Читаем История Азерота онлайн бесплатно

Никто точно не знает, как именно все началось. Все свидетели, сколько их ни было, уже ничего никому не расскажут. В последнее время в Азероте популярна теория Большого Бума — не иначе, с подачи гоблинских ученых. Ушастые профессора утверждают, что сначала все было Очень Пусто и Темно, но внезапно раздался оглушительный взрыв, миры разлетелись, как бильярдные шары, — и все завертелось. «Впрочем, возможно нас всех сотворил Единый Гоблин», — тут же скромно добавляют они.

Долго вертелись миры елочными игрушками среди пустоты, и эхом среди них гулял грохот взрыва. Казалось, все готово устаканиться, но тут на шум неизвестно откуда вышли гигантские существа. Сияющие звезды отражались на их металлических телах. Это были роботы, хотя в те времена они предпочитали именовать себя титанами.

Они с ворчанием смели астероиды в кучу, прибрались среди планет, вылепили на них горы и моря, надышали атмосферу — где кислородную, а где и метановую.

Во вселенной стало заметно чище. Но второй закон термодинамики не обмануть. Существа из мира энтропии и хаоса, прозванного титанами Искаженным Нижним Миром, грозили свести на нет все усилия железнокожих. Демоны из Нижнего Мира больше всего на свете не любили чистоту и порядок, норовя наследить и нагадить везде, где только можно: «Ненавижу добрые дела! А навижу темные делишки!»

Но титаны — народ работящий. Такова уж их титанская доля. Назойливые тварюшки везде и всюду получали хороший отлуп.

Демонов не выгнать насовсем — они всегда найдут щель в заборе, чтобы вновь оказаться там, куда их не звали. Очень скоро надоедливые твари довели титанов до ручки. И тогда собрался, громыхая шарнирами, железный пантеон и начал искать крайнего.

Крайний нашелся быстро — титаны вытолкнули из своих рядов простого бронзового робота по имени Саргерас.

— Вот ты у нас и будешь ответственным за демонов. Распишись, получи метлу и иди.

— Почему я? — возмутился бронзовый парень.

— Потому что так надо. Потому что демоны достали всех хуже тараканов, а ты у нас самый сильный. Потому что партия приказ отдала. Что нужно сказать?

— Слава роботам... — без энтузиазма промямлил Саргерас и принялся за безнадежную работу в одиночку.

Тысячи лет охотился Саргерас на демонов и выметал их в Нижний Мир. Это была легкая, но очень скучная и бессмысленная работа. Демонов не становилось меньше. Больше всего бронзового великана беспокоила шайка колдунов эредар, которая заселяла миры, свинячила там, обращала всех обитателей в демонов и уходила в закат. Видя кучи оставшихся после эредар окурков, битых бутылок и шприцев, Саргерас то и дело впадал в глубокую депрессию.

Другая вооруженная группировка, называющая себя «натрезимы», развлекалась тем, что сеяла во всех попавших под руку мирах глупое, злое, мимолетное. И население оказавшихся под дурным влиянием планет вдруг поголовно начинало размахивать шашками и лихо ходить в кавалерийские атаки друг на друга. Когда Саргерас увидел эти безобразные братоубийственные войны, с ним случился нервный срыв: он долго бегал кругами, хватался за бронзовую голову, выкрикивал неприличные слова и жаловался всему миру на несправедливость титанов:

— Это просто нечестно! С моей впечатлительной натурой, с моей тонкой душевной организацией я должен был родиться поэтом. А кем стал? Уборщик! Скромный. Никому не нужный! Никем не любимый уборщик. Саргерас — уборщик!

Но некому было выслушать жалобы бронзового воина — все титаны как раз ушли смотреть соревнования роботов-гитаристов.

— Кому вообще нужен этот порядок? Ломать — не строить. Вселенную все равно ждет тепловая смерть, а значит, моя работа попросту никому не нужна! Ну да ничего. До сих пор вы меня знали с хорошей стороны. Теперь вы узнаете меня с плохой стороны!

Сказав эти исторические слова, Саргерас дезертировал. Обнаружив брошенную метлу, титаны пожали плечами и вычеркнули бронзового из зарплатной ведомости. Долго бродил бунтарь по дальним закоулкам Вселенной и продолжал кипятиться, раскаляясь все больше и больше. Вскоре он походил уже не на бронзового робота, а на ходячую мартеновскую печь. «Что это за звезда бродит там, вдали?» — спрашивали друг друга беспечные титаны, еще не зная, сколько головной боли доставит им робот-уборщик.

А Саргерас вытряхнул из мусорного мешка эредаров с натрезимами и выстроил демонов перед собой неровным каре. Поначалу ошалевшие от такого обращения существа даже не признали в пылающем расплавом титане бывшего уборщика.

— Равняйсь! Смирно! Отныне я ваш главнокомандующий! — сразу же взял быка за рога титан. Он выдержал мхатовскую паузу и продолжил:

— Товарищи демоны! Я как есть сделаю из вас настоящее войско. Будете вы лучшей армией этой вселенной — только бы дело не посрамить — то-то оно, дело-то! Как есть одному без другого никак не устоять. Надо, значит, идти — вот и весь сказ, такая моя командирская зарука.

Зорким взглядом робот осмотрел ряды демонов и нашел самого приличного на вид:

— Имя!

— Кил-Джаеден по кличке Обманщик, товарищ начальник, — с ленцой ответил демон.

— Пойдешь набирать мне армии. Обманешь — рога на хвост натяну.

— По рукам, товарищ начальник.

— А тебя как зовут, маленькое вонючее существо?

— Архимонд Грязный, сэр! Так точно, сэр!

— Поведешь мои войска в бой. С таким командиром, как ты, они не заблудятся — достаточно идти на запах.

— Сэр-есть-сэр!

Демоны поселились в казармах. Начались тренировки. Саргерас, который полностью вжился в роль Темного Владыки, нещадно гонял их по планетам, заставляя хором распевать боевую песню: «Мы титанов победим! И повсюду наследим!»

Кил-Джаеден был строго-настрого предупрежден насчет любых попыток обмануть Саргераса. Политработа дала результаты: демон не схалтурил, а действительно привел из дальних рубежей вампиров, повелителей ужаса, готовых пойти на службу к новому темному владыке. Обрадованный Саргерас создал из вампиров секретную разведслужбу, занимавшуюся поиском примитивных миров и подготовкой их к вторжению. «Пятая вампирская колонна» работала как часы, и лучшим штирлицем среди новеньких оказался кровожадный Тихондрий Темный.

Отличился и грязнуля Архимонд, с удовольствием взяв на себя роль полководца несметного воинства Тьмы. Но он не стал полагаться на вампирские спецслужбы, а втайне создал собственную службу безопасности под руководством простого и грубого Маннорота Разрушителя.

Вскоре под ружьем у Саргераса оказалось огромное, хорошо выученное и вымуштрованное демоническое войско. Во вселенской пустоте рогатые создания жались друг к другу и жгли на привале костры, попыхивая трубками (так они неловко подражали огненной внешности своего предводителя). Рассматривая бесконечные ряды костров, протянувшихся на много парсеков окрест, бронзовый робот надолго задумался. И, наконец, гаркнул:

— Будете вы у меня Пылающим Легионом!

Наутро Легион отправился в первый поход.

Пока дальние миры один за другим склонялись перед мощью Саргераса, не знающие телеграфа титаны продолжали увлеченно лепить из планет куличики. Азерот был одним из попавшихся им в ту пору под руку планетоидов.

— Раз, два — взяли!

— Постойте, постойте! — раздался голос откуда-то снизу. — Вообще-то мы тут живем и терраформеры не заказывали!

Присмотревшись, удивленные роботы обнаружили, что необитаемую на первый взгляд планету населяют стихийные духи, которым совсем не нравится смотреть на мелькающие в небе железные рожи. У духов уже были свои старые добрые боги стихий. Этот факт ничуть не смутил титанов:

— Нас это не волнует — уплочено. Вообще-то, план реструктуризации планеты уже двести лет висит в нашем учреждении, и у вас было время подать апелляцию.

Программа есть программа, пятилетний план священен. Новая планета должна быть стерилизована — и роботы быстро устроили старым богам рагнарек, попрыскав на планету инсектицидом. Досталось всем — огненному Рагнаросу, каменной Теразэйне, воздушному Аль-Акиру и морскому Нептулону. Все они подняли лапки кверху, подчиняясь грубой силе и космическим бульдозерам.

— То-то же, — назидательно сказали титаны, засунули старых богов в морилку, сушилку, распрямилку и затолкали глубоко под землю молодого Азерота. Обезбоженный мир был готов к глобальной уборке и заселению по плану.

Из ожившего камня роботы создали расу Земных, пересыпали всю популяцию нафталином и сложили в дальней пещере, наказав морским великанам присматривать за складом. Пока великаны вникали в суть приказа, роботы взялись за изготовление фьордов, равнин и горных хребтов единственного континента. Чтобы не ходить далеко за драгоценной энергией, роботы, не мудрствуя лукаво, вырыли Колодец Вечности и наполнили его качественной высокооктановой магией.

Мы точно не знаем, что случилось потом. Может быть, титаны оставили колодец в Азероте специально, может, просто забыли зарыть, уходя к другим мирам. Но факт остается фактом — напитавшаяся магией земля быстро наполнилась фауной и флорой.

Титаны уходили из переделанного мира ночью, когда тьма, пришедшая с востока, в очередной раз спустилась на их творение. И как настоящие романтики, они назвали континент «землей вечного звездного света».

По-нашему — Калимдор.

Но, покидая Азерот, роботы не оставили его без присмотра. Ручные боевые драконы остались на планете в качестве ограниченного контингента прогрессоров, представляя в Калимдоре централизованную власть, полномочия, и прочая, и прочая.

Огромные, мощные и очень злые, они барражировали над Калимдором, выслеживая и вынюхивая крамолу. И начальниками над драконьей армией поставили пятерых Великих драконов. Молодцы, чудо-богатыри, один краше другого.

Чешуя Ноздорму, домашнего дракона, в свое время принадлежавшего главному титану Аман-Тулу, отливала бронзой. Мелочью Ноздорму не занимался. Он сторожил судьбы мира и само время, чем и заслужил прозвище «Вечно опаздывающий».

Драконесса Алексстраза предпочитала всем цветам красный, издали напоминала летающий «Феррари» и отвечала за жизнь всех существ Азерота. Она спасала выпавших из гнезда птенцов, снимала с деревьев кошек и в благодарность единственная среди драконов получила королевский титул (который, впрочем, ничего существенного не означал).

Зеленая Изера работала по растительной части. Но в небесах Азерота ее никогда не видели — а все потому, что Изера очень любила задать храпака и не вылезала из своей пещеры, умудряясь следить за тропическими лесами прямо во сне. Само собой, ее прозвали «Соней» и никак иначе.

Четвертым цветным драконом был Малигос, маг — его всегда узнавали по характерной цианозной синеве. Он ничем особо не занимался — летал, пускал от нечего делать шутихи с петардами и стерег магические тайны. Бездельничал и Нельфарион, стильный черный дракон, которого поставили ответственным за землю.

Желающих утащить целый Калимдор пока что не было, так что Нельфарион вместе с Малигосом вечно пропадали в кабаках. Изера спала, Алексстраза носилась от гнезда к гнезду, а Ноздрому сторожил каждую секунду, хотя на время тоже никто не покушался.

До вторжения Пылающего Легиона оставались считанные столетия.

Оставленный титанами Колодец Вечности не только стал источником жизни для всего Калимдора — он неудержимо привлекал к себе стаи мелких млекопитающих. Вскоре стало ясно, что он действует на них точно так же, как и кларковский Черный Обелиск. Животные быстро спустились с деревьев, встали на задние лапы и обернулись гуманоидами — дикими, но симпатичными. Быстрая эволюция не прошла для них даром, атавизмы давали о себе знать, и уши первой разумной расы (не считая складированных в пещерах Земных) так и остались заостренными. Зато во всем остальном дикари оказались просто красавцами — высокие, бессмертные, ладно скроены, ловко слеплены.

Ночные эльфы (а это, как вы догадались, были именно они) по неизвестной причине полюбили звезды и назвали себя Кальдорей, «дети звезд». Эльфы быстро сообразили, в чем сила. Вся из жизненная энергия подпитывалась из Колодца, и поначалу эльфы строили свои первые города только вокруг него. Первая религия новой расы уподобляла зеркальную гладь Колодца луне на небесах, а жрецы учили простых эльфов тому, что днем сама богиня Элуна отдыхает от ночных прогулок по небосводу. Эльфы верили и продолжали исследовать магические свойства неисчерпаемого источника жизни.

Быстро распространяясь по Калимдору, эльфы вскоре набрели на драконов, чем немало их удивили. Проигнорировала ушастых ливингстонов только Изера — она спала, и ей ни до чего не было дела. Остальные драконы собрались и решили покамест считать эльфов безвредными чудаками.