Читаем Замужем за немцем онлайн бесплатно

Везения не существует вообще,

есть лишь достаточная

либо недостаточная подготовка

для того, чтобы справиться

с совокупностью обстоятельств.

Р. Хайнлайн

Самолёт приземлялся в аэропорту Франкфурта-на-Майне, и я с интересом прильнула к иллюминатору.

А вот и они! – небоскрёбы финансовых центров – прямо под крылом самолёта. Даже страшно стало, что мы их зацепим.

Я закрыла глаза и унеслась в далёкое детство, на крошечную кухню советской хрущёвки.

Мы жили как все. Пластмассовая трёхъярусная люстра, ковёр над диваном и хрустальные вазочки в серванте.

Символы крепкой и благонадёжной советской семьи.

Для украшения жилища, помимо часов с кукушкой пензенского часового завода, большой популярностью у советских людей пользовались переводные картинки. Их можно было встретить на зеркале в прихожей, на кафеле в ванной, на полированном столе учащегося средней школы. И конечно, на гитарах дворовых пацанов.

На нашем кухонном шкафчике для посуды тоже красовалась заграничная наклейка. Переводилка с изображением утопающего в зелени сказочного города Франкфурт-на-Майне, так непохожего на наш пыльный район однотипных пятиэтажек.

По периметру на трёх языках латинскими буквами было написано The old and the new Frankfurt – Altes und neues Frankfurt – Francfort hier et aujourd‘ hui, и ни одной русской буквы! В этом состоял особый шик. По крайней мере, мне было ясно: в таком необычном месте должны жить совсем не обычные люди и там всё по-другому.

Как? Этого советские граждане знать не могли.

Никогда бы не поверила, что увижу этот город своими глазами. Но вот я стою посреди потока разноязычных пассажиров в аэропорту Франкфурта.

Молодящаяся дамочка обычной внешности. По профессии медсестра, обременена двумя детьми, отсутствием приличной жилплощади и средств к существованию. На лице боевая раскраска, нанесённая моей опытной рукой и не растёкшаяся даже при перелёте. Бежевый плащ в сочетании с брюками клёш из секонд-хенда, красный чемодан, купленный когда-то на курортах Крыма, и высоченные каблуки. Яркий благоухающий шарфик игриво закинут через плечо.

Лишь виза невесты в кармане давит, тянет вниз и не даёт расслабиться и легкомысленно предаться отпускному настроению.

Что я здесь делаю? Меняю жизнь, познаю новое, верю, надеюсь и, главное, не сдаюсь! Вон он, машет мне рукой – среднего роста, худощавый, с аккуратной седоватой бородкой, по-спортивному в джинсах и светлой парке – мой иностранный жених Леопольд. А по-нашему – Лёвушка.

Полтора года со времени знакомства пролетели незаметно, я и понять не успела, как в очередной раз собралась под венец.

– Светка вышла на международный уровень. Следующий будет межгалактический, – съехидничала моя лучшая подруга Марьяна.

Череда неудачных браков, официальных и не очень, вызывала у моих подружек смешанные чувства. Господи, хоть бы уж этот – последний!

Ну, посмотрим, как встретит заграница. Сколько романов ни читай и телевизор ни смотри – а всё же у всех по-своему.

Продолжаем учиться на своих ошибках.

В тот год нам с Ванькой несказанно повезло.

Ванька – мой восьмилетний сын, шустрила и отличник. Хотя с тех пор, как его отец – любовь всей моей жизни Вадик – покинул нас ради молодухи, Ванька немного съехал в учёбе. Но в смекалке отказать ему было невозможно.

– Мама, мы что, едем на море?! – сразу догадался он, когда я с порога затянула: «Ты морячка, я моряк».

– Ванюшка, собирай чемодан. Мы едем в Турцию!

Я и сама не верила своему счастью. Рука невольно потянулась к коробке с фотографиями. Ванька, Вадик и я в обнимку с Гераклом на пляже Евпатории. От фотографии пахнуло солёным воздухом, и я услышала шум моря. «Эх, раньше были времена, а теперь моментики. Даже кошка у кота просит алиментики», – промелькнула в голове частушка моей бабушки. Я вздохнула, вспоминая этот единственный совместный отдых на море. Вскоре после него Вадик и ушёл. А я погрузилась в страдания.

Алименты бывший платил исправно. Но сумма их оставляла желать лучшего. Да и моя зарплата медсестры радости в жизни не прибавляла. По крайней мере, про заграничные курорты нечего было и мечтать.

Судьбоносную поездку в Турцию нам оплатила тётя Ира, мамина подруга, сумевшая после перестройки вписаться в новые правила жизни.

– Света, бросай ты эту канитель со страданиями. У тебя отпуск в сентябре, так вот, дарю тебе путёвку на юг. Возьми сыночка с собой, поезжай, развейся. Турция, пять звёзд, всё включено.

– Тётя Ира, спа-си-бо! Вы настоящий клад! Бегу покупать белые брюки.

«Море, море, мир бездонный…» Как же я по тебе скучала! Сразу после регистрации в отеле мы бросили сумки в номере, наскоро переоделись и рванули к тёплой волне.

Первый день я ходила открыв рот и прислушивалась к иностранной речи. Вот и русские, тоже здесь. Ну, слава богу, мы не одни.

Я расслабилась и, выдав Ивану «Инструкцию по поведению в заграничном парадизе», уютно устроилась около бассейна на лежаке.

Какой кайф!

Мамы меня поймут – кайфовать мне пришлось недолго. Очень скоро я поняла, что Ванька слинял в неизвестном направлении. Я растерянно оглянулась по сторонам в надежде найти очевидцев. Ближайшим соседом оказался мужчина с седоватой бородкой, одиноко читающий книжку в тени зонта.

«Точно не наш, иностранец», – подумала я, и моя догадка тут же подтвердилась.

– Литтл бой? – мужчина замахал руками, показывая мне в направлении площадки для мини-гольфа.

Смотри-ка, догадался. Я интенсивно закивала головой и вдруг ответила на школьном английском:

– Йес! Сэнкью!

Иностранец оживился. Он поднялся с шезлонга и направился в мою сторону, по пути прикуривая сигарету.

И тут начинается история, в которую я сама бы не поверила, если бы она не случилась на самом деле. Во мне неожиданно проснулись школьные знания английского, бережно привнесённые в наши светлые пионерские головы «англичанкой» Виолеттой в средней школе номер 33.

Все учителя иностранных языков в советских школах считали свои долгом быть модницами, выгодно отличались от остальной учительствующей братии, и даже имена у них были большей частью необычные. И я всегда с удовольствием ходила на урок, любуясь очередным Виолеттиным шедевром в виде бабочки-жабо.

Спасибо тебе, моя дорогая советская школа!

Несколько английских слов позволили нам понять друг друга. Разговор начался с разрешения на курение, перешёл на жаркую погоду и закончился обеденным временем.

Пунктуальный немец, как оказалось, уже отобедал. Я же поспешила откланяться. Во-первых, надо было найти Ивана, а во-вторых, я была немного ошарашена внезапным диалогом на английском.

На обратном пути я раздулась от гордости. Как это я так смогла – объясниться с иностранцем? Ничего себе, дела… Эксперимент захотелось продолжить.

На другой день я выбрала место в сторонке и решила понаблюдать, но незнакомец меня нашёл. Проходя мимо, помахал рукой: «Хэлло!» Потом пригласил на чашку кофе.

Последние три дня перед его отъездом пронеслись, как три часа. Мы болтали обо всём, не всегда хорошо понимая друг друга, играли вместе с Ванькой в теннис, листали турецкие газеты.

Я узнала, что его зовут Леопольд и что его жена ушла к другому. На этом пункте мы друг друга отлично поняли, и я поведала ему свою печальную историю, подкрепляя свой рассказ мимикой и жестами.

– Светлана, он не вернётся, забудь о нём, – его большие печальные глаза смотрели, казалось, прямо мне в душу.

«А ведь и правда, не вернётся», – как бы впервые осознала я простую истину. Интуиция подсказывала, что этому мужчине можно верить.

– Светлана, уехать в Германию очень сложно, но если официально оформить брак, то возможно, – как бы в подтверждение своих слов он взял мой безымянный палец и виртуально надел на него кольцо.

«Что это? – пронеслось в моей голове. – Это что, предложение? Бред, так не бывает, мы знакомы два дня. Да и не собираюсь я ни в какую Германию!»

Я попыталась отшутиться:

– Я люблю свою родину, там мои родители, друзья.

Но иностранец не отступал:

– Я улетаю завтра. В восемь утра меня заберёт такси. Давай проведём сегодняшний вечер вместе?

«Только бы это не было поводом затащить меня в постель, – думала я, надевая новенькие белые брюки. – Тогда сказка разобьётся на тысячи осколков, а в мою копилку добавится очередное разочарование».

Но всё прошло на удивление спокойно. Наш с Лео словарный запас сам собой закончился. Мы молча гуляли по аллее, дыша тёплым воздухом юга.

– Гуд найт!

Мы ни о чём не договорились. В глубине души я не верила в продолжение случайного знакомства.

Не обладая внешними данными Мэрилин Монро и имея в приданное лишь двоих детей (старшая дочь к тому времени уехала учиться в Питер), как я ни ломала голову, но так и не нашла ответа на вопрос, зачем я нужна этому аккуратному симпатичному немцу, который при желании мог бы найти себе вариант получше.

Тем не менее утром, ровно в полвосьмого, я была внизу на рецепшене. Он увидел меня издалека, подскочил с дивана, глаза радостно загорелись.

– Светлана! – он взял мои руки в свои ладони, и было видно, как он волнуется. – Я ждал, что ты придёшь. Оставь мне свой имейл, я напишу тебе. Придётся работать со словарём!

Ах, судьба моя, судьба… На развороте его маленькой дорожной книжки я написала свой электронный «…точка ру». Пора прощаться. Ни к чему не обязывающая мимолётная встреча? Или?..

Его большие красивые глаза наполнились грустью:

– Данке.

«Светка, ты ещё сомневаешься, – сказала я сама себе. – Посмотри на него, конечно же, это он, Последний Романтик! Это невероятно, что они ещё живы».

Уходя, мы обернулись одновременно, как в кино:

– Чао!

– Гуд бай!

Сразу по прилёте домой я побежала открывать электронную почту. Письмо! Небольшой текст сразу на трёх языках – немецком, английском и русском.

Переписка началась.

«Согласно библейскому преданию, после Всемирного потопа человечество было представлено одним народом, говорившим на одном языке. До того времени, пока люди в своём тщеславии не решили строить в городе Вавилоне башню высотой до небес, чтобы "сделать себе имя". Строительство башни было прервано Богом, который создал новые языки для разных людей, из-за чего они перестали понимать друг друга и рассеялись по всей Земле».

Я вздохнула и закрыла страничку энциклопедии.

Всю безответственность моих далёких предков я поняла только тогда, когда прочитала текст на ломаном русском: «Я надеюсь вы летали хорошо. В интернет является перевод на различный языки. Вам нужно вводим текст и нажмите передачи». Внизу стояла подпись почему-то в женском роде: «Ваша Леопольда».

Я кинулась к подруге, переводчице Маргарите.

– Ритуля, выручай! Что всё это значит? Вот ещё на английском текст, переведи!

Рита посмотрела внимательно:

– Так, пишет он на немецком, потом вставляет текст в программу-переводчик, найдёшь в интернете. Программа переводит на любые языки, вот это он до тебя и хочет донести. Но учти, перевод автоматический и несовершенный, так что мой совет: строй маленькие предложения, а то программа с ума сойдёт с нашим великим и могучим.

– Ритуля, миленькая, помоги! Напиши ему на английском.

Она посмотрела на меня сочувственно:

– Ладно, первый раз помогу. Но вообще-то, сама понимаешь, в наше тяжёлое время услуги переводчика не бесплатны. Он тебе, может, голову морочит от нечего делать. Развлекается, так сказать. А ты, дурочка, время и деньги на него тратить будешь. Их таких знаешь сколько, любителей по компьютеру поразвлечься.

Вторая подруга, свободная художница Марьяна, оценила ситуацию ещё круче. Высокая и красивая, она вела богемную жизнь: выставки, встречи с гениями, рестораны и фуршеты. Если бы мы не дружили ещё со школы, то в обычной жизни нас вряд ли что-либо связывало. Она была птицей свободного полёта, в то время как у меня – непутёвые мужья, рождение детей и тяжёлый труд медицинской сестры.

Выслушав историю моего случайного знакомства, которую я пролепетала уже не так уверенно, она посмотрела на меня с высоты своего роста и великолепия.

– Свет, ты меня просто поражаешь своей наивностью. Ты себя в зеркале-то видела? Это почти как у Хармса: «Ну, с дубинкой, ну, с метёлкой, ну ещё туда-сюда. Но романтик заграничный – это просто ерунда!»

Вердикты близких подруг вызвали в моей ошалевшей голове разброд и шатание. Но у меня ещё сохранялась надежда на девочек с работы. Они и так обзавидовались моей нечаянной заграничной поездке. И я с удовольствием представляла их вытянутые лица при выслушивании истории про заморского прынца.

В кардиологии пахло корвалолом и стерильными биксами.

– Светка, везучая, загорела-то как!

– Девочки, внимание. Все сели? Держитесь, а то упадёте. Я на курорте с немцем познакомилась! С настоящим. Истинный ариец, так сказать.

В воздухе повисла пауза. Не верить моему сообщению у девчонок не было никаких причин. Но и радости в глазах я тоже не увидела.

Первой пришла в себя старшая сестра. Многозначительно пожевав губами, она произнесла:

– Знаю я одну такую искательницу приключений. Вышла замуж за немца. Приехала к нему – квартира большая, но запущенная. Окна немытые, шторы нестираные, в шкафах пылища. Ну, думает, покажу я тебе, что такое настоящая русская хозяюшка. Ушёл тот немец на работу, а она давай стараться – перестирала шторы, перемыла окна, всё пропылесосила. Еле успела к приходу милого. А он вместо благодарности на развод подал! Сказал, что она его разорила, за один день столько воды и энергии истратила, что ему теперь год не рассчитаться.

– Это что. Я вот знаю, они наших девчонок разводят, чтобы они интимные фото высылали. Или ещё того хуже, раздевались перед камерой, – в унисон добавила её подружка Людка.

На этом утренняя пятиминутка закончилась, и мы молча разбрелись по рабочим местам.

Вечером масла в огонь добавила моя бабушка, большая поклонница передач Андрея Малахова.

– Ты не вздумай туда с Иваном ехать, – увещевала она меня. – Он у тебя ребёнка заберёт, а тебя вышлет обратно на родину. Ты потом по судам замучаешься ходить, а правды не найдёшь. А то ещё хуже – продадут на органы.

Эх… Мне стало грустно. Наверное, они правы. Размечталась. Поразмыслив над советами доброжелателей, я не без сожаления составила следующий текст:

«Привет, Леопольд. Сейчас у меня мало свободного времени, чтобы писать тебе письма. Я работаю, а вечером Иван требует внимания. По выходным я тоже стараюсь взять смену. Всего доброго, Светлана».

Ответ пришёл почти мгновенно. «Я очень понимать. 100 евро в месяц высылать. В любви, ваш Лео».

Ну вот, дело принимало совсем другой оборот! Речь шла даже и не об этой сумме. Для меня это был знак, что с его стороны всё серьёзно. Значит, я ему точно небезразлична и он рассчитывает на продолжение романа.