Читаем Здравствуй, Хогвартс в сапогах! онлайн бесплатно

Дисклеймер: ничего не мое, все матушки Ро.

Примечание: используется разговорный сленг и немного нецензурные выражения. Совсем нецензурные скрыты.;)

Автор благодарит: Flare, Фредерику, а главное — GrangerHermione за неоценимую помощь.

А так же алфавит за любезно предоставленные буквы.;)

Хогвартс. 23:35. Кабинет директора.

Дамблдор, сидя в уютнейшем кресле, с бутылкой вина в одной руке и пультом от телевизора в другой, смотрел футбол. Хотя он мало что понимал, но сам процесс ему очень нравился. И вообще, теперь на чемпионате по квиддичу можно было блеснуть знаниями, закричав: «Судью на мыло!!!», «Это была штанга!!!», и еще одно непонятное, но очень красивое слово «Пенальти!», которое можно было упоминать только в присутствии чистокровных волшебников, те все равно ничего не понимали, и думали что это только что изобретенное заклинание.

Записав в черный кожаный блокнотик еще одну новую фразу (Красную карточку ему!!! Это был уже второй офсайд!), директор школы магии и волшебства Хогвартс сладко потянулся и отпил из бокала. «Хорошо сидим, а Фоукс!» — Дамблдор подмигнул фениксу, сидящему на жердочке, и с тоской глядящего на директорскую бутылку вина. Тут, как назло, футбол закончился. Счет 3:1 в пользу Бразилии.

— Молодцы! — одобрительно высказался Дамблдор и начал переключать каналы. На одном из них тетка, утирая синим клетчатым платком распухший красный нос картошкой, заявляла, что ее бросил муж, оставив ее одну с тремя «спиногрызами». Дамблдор скривился и стал переключать дальше. На другом канале голос обещал рассказать тебе все твое будущее посекундно, за одну отправленную смс на номер 5454. На третьем канале какой-то хмурый дядька рассказывал про очередной потоп в Японии. Директор недовольно переключил каналы и — о чудо! — наконец попал на что-то интересное. Там начинался сериал.

— Здравствуй небо в сапогах! — Подпел Дамблдор телевизору и ударился в воспоминания. Вот когда-то и он, будучи молодым и необремененным ревматизмом, бегал в кирзовых сапогах и распевал песни строевые… А нынешняя молодежь…

— Эх! Ну а что если… А это идея!!! — Дамблдор устроился в кресле поуютнее. Кажется, у него появилась идея про новое испытание учеников…

Утро.

Драко Малфой с недовольным видом вылез из своей комнаты старосты на свет божий. Если так, конечно с большими поправками можно назвать гостиную Слизерина. В воздухе витало волнение и какая-то суматоха.

— И чего здесь творится? — вопросила староста Слизерина.

— Да тут говорят, что Дамблдор таки придумал нам испытание… — неуверенно начал Блейз Забини.

Драко еще больше нахмурился.

— А кто пустил сию грязную сплетню?

— Мне вон Панси сообщила. — Пожал плечами Забини.

Взгляд Драко перекочевал в сторону Панси, и та с готовностью указала наманикюренным пальчиком на Миллисенту Булстроут. Девушка отреагировала мгновенно:

— Неправда! — заверещала Булстроут. — Это все Нотт!

Теодор Нотт, до этого стоящий в углу и беседующий с какой-то особью женского пола, повернулся.

— Это кто тут на меня бочку гонит? Выходи по одному!

— Нотт, ты ли? — прищурился Малфой.

— Не, чесслово, не я допил ту бутылку огневиски, это все Забини!

— Чтоооо? — Забини перепрыгнул стол и оказался лицом к лицу с Теодором. — Ты Ооотвечаешь что это был я?!

— Ну, как бы так сказать… — Нотт замялся.

— Ясно… — пробормотал Малфой и вышел из гостиной. Закрывая дверь, он успел заметить, что Нотт получает по мордасам за поклеп. Драко ухмыльнулся, ведь никто не знал, что это он выпил последнюю и этим очень дорогую бутылку огневиски. В одну харю. Но это уже не имеет значение. Главная проблема дня в другом. Малфой направлялся к выходу из подземелий. Может кто-то другой скажет ему что-нибудь умное на счет испытания семикурсников.

— Гарри! Рон! — в гостиную Гриффиндора вбежала запыхавшаяся Гермиона.

Парни оторвали взгляд от шахматной доски и недоуменно воззрились на девушку.

— Дамблдор… он… придумал…

— Гермиона, отдышись, потом скажешь, идет? — предложил Рон. — Шах тебе, Гарри.

Поттер задумчиво почесал голову, выдумывая, как бы выбраться из столь щекотливого положения.

Шумно вздохнув, Гермиона продолжила:

— Дамблдор придумал испытание для семикурсников.

— Что??? Ты шутишь, да? — с надеждой поинтересовался Поттер.

— Шутишь? — с такой же надеждой поддакнул Рон.

— Нет. Это правда.

Наступила тишина. Но через несколько секунд на бедную Гермиону посыпались вопросы.

— Откуда ты знаешь?!

— Кто тебе сказал?!

— А вдруг тебе наврали!?

— Когда это начнется?!

— Что там будет?!

К дискуссии охотно присоединились Дин Томас и Симус Финниган.

— Не, ребят, это правда. — Грустно констатировал Дин.

— А откуда вы знаете?

— Да весь Хогвартс уже жужжит!

— Я слышала, как профессор Вектор говорила об этом Трелони. — Высказала, наконец, достойное доказательство Гермиона.

— Мда… А Трелони, небось, заметила, что она это знала! — хмыкнул Рон.

— А то! Она заявила, что увидела это в своем хрустальном шаре.

— Да предвидели-то все, но только кто ж знал, что так скоро. — Гарри печально покачал головой.

— Зато нас от уроков будут часто освобождать! — Оптимистически заявил втиснувшийся в разговор Невилл.

— Это малая капля…

— Да ладно! Что вы пока-то убиваетесь! Пойдемте на завтрак, там все и узнаем! — Гермиона поднялась с кресла.

— А пойдемте! Но я очень надеюсь, что это шутка, галлюцинация или вообще плод чьего-то воображения!

— Мы все надеемся, Гарри.

И компания отправилась в Большой Зал, где, наконец, все узнают страшную правду.

— Здравствуйте, Друзья! — привычно начал Дамблдор свое утреннее обращение к ученикам, и на этот раз удостоился необычайно пристального внимания. Все очень надеялись, что директор пожелает им приятного аппетита, и на этом успокоится. Все облегченно вздохнут, позавтракают и просто пойдут бить того, кто распустил эту нехорошую сплетню про испытание. Но мечтам не суждено было сбыться…

— Сегодня у нас очень необычный день, — жизнерадостно продолжал директор, — сегодня вы узнаете про традиционное испытание семикурсников. Да, оно будет! Попрошу после завтрака шестые и седьмые курсы собраться в классе трансфигурации, там вы все и узнаете.

С лиц шестикурсников мигом сошли злорадные улыбки.

— Это что??? Причем здесь мы?

— А нас-то что трогать?

— Мы еще шестые!!! — сразу зазвучали непонимающие голоса.

— В этом испытании шестые курсы тоже будут участвовать! — Добавил Дамблдор и начал с невозмутимым видом поглощать яичницу с беконом, в то время как шестикурсники готовили бунт, выбирали главаря и придумывали противоиспытательные лозунги.

Гарри и Рон осторожно пробирались в кабинет трансфигурации. Осторожно, потому как весь путь заблокировали восставшие шестикурсники, стоявшие в коридорах с лозунгами и плакатами. Первым противообщественным жестом было торжественное выбрасывание миссис Норрис с Астрономической башни. Пусть от этого конкретно директору ни жарко ни холодно, зато на душе у учеников как-то потеплело. А кошка — что же с ней сделается, приземлилась аккурат на голову Филчу. Бывают же такие совпадения!

В коридоре третьего этажа намечалось собрание народной воли. Впереди всех зависнул на метле на высоте примерно двух метров Колин Криви и скандировал:

— Мы шестые!

— Да!!! — шумела толпа.

— Это несправедливо!

— Да!!! — отвечала ему толпа.

— Наше испытание только через год!!!

— Через год!!! — вторила гриффиндорцу толпа.

— Пойдемте говорить с директором!

— Пойдемте!!! — решила толпа, и весь шестой поток направился к кабинету трансфигурации, где Дамблдор уже тяпнул для храбрости сто грамм коньячку, зная, что его идея не будет принята восторженно. Даже более того, директор опасался бунта. Пусть не кровавого, но куча разъяренных подростков — это плохо. А еще хуже, когда у этих подростков есть палочки, которыми те наверняка научились пользоваться за годы обучения. Но что сделаешь — традиция…

— Что, бедные маленькие гриффиндорцы уже наложили в штанишки от страха? — к Гарри и Рону пробирался Малфой. Вечные телохранители — Кребб и Гойл дежурили неподалеку.

— Это ты по себе судишь, Малфой? — недовольно скривился Рон.

— Просто думаю, как же вы переживете новую задумку нашего уже выжившего из ума директора. Испытание будет длиться от недели до двух, так вы, наверное, сразу сдуетесь! — ехидно заметил слизеринец и добавил писклявым голосом:

— Профессор Дамблдор, отпустите меня, я домой хочу к мамочке, правда, Уизли?

— Закрой свою мерзкую пасть, Малфой! — угрожающе произнес Гарри.

— О, а ты что будешь делать, Поттер? У Уизли хоть свой гадюшник есть, а у тебя-то и дома нет! — чрезвычайно довольный собой Малфой развеселился… Улыбка цвела на его лице примерно секунды две, потому как сразу сменилась гримасой боли. Получив одновременно от Рона в челюсть и от Гарри в солнечное сплетение, слизеринец, падая, оглянулся. Кребб и Гойл, будь они тысячу раз неладны, оказались отрезаны от своего самодовольного предводителя толпой. К чести Гарри и Рона надо признать, что отрезаны они оказались уже после ударов. Прошептав: «Ну, они еще узнают, кого разозлили!», Малфой попытался разогнуться, зная, что лежачего не только бьют, но и топчут, поэтому лучше тихонько отойти в сторону и попроклинать всех гриффиндорцев в купе с Дамблдором и Пивзом за компанию.

В это же время, на двести метров дальше.

— Рон, как ты думаешь, правильно ли мы поступили?

— Ты о чем? — нахмурился Уизли.

— Нас двое, а Малфой один.

— Ну, во-первых, мы не виноваты, что он один, это просто его тупоголовые дружки не оказались рядом, а во-вторых, это Малфой, поэтому вмазать ему — это просто райское наслаждение.

— Истину глаголешь, друг!

И друзья зашли в кабинет МакГонагалл, где уже начались переговоры Криви и Дамблдора. Усевшись на чудом взявшиеся свободные места, Гарри и Рон оглядывали зал в поисках Гермионы.

— О! Привет! — девушка сама нашла их.

— Привет, Гермиона! — лица парней расплылись в улыбке.

— Как добрались? Не помяла вас бунтующая толпа?

— Эти нет, только Малфой как обычно пристал, но это событие никак не выходит из разряда повседневных.

— Задирался? — нахмурила лоб Гермиона.

— Да как обычно, хамит так, как будто у него в кармане лежит запасная челюсть. — Рон пожал плечами.

— И вы небось выяснили, сколько у него запасных челюстей.

— Ну… Не совсем так, конечно, то…

— Подрались?

— Ну вмазали. За дело. — Добавил Гарри, перекрывая готовую вот-вот начаться гневную тираду подруги.

— Да вы понимаете, что не только он теперь вам житья не даст, так еще Снейп будет придираться не по-детски!

— Гермиона! Малфой и Снейп — наши вечные как мир враги, поэтому нам не привыкать. Да и что мы такого сделали? Помяли самодовольную рожу этого гаденыша? Давно пора было.

— Но… — Гермиона не успела договорить, как свое заявление начал делать директор.

— Дорогие ученики! Итак, испытание состоится! И я решил, что шестные курсы участвовать в нем тоже будут. — Нахмуренный взгляд в сторону Колина Криви. — И тогда не будет у них испытания в следующем году. Так… Испытание. Да, испытание. В этом году у нас на две недели устанавливается армейский режим.

— Что-о-о!? — Каким образом жуткий вопль учеников не разрушил стены Хогвартса, до сих пор остается загадкой.

— Это невозможно!

Школа слухи передавала как всегда быстро. Ученики уже готовились бороться с соплохвостами и саламандрами, провести ночь в Воющей хижине, жить в шалаше в глубине Запретного леса. Некоторые убеждали, что в полнолуние придется пробежать голяком до озера и совершить там странный древний обряд. Но армия — это был удар ниже пояса…

— Тише! Тише! — Дамблдор спокойно повел рукой. — Подготовка к испытанию будет длиться сегодня, завтра и послезавтра! Уроки в эти дни, возможно, проводиться не будут. Первую неделю в «армию» попадет седьмой курс. На вторую неделю, так скажем, новобранцами, пойдут шестые курсы. Обмундирование семикурсники получат завтра. Так… Гриффиндор теперь у нас будет называться первой ротой, Слизерин — второй, Когтерван — третьей, Пуффендуй — четвертой. Старосты факультетов, соответственно Гермиона Грейнджер, Драко Малфой, Падма Патил и Эрни МакМиллан автоматически назначаются сержантами своих рот. Так… Главный свод законов — Устав. Его вы можете прочитать, взяв у своих деканов. К учителям обращаться по званиям, изображение погон выдам сержантам, до завтра знать, как свои пять пальцев! Да, еще, у нас в части, то есть в школе появляется новый человек!

В кабинет зашел человек. Скорее всего, русский, что-то уж больно русское было в его внешности: у человека было улыбчивое, но очень хитрое лицо, небольшая залысина на голове и тоже небольшое, скорее всего пивное брюшко. Человек прошагал в центр комнаты, с улыбкой оглядел ошалелых учеников, поздоровался и встал рядом с директором.

— Это он! Но как?

— Да не он это!

— Быть того не может!

— Похож, но…

— Да про кого это вы? — со всех сторон раздались перешептывания.

— Позвольте вам представить прапорщика Шматко! — Дамблдор зааплодировал. Его подхватили и другие учителя.

— Здрасти! — еще раз поприветствовал присутствующих вошедший.

— Профессор Дамблдор! — раздался голос из зала. — Это же сериал…

— Финч-Флетчли, это высшая магия! Перед вами стоит самый что ни на есть настоящий прапорщик Олег Николаевич Шматко.

— Кто тут сомневается, что я настоящий? Кто, блин, я спрашиваю!

— Джастин Финч-Флетчли.

— Ты, который Плечли, меня пощупать еще выйдешь может, ё-моё!

— Не.… Никак нет, товарищ прапорщик! — ответил Джастин, и тем самым заслужил удивленный взгляд однокурсников и одобрительный директора.

— Все. Можете идти! — Дамблдор поднялся и объявил заседание закрытым.

— Фенита, мля, комедия, — выразил общее мнение о закончившемся счастье Блейз Забини.

20:00. Гостиная Гриффиндора.

В центре стоит Гермиона, вокруг нее собрались шестые и седьмые курсы и с лениво-обреченным видом отвечают на вопросы. Многие подглядывают в специально написанные шпаргалки.

— Финниган, капитан. — Гермиона развернулась и посмотрела на растерявшегося Симуса, оглядывающего соседей в поисках помощи. Все резко сделали вид, будто их интересует вид за окном, собственные ногти, туфли или просто отвернулись, как бы не замечая умоляющих взглядов гриффиндорца. Несколько человек для оправдания что-то еле слышно шептали.

— Эээ…. Одна лычка, ой, то есть просвет, четы… эээ… Да, четыре звездочки!

— Правильно. — Гермиона кивнула. Финниган облегченно выдохнул. — Лаванда, младший лейтенант.

— А, — девушка захлопала глазками, тоже ища помощи у соседей. — Полоска и две звезды? — с надеждой пробормотала Лаванда.

— Нет, одна звезда. Две — это уже лейтенант.

— Ну, и какая разница. Старший, блин, младший. — Браун недовольно передернула плечами. — Большая. — Гермиона заправила прядь волос за ухо, выискивая глазами следующую жертву. Храбрые гриффиндорцы попытались спрятаться за спинами соседей.

То же время. Гостиная Слизерина.

В центре диван. На диване полулежит Драко Малфой со списком учеников седьмого и шестого курса и общипывает большую гроздь винограда.