Читаем Национализм: теории и политическая история онлайн бесплатно
Национализм: теории и политическая история
Учебное пособие посвящено проблеме национализма как одного из важнейших явлений политической и социально-экономической жизни современного общества, его политической истории, теоретическому обоснованию и реальному воплощению в современном обществе. Авторы рассматривают национализм в ретроспективе его эволюции на протяжении двух последних столетий. В первых главах излагается история национализма, обсуждаются его концептуальные трансформации. Специальная глава посвящена сопоставлению теорий национализма, основных точек зрения и позиций известных исследователей. Национализм рассматривается в контексте основных идеологических парадигм современности: либерализма и консерватизма. Заинтересованному читателю будет также интересно узнать, как изменяется национализм в условиях глобализации, как он связан с социально-экономическими процессами, институциональными, культурными трансформациями, происходящими в современном обществе. Для студентов вузов, аспирантов, преподавателей политико-правовых, социально-экономических, гуманитарных дисциплин, а также для всех интересующихся политическими проблемами современности.
Серия: Учебники Высшей школы экономики
Татьяна Юрьевна Сидорина , Тимур Львович Полянников
Наука, Образование / ПолитикаВ современном мире идут процессы интенсивного взаимодействия различных народов и культур, национальные границы становятся все более открытыми. Практически в мире не осталось моноэтнических государств. Но наряду с этим наблюдаются и противоположные тенденции — усиливается национальное обособление и межнациональное противостояние. Конец прошлого и начало нынешнего веков — это время, когда заметно обострились этнические и религиозные противоречия во многих регионах и странах мира — на Балканах, в Индии и Пакистане, в Израиле и арабском мире, в Азии и Африке, многих бывших республиках СССР.
Все чаще высказываются предположения, что межэтнические конфликты, дополненные межрелигиозными противоречиями, станут одной из главных и глобальных проблем XXI в. Мы видим, что в первые годы наступившего тысячелетия это действительно и происходит. Например, обусловленный многими факторами рост терроризма в арабском мире вылился в беспрецедентное в новейшей истории нападение террористов на Нью-Йорк и Вашингтон в 2001 г. Продолжается борьба исламистов с их противниками в Палестине, Ираке, Афганистане, на Северном Кавказе и в Центральной Азии. Специалисты считают, что эти процессы имеют существенную национально-религиозную подоплеку.
Межнациональные проблемы существуют не только в странах «третьего мира», но и во вполне благополучных государствах Европы: Германии, Франции, Великобритании, Италии, Австрии, Швейцарии и др. В большой мере они связаны с тем, что в послевоенные десятилетия Западная Европа переживала массовую миграцию населения из стран южного Средиземноморья, Южной Азии и Африки. В течение длительного времени эта иммиграция поощрялась, поскольку промышленно развитые страны испытывали острый недостаток в рабочей силе. В результате в западноевропейских странах сегодня проживает большое количество семей мигрантов, их дети выросли в европейской среде (при этом они не всегда достаточно ассимилировались). Несмотря на то, что практически везде мигранты перешли на оседлое положение (получили гражданство и т.д.), многие из них сталкиваются с проявлениями различных форм дискриминации и ксенофобии. В обществах этих стран растут агрессивные националистические настроения, многие коренные граждане недовольны, что рядом с ними живут «чужие». Когда возникают трудности в связи с ухудшением экономической конъюнктуры, потерей работы и т.д., многие винят в этом мигрантов, ищут причины своих проблем в их присутствии.
В этой ситуации в странах Европы заметную популярность приобретают правые националистические и популистские партии и движения — Национальные фронты во Франции и Великобритании, Австрийская партия свободы и др. Подобные партии пользуются все большей популярностью у избирателей, требуя ограничения миграции, депортации мигрантов во имя сохранения национальных традиций и национальной культуры.
С другой стороны, мигранты (в особенности — молодежь) также не всегда ведут себя законопослушно и лояльно в отношении обществ-реципиентов. Наиболее показательной в этом отношении стала волна погромов, прокатившаяся в конце 2005 г. по столицам ряда стран Западной Европы (Франция, Германия, Бельгия и др.).
Современная Россия сталкивается со схожими проблемами. Российское общество всегда было и остается полиэтничным, однако в российской политической традиции явно присутствуют черты «национального государства», сформированного доминирующим русским этносом. При этом сегодня Россия быстро движется к тому состоянию, которое в западной научной литературе называют «иммигрантским обществом». И этот процесс, по оценкам многих специалистов, неизбежен. Объясняется это, прежде всего, очень низким уровнем естественного воспроизводства населения в России. Соответственно, не включив механизм миграции, практически невозможно изменить тенденцию к сокращению численности населения России.
Согласно демографическим прогнозам, к 2050 г. при самом плохом сценарии (когда сохраняется нынешний уровень рождаемости и смертности) число россиян сократится до 85 млн человек, т.е. почти в два раза, что, бесспорно, может серьезно сказаться и на экономическом росте, и на влиянии России в мире. Но даже самый благоприятный сценарий показывает, что население страны через полвека составит лишь около 110 млн человек. Поэтому (согласно расчетам демографов) для поддержания неизменной численности населения на протяжении 50 лет совокупный поток миграции в Россию должен составлять от 35 млн человек (примерно 690 тыс. в год) в случае наиболее благоприятного сценария, до 69 млн. (около 1,4 млн в год) при самой неблагоприятной динамике[1].
Уже сейчас Москва, другие большие города и некоторые регионы России постепенно превращаются в многонациональные сообщества, в которых доля иммигрантов непрерывно увеличивается. При этом в среде доминирующего в стране русского этноса националистические настроения усиливаются не только на бытовом, но и на политическом уровне. Лозунги вроде «Россия для русских», «Москва для москвичей», «Кубань для кубанцев» на массовом уровне получают все больший отклик. Так экономические и социальные проблемы пытаются объяснить — через механизм «замещения» — присутствием некоренного населения, мигрантов и т.д. О соответствующих сдвигах в массовом сознании говорят и успехи националистических партий и кандидатов (ЛДПР, блок «Родина» и др.) на федеральных и региональных выборах.
Все это свидетельствует о том, что сегодня феномен национализма отнюдь не утратил ни актуальности, ни остроты. Его исследованием занимаются ученые многих специальностей — политологи, социологи, социальные философы, историки, психологи. Соответствующую проблематику разрабатывают исследовательские группы, лаборатории, публикуются монографии, сборники статей.
Предлагаемое вниманию читателя учебное пособие посвящено проблеме национализма, его политической истории, современному состоянию и теоретическому осмыслению. Пособие предназначено для студентов, обучающихся на факультетах политологии, социологии, экономики, философии, истории, антропологии, а также для всех изучающих политологию в вузах.
Феномен национализма стал предметом научных исследований еще в XIX в. С тех пор в рамках социологии, политологии и других общественных дисциплин был предложен ряд интерпретаций (зачастую взаимоисключающих) таких ключевых понятий, как «этнос» и «нация», разработано множество теорий о природе и структуре соответствующей идентичности, о происхождении, фазах эволюции и типах националистической идеологии. Более того, на протяжении всего XX в. параллельно с научными исследованиями развивался и сам их предмет — нации и национализмы. Соответственно научные исследования часто испытывали искажающее политическое воздействие. Поэтому, приступая к описанию многообразия теоретических представлений о национализме, очень важно ясно понимать и тот политический контекст, в котором происходило их формирование.
Проблема влияния на политические явления и процессы факторов, которые принято относить к «этнокультурным феноменам», издавна привлекала внимание социальных мыслителей и ученых. Еще древнегреческие философы и историки рассуждали о «природных свойствах» эллинов и варваров, чем объясняли различия в распространенных у тех и других формах государственного устройства. Однако накопление этнографического и сравнительно-исторического материала в ходе развития науки подталкивало к детальному анализу связей и отношений в различных обществах между политическими феноменами (такими, как типы и формы власти, специфические особенности политических систем и режимов, государственные идеологии), а также социокультурными и психологическими характеристиками соответствующих этнонациональных общностей (традиционная этика и менталитет, религиозное и культурное своеобразие). В современной науке данное направление исследований названо «этнополитологией», или «этносоциологией»[2].
В рамках комплекса социальных наук (к которым относят историю, культурологию, социологию, политологию, некоторые разделы экономики и психологии) уже накоплен большой фактический материал по данной проблематике, разработаны терминология и различные теоретические концепции.
Особое внимание в этнополитологических исследованиях уделяется феномену «национализма». Этот феномен сравнительно молод по историческим меркам. Согласно общепринятым представлениям, нации и национализм в их современном понимании возникают в Западной Европе не ранее XVIII в., а в других регионах мира и того позже. Соответственно с исторической точки зрения процесс формирования наций еще далеко не завершен и ученым рано подводить его итоги, в том числе и в политической сфере.
Однако важность и необходимость изучения соответствующей проблематики диктуется тем влиянием, которым национальные государства и соответствующие идеологии пользовались в XIX—XX вв. и продолжают пользоваться по сей день. Национальные государства до сих пор остаются основными структурными элементами глобальной политической архитектуры. Более того, по мнению многих политиков и политологов, влияние этнонациональных факторов на различные стороны жизни современных обществ в ближайшие годы и десятилетия будет только возрастать.
Политическое значение национализма, в особенности на современном этапе исторического развития, сложно и неоднозначно. Исследователи этого феномена отмечают: «В силу специфического происхождения наций, наличия в поведении принадлежащих к ним людей множества предрассудков, иррациональных мотиваций, ложных оценок и установок национализм выступает как крайне неоднозначное и противоречивое политическое явление»[3]. Как свидетельствует исторический опыт, в XX в. именно с реализацией принципов и целей националистических движений были связаны наиболее масштабные репрессии и акты геноцида, во имя национальных интересов были развязаны две мировые войны, а требования национального суверенитета привели к распаду нескольких крупных многонациональных государств.
Таким образом, в круг исследований национализма неизбежно включается вся тематика этноконфликтологии, в рамках которой изучаются причины, ход и последствия межнациональных столкновений, разрабатываются технологии ненасильственного урегулирования или политического снятия соответствующих противоречий. В русле подобных исследований встает вопрос и о факторах, детерминирующих рост националистических настроений и то или иное их политическое оформление.
Причины жизнеспособности национализма в современных условиях чрезвычайно разнообразны. При этом они сильно различаются в зависимости от условий конкретного региона или страны, международного контекста, текущего исторического периода и т.д. Однако существуют и некоторые общие факторы, в той или иной степени действующие во всех социальных ситуациях, порождающих массовую националистическую реакцию.
В связи с этим известный российский социолог Г.Г. Дилигенский отмечал, что в современном мире националистическая или национал-государственная ориентация выражает определенную систему политических предпочтений. Ее источниками являются: протест против национального неравноправия и стремление наций или этносов, не имеющих собственного государства, к независимости; угроза, реальная или воображаемая, национальной независимости и интересам со стороны других государств; межнациональные конфликты из-за спорных территорий; культурная экспансия извне, грозящая подорвать национальную идентичность; иммиграция представителей других национально-расовых групп, обостряющая конкуренцию за рабочие места и вносящая элементы «чужой» культуры в жизнь нации; особо высокий экономический статус национальных меньшинств (например, китайцев в ряде стран Юго-Восточной Азии); великодержавные амбиции и милитаристские тенденции, за которыми стоят прагматические интересы определенных социальных групп. Однако национализм распространен и в тех странах и социальных слоях, которые не вовлечены в такие конфликты и интересы или в жизни которых они не играют большой роли[4].
Таким образом, социально-политическая реальность конца XX — начала XXI вв. определяет актуальность и политическую злободневность изучения феномена национализма. При этом гуманистически ориентированных политологов, социологов и психологов особенно настораживает и побуждает к глубокому и тщательному исследованию соответствующего проблемного поля именно деструктивный аспект современных политических проявлений национализма.
? Мировое политическое развитие в последнее десятилетие XX в. было полно неожиданностей и преподнесло немало сюрпризов, зачастую неприятных не только простым гражданам, но и специалистам-обществоведам. Серия «бархатных революций» в Европе, распад Советского Союза и социалистического содружества, крушение биполярного мира и формирование нового глобального порядка под патронажем США, рост политического могущества транснациональных корпораций и усиление влияния средств массовой информации, возникновение и стремительное распространение антиглобалистского движения, превращение религиозного фундаментализма и терроризма в ключевые факторы международных отношений... Все эти процессы не соответствовали теоретическим представлениям, которые к концу 1980-х гг. устоялись и приобрели характер доминирующих стереотипов в политологии, истории, социологии и других общественных науках.





