Читаем Магия нуля (СИ) онлайн бесплатно

…Как вы знаете, наш мир наделен магией, а точнее людьми с необъяснимым даром, дарующий им запредельное могущество. Ни философы, предающие этому сакральный смысл, ни ученые, анализирующие магию, не способны найти ответ на всех волнующий вопрос: «Что такое магия?». Времена меняются, на дворе 21 век, агрессия угасает, а чудо срастается с рутиной. Как бы маги не грозили своими силами, человечество стало достаточно сильным, чтобы не бояться волшебных монстров. И история пойдет как раз о владельце этой самой магии, могущественном волшебнике, изменившем целую эпоху.

. .

Оперевшись на ледяную кирпичную стену, молодой юноша взглянул в небо. Его ноги жалко растопырились на сыром асфальте, черные ногти уродливо уставились на такой же уродливый переулок. С головы свисли длинные пряди пепельных волос, невпопад раскиданных слипшимися от грязи локонами по юношеским плечам. Его бледно-голубые глаза, как капельки дождевой воды, уныло направились к облакам, пытаясь разглядеть неприветливое солнце. Его худощавое бледное тело укрывали лишь лохмотья, настолько рваные, что их можно было вообще не увидеть. Единственным не потрепанным атрибутом его внешности были бутафорские черные рога, нацепленные на вшивую макушку.

Он не был разговорчив, его словарный запас ограничивался «Да» и «Нет», так что и его историю никто не знал, хоть она и не загоняла в сон.

Из всех бед судьба подобрала для нашего героя, скорее всего, наихудшее прошлое. Он родился в полной семье, с любящими родителями, которые не увлекались ни наркотиками, ни алкоголем. Но так было лишь в первые 15 секунд его жизни.

Магия новорожденного заключалось в убийстве через касание. Прикосновение равняется смерти, с одеждой или без, умышленно или случайно, ничего не уходило живым, пересекаясь с его способностью.

Мать умерла при родах, все врачи, принимавшие роды, и отец, присутствующие при этом процессе. Никто не вышел из той палаты, и это было лишь его началом.

Малолетнего убийцу отправили в детдом, его держали в изоляторе, не подпускали ни к кому из взрослых, не говоря уже о детях. Выяснилось, что его способность таила в себе и положительные аспекты — прикосновение к трупу дарило жизнь, мертвецы вставали, как ни в чем не бывало после его контакта. Но и у этой монеты была обратная сторона: люди, убитые самим мальчиком не могли быть воскрешены.

Так прошли еще несколько лет его жизни. Иногда из-за неосторожности он уносил жизни своих сверстников или домашних животных, его не раз пытались убить, но как казалось, его собственная смерть была ему не подвластна, он был бессмертен.

Наконец, его вышвырнули из приюта, и он не нашел себе никакого другого места, кроме этого переулка: люди не могли на него наткнуться, те, кому нужны были услуги воскресителя знали, где он находится, а бандиты не пугали мирных жителей, пытаясь в очередной раз убить «Дьявола». Хотя это чуть не стало его именем. Толпы прозвали его соответствующе его репутации — Бруклинским Дьяволом, а не совсем тупой маг приобрел рога, чтобы окончательно дополнить свой облик и обезопасить остальных от своей силы.

А звали его Бром. Ни фамилии, ни отчества — лишь спонтанная кличка, придуманная в приюте.

Облака также уныло передвигались по голубой глади, не удосуживаясь порадовать их единственного зрителя увлекательными фигурами. Воздух, перемешанный с бензином и вонью неспешными волнами переливались из угла в угол, а солнце так не вылезло из-за кирпичных стен.

Неожиданно, в переулок ворвался высокий мужчина, схвативший себя за грудь. Локоны его белоснежных волос экстравагантно спадали на плечи, как грива льва. Одет он был также престижно: на нем был черный костюм, аккуратные коричневые брюки и большой золотой крест с красивыми узорами, спадающий на грудь и явно не подходящий под его наряд. Болезненно кашляя кровью, он поплелся к неподвижному Брому, попутно перекрестившись положенные три раза.

— Ни ты ли тот известный Дьявол,

Что бремя смерти превозмог?

О, юноша, скажи мне прямо,

Ты ли он?

— Да.

У незнакомца явно был очень певучий и приятный голос, но его стихотворные речи сильно пугали неразговорчивого Дьявола, от чего он сильнее прижался к ледяной каменной опоре своего существования.

— Услышь, мой друг. На землю скоро

Моя поникнет голова,

Тогда коснись меня, и вскоре

Я вновь смогу узреть тебя!

Не медли ж…

Он схватился за грудь и, издав приглушенный звук, больше похожий на икоту, упал своим элегантным лицом в потрескавшийся, покрытый грязью бетон.

Бром с максимальной осторожность поднес свое ухо к груди мертвеца, пытаясь ни в коем случае ее не коснуться. Сердце уже не билось. Дьявол для пущей надежности посидел еще 15 минут в затишье, рассматривая знакомый им переулок и только изредка и с опаской поглядывая на труп незнакомца. Собравшись с силами, он докоснулся до края лакированного ботинка любителя изысканной речи. Несмотря на все его опасения, человек неспешно задышал и покрылся синей мертвенной краской. С тяжелыми вдохами и кашлем незнакомец возобновил свою тираду.

— О боже, как ты к людям к добр,

Что вновь даруешь Данте жизнь,

Не зря молюсь я дни и ночи,

Не зря сей отрок здесь сидит!

Он повернулся в сторону Брома.

— Услышал ты, что Данте я,

Такой же маг с нелегким бремем.

Тебе так благодарен я,

Что родилась в душе идея.

О ты, спаситель падших тел,

Иди за мной на поле чести,

Где все — такие же как ты,

И нет гонений и безчестья.

Ты нужен Богу! Нужен Свету,

Но ты сидишь в болоте этом,

Где от тебя сокрыт весь мир,

Прошу — не спорь, мой друг, пошли!

Хоть Бром и не получил должного образования, он все равно осознавал, что ему необходимы товарищи и общение, но его способность препятствовала этому.

Этот напыщенный мужчина был далеко не первым, выдвигающим похожие предложения, Бром был замечательным оружием, и каждый пытался его заполучить. Никогда в жизни у Дьявола не было альтернатив его существования, переулок — больше ничего для него не существовало, но речь недавно погибшего мага чем-то его возбудило, он почувствовал что-то, и лишь эта незнакомая эмоция толкнула его на этот опрометчивый поступок.

— Да.

Напыщенный Данте весьма удивился столь лаконичной речи его собеседника. Схватившись за свою грудь, за которую он держался еще совсем недавно, он громогласно рассмеялся смехом уверенного в своей исключительности человека, и, улыбнувшись, повел Брома прочь из его мрачной обители.

. .

История продолжалась, а Бром уже сидел в черной иномарке, рассекающей по бетонной трассе. Все пространство водителя было заполнено иконами. Главный герой забился в угол и с удивлением рассматривал виды за окном.

— Верно, ты хотел спросить,

Что я забыл в том месте темном,

Где мне главу пришлось сложить?

— Да.

Не удивительно, что опыт общения Дьявола был невероятно скуден, он банально не мог выстраивать ни вопросы, ни просьбы, ни нормальные ответы, страдая от невозможности повлиять на тяжелый для восприятия диалог.

— Есть маги те, что веру бросив,

Творят злодейства там и тут,

А я один из сил небесных

Был подоставлен под удар,

Не спас меня мой личный дар,

Ведь Данте бесы отравили,

Но я, молясь Ему тогда,

На вас лишь, друже, уповал,

И моим просьбам Боже внемлил,

Теперь я здесь, вопросы есть ли?

— Да. Да. Нет.

Это невероятно примитивное скопление звуков Бром выдавливал из себя дольше, чем Данте свои изречения.

— Мне прекратить разговаривать в стихотворной форме?

— Да

— Только для вас, мой друг. Простите мой язык, но мне так изъясняться гораздо легче. Надеюсь обычный склад речи облегчит вашу мыслительную ношу. Кстати, я так и не узнал: как величать Бруклинского Дьявола?

— Бром.

— Довольно интересное имя. Меня зовут Данте Алигьери, для друзей просто Данте.

— Да?

— Конечно, друг. Я хотел бы, чтобы все люди были моими друзьями, но мир суров, пусть ими будут хотя бы те, кто спас мне жизнь. Уж врагов у меня предостаточно.

— Да?

— Меньше мыслей — меньше разочарований. Мы уже въехали в магический город Виззир, сейчас мы держим путь в оперативный магический пункт «Собака». Крайне глупое и примитивное название конечно, но наше начальство вряд ли прислушается к мнению скромного Божьего раба. Хотя, кто лучше защитник покоя, чем собака, не думаете?

— Да.

За окном мелькали обычные дома и магазинчики ничем особо от бруклинских не отличающихся. Проехавшись здесь, вы бы ни за что не заподозрили это место в наличии магии.

Наконец автомобиль остановился. Оперативный пункт оказался огромным на вид не достроенным складом, с которого были видны далекие высотки.

Внутри оказалось очень просторно и практически пусто. На расстоянии нескольких десятков метров друг от друга за столами в бумажной работе копошились людей в сплошь хорошей одежде.

На встречу вошедшему Данте подбежал менее солидный человек. Он сильно хромал, был одет в белую рубашку и коричневый плащ, который от неловкости движений развивался как-то по-особенному. Он был не высокого роста, с черной шевелюрой, прямым носом и уставшими бледно-зелеными глазами.

Он грубо схватил Данте за горло, на что тот ответил высокомерным и победоносным взглядом.

— Дьявол, спальня там, ложись немедленно.

Бром поспешно удалился в другой конец помещения.

— Твоя невероятная удача когда-нибудь тебя погубит, Данте. Как ты умудрился найти Бруклинского Дьявола и привести сюда. Это было задание максимального приоритета, ты же понимаешь, что было бы, если бы за тобой увязался хвост из Лиги. Миллиарды людей погибли бы из-за твоей безалаберности

— О чем ты, Байрон, Бог со мной

Я с ним невзгоды превозмог,

И, умирая в переулке,

Договорился об услуге

У нашей жертвы, между прочим,

Я вижу в это совершеньи

Лишь благодать — не преступленье.

И коль тебя Господь оставил,

Раскайся, грешный ты, скорей.

И пусть у Данте нету дара,

Но божья помощь есть у всех,

И мне сопутствует успех.

— В следующий раз тебе придется молиться Богу, чтобы я тебя к нему не отправил. Ты худший напарник в истории человечества, ты вообще понимаешь принцип парной работы. Ты делаешь — я прикрываю или наоборот. Ради всех святых, которых ты так любишь, снизойди до своего жалкого напарника, И ПЕРЕСТАНЬ ВЕСТИ СЕБЯ КАК ПОСЛЕДНИЙ ПРИДУРОК! МЫ ВЫБЬЕМ ИЗ ТЕБЯ ВСЮ ДУРЬ, НЕ СОМНЕВАЙСЯ! ТВОЕ ДУРАЦКОЕ РЕБЯЧЕСТВО НЕ ОСТАНЕТСЯ БЕЗ ВНИМАНИЯ!

— Успокойся, не бесись,

Я пошел, ты — веселись.

Данте вырвался из захвата, повернулся и грациозной походкой направился к своему столу. Вместо бумаг там лежала огромная библия, все было обставлено иконами и свечами, а в шкафу у тумбы была коллекция крестов самых различных размеров и составов.

Байрон грустно вздохнул и поплелся в сторону спального помещения, куда недавно был послан Бром.

Дьявол сидел в самом уголку и таращился в пол, рассматривая текстуру покрытия, делал он все это посреди мягких, аккуратно убранных кроватей.

— Один чуднее другого, еще один псих… Тебя как зовут хоть?!

— Бром.

— Твою ж, ты хоть разговаривать умеешь, скажи погромче!

— Бром.

Он ни капли не повысил громкость своей речи, но к этому моменту хромой подошел ближе, поэтому Байрон наконец расслышал его кличку.

— Бром, да? Я Джордж Гордон Байрон, но для всех просто Байрон, да ты моего полного имени то и не выговоришь.

— Да.

— Ладно, Бром, сядь на кровать, не зажимайся. Ты не один тут с придурьями, погоди, что я сказал? Причудами, твою ж, уже слова путаю. Не суть, этот расфуфыренный балабол посвятил тебя в нашу деятельность?

— Нет.

— Боже ж ты мой, зачем ты послал мне такого напарника! Короче говоря, хоть маги и неспособны уничтожить человечество в силу технического прогресса, но они способны нанести колоссальный (большой) ущерб. Для минимализации жертв (уменьшения) созданы специальные пункты по всему миру, где собирают магов по всему миру, защищающих спокойствие мирного населения на добровольной основе (если хотят). В основном мы ведем разведку за потенциально опасными магами и помогаем властям с теми делами, где задействованная магия. Ты даже не представляешь: насколько ты бесценен для нас. К сожалению, тебе придется таскаться поочередно с одним из членов нашего коллектива, так как такой ценный человек, как ты рискует быть похищенным различными группировками. Кстати о них, наш главный противник на данный момент это Лига — преступная организация, опирающаяся на магические способности. Хоть правительство и уверенно в защищенности от магов, некоторые способности во истину пугающие, ты как раз такой пример. Мы не просим тебя кого-то убивать, твои силы нужны нам только в мирных целях. Естественно тебе будет выделено жалование (плата, понимаешь) и жилье, в принципе можешь жить и здесь, но тебе могут дать квартиру или дом.

Пока раздраженный хромой маг разъяснял аспекты своей работы, ему приходилось неоднократно пояснять словечки, которые он использовал в своей речи, с каждым раз ворча все больше.

— Магия?

— Чего?

Бром указал в сторону Байрона

— Моя способность?

— Да.

— Мне с собакой легче разговаривать легче, чем с тобой, ну да ладно, так и быть клоун покажет тебе фокус (ты и клоун, наверно, не знаешь, что такое, ну почему все самые тупые стекают именно ко мне). Смотри, моя способность «Чуждый миру» позволяет мне быть невидимым и бесплотным, что-то вроде телепорта, но до цели я добираюсь своим ходом, что сильно ограничивает мои действия.

Байрон исчез буквально на пару секунд, а затем дверь открылась, и он вошел в комнату, в которой только что находился.

— Вот, я прошел сквозь дверь и снова вошел внутрь. Меня взяли из-за идеальной совместимостью с разведкой и вскрытием дверей. Надеюсь, ты не будешь так же беспардонно спрашивать о способности других, воздержись хотя бы с Говардом и Агнией. А! Точно, я ведь так и не успел тебя представить. Пошли за мной.

Байрон хотел было протянуть руку, но вовремя одумался. Он вышел из комната и закричал, что есть мочи.

— Агния! Говард!

— Байрон, ты чо орешь, совсем скоро шарики за ролики заедут, тут и с дубу рухнуть не далеко. Говарда нет сегодня, а я вот она, чего ты так кричишь-то?

По близости сидела молодая или не очень женщина с кругловатым, немного женственным лицом, на котором лениво зыркали два простецких карих глаза, и пучком на затылке. Хоть голос ее еще и был звонкий, но разговаривала она совсем, как бабка. Рот у нее всегда был чуть приоткрыт, и в совокупности с ее сверкающими глазами всегда казалось, будто она чего-то ждет от собеседника. Роста была среднего, не стройная, но вовсе еще не обрюзгшая от своего возраста. На вид ей было сорок лет, а может всего лишь 20

— У нас же здесь такое происшествие, — Байрон указал на Брома, — Почему его нет?

— Ну видимо не совсем и происшествие,

А лишь святое шествие

По моему пути,

Что вам не превзойти.

Не трудно было понять, кто именно влез в разговор.

— Вот, Агния, согласись же и ты, что его выходки ни в какие ворота уже не лезут, живая оплошность, а не человек.

— Ты в какой огород сейчас камень закинул, в Говарда аль Данте, тебя уж поймешь?! Боже ж ты мой, тьфу на тебя. Совсем уже окаянили.

Женщина начала разговор спокойно с надутой деловитостью, потом замялась, а после уж и вовсе начала махать руками и выдворять Байрона непонятно куда.

— Понятно все с вами. Так. Зачем же я выходил? А, вот. Агния, наш новый друг — Бром. Ни в коем случае его не трогай, усекла?! Ни одежды, ничего, а то на месте коньки отбросишь!