Читаем Время растущего льда онлайн бесплатно

Это мое дебютное произведение, написанное еще в 2002 году, но представлено оно твоему вниманию только сейчас. Я очень рада, что именно ты будешь моим зрителем, моим другом, проходящим по страницам этого произведения, проживая судьбы главных героев вместе со мной. Будешь моим критиком, мнение которого мне так дорого!

Когда я начинала писать этот роман, то уже не раз представляла, каким будет мой первый шаг на пути к тебе, мой читатель. Сейчас я понимаю, что трепет и волнение, которые я испытывала тогда, не покинули меня и сегодня. Ведь представляя на твое обозрение каждое новое творение, автор оголяет перед тобой свою душу. Дорогой читатель, я приглашаю тебя погрузиться в атмосферу далекой холодной северной ночи, в которой будут отчаянно сопротивляться, пытаться выжить и, конечно, любить главные герои этого романа. А смогут ли они остаться собой – каждый решит для себя сам.

Я надеюсь, что этот роман займет достойное место в твоей электронной библиотеке, и ты сможешь порекомендовать его своим друзьям и близким.

Спасибо Всем и Каждому, кто читает эти строки, за ваш выбор! Огромное спасибо электронной платформе за возможность быть автором, представлять свои произведения вниманию читателя и возможность реализовать свои мечты – стать писателем.

Я желаю удачи и творческих успехов всем начинающим и уже успешным авторам книг.

До встречи в новой книге!

С любовью

и бесконечным уважением,

Tata Mar

В кровь леденящее время,

Сумей сохранить сердца.

И выжить, и стать человеком

Во время растущего льда.

…По сильной мужской спине скользнул маленький красный лучик. Он на миг застыл между лопатками, а потом медленно пополз вверх. Остановился на шейной впадине и замер, будто что-то решал.

Надин открыла глаза и, невольно выглядывая из-за плеча Яна, поймала за его спиной, на горе, покрытой тропическим лесом, словно зеленым покрывалом, блестящую точку зеркального зайчика, игравшего с солнцем, – снайперский прицел.

Рывок. Будто кто-то толкнул Яна. По спине пробежал холодок. Надин быстро бросила взгляд на бледное лицо, в потерянные глаза Яна и в ту же секунду поняла, что уже поздно…

Тот беглый холодок окутал сердце, закрался в душу и с годами стал превращаться в настоящий холод, лед. Жизнь остановилась, надежда умерла раз и навсегда.

Едва освободившись от воспоминаний о том страшном времени, отогревшись от холода тех льдов, Надин поняла, что это иллюзия. Это время, войдя однажды в ее жизнь, не пройдет уже никогда.

Наступало страшное время…

Далекая Якутия покоряет своим богатством и природой. Ее вечная мерзлота поражает разум и воображение своими масштабами, могуществом и величием. Горы и тысячелетние скалы, тундра и тайга, многовековые деревья, реки и озера манят своей дикой ледяной красотой. Здесь кажется, что, однажды замерзнув, время потеряло власть над этим краем, и вечная мерзлота сковала землю. В таком прекрасном, но суровом месте можно было насладиться природой, отдохнуть от суеты города и поразмыслить о ценности жизни.

Долина вблизи села Оймякон, Россия, Восточная Якутия – самое холодное постоянно обитаемое место в России. Летом это красивейшее место с неглубокой извилистой рекой Индигиркой, протекающей между пологими зелеными холмами. Лето короткое, с большим суточным перепадом температур. В это время здесь практически всегда светло. Световой день длится до двадцати часов. Природа словно выделяет это прекрасное время, позволяя насладиться теплом и другой красотой этого края. Когда все горы и холмы покрыты сочной зеленью, этот край кишит рыбой и дичью. Но длится оно недолго.

Зимой в село стекается холодный воздух, так как оно находится в котловине. Температура здесь опускается до минус шестидесяти градусов.

Население самого поселка Оймякон, на левом берегу реки, составляло около 500 человек. Эти люди были рождены здесь. Они умели здесь выживать и уже не представляли себе другого места, где смогли бы еще жить.

Местные жители в основном занимались оленеводством, но современный оленевод – это уже не чум и собачьи упряжки, хотя и они до сих пор считались неотъемлемой частью жизни в этих землях. Современные оленеводы имели хорошие, теплые, качественные дома, в хозяйстве каждой семьи было по нескольку собачьих и оленьих саней, снегоходов и других машин, позволяющих преодолевать большие расстояния даже в самые суровые дни зимы. В поселке были спутниковые тарелки и телефонная связь.

Местные жители были очень сплочены и жили практически одной семьей. Они почитали старость, верили в духов и преклонялись перед шаманами.

Время здесь текло быстро, дни пролетали незаметно, месяца сменяли друг друга, а вместе с тем становилось все холоднее и холоднее.

Уже в сентябре сильно похолодает. Холодать будет быстро. Осень не имела ничего общего с красивейшим воспеванием поэтов этой золотой поры. Осень здесь очень быстро превращалась в суровую зиму, радуя глаз своими волшебными превращениями лишь несколько недель. А дальше вся долина становилась одним снежным покровом, который вскоре обледеневал, и наступала зима, которая длилась почти десять месяцев в году.

Наступало другое время – время растущего льда. По-другому – последний месяц осени. Верхушки гор уже обледенели, и снежный покров быстро сползал, покрывая долину. Дул холодный северный ветер. Он беспощадно пронизывал насквозь и предвещал суровую зиму в этом году. Солнце еще пробудет на небе пару-тройку деньков, а потом первая снежная туча заволочет небо и не сойдет до самой весны.

Отлично зная климат этих земель, Ян очень спешил вернуться домой до первого снега. Проход через ущелье в долину, через которую ему предстояло пройти, был очень узким, и первый, даже небольшой, снег мог существенно усложнить путь. Обход мог занять еще несколько дней, а это риск, который Ян хоть и любил, но сейчас просто не мог себе позволить. Ведь он непременно должен был вернуться. При температуре до минус двадцати градусов и сильном ветре даже самый приспособленный и опытный человек мог не выдержать переход через перевал. К тому же снег, который уже покрывал горные хребты, сползал в ущелье, как лавина в замедленном действии.

Ян спешил как мог. Он загнал собак. Будучи нежеланным гостем в этом поселении, другого транспорта он не имел. Но, даже зная, что собаки могут не выдержать, Ян не останавливался. Холодало с каждым часом, но царившая в ущелье тишина гарантировала, что так стремившийся поскорее сползти вниз снежный покров продержится еще пару дней.

Последний перевал. В бинокль сквозь расстелившийся над долиной туман Ян видел проблески света от фонарей и тонкие струйки клубящегося дыма из печей уже почти родной деревни, и хотя дым был далеко, он уже грел душу.

Собаки совсем выдохлись. Ян решил сделать короткий привал. Он достал из полно нагруженных саней еду и накормил собак. Ему самому хотелось есть, но он решил терпеть голод до дома. Наступали сумерки. Ян планировал вернуться до темноты, но привал отнимал драгоценное время. Голод и сон одолевали его все сильнее и сильнее. Ему хотелось укутаться в теплые шкуры и поспать хоть немного, но он знал, что если ляжет сейчас, то может проснуться по другую сторону от снежного покрова, который рос на глазах. Медлить больше было нельзя, и Ян начал готовиться в путь.

Вдруг где-то в небе послышался шум. Ян вскинул голову вверх. Одетый в местную национальную одежду, преимущественно из оленьей шкуры, замотанный в теплый шарф, он немного приспустил его, сделав пространство для глаз больше, стараясь рассмотреть в небе хоть что-то.

Вдалеке в небе виднелась точка. Сопровождаемая гулом турбин, она быстро приближалась. Ян понял, что это самолет. Самолет быстро снижался, а за его хвостом тянулась лента дыма. Ужас охватил Яна, он понял, что от шума самолета еще такой свежий, легкий, не успевший обледенеть, чтобы остаться там до весны, снег непременно сойдет с горных хребтов. Ян не мог поверить в то, что он был так близко к цели и в одночасье станет так далеко от нее. Но самолет приближался. Ниже и ниже. Неизбежность.

С громким визгом, скрежетом и шумом самолет пронесся на брюхе несколько сотен метров по Верхоянскому хребту, который разделял два поселка – Томтор и Оймякон, до которого Яну оставалось совсем немного.

Столбы снега разлетелись из-под самолета, и эта снежная толща значительно смягчила аварийное приземление. В хвосте прогремел взрыв и переломил самолет пополам. Первая его половина продолжала двигаться, сметая препятствия. Самолет протаранил носом все ели на своем пути и, пронесшись так еще некоторое расстояние, остановился.

Все происходило совсем недалеко от Яна. Он с трудом удерживал в руках рвущихся в бег, испуганных собак и, не дрогнув, наблюдал за авиакатастрофой. Он думал, что самолет взорвется, но вскоре даже дым из турбин перестал идти, а огромная снежная толща, разрывая тишину, все же сползла в долину, преградив десятками метров снега дорогу домой. Все это случилось в какие-то считаные секунды, а после наступила полная тишина.

От боли и безысходности Ян устало опустился на колени, чувствуя, что все тело просто отказывается его слушаться. В голове промелькнула мысль о том, что он больше не хочет, не может бороться. От невероятной досады, что именно сейчас и именно так все сложилось, Ян будто провалился сам в себя на какое-то время. В чувства его привел теплый язык лайки, которая склонилась над его лицом. Она лизнула его едва просматривающиеся из-под шарфа глаза, и Ян открыл их.

Из дома, что стоял отдельно, почти в километре от поселка, на ходу накидывая полушубок на голый торс, выбежал мужчина лет тридцати пяти. Он сразу поднял большой воротник и запахнул полушубок. Достаточно высокий, коротко постриженный, с большими карими глазами, отличного телосложения, казалось, он не боялся холода, да и вообще мало чего боялся. Во всех его движениях, уверенной походке и взгляде этого просто нельзя было не увидеть.

Отбежав от дверей несколько метров, он остановился и стал внимательно смотреть в сторону ущелья. За ним выбежал еще один мужчина того же возраста. Он был так же высок, под два метра ростом, с наголо обритой головой, с щетиной на лице. Он быстро окинул черными прищуренными глазами дворик у дома и еще из дверей крикнул:

– Вален, что? Лавина? Да? – быстро подбежав к первому парню, он остолбенел, глядя на в одночасье изменившуюся долину.

На главной дороге стали собираться местные жители. Они о чем-то переговорили, и один из них на снегоходе направился в дальний домик, где стояли Вален и Жора.

– Снег сошел в долину, – подъехав к ним, сказал он с характерным для местных жителей акцентом.

– Ян еще не вернулся, – тревожно сказал Вален с досадой в голосе.

– Мы поедем посмотрим, что там произошло, – ответил местный, – позже сообщим вам…

Он не стал дожидаться ответа и быстро удалился к своей группе. Моторы взревели, а вскоре их вообще перестало быть слышно.

– Не успел, – с сожалением проговорил Вален.

– Справится, – немного хрипловатым, но довольно приятным голосом, несколько вальяжно ответил Жора.

– Первый раз. Говорил же, я пойду. Нет, пусть он, мужик он или нет, – с досадой и упреком в голосе говорил Вален, напоминая слова решающего разговора.

– Справится, – перекричал его Жора, а потом тихо добавил: – Что-то местные взволновались, – сказав это, он пошел обратно в дом.

– Жора, – крикнул Вален.

Жора оглянулся уже возле двери, но промолчал.

– Ох и влипли же мы, если он не вернется.

– Типун тебе на язык, Валя, – ответил Жора и вошел в дом.

В домике, у дверей, стояла девушка. Проходя мимо, Жора хлопнул ее по плечу. В ответ девушка гордо фыркнула. Это была Ксения. Друзья звали ее Ксюха. Невысокого роста, с короткой стрижкой «под мальчика». Своеобразной внешности, немного сутуловата, с фигурой подростка. Выражение лица ее говорило о том, что она большая стерва. В свои двадцать шесть лет она уже имела криминальное прошлое и, казалось, не имела будущего.

Через минуту за Жорой вошел Вален. Он хотел постоять там еще, но холод быстро загнал его в домик.

– Ксюх, – крикнул он, – чаю согрей!

Это был небольшой деревянный гостевой домик. Он был полностью приспособлен для длительного проживания в условиях Крайнего Севера. Здесь была небольшая кухня и четыре маленькие комнатки, расположенные гостиничным типом, в которых помещалась вся необходимая мебель: по две кровати, тумбочки и шкафы. Небольшая лестница вела на утепленный чердак, на котором была еще одна комната с низким потолком. Жизнь этому домику придавал еще и большой камин в гостиной, с живым огнем, у которого все жители этого дома любили проводить время. Появившись здесь полтора года назад, Ян, Вален с Ксюхой и Жора уговорили Хозяина этой деревни разрешить им остаться здесь на некоторое время. Платили хорошо. Настолько хорошо, что местные на многое закрывали глаза.

Ян усмирил собак и пошел к самолету. Забравшись внутрь через кабину пилота (после разлома это стало единственно доступное место), Ян увидел, что в кабине два пилота, оба мертвы. Больше всего досталось именно им после того, как нос самолета протаранил десятки метров горного грунта.

Ян прошел в первоклассный салон личного самолета неизвестного хозяина. Там было темно и пахло дымом. На потолке тускло еще горели несколько лампочек, видимо, от резервного питания, но их света было недостаточно, чтобы можно было все как следует здесь разглядеть. На двух передних креслах ремнями безопасности были пристегнуты две стюардессы, но это их не спасло, они тоже были мертвы. Ян не мог поверить, что это происходит с ним. Он медленно прошел дальше в салон. Несколько кресел были оторваны, в других сидели мужчины, солидно одетые, в костюмах. По тому, как тщательно они все были пристегнуты, можно было судить, что к падению готовились. Что это произошло не внезапно. Среди них были три женщины.

Сумерки сгущались, вскоре Ян уже ничего не мог рассмотреть, но любопытство и надежда на то, что хоть кто-то мог уцелеть, не давали ему права отступить. Ян осмотрел самолет. В баре было много напитков, еды. В багажном отделении много сумок с вещами.

Ян вернулся в салон. Он уже хотел покинуть это страшное место, как вдруг, проходя мимо одной из девушек, услышал стон. Подойдя ближе, Ян убрал волосы с ее лица, но не смог разглядеть его. Прощупав пульс на ее шее, он убедился в том, что девушка жива. Он поспешно расстегнул ремни и поднял ее на руки.