Читаем Искариот (Ἰσκαριώθ): «Тот, кто видел знамение» (יסקר(י)אות/(א)סקר(י)אות, (’i)sqar(î)’ôṯ/yisqar(î)’ôṯ)? онлайн бесплатно

В отличие от ряда других еврейско-арамейских фраз и обозначений (включая прозвища некоторых апостолов), приводимых в греческих транслитерациях в Новом Завете, прозвище предателя Иуды — «Искариот» — остается во всех четырех Евангелиях без интерпретации. (Вообще, значения отдельных арамейских терминов, остающихся без непосредственного истолкования, легко выявляются по контексту или параллельному полустишию, где употреблено синонимичное греческое слово (см., напр.: Мф 6:24 и 6:19 и сл. (ср.: Лк 16:9–13 и 1–8); Мф 5:22); такие же термины, как ἁλληλουϊά (Откр 19:1, 3, 4, 6), ἀμήν, ώσαννά, ὁ Ναζωραϊος / ὁ ναζαρηνός и некоторые другие вошли в раннехристианскую лексику без перевода; см. также ниже.) Чем это можно объяснить? Допускают, что интерпретация термина «Искариот» уже могла быть не ясна писавшим по-гречески евангелистам [см., напр. 3, с. 52]. С другой стороны, отказаться от объяснения значения прозвища Иуды своим читателям новозаветные авторы могли и умышленно. (Возможно, это предположение справедливо и по отношению к устным традициям, лежащим в основе Евангелий.) Почему? Может быть потому, что прозвище «Искариот» вполне могло возникнуть ещё до предательства Иуды — до того, как «вошёл в него Сатана» (Лк 22:3; Ин 13:2, 26–27; ср.: Мф 27:3–5), — и, следовательно, не обязательно носить негативный характер. Судя же по Ин 6:71, 13:2, 26, это прозвище вообще было родовым: ʼΙούδασ Σίμωνος ʼΙσκαριώτου, букв. «Иуда, (сын) Симона Искариота». (В ряде манускриптов [K, Δ, Π, f1 и др.] в Ин 6:71 вместо Ἰσκαριώτου написано Ἰσκαριώτην.) В то же время, если предположить, что прозвище Иуды содержало положительные коннотации, то, возможно, что автор Евангелия от Иоанна умышленно «переносит» его на Иудиного отца, дабы не соотносить с предателем Иисуса ничего позитивного. Во всяком случае, во всех четырёх Евангелиях наименование «Искариот» применяется к Иуде ещё до того, как он предал Иисуса. И вот, как раз потому, что данное «первоначальное» прозвище могло нести какое-то «позитивное» содержание, евангелисты, возможно, и не представили читателю его интерпретацию, дабы с самого начала повествования не вызывать никаких иных, кроме негативных, ассоциаций в отношении Иуды. Не исключена возможность, что с аналогичным подходом мы встречаемся и в случае с Кайафой, т. е. иудейским первосвященником Иосифом, прозвищем или родовым именем которого было «Кайафа» (Καϊ(ά)φας; см: Иосиф Флавий. Иудейские древности, XVIII, 95; ср.: 35). Возможно, данное прозвище представляет собой другую, помимо Κηφᾶς, греческую передачу арамейского слова כפא (kēpā’), «скала»; Кифой (Κηφᾶς), по-греч. Петром, Иисус нарек апостола Симона (Ин 1:42). В посланиях апостола Павла Симон почти во всех случаях упоминается просто как Κηφᾶς (1Кор 1:12, 3:22, 9:5, 15:5; Гал 1:18, 2:9, 11, 14. В Гал 2:7–8: Πέτρος (дважды). (С другой стороны, на т. н. «Оссуарии Кайафы» [не все исследователи убеждены в его подлинности] засвидетельствованы написания: «קפא/קיפא, сын Йехосефа»; на «Оссуарии Мирйам» — «Йешуа, сын קיפא, священник» (ср: Тосефта Йевамот 1:10: «дом קיפאי»); см далее [2, с. 481–487; 14, с. 74–95; 7, с. 233–243].)

Прозвище «Искариот» засвидетельствовано в двух формах: Ἰσκαριώθ и (ὁ) Ἰσκαριώτης (написание с определенным артиклем [ὁ Ἰσκαριώτης] зафиксировано в Мф 10:4, Ин 12:4, 14:22; встречающееся в нескольких рукописях написание ὁ Ἰσκαριώθ в Мк 14:10 (א^с, L, Θ, Ψ, 565, 892) следует, вероятно, считать вторичным; вариантные написания: Σκaριώθ, Σκαριώτης [рукопись Безэ (D; V в.)], resp. Пешитта: s^ekaryouta’). Эти две засвидетельствованные формы позволяют предположить, что «Иуда обозначался еврейским или арамейским наименованием, транслитерируемым как Ἰσκαριώθ, но передаваемым в греческой форме как Ἰσκαριώτης» ([12, с. 368], здесь же указаны вариантные написания прозвища «Искариот» в отдельных манускриптах). С другой стороны, отметим, что еврейская и арамейская тав в конечной позиции могла транслитерироваться не только через греческую тету, но и через тау (например, название озера כנרת, Киннерет, в Евангелиях транслитерируется как Γεννησαρέτ (Мф 14:34; Мк 6:53; Лк 5:1; у Евсевия Кесарийского в косвенных падежах: πρὸς τη Γεννησαρίτιδι λίμνη (Ономастикон, 58, 11) и τὴν Γεννησαρίτην λίμνη (Ономастикон, 120, 28); см.: [12, с. 381]). В основных рукописях наиболее раннего из Евангелий — от Марка — засвидетельствовано только написание Ἰσκαριώθ (3:19, 14:10; также: Лк 6:16).

Среди основных предложенных этимологий термина «Искариот» выделяют следующие (список приводится по: [12, с. 368]; ср., напр.: [6, с. 1091-1096]):

1. אישקריות, ’îš qārîyôṯ, т. е. «муж (из) Кариота»; или при огласовке ’îš q^eriyyôt, «муж городов», т. е. «горожанин», гипотетически иерусалимец. Неустановленный до настоящего времени Кариот в Моаве коррелируют с упоминаемым в Ам 2:2 и Иер 48:24, 41 местом (haq-) q^eriyyôṯ, букв. «города». (Ср.: Иер. LXX 31:24, 41: Καριώθ; Ам 2:2: αἱ πόλεις, «города». Евсевий Кесарийский в Ономастиконе, 120, 1 говорит о Кариоте «в стране Моава, согласно Иеремии». Возможно, у пророков подразумевается Кирйатаим в окрестностях Медевы [Мадабы] в Моаве.)

2. От лат. sicarius («кинжальщик»; от sica, «кривой кинжал»); греч. σικάριος; арам. סיקרין, sîqārîn; при этом в начале слова реконструируется протетический алеф.

3. От реконструируемого арам. слова אשקריא, ’išqaryā’, «лжец» с добавлением в начале слова гипотетического протетического алефа. Засвидетельствованное в еврейском вавилонском арамейском слово «лжец» выглядит как שקרא/שקארא , šaqqā(’)rā’ ([9, с. 1177]; см. также: [10, с. 566]; в сирийском то же значение имеет слово shaqqara’, а термин shaqqaroutha’ означает «ложь», «лжесвидетельство» [8, с. 568, 595]).

4. В еврейском вавилонском арамейском засвидетельствован термин סקרתא, s^eqartā’, «красная краска» [9, с. 829]; согласно палестинским источника красная краска סיקרא, siqrā’, делается из скального лишайника (fucus) [13, c. 986]. В еврейском палестинском арамейском глагол שׂקר, означает «красить (в красный цвет)». В арабском слово šuqra может иметь значение «румяный цвет лица» (saqqara, предположительно, «красильщик»). Отсюда возникла гипотеза, что прозвище «Искариот» может означать «рыжий», «румяный» и т. д. При этом в начале слова реконструируется протетический алеф.

5. Иуда неоднократно обозначается в Евангелиях как ὁ παραδιδούς (Мк 14:42, 44, Мф 26:25, 46, 48, 27:3; Ин 18:2, 5, 21:20), т. е. «тот, кто выдаёт», sc. «предатель» (ср., напр.: Мт 10:4; Мк 3:19; Лк 6:16). В Ис 19:4 Септуагинта переводит евр. глагол ככר, sikkēr (порода pi‘el) через греч. παραδίδωμι, «передавать (в руки кому-то)», «предавать». Исходя из этого допускается, что прозвище «Искариот», возможно, означает «предатель». При этом в начале слова, возводимого к упомянутому еврейскому глаголу, реконструируется протетический алеф.

6. Тот же глагол ככר в еврейском языке в породе qal и в арамейском в породах pe‘al и pa‘el может иметь, кроме прочего, значение «душить» [13, с. 992–993]. На этом основании реконструируют вероятный арамейский термин ж. р. (с протетическим алефом) אסכריותא , ’iskāryûtā’, со значением «удушение», который мог стать прозвищем Иуды; согласно Мф 27:5 Иуда удавился. В латинском переводе текста Оригена (Комм. на Мф 35) сохранился пассаж, в котором последний замечает, что «слышал предположение» о том, что, «следуя еврейской интерпретации, предатель Иуда (должен) называться “удушенным” (exsuffocatum)» [цит. по: 12, с. 379] (ср., однако, рассказ о смерти Иуды апостола Петра в Деян 1:18).

Перечисленные выше предполагаемые этимологии прозвища «Искариот» основываются на еврейских или арамейских терминах, пока не засвидетельствованных в источниках, а лишь реконструируемых авторами данных предположений; при этом только в первой из перечисленных гипотез и, при определённом допущении, шестой реконструируется семитский термин, конечный сегмент которого мог бы передаваться через греческое -ώθ. Кроме того, в рамках данных гипотез не получает объяснение то, почему традиции, лежащие в основе евангельских текстов, и опирающиеся на них все четыре евангелиста не приводят интерпретацию прозвища «Искариот», как это происходит с прозвищами других апостолов: Симон-Кифа-Пётр, т. е. «Скала»/«Камень»; Иаков Зеведеев и Иоанн, брат Иакова, которые были наречены Βοανηργής (Мк 3:17), т. е. «сынами грома» (υἱοὶ βροντῆς; вероятно, из арам. בנירגשא , bĕnê rĕgāšā’, «сыны шума»); «Фомой» (Θωμᾶς), арам. תאומא , Tĕ’omā’, т. е. «Близнецом», (Мф 10:3; Мк 3:18; Лк 6:15; Ин 11:16; 20:24, 21:2; Деян 1:13), был прозван, вероятно, апостол Иуда («не Искариот»; Ин 14:22); ещё один Симон имел прозвище ὁ Καναναῖος (Мф 10:4; Мк 3:19; от арам. qanā’an; это наименование активных участников борьбы с Римом, вероятно, было хорошо известно в широких слоях ранних христиан, особенно после Первой Иудейской войны), т. е. «ревнитель» (ὁ ζηλωτὴς; Лк 6:15; Деян 1:13). Заметим также, что в случае, если в основе прозвища человека лежит цвет его волос и т. п., новозаветный автор указывает это в переводе: Συμεὼς ὁ καλούμενος Νίγερ, «Симон, называемый Чёрным» (Деян 13:1), равно как и место его происхождения: Φιλίππῳ τῷ ἀπὸ Βηθσαϊδὰ τῆς Γαλιλαίας, «Филипп, который был из Вифсаиды Галилейской» (Ин 12:21; см. также: 1:44).

Если в основе прозвища «Искариот» лежал негативный термин (термины), не было смысла его скрывать: так, евангелисты открыто называют Иуду «предателем» (ὁ παραδιδοὺς, προδότης; см. выше), «вором» (κλέπτης; Ин 12:6); ср. также Ин 6:70: διάβολος, «клеветник», «обвинитель».