Читаем Лотосовый Терем (СИ) онлайн бесплатно

Annotation

Улыбчивый хозяин "Благого лотосового терема" Ли Ляньхуа известен в цзянху как чудесный целитель, способный воскрешать мёртвых, однако больше о нём никто ничего и не знает. Обладая исключительной наблюдательностью и острым умом, он ввязывается в расследования самых разных загадочных убийств, в которых, казалось бы, замешана нечистая сила: зловещие изумрудные призраки парят за окном, на снегу возле императорской гробницы находят обезображенные тела... И давно похороненное прошлое начинает понемногу просачиваться в его нынешнюю жизнь...

Пролог. Изумрудные призраки в окне

Глава 1. Благой лотосовый терем

Глава 2. Благой лотосовый терем

Глава 3. Благой лотосовый терем

Глава 4. Благой лотосовый терем

Глава 5. Благой лотосовый терем

Глава 6. Благой лотосовый терем

Глава 7. Благой лотосовый терем

Глава 8. Могила первого ранга

Глава 9. Могила первого ранга

Глава 10. Могила первого ранга

Глава 11. Могила первого ранга

Глава 12. Могила первого ранга

Глава 13. Могила первого ранга

Глава 14. Могила первого ранга

Глава 15. Могила первого ранга

Глава 16. Могила первого ранга

Глава 17. Смертоносное свадебное платье

Глава 18. Смертоносное свадебное

Глава 19. Смертоносное свадебное платье

Глава 20. Смертоносное свадебное платье

Глава 21. Смертоносное свадебное платье

Глава 22. Смертоносное свадебное платье

Глава 23. Пение сутр, пламя

Глава 24. Пение сутр, пламя

Глава 25. Пение сутр, пламя

Глава 26. Пение сутр, пламя

Глава 27. Пение сутр, пламя

Глава 28. Пение сутр, пламя

Глава 29. Пение сутр, пламя

Глава 30. Однорукий призрак

Глава 31. Однорукий призрак

Глава 32. Однорукий призрак

Глава 33. Однорукий призрак

Глава 34. Однорукий призрак

Глава 35. Однорукий призрак

Глава 36. Однорукий призрак

Глава 37. Совет знаменитых врачевателей

Глава 38. Совет знаменитых врачевателей

Глава 39. Совет знаменитых врачевателей

Глава 40. Совет знаменитых врачевателей

Глава 41. Совет знаменитых врачевателей

Глава 42. Слеза Гуаньинь

Глава 43. Слеза Гуаньинь

Глава 44. Слеза Гуаньинь

Глава 45. Слеза Гуаньинь

Глава 46. Слеза Гуаньинь

Глава 47. Слеза Гуаньинь

Глава 48. Слеза Гуаньинь

Глава 49. Провал

Глава 50. Провал

Глава 51. Провал

Глава 52. Провал

Глава 53. Женский дом

Глава 54. Женский дом

Глава 55. Женский дом

Глава 56. Женский дом

Глава 57. Вышитая человеческая кожа

Глава 58. Вышитая человеческая кожа

Глава 59. Вышитая человеческая кожа

Глава 60. Вышитая человеческая кожа

Глава 61. Вышитая человеческая кожа

Глава 62. Гроб Лун-вана

Глава 63. Гроб Лун-вана

Глава 64. Гроб Лун-вана

Глава 65. Гроб Лун-вана

Глава 66. Гроб Лун-вана

Глава 67. Гроб Лун-вана

Глава 68. Охотничья деревня

Глава 69. Охотничья деревня

Глава 70. Охотничья деревня

Глава 71. Охотничья деревня

Глава 72. Охотничья деревня

Глава 73. Охотничья деревня

Глава 74. Охотничья деревня

Глава 75. Повесть о повешенной свинье

Глава 76. Повесть о повешенной свинье

Глава 77. Повесть о повешенной свинье

Глава 78. Повесть о повешенной свинье

Глава 79. Повесть о повешенной свинье

Глава 80. Бумажная пагода блаженства

Глава 81. Бумажная пагода блаженства

Глава 82. Бумажная пагода блаженства

Глава 83. Бумажная пагода блаженства

Глава 84. Бумажная пагода блаженства

Глава 85. Бумажная пагода блаженства

Глава 86. Бумажная пагода блаженства

Глава 87. Бумажная пагода блаженства

Глава 88. Бумажная пагода блаженства

Глава 89. Бумажная пагода блаженства

Глава 90. Бумажная пагода блаженства

Глава 91. Запятнанный кровью меч

Глава 92. Запятнанный кровью меч

Глава 93. Запятнанный кровью меч

Глава 94. Запятнанный кровью меч

Глава 95. Запятнанный кровью меч

Глава 96. Встреча на Восточном море

Глава 97. Встреча на Восточном море

Глава 98. Встреча на Восточном море

Глава 99. Встреча на Восточном море

Лотосовый терем

Пролог. Изумрудные призраки в окне

Город Чанчжоу, постоялый двор “Сяо-мянь”.

Ночь семнадцатого дня шестого лунного месяца, третья ночная стража.

Чжу-Цюэ (красная птица) дух-покровитель юга

Третья ночная стража — время с 11 часов до 1 часа ночи

Чэн Юньхэ, начальнику охранного отряда “Журавлиный клин”, было поручено доставить шестнадцать сундуков с драгоценностями. Он провёл в пути два спокойных дня. Однако стоило устроиться на ночлег, как его охватила тревога — заснул он быстро, но его сон резко прервался непонятно от чего.

В кромешной тьме комнаты царила тишина.

За окном… слышалось пение.

Время от времени раздавался неясный голос, как будто кто-то пел, и вроде бы пел старательно, но мелодия казалась странной… словно… у поющего был отрезан язык.

Он открыл глаза, посмотрел на окно напротив кровати.

В непроглядной тьме слабо мерцали размытые изумрудные точки, то дальше, то ближе — причём только за окном напротив его кровати.

Пение удалялось, уже нельзя было разобрать, что за жалобную песню пел тот человек с отрезанным языком…

Он практиковал боевые искусства уже 40 лет, и пусть его слух и зрение не были лучшими в цзянху*, однако и худшими их не назовёшь. И… голос этот принадлежал не человеку.

Цзянху — дословно “реки и озера”, мир за пределами государственной власти

Ветер свистел в щелях неплотно закрытого окна. Он уставился на мерцающие зелёные огоньки — и ему в голову впервые за всю жизнь пришло слово “призрак”.

Глава 1. Благой лотосовый терем

Белое солнце в синем небе, мирные времена.

Городок Пиншань — ничем не примечательное местечко, здесь нет ни редкостных сокровищ, ни прекрасных пейзажей, ни выдающихся деятелей. Как и во многих краях цзянху местные жители несколько скучноваты, земля даёт не слишком хороший урожай, река грязновата, а тем для разговоров после еды… настолько мало, что как только появляется хоть какая-то, все долго обсуждают её взахлёб — тем более, недавнее удивительное происшествие.

А случилось вот что: восемнадцатого числа шестого лунного месяца, когда жители высыпали из домов, чтобы подмести пороги, вдруг обнаружили на прекрасно знакомой им улице возникшее из ниоткуда двухэтажное здание. Дом был высоким, в нём совершенно точно могли жить люди — и жить весьма просторно. Он был построен полностью из дерева и украшен удивительно тонкой и изысканной резьбой, и даже слепой мог бы понять на ощупь — резьба изображала цветы лотоса и предвещающие счастье облака.

За пересудами пролетело полдня, когда благодаря чьему-то зоркому глазу, наконец разгадали внезапное появление здания: оказывается, оно изначально не имело фундамента и не стояло на земле… одним словом, дом привезли на телеге на улицу Пиншаня и установили там. Люди цокали языком от удивления, но не понимали, зачем кому-то под покровом ночи перетаскивать на улицу целый терем, неужели это будет храм Земли? Но говорят, храм Земли уже долгое время находится в упадке, и там не зажигают благовония…

Новость обсуждали три дня, пока не вернулся человек из охранного отряда — только завидел дом, как перепугался и заорал во всё горло: “Благой терем!” — а потом даже домой не зашёл, развернулся и убежал с безумными криками “Благой терем!”. Здание тут же посчитали домом с призраками, один взгляд на которое может свести с ума.

Прошло ещё семь дней, весь охранный отряд вернулся в Пиншань, и тогда люди узнали, что никакой это не дом с призраками.

Мало того, это было благое здание, чрезвычайно благое.

“Благой лотосовый терем” был домом лекаря.

Фамилия хозяина была Ли, а звали его Ляньхуа.

Ляньхуа — «цветок лотоса»

Что за человек был Ли Ляньхуа? Вообще-то в цзянху его никто не знал. Неизвестно было ни из какой он школы, ни его мастерство владения боевыми искусствами, ни возраст, неизвестно было даже красив он или уродлив — этот человек появился в цзянху шесть лет назад и совершил всего два поступка, которые сделали “Благой лотосовый терем” самой любопытной легендой.

Ли Ляньхуа совершил две вещи: во-первых, вернул к жизни получившего смертельное ранение в дуэли первого из сильнейших* по литературе Ши Вэньцзюэ по прозвищу “Учащийся до седин”, который был уже похоронен и покоился в земле несколько дней. Во-вторых, вернул к жизни упавшего со скалы, переломавшего все кости и разбившегося насмерть великого героя Хэлань Те, также пролежавшего в земле много дней.

Первый из сильнейших — победитель на столичных экзаменах, первый кандидат на высокую должность

Только благодаря этим двум свершениям Ли Ляньхуа стал человеком, с которым в цзянху мечтают познакомиться и подружиться, а диковинный передвижной дом делал его ещё более обсуждаемой легендой.

Начальник “Журавлиного клина” во главе всего отряда, подстёгивая лошадей, прибыл в Пиншань, совершил омовение, воскурил фимиам, и через три дня с трепетом направился к дому, украшенному резьбой по наньму*, поклониться в знак вежливости и вручить визитный листок: у начальника “Журавлиного клина” Чэн Юньхэ имелся серьёзный повод для встречи.

Наньму — китайский лавр

Визитный листок пришлось бросать в щель между окном и рамой.

Весь охранный отряд в пятьдесят человек сопровождал Чэн Юньхэ, словно в тереме выносил приговоры сам Яньло-ван*. Вскоре дом, в котором было так тихо, словно никто в нём и не жил, заскрипел. Весь отряд “журавлей” затаил дыхание, даже прохожие замерли в напряжении, с вытаращенными глазами ожидая, что же за чудище выйдет из дома.

Яньло-ван — в китайской мифологии владыка подземного мира

Деревянные двери распахнулись, а не медленно приоткрылись, как ожидала собравшаяся толпа.

Двери хлопнули, взметнув облако пыли прямо в лицо Чэн Юньхэ, кто-то внутри ойкнул и извиняющимся тоном произнёс: “Надо бы прибраться, даже гостей не заметил, стыдно-то как…”

“Журавли”, с ног до головы в опилках и пыли, с изумлением наблюдали, как в дверях появился человек с веником, к которому прилип ярко-красный листок. Он был молод, не старше двадцати восьми лет, а если бы не серые залатанные одежды, то мог бы выглядеть ещё моложе, кожа его была белой, а черты лица — изящными, но красоту его нельзя было назвать несравненной, которую раз увидишь и не забудешь. В правой руке он держал веник, а в левой — совок, и с извиняющимся видом смотрел на всю толпу, собравшуюся перед дверьми.

Чэн Юньхэ негромко произнёс:

— Прошу господина Ли, Ли Ляньхуа, о встрече. У вашего покорного имеется серьёзное дело, которое следует обсудить.

Молодой человек в серых одеждах опустил веник.

— Я и есть Ли Ляньхуа.

У Чэн Юньхэ глаза полезли на лоб и отвисла челюсть, прохожие уже подумывали, не закинуть ли ему в рот три-пять яиц. Наконец он закрыл рот и закашлявшись выдавил:

— Премного наслышан о господине Ли… — Он не знал, как начать следующую фразу, поскольку изначально старательно написал всю речь на визитном листке — который ныне застрял в венике Ли Ляньхуа.

— Ах, как неловко… — сказал Ли Ляньхуа. — В моём скромном жилище столько мусора… — Он жестом пригласил Чэн Юньхэ зайти в дом и присесть.

Внутри “Благой лотосовый терем” и вправду был завален хламом: здесь валялись молоток, пила и топор, тряпки для пыли и веник, всё было покрыто опилками и слоем пыли, ещё стояло несколько сундуков неизвестно с чем, в передней был только один стол и один стул из бамбука, не дороже двадцати медяков. В душе Чэн Юньхэ зародились сомнения, но у “Благого лотосового терема” была такая репутация, а этот человек в серых одеждах сидел здесь, так что он не смел усомниться в его подлинности — оставалось только почтительно сесть напротив Ли Ляньхуа и от начала до конца поведать обо всех страшных происшествиях, с которыми он столкнулся полмесяца назад.

Та ночь, третья ночная стража, постоялый двор “Сяо-мянь”.

Когда Чэн Юньхэ проснулся посреди ночи и обнаружил, что за окном мерцают изумрудные тени, а снаружи доносится странное пение, в голове у него тотчас возникло слово “призрак”, но он сам же прыснул от смеха — проскитавшись по белу свету больше двадцати лет, в призраков он не верил. И тут из соседней комнаты, где остановился первый ученик, раздался истошный крик. Чэн Юньхэ испугался и поспешил туда. Его первый ученик Цуй Цзянькэ тоже увидел зелёные призрачные тени за окном, поднялся проверить товар, распахнул сундук с ненарушенной печатью, но оказалось, что товар пропал без следа — виденные во время перевозки сокровища словно обрели крылья и улетели. Но не это заставило Цуй Цзянькэ, доставлявшего грузы более десяти лет, закричать от ужаса, настолько небывалый вопль у него вырвался потому, что в сундуке не только не было товара — внутри лежал необработанный камень, весь покрытый кровавыми отпечатками пальцев.

Эти отпечатки выглядели, как будто кто-то спешил выбраться из запечатанного сундука, но не мог его открыть, однако внутри, очевидно, никого не было. Посреди ночи за окном парили зелёные призраки, слышались странные прерывистые звуки, да ещё в сундуке обнаружились кровавые отпечатки — тут и Цуй Цзянькэ, больше десятка лет бродившему по свету, немудрено закричать от страха. Чэн Юньхэ, дрожа от гнева, приказал подчинённым открыть сундуки. В десяти из шестнадцати действительно находились жемчуга и драгоценные камни, каждый — редкостной ценности, но шесть оказались пусты — в одном были кровавые отпечатки, в трёх — таблички для поминовения усопших, что же касается двух оставшихся — в одном лежал только бугристый камень, а в другом, ко всеобщему ужасу — мёртвое тело.

Тело принадлежало юной девушке в белых одеждах, чьё прелестное лицо перед смертью исказилось в гримасе ужаса.

При виде трупа лица Чэн Юньхэ и Цуй Цзянькэ исказил ещё больший ужас: девушку в белых одеждах в цзянху знали. Это была дочь градоначальника улиньского* Нефритового города — Юй Цюшуан, по прозвищу “Острый меч осеннего инея”. Градоначальник Нефритового города, Юй Мулань господствовал над юго-западным горным регионом, монополизировал добычу нефрита в горах Куньлуня, стал самым богатым человеком в Улине, и все в Поднебесной знали, что он души не чает в дочери. Как Юй Цюшуан могла оказаться мёртвой в сундуке, перевозимом никому не известным отрядом “Журавлиный клин”?

Улинь — сообщество, мир мастеров боевых искусств

В других комнатах постоялого двора “Сяо-мянь” поднялся переполох, и в мгновение ока десятки людей вломились в комнату Цуй Цзянькэ, все перепуганные и бледные.

Чэн Юньхэ к этому времени догадался, что Юй Цюшуан тоже остановилась в “Сяо-мянь”. В то время, как сопровождавшие её шестьдесят воинов в испуге проснулись из-за изумрудных призрачных теней, близкая подруга Юй Цюшуан, Юнь Цзяо, вдруг заметила, что Юй Цюшуан исчезла без следа, её начали повсюду искать, а в итоге обнаружили мёртвой у Чэн Юньхэ в сундуке с товарами!

На протяжении полумесяца весь Улинь стоял на ушах, обсуждая “убийство с зелёными призраками за окном”. Юй Мулань был раздавлен горем по беспричинно погибшей обожаемой дочери и в гневе приказал покончить с собой почти всем воинам, кто сопровождал Юй Цюшуан в ту ночь, а также издал указ, чтобы изловить и убить весь “Журавлиный клин”. Чэн Юньхэ ничего не оставалось, как забрать из дома старых и малых, распустить отряд и спасаться бегством, как вдруг он услышал новость о “Благом лотосовом тереме”.