые чайки начинали охотиться за мелкой рыбешкой. Но Тронд и его соседи почти всегда держались на такой глубине, что их не так-то легко было заметить.

А случалось и так, что какой-нибудь рыбе вдруг приходило в голову полакомиться тресковой «детворой». Но Тронду везло — он благополучно пережил опасное время своего раннего детства.

Всю весну Тронд плыл вдоль берегов Норвегии. Течение Гольфстрим относило его к северо-востоку. Чем дальше на север, тем короче становились ночи. А потом наступил нескончаемый день. Над северной Норвегией сияло полуночное солнце.

К лету Тронд и его друзья добрались до Баренцева моря и очутились к северу от Финмаркена. За это время Тронд успел вырасти, он стал большим и сильным. В длину он достигал нескольких сантиметров. Теперь Тронд походил на настоящую треску. Он уже не был прозрачным. У него появились зубы и развился кишечник. Мешочек с запасами пищи давно уже исчез, и теперь Тронд добывал себе пропитание самостоятельно. Из беспомощной личинки он превратился в удалого маленького пловца.

Часто наверху попадались целые тучи крошечных рачков. Тронд тотчас же набрасывался на них и ел с таким аппетитом, что на брюшке у него вскоре вздувалась огромная шишка. С наступлением лета этих рачков становилось всё больше и больше.

В море всегда плавает множество мельчайших растений. Эти растения бурно размножаются весной и летом, когда они начинают получать больше света и тепла. Тот, кому случалось летом бывать у моря, конечно, замечал, как вода порой мутнеет. Это значит, мелких растений становится так много, что они окрашивают воду в серо-зеленый цвет.

Этими-то растениями и питаются маленькие рачки, а сами они — прекрасный корм для рыб и других обитателей моря. Когда рачкам перепадает больше пищи, они начинают быстро размножаться. Все эти крошечные растеньица и мелкие плавающие животные называются планктоном. Чем больше планктона, тем сытнее живется мелкой рыбе, особенно малькам.

Но среди обитателей моря встречаются и такие, которые были бы не прочь проглотить самого Тронда, — есть ведь всем нужно.

Тронд не умел передвигаться в воде с такой быстротой, как большие рыбы, и ему негде было укрыться, потому что он боялся прятаться в глубине.

Не раз приходилось ему улепетывать даже от своих голодных сородичей. Однажды он спасался от большой страшной рыбы и вдруг увидел перед собой какой-то странный желтоватый колпак. Колпак то сжимался, то разжимался медленными ленивыми движениями. Таким образом он и перемещался в воде. Колпак казался почти совсем прозрачным, с него свисали длинные нити, словно бахрома украшала края зонтика.

Конечно, вид у колпака был страшный, но ведь надо как-то сохранить себе жизнь. И Тронд юркнул под колпак. Он оказался в большой компании. Под колпаком кишели тресковые мальки: они тоже воспользовались медузой как укрытием.

— Скажи, здесь не опасно? — спросил Тронд у маленькой трески, которая только что заплыла под колпак и поздоровалась с Трондом.

Тронд всё еще немного побаивался.

— Опасно? Нет, что ты! — засмеялась рыбка. — Напротив, здесь самое надежное место в мире. Никто не может тронуть нас, когда мы под защитой медузы. Всякий, кто захочет на нас напасть, непременно обожжется об эту бахрому — о щупальца. Поэтому здесь мы в полной безопасности.

— Но, если так, мы, наверное, тоже можем обжечься? — спросил Тронд и от волнения даже взмахнул хвостиком.

— Нет, если будем осторожны. Напрасно ты так дрожишь. Всё это очень интересно: щупальца покрыты крохотными пузырьками, а в пузырьках спрятаны спиральные нити с тонким острием. Всякий, кто коснется щупалец, обязательно обожжется. Ведь от прикосновения пузырьки лопаются, а спиральные нити выбрасываются наружу и больно ранят своим острием неосторожных рыб или других животных.

— А ожоги очень опасны? — спросил Тронд.

— Да, конечно, потому что в тело жертвы вводится яд, который парализует ее. Как только в этих нитях запутается маленькое животное, медуза пожирает его. Так что не зевай. Правда, нас, тресковых мальков, медуза стрекает не так уж часто, но все же никогда нельзя знать наверное…