Читаем Все двери открываются наружу онлайн бесплатно

Когда где-то в чужом мире, в окружении магов, духов и Парадоксов, в тебя трижды стреляют из револьвера, стоит задуматься, а правильно ли ты прожил эту жизнь? Тех ли людей встретил? Какая открытая тобой дверь привела в этот момент?

Сейчас у меня нет ответов на эти вопросы. Но я точно могу сказать, что вся моя жизнь была историей поиска. И, когда идешь по такому пути, кажется, что весь мир кричит тебе: то, что ты ищешь, и так всегда находится рядом, вокруг, нужно лишь суметь распознать это.

Три дыры в области сердца, конечно, не показатель успеха. Однако каждая из них стоила того, чтобы узнать, что мир устроен намного сложнее и намного интереснее, чем мне казалось до этого.

Теперь меня зовут Тóру Áкито. А началось все в тот день, когда в моей спокойной тихой жизни открылась особенная дверь.

«Найди меня, Акито. Найди…»

Нежный приятный голос эхом отдавался в темноте. Ничего больше, только слова зовущей откуда-то женщины. Затем вспышка света из открывающейся двери. «Найди меня, Акито!».

— Эй, Акито! Уснул?! Мы так сценарий провалим, если будешь тупить! — Голос друга из наушников развеял дымку воспоминаний. — Оставь уже этого орка и пробивайся на базу.

На экране компьютера светилось диалоговое окно с репликой персонажа: «Найди меня!». И варианты развития событий: «Активировать дополнительный сценарий» / «Игнорировать приглашение». Мышка кликнула на второе.

— Так-то лучше! Прокачай Золотой меч и двигай сюда. Заждались уже.

Спустя несколько минут сценарий был пройден, уровень завершен. «Заберите награду!» — снова светилось информационное окно. Я безразлично выполнил действие, даже не открыв выпавшие бонусные предметы.

Голос из наушников продолжал комментировать добытую победу.

— С очередным прибыльным уровнем! Чуть не запороли все в конце. Ты чего там копался, а? — Он обращался ко мне, так как остальные участники сражения уже покинули голосовой чат, как обычно, не церемонясь с простыми статистами нашей группы. Мы остались тут только вдвоем.

— Да немного не выспался сегодня. Ничего, за Семибашенную крепость буду сражаться лучше, обещаю, — я неловко засмеялся, но на лице появилось хмурое задумчивое выражение.

Действительно, зовущий женский голос последнее время снился все чаще. И каждый раз, когда открывалась дверь, сон прерывался. Мне так ни разу и не удалось заглянуть за ее пределы.

— Ну, смотри, уж постарайся. Ладно, Лех, увидимся в школе. — После этих слов друг отключился. Я заложил руки за голову, откинулся на спинку стула и погрузился в раздумья в предвкушении завтрашнего дня. Ничего особенного, конечно, я не ждал. Но, все-таки, это был мой день рождения.

На следующее утро первой меня, как и всегда, поздравила бабушка.

— Лешенька, ты вырос отличным мальчиком. Будь твои родители с нами, они непременно бы гордились тобой.

Самые банальные слова, которые я слышал из года в год. Я любил бабушку. В конце концов, она мой единственный родной человек. Но даже она не могла до конца понять меня. В ее поздравлении слишком мало истины. Разумеется, ведь я был типичным подростком-отшельником, только и знающим, что сражаться в видеоиграх. Никто бы не гордился таким сыном. Даже будь мои родители живы, вряд ли были бы от меня в восторге. Но я все равно сильно благодарен бабушке за то, что уже двенадцать лет она в одиночку пытается сделать из меня хорошего человека, прилагая все усилия для моего светлого будущего.

Накинув лямку рюкзака на плечо, я уже собрался выходить, как вдруг в дверь позвонили. Мы с бабушкой переглянулись.

— Ты ждешь кого-то? — Спросил я.

— Нет. Может, это твои друзья заказали для тебя подарок?

Ну да, конечно. Я усмехнулся про себя. Мой единственный друг сейчас, должно быть, прокачивал очередного персонажа, явно не заморачиваясь насчет подарка. Всем остальным моим знакомым было откровенно плевать на особенность для меня сегодняшнего дня.

На пороге стояла женщина в бейсболке с сумкой почтальона.

— Алексей Кириллович Торунов дома? Ему письмо.

— Это я.

— Подпишите вот здесь, — она протянула бланк с галочкой в пустом месте. В верхнем углу была надпись: доставить строго сегодняшним числом. Я поставил пару закорючек и получил на руки весьма потрепанный жизнью конверт.

Стоило женщине выполнить свою работу, как она развернулась, еще больше надвинула бейсболку на глаза и поспешно зашагала прочь. Дверь захлопнулась. Я еще раз взглянул на конверт. В углу стояло мое имя в строке адресата. Обратного же адреса и имени отправителя указано не было.

Бабушка с любопытством наблюдала за происходящим, явно не имея к нему отношения. Я вскрыл конверт. Внутри было несколько страниц рукописного текста, выведенного аккуратным красивым почерком.

«Милый Акито!»

Я застыл, не сводя взгляд с первой строчки.

Ни один из моих игровых товарищей не стал бы заморачиваться, посылая мне бумажное письмо. Больше же обратиться ко мне, используя никнейм, было некому.

Неожиданно в голове всплыл голос, постоянно звавший меня во снах. Я инстинктивно продолжил читать дальше, накладывая его на текст.

«Так много лет прошло с тех пор, как я последний раз посмотрела на тебя. Тогда ты был совсем еще крохой. Мы с папой, смеясь, называли тебя горошинкой»…

Неужели это письмо написала мама?

Мои пальцы задрожали, а ладони похолодели. Бабушка, заметив явную перемену в моем состоянии, взволнованно спросила:

— Что там? Кто прислал письмо?

Я не отозвался, а лишь набирая темп, продолжил читать, стараясь быстрее охватить все строчки и узнать содержание послания.

«Если все случилось правильно, то сегодня тебе исполняется 16 лет. С днем рождения, родной! Отличный возраст для того, чтобы узнать, кто же ты на самом деле. Я уверена, что бабушка хорошо заботилась о тебе все это время. Но, скорее всего, забота также оградила тебя от правды. Пожалуйста, пойми правильно и не сердись на нее.

У меня не так много возможностей, чтобы здесь рассказать тебе все. Однако ты должен прислушаться к голосу и открыть дверь. Так начнется твоя история. За ней ты найдешь часть ответов.

Верю, что наступит день, когда мы встретимся вновь. Я буду ждать тебя в каждой жизни. Найди меня, Акито!

С любовью, мама»

Можно подумать, что это глупый розыгрыш. Но слова, что за многие ночи уже успели въесться в мозг, вызывали странное чувство, которым гарантировали мне подлинность письма. Я с недоверием посмотрел на бабушку. Рукописный текст в моих руках, которому почему-то я безоговорочно верил хотя бы только из-за одной фразы, убеждал, что эта женщина что-то скрывает от меня.

— Это письмо от мамы, — я пристально смотрел ей в глаза, стараясь заметить любое изменение в ней при этих словах.

И не ошибся. На миг она казалась пораженной и обреченной, будто весь ее мир рухнул. Но через секунду вернула самообладание и спокойным тоном спросила:

— Может это какая-то ошибка или злая шутка. Такого просто не может быть, Алеша. Твоя мама умерла 12 лет назад. И ты это знаешь. Дай мне посмотреть.

Я инстинктивно прижал конверт к груди и сделал шаг назад. Что это? Почему какая-то бумага так сильно на меня повлияла? Может потому, что я и правда хотел верить, что моя жизнь изменится так просто?

Мне нужно было задать какой-то вопрос. Но вариантов в голове сейчас было огромное множество, и я не знал, с чего начать.

— Как умерли родители? — Неожиданно для самого себя я выбрал именно этот, и почему-то мой голос звучал враждебно. Стена безоговорочного доверия к самому близкому человеку дала трещину из-за пары все еще сомнительных строк.

— Я уже много раз говорила тебе. Зачем снова спрашиваешь?

И здесь я вдруг понял, что это разговор каждый раз заминался и по каким-либо причинам сводился на нет, ограничиваясь короткой фразой:

— Они разбились на машине. Поехали за продуктами, попали в аварию. Но почему ты спрашиваешь, знаешь же, что мне больно об этом говорить. Мой единственный сын погиб в тот день.

— Почему они не взяли меня с собой?

— Ты капризничал, и они оставили тебя у меня. Ничего особенного. Такое часто случалось. И как видишь, благодаря этому ты сейчас жив.

Я, и правда, множество раз слышал эту версию. Однажды даже пытался найти упоминания об аварии в старых газетах, насмотревшись каких-то низкосортных фильмов с подобным сюжетом. Но там было пусто, и я смирился с одиночеством. Принял свою судьбу. Но сегодня она снова напомнила о себе и велела бороться за истину.

Сильное желание гнало меня прочь из квартиры. Сейчас это было бы разумно — одному спокойно разобраться в своих мыслях и выбрать вопросы, которые действительно стоили того, чтобы их озвучить.

Школа, разумеется, была не таким местом. Поэтому я наспех кинутой фразой попрощался с растерянной бабушкой, и поспешно вышел на улицу. Это выглядело как побег от реальности. Возможно, бабушка подумала, что я сдался. В любом случае ничего возразить мне она не успела. Сейчас нужно было выиграть немного времени. Конечно, так просто я не смирюсь.

Неужели мама может быть жива? Эта мысль казалась абсурдной, но, тем не менее, не покидала меня. Я снова и снова цеплялся за нее, стараясь поверить в ее состоятельность. Мне, и правда, очень хотелось бы почувствовать, что я не сирота.

На другом конце вселенной в совершенно ином мире женщина сидела на краю обрыва, запрокинув голову, смотря на ночное небо. Ее глаза были затянуты серебристой поволокой, а из пальцев рук, лежащих на коленях ладонями вверх, струились переливающиеся потоки Энергии. Она читала космос. Звезды отвечали ей. Сегодня одна из них вела себя странно. Поначалу сверкая как обычно, она вдруг засветилась ярче остальных, потом вспыхнула и исчезла.

Женщина моргнула и ясными глазами снова посмотрела в бесконечность. На ее лице появилась удовлетворенная улыбка. Нежный голос развеял ночную тишину:

— Наконец-то. Скоро откроется дверь. Так держать, Акито.

Не знаю, сколько времени прошло с тех пор, как я вышел из дома. Ноги носили меня по улицам знакомым и незнакомым. Но я не сильно заботился о маршруте. Все мои мысли были заняты письмом. Версии одна да другой всплывали, отрабатывались и затмевались следующими вновь созревшими догадками. Наконец, изрядно проголодавшись, я зашел в ближайшее кафе, взял сэндвич и холодный кофе. За столиком я аккуратно вытащил из внутреннего кармана конверт и достал пожелтевшие страницы. Снова перечитав уже заученную наизусть первую часть, я развернул последний вложенный листок. Он весь был исчерчен полосками, кругами и малопонятными символами, отдаленно напоминающими подобие иероглифов какого-то древнего языка. Хотя скорее даже прародителей древних языков. В любом случае, как бы я не вертел листок в руках, с какого бы конца страницы не начинал разглядывать эту загадочную, хоть и весьма аккуратную, мазню, толку от этого не было никакого.

Распознавание картинок в интернете по фотографии тоже никак не помогло: одна за другой всплывали ссылки на страницы с астрологией, хиромантией и прочей ерундой.

В углу экрана засветилось облачко: друг прислал сообщение, в котором интересовался, приду ли я сегодня. А если нет, выйду ли в онлайн. Это выдернуло меня из водоворота мыслей и вернуло в реальный мир. Смахнув уведомление, я заблокировал смартфон и все-таки решился на серьезный разговор, в котором намерен был стоять на своем до последнего. Пришлось возвращаться домой.

С кухни доносился манящий аромат только что приготовленных бабушкой блюд. Гостей к сегодняшнему ужину мы не ждали, но это не помешало ей наготовить на роту солдат. Как ни в чем не бывало, она в фартуке и с полотенцем через плечо выглянула в коридор поприветствовать меня. Но стоило ее взгляду встретиться с моим, как прежнее спокойное выражение ее лица сменилось напряженным. Она поняла, что поднятая утром тема не исчезла и разговора не избежать.

Мы сели за стол друг напротив друга. Она сложила руки на коленях и первой нарушила молчание.

— О чем там идет речь? Можно мне прочитать?

Я не хотел знакомить бабушку с подробным содержанием, так как опасался, что она может, пользуясь моим неведением, умышленно исказить факты и трактовать слова в удобном для нее смысле. Не узнай она дословное содержание, у меня еще был смутный шанс поймать ее на уловке.

— Там написано, что ты скрываешь от меня правду.

— Это очень грубое и серьезное заявление. Ты ведешь себя как обиженный ребенок, хотя я убеждена, даже не понимаешь того, о чем говоришь. — Она звучала очень уверенно и, разумеется, была права. Мне пришлось начать с такого размытого заявления потому, что я все еще не знал, что конкретно мне нужно спросить.

— Может ли быть такое, что… — я запнулся, — что моя мама сейчас жива?

В голове этот вопрос звучал совершенно по-другому. Здравый смысл подсказывал, что ответ будет отрицательным. И на этом разговор будет окончен, потому что в таком случае письмо, заявленный автор которого не мог его написать, изначально являлось вымыслом. Действительно, моя жизнь — не сериал с неожиданным сюжетом, в котором мертвые оживают.

Однако бабушка медлила с ответом. Ее рука протянулась к чашке чая, после чего я заметил, что она слегка дрожит.

— Частично — да.

— Это как понимать? — В представлении о мире, которое сформировалось у меня к шестнадцати годам, человек мог быть либо жив, либо мертв. Частично живых я пока не встречал. Если только…

— Она в коме?

— Нет.

Бабушка замолчала, с задумчивым видом взвешивая, что сказать дальше. Было видно, что она тщательно подбирает слова. Я взглядом, полным недоумения, смотрел на нее в абсолютной растерянности, ожидая хоть какого-то разъяснения.

Спустя несколько минут она вздохнула, будто на что-то решившись, и продолжила говорить с видом человека, который собирался раскрыть коды от всех банковских ячеек, заранее зная, что в ту же секунду лишится всех сбережений.

— Все устроено совсем не так, как ты думаешь. То, что я скажу сейчас, прозвучит странно и неправдоподобно, но раз ты сам начал спрашивать, значит должен выбрать, поверить мне или нет.

Я кивнул и внимательно слушал дальше.

— Наш мир, тот, в котором ты живешь с рождения, не единственный. Даже не один из миллиардов. И так только в этой вселенной, но и их бесконечное множество. Ох, это сложно, — она прервалась, осмысливая сказанное, и вздохнула.

В эту паузу я задал уточняющий вопрос. Это объяснение действительно казалось невероятным, совершенно отличаясь от того, что я предполагал услышать.

— То есть мир — это Земля, планета?

— Нет, ты не понял. Я же сказала, что это сложно. Ты действительно хочешь продолжить этот разговор?

Я догадывался, что она попытается снова сменить тему. Должно быть, она специально начала эту сказку, чтобы я, оценив несерьезность ее намерений рассказать мне правду, сдался и закончил беседу. Но сегодня я не готов был закрыть этот вопрос.

— Значит, объясни по-другому, — настаивал я, с серьезным видом слушая бабушкины бредни. Надеюсь, это должно хоть к чему-то привести.