Читаем Жизнь в трех лицах онлайн бесплатно

Она пришла после полуночи. Повздыхала у порога, помялась, потом подошла к моей постели, тихо постукивая плюсневыми костями. Прислонила к стене тяжелую косу и аккуратно присела на край одеяла.

— Ну, здравствуй! Заждалась меня?

Я моргнула, выражая согласие. Ни говорить, ни шевелиться я не могла уже месяцев шесть-семь. И действительно ждала, когда моя молодая еще душа сможет проститься со своим бесполезным телом.

Смерть задумчиво поскребла острым ногтем пустую глазницу.

— Ну, прости, дел было невпроворот. Прямо разрывают на части. А ведь я уже совсем не девочка. У меня, вон, коленная чашечка стучит, да верхнечелюстная постоянно чешется. Может, конъюнктивит, как думаешь?

Я молча лежала, не имея возможности поддержать столь занимательный диалог.

— Вот скажи на милость, кто решил, что Смерть — это старуха с косой и лысым черепом? Вон коллега моя в соседнем мире — роковая красотка, богиня. У нее и храм свой имеется, и дары ей несут, жертвы приносят. А я даже капюшон снять не могу, ведь мои подопечные от страха отойдут в мир иной раньше времени.

И вновь ожесточенно заскребла ногтем по своим голым косточкам. Как вилкой по стеклу.

— Точно конъюнктивит, вот не помыла руки после работы, теперь расплачиваюсь. — Смерть опять завздыхала, задумалась.

В комнате повисла уютная тишина. Я пыталась разглядеть свою ночную посетительницу, хотя дыхательная маска сильно закрывала обзор. Старенький потрепанный плащ, облупившийся лак на длинных ногтях, пара старинных колец болтается на белесых фалангах костяных рук. И вид такой усталый и замученный.

— Кстати, я ж не просто так зашла-то к тебе, — встряхнула она головой и ухмыльнулась, демонстрируя ряд острых желтоватых зубов. — Ты перестала держаться за свою жизнь, тело твое умирает, но душа еще не готова отправиться на перерождение. Дилемма, однако. Да-а-а… Так, к чему я это все веду? Не хочешь ли ты, так сказать, в соседний мир съездить? Других посмотреть, себя показать. Поживешь еще там маленько. Коллега моя за тобой присмотрит, будешь как сыр в масле кататься.

И Смерть затряслась от тихого смеха, поскрипывая ребрами.

Я вопросительно подвигала глазами, мол, с чего такая щедрость?

— Понравилась ты мне очень, помочь тебе хочу от чистого сердца.

Прозвучало не очень убедительно, и я на мгновение прикрыла веки, выражая сомнение.

— Экая ты подозрительная, — вздохнула старуха и махнула костлявой рукой, — ладно, расскажу. Должок за мной нарисовался. Уж очень я до картишек охочая. Люблю после работы расслабиться в приятной компании. Так в последний раз карта, зараза такая, совсем в руки не шла. Проигралась по полной. Вот, теперь душу должна отдать коллеге. Не свою, естественно. У меня и нет ее. Ха-ха-ха!

Кости снова заходили ходуном под черным балахоном.

— А тут ты подвернулась, молодая и непоседливая. И мне хорошо — долг закрою, и тебе интерес явный. Ну что, согласна? — И, резко прекратив веселье, Смерть взглянула на меня пустыми глазницами.

Я задумалась. С одной стороны, доверять этой хитрой дамочке никак нельзя, тут предложение с явным подвохом. На тепленькое местечко она бы явно какую-нибудь прикормленную душу пристроила. А тут роль козла отпущения вырисовывается. С другой стороны, а какие еще варианты? Все одно, лежать и ждать, когда к себе заберет.

Обвела глазами ставшую родной палату, мысленно прощаясь с сиделкой, что спала в соседней комнате. Потом взглянула в черные провалы под капюшоном и решительно моргнула, выражая полное и безоговорочное согласие.

— Вот и ладушки, — спокойно сказала старуха. — Удачно тебе устроиться на новом месте. И помни, русская женщина везде выход найдет.

С этими словами он аккуратно пережала косточками пальцев трубку, подающую воздух. В груди запекло, перед глазами заплясали разноцветные круги, голова закружилась, и наступила спасительная темнота.

Перехватив поудобнее тяжелую ритуальную косу, Смерть отточенным движением отсекла тонкие нити, связывающие душу с больным телом. Потом покрутила головой и, схватив со столика бутыль с физраствором, щедро залила зудящие глазницы.

Не задерживаясь более, подцепила двумя пальцами белое облачко, отдаленно напоминающее привидение, и сухо постукивая костями, пошла прочь.

Первое лицо.

Выбор без выбора

Вначале я плавала в безмолвной пустоте, не имея ни тела, ни голоса, ни воли. Лишь мысли, ленивые и однообразные, бесконечным хороводом крутились внутри. Потом стали проявляться звуки и запахи. Где-то стукнула дверь. Полилась вода, что-то зашумело, зашкворчало, и меня окутал аромат крепкого кофе. Проникая внутрь, он постепенно вырисовывал из пустоты мои руки, ноги, туловище и голову. Как художник, мазок за мазком он создавал картину — меня. И сам растворялся в своем шедевре.

Я — кофе, его вкус и запах, горячий, бодрящий. Плавно перетекаю во времени и пространстве, само совершенство.

Внезапно чьи-то сильные руки подхватили меня, встряхнули и завертели, рассматривая со всех сторон. Кофейные мысли быстро выветрились из головы, и я вспомнила, кто я.

— Хм, забавный подарочек, — прозвучал над вновь появившимся ухом глубокий женский голос. — Давай, открывай уже свои глазки и поговорим. Старушка обещала, что ты вполне вменяема.

Не стала кочевряжиться, выполнила просьбу-приказ и огляделась. Стандартное офисное помещение. Я сидела в глубоком кожаном кресле. Напротив, за массивным письменным столом, устроилась эффектная брюнетка неопределенного возраста.

Кроваво-красные губы кривятся в усмешке, густо подведенные глаза смотрят прямо в душу, длинные ухоженные ногти с черным маникюром неторопливо выстукивают похоронный марш. Впечатляет, хотя и немного наигранно.

— Ты знаешь, кто я?

— Могу предположить, что Вы — коллега земной Смерти. А я отдана Вам за долги. — Вежливо ответила, наклонив голову в знак приветствия.

— Какая прелесть! Уверена, мы сработаемся. Чай, кофе, бренди, кровь? — Женщина a’la Дракула оскалила зубы в фальшивой улыбке.

— Спасибо, воздержусь.

— Ух, точно сработаемся! — она хлопнула в ладоши и стена за ее спиной вспыхнула разнообразными картинками. — Понимаешь, у меня несколько серьезных проектов на грани срыва. Чистый бизнес, ничего личного. Так что ты очень вовремя мне подвернулась. Вот смотри, например.

На экране появилась молодая красивая женщина. Тонкие аристократичные черты лица, алебастровая кожа. Влажный взгляд из-под густых ресниц, нежный румянец и приоткрытые в легкой улыбке пухлые губы. Думаю, половина мужчин этого мира готова положить к ее изящным ножкам все сокровища и богатства другой половины.

— Моя любимица, Ангелина по прозвищу Черная Вдова, — с удовольствием представила девушку моя собеседница. — Убила трех своих мужей, не говоря уже о дюжине любовников. Богата до неприличия и умна до безобразия. Чисто работает. Следователям ни разу не удалось доказать ее вину. Проблема в том, что спускаясь с лестницы в своем загородном поместье, она подвернула ногу и упала. Теперь балансирует на грани жизни и смерти, поддерживаемая лекарями и проклинаемая родней погубленных мужей. Как тебе, нравится?

— Она, безусловно, очень красива.

— Не спеши с выбором. Смотрим следующую.

Чуть розоватая кожа лица с россыпью забавных веснушек, наивные голубые глаза в обрамлении светлых пушистых ресниц и ярко-рыжие волосы, мягкой волной укрывающие худенькие плечи. Воплощение молодости и невинности. Рядом с ней хочется чувствовать себя рыцарем и героем, сражаться со свирепыми драконами и осаждать неприступные крепости, лишь бы увидеть восторг и восхищение в глубине ее огромных глаз.

— Вижу, ты оценила. Очень талантливая девочка. Получила блестящее образование на кафедре зельеварения в Королевской Академии Магии. Превзошла всех своих учителей в изготовлении сильнодействующих ядов. Мариэтта по прозвищу Тихая Мэри. Убивает красиво и незаметно. На ее счету уже 13 человек. Один из моих лучших бизнес-проектов! Но вот беда, ее подкосила гибель собственного отца. Бедняга попал под колеса омнибуса. Уже два месяца она не появляется в своей лаборатории и забросила перспективные разработки. Присмотрись к ней. Молода, красива, состоятельна, а теперь еще и без навязчивого родительского контроля.

Леди Смерть бросила на меня пристальный взгляд, ожидая реакции на свое щедрое предложение.

— Очень заманчиво, — неуверенно пробормотала я, не очень понимая, о каком-таком предложении вещает моя собеседница. — А можно вначале посмотреть все варианты?

— Молодец, практичность и хладнокровность — залог успеха! Вот, полюбуйся, последний вариант.

Картинка на экране вновь изменилась. Внимательные серые глаза, густые русые волосы с золотистым оттенком спелой пшеницы, очаровательные ямочки на щеках. Стройная фигура не лишена приятных округлостей. Она чуть старше своей предшественницы, уже не юная девушка, скорее молодая женщина. Хочется доверить ей свои тайны, поплакаться на округлом плече и спросить совета.

— Она прекрасна, не находишь? Не так ярка, как Ангелина с Мариэттой, зато не по годам мудра. Линнея по прозвищу Паучиха. Да-да, не смотри так изумленно. Виртуозно плетет свои сети и, поверь мне, поймала уже не одну жирную муху.

— А кто она?

— Она ростовщица, кроме того, содержит небольшой ломбард. Коллекционирует грязные и постыдные тайны. Отдает предпочтение письмам, бумагам и родовым знакам. Ее руки чисты от крови, но косвенно она разрушила многие и многие жизни.

— А в чем тогда ваша выгода? Мне казалось, вам нужны убийства.

— Узко мыслишь, дорогуша. Смерть человека дает мне сильнейший заряд бодрости и энергии. Но! — брюнетка подняла палец с острым ногтем. — Это единовременная акция. Если же человек испытывает ненависть, ужас, смятение, нервничает и трясется, то сила течет ко мне постоянно, пусть и крохотным ручейком. Для того, чтобы выполнять порученную работу, тебе необязательно убивать, достаточно держать на коротком поводке страха побольше глупых людишек. И я буду довольна.

— А если я не справлюсь?

— Справишься-справишься, уж поверь мне. Иначе тебе очень не понравится твоя вторая жизнь. К тому же, вселённая в чужое тело душа обычно плохо приживается. Эффект временный, но мне хватит, чтобы воплотить пару новых идей. Довольно болтать. Выбирай себе тело и судьбу. Кстати, Линнею отравили. Кто-то из клиентов. Если выберешь ее, будь осторожна.

Я задумалась, глядя на изображения девушек, таких красивых снаружи и таких отвратительных внутри. Какое из зол выбрать? Убийца, отравительница или процентщица? Я в любом случае не способна приносить людям вред, в каком образе я смогу подольше продержаться?

Хотелось вернуться к своей старухе Смерти и хорошенько встряхнуть костлявые плечи — куда закинула⁈

— Время вышло, кого выбрала? — Сильные пальцы больно сжали подбородок, вынуждая поднять голову и взглянуть в черные безумные глаза. И как только через стол дотянулась?

— Третий вариант, Паучиха, — быстро ответила, чтобы не передумать. Показалось, что с этим вариантом будет меньше всего проблем. Женщина явно взрослая и самодостаточная, а благодаря профессии всегда будут те, кто боится и ненавидит. Знай, репутацию поддерживай и спиной ни к кому не поворачивайся.

— Хороший выбор, милочка, — руки уже нормальной длины, проворные пальцы перебирают на столе документы. — Но, увы, неверный. Я подселю тебя в тело Ангелины, ее собственная душа уже рвет последние связующие нити. Договор готов, тебе осталось только поставить подпись.

Я забулькала, открывая и закрывая рот, как выброшенная на берег рыба. От возмущения у меня закончились все цензурные слова, а других я просто не знала в достаточном количестве.

— Погодите, вы с самого начала знали, что я стану этой вашей Черной Вдовой?

— Естественно, — лениво ответила ухмыляющаяся интриганка. — Вот здесь подпиши и приступай к своим обязанностям. Не хочешь же ты, чтобы такое красивое тело успело покрыться трупными пятнами. Твой счастливый свекор уже послал за храмовником.

— Но, но… зачем вы мне тогда других девушек показывали?

— Похвастаться хотела. Как-никак их успехи — моя заслуга. Ты мне зубы не заговаривай. Подписывай, или сразу развею. И будут потом твои атомы с молекулами локти кусать, что шансом на вторую жизнь не воспользовалась.

Откуда ни возьмись, в руках появилось остро заточенное воронье перо. Моргнуло желтым глазом, выпустило клюв и хватануло меня за палец. Алая кровь мгновенно наполнила полый стержень, и герой ночных кошмаров тут же успокоился, спрятав в блестящем оперении лишние части.

Дрожащей от пережитого ужаса рукой я вывела на белом листе кривую подпись. Даже в мелкий шрифт не вчитывалась, пульс стучал в ушах и не давал сосредоточиться.

— Классная задумка, правда? — довольная дьяволица помахала бумагой, чтобы кровь поскорее высохла, и споро убрала договор в ящик стола. — Почему-то безобидное перышко пугает всех гораздо сильнее, чем я сама или, скажем, другие мои помощники. А ведь стоило почитать текст для начала, стоило.

Неестественно длинные руки вновь протянулись над столом и крепко ухватили меня за уши. Не церемонясь, раскрутили в воздухе и швырнули в открытое окно.

Я только успела подумать о том, что выражение «душу вывернуть наизнанку» имеет вполне определенное значение, как сознание заволокла спасительная темнота.

Любящее окружение

Голова раскалывалась от боли, а во рту заняла прочные позиции шершавая засуха. Взбудораженные голоса у изголовья кровати, словно дрель вредного соседа, ввинчивались в виски и оставляли сквозные отверстия в многострадальной черепушке.

Откуда-то я знала, что тихий печальный голос принадлежит личному лекарю семьи Бэкрудов, а противный писклявый — моему дражайшему свекру.

Разговор был очень занимательным и напрямую касался моего хладного тела. Да-да, эти достойные во всех отношениях мужи активно обсуждали мою смерь, решая, где устроить прощание с молодой хозяйкой поместья и можно ли пригласить храмовника прямо в спальню.

Полежав еще немного, я все же открыла глаза и посчитала нужным обозначить и свою позицию в этом споре:

— Если вас интересует мое мнение, уважаемые, — проскрипела, еле ворочая сухим распухшим языком, — то я бы предпочла бассейн. Святому отцу не важные такие бытовые мелочи, а я смогу наконец напиться и умыться.

Мой слабый голосок был услышан и создал эффект разорвавшейся бомбы. Лекарь схватился за сердце и медленно опустился на прикроватный пуфик, не сводя с меня обалдевшего взгляда. Старший родственничек замер, молча открывая и закрывая рот. Его крысиное лицо вначале мертвенно побледнело, потом из глубин бархатного камзола неотвратимой волной поднялась краснота, постепенно затапливая худую шею с выпирающим кадыком, острый подбородок и впалые щеки. Я завороженно следила за тем, как этот пустой бокал наполняется выдержанным вином, и гадала, что же произойдет, когда насыщенный бордовый цвет дойдет до лысины. Может быть, я смогу полюбоваться и на обратный ход волны?

Увы. Томас Бэкруд довольно быстро пришел в себя и зашипел, некрасиво кривя узкие губы: