Читаем Сандра (СИ) онлайн бесплатно

Я была зла, как дракон, у которого из-под носа стянули его любимое сокровище, и искренне жалела, что не могу, как он, дышать огнем. Грязный воришка отступал, подняв перед собой, как щит, потрепанный учебник истории. В другой руке, занесенной над головой, он держал мой бессмертный труд, плод бессонных ночей и пропущенных уроков.

— Положи тетрадку! — потребовала я, вцепившись в папку и одновременно пытаясь добраться до второй руки.

— Сейчас… дай дочитаю: "…устало опустив окровавленный меч, он обернулся и одарил улыбкой даму своего сердца…" Ой! Ой!..

Мне, наконец, удалось вырвать книгу, и сейчас я приводила ее в окончательную негодность обо все, до чего могла дотянуться.

Одноклассник недолго терпел пытки: бросив мне тетрадь и отбежав на безопасное расстояние, осведомился:

— Ну портал-то они хотя бы закрыли?

— Закрыли, — буркнула я, пряча злополучную тетрадь в сумку. В художественной ценности написанного я сама сомневалась, не хватало еще, чтобы о моих литературных потугах узнал весь класс.

Рядом раздался сочувственный вздох.

— Ничего, — ободрила я подошедшую подругу. — Похоже, он не успел дочитать до нашего совместного маразматического творчества.

Одноклассница захихикала, прикрывая рот ладошкой:

— Ты про сцену на мосту? Или про тот отрывок, начинающийся словами "Она шла по лесу…"

— И вдру-уг… — мрачно продолжила я.

— Из кусто-ов… — трагическим шепотом дополнила подруга.

— Выходит, — согласилась я.

— Кто? — поинтересовалась одноклассница.

— Не знаю. Придумай, — я застегнула сумку и перекинула ремень через плечо. — Мы дальше не дофантазировались.

— Точнее не пришли к обоюдному согласию, — возразила подруга.

— И все-таки это был медведь, — категорично заявила я, направляясь к дверям класса.

— Как хочешь, — одноклассница не собиралась сдаваться. — Но, возможно, этот некто просто был очень бородат…

— Аня!

— Ладно, хорошо. Лысый медведь.

От дальнейшего спора меня спас звонок. Одноклассница ушла переодеваться на физкультуру, а я, напустив на себя независимый вид, выскользнула из школы.

Октябрь, поджидавший меня за дверями, швырнул в лицо мелкую морось пополам с опавшими листьями. Когда я, пониже надвинув капюшон, перебегала безлюдный школьный двор, сзади послышался оклик.

— Привет, Лика, — поздоровалась я, как только подруга поравнялась со мной.

— Опять прогуливаешь? — поинтересовалась Анжелика, придерживая растрепанные светлые волосы, чтобы те не лезли в лицо.

Ветер, подувший в другую сторону, порадовал меня новой порцией дождя в лицо.

— Да ну эту физру, — проворчала я, пытаясь повернуться спиной к ветру, который тут же принялся дуть в противоположном направлении.

— И не говори, — улыбнулась Лика. — Ну и погодка. А мне еще в библиотеку сегодня…

— Хочешь, я с тобой схожу, — предложила я, вспомнив о книгах, просроченных минимум на пару недель.

— Где-то через часик? — предложила Анжелика. — Я зайду за тобой.

Мы с Ликой жили в одном подъезде, учились в одной школе, правда, в разных классах, знали друг друга всю сознательную жизнь и были похожи примерно как день и ночь. Не только внешне, хотя у меня темные волосы и карие глаза, а Лика — голубоглазая блондинка. Лика одевалась в драные джинсы и растянутые футболки, игнорируя школьные порядки, за что регулярно получала нагоняй. Меня классная руководительница, преподаватель русского языка и литературы, окрестила "тургеневской барышней" за любовь к длинным юбкам и кружевным блузкам. Лика была общительной, обожала тусовки и дружила, кажется, со всеми в школе. Я, по словам мамы, с детства была тихим замкнутым эгоистом. И, тем не менее, с Ликой у нас были общие интересы: мы слушали одинаковую музыку, увлекались мистикой и фэнтези и делились друг с другом своим творчеством: Анжелика рисовала, но, как и я, немного стеснялась результата.

Когда подруга позвонила в дверь, я уже успела перекусить и одеться потеплее, в брюки и свитер.

На улице тусклый и ненастный день плавно перетекал в вечер: зажигались огни, здания выплескивали наружу поток людей, у которых закончился рабочий день, тучи, низко нависшие над городом, отражали его неяркое свечение. В зеркальных осколках луж мелькали пролетающие птицы, края влажных желтых и бурых листьев слабо трепетали на ветру.

На самом деле описание природы — мое слабое место, поэтому, гуляя по городу, я обычно сосредотачивалась на том, чтобы мысленно раскрашивать детали, вот я и не заметила, как мы поравнялись с грязно-желтым зданием библиотеки и свернули ко входу, проходя по дорожке, с обеих сторон обсаженной елями.

Сдав книги и про себя удивившись тому, что с меня не спросили денег за позднее возвращение, я двинулась между полок, ничего конкретного, впрочем, не имея в виду. В библиотеку меня влекла трепетная любовь к бумажным книгам — мне нравился запах старых страниц, шершавые корешки, иногда встречались и пометки на полях. Весь раздел фэнтези я уже прочла от корки до корки.

Анжелика уже уселась за стол с книгой, которую не давали на дом, настолько она была старой — кажется, это были былины, написанные на старославянском, и мне оставалось только гадать, сколько из прочитанного подруга понимает.

Усевшись напротив, я достала из сумки тетрадь, погрызла кончик ручки.

— Лика, как могут быть связаны между собой два параллельных мира? — поинтересовалась я.

Подруга подняла на меня отрешенный взгляд.

— Аже зволишь ты, отроковица? — глубокомысленно переспросила она.

— Зволю я глагол взорчи, — в тон ей ответила я и повторила вопрос.

Лика изобразила усиленную работу мысли и предположила:

— Портал?

— Портал — это банально, — забывшись, я прикрыла рот рукой и уже тихо продолжила: — В каждой второй книге про попаданцев это портал. Ну или магический ритуал. Ну же, Лика, ты лучше знаешь физику. Какое может быть правдоподобное объяснение.

— Подруга, это же фэнтези, зачем тебе правдоподобие? — удивилась Лика. — С точки зрения физики это совершенно невозможно, потому что нечто не может исчезнуть бесследно.

— А если допустить, что имеет место обмен? — глубокомысленно изрекла я.

— Было уже, — Лика снова уткнулась в книгу. — Магические двойники, помнишь? Как эта книга называлась…

— Нет, я имею в виду не двойника, а просто кого-нибудь… — я искала слова. — Кому очень хочется оказаться в нашем мире. А нам, соответственно, в другом. И этого взаимного притяжения достаточно.

Лика пожала плечами и обернулась — я и не заметила, как к нашему столу подошел парень. Его голову огненной шапочкой обрамляли рыжие вьющиеся волосы. В легкой кожаной куртке, несмотря на холод, и, сюрприз — высоких сапогах, в которые были заправлены коричневые штаны, парень выглядел, как менестрель, сошедший со страниц какой-нибудь книги. Разумеется, мы с Ликой не могли проигнорировать это явление, но парень заговорил первым.

— Вечер добрый, — поздоровался он, без спроса садясь за наш стол. — Я случайно услышал, о чем вы говорили… Вы действительно хотели бы попасть в другой мир?

— А ты что, волшебник? — скептически поинтересовалась я.

— Скажи "нет" наркотикам, — отреагировала Лика.

Рыжий беззвучно засмеялся, встряхнув головой.

— Я не наркоман и не волшебник. К тому же, у меня мало времени. Позвольте представиться: Валентин. Можете считать меня послом доброй воли.

Я покосилась на Лику. У этого Валентина интересный способ знакомиться с девушками. Анжелика, очевидно, решила подыграть: подперев подбородок руками, она воззрилась на незнакомца своими ясными голубыми глазами и шепотом произнесла:

— А посольская грамота у вас есть?

Выражение лица рыжего сделалось озадаченным.

— Вот бес, а надо? — он взъерошил затылок, и мы обе прыснули.

— Нет-нет, мы и так тебе верим, — переглянувшись с Анжеликой, заявила я.

— Так вы согласны? — оживился Валентин.

— Ну давай, веди, — Лика захлопнула книгу и под неодобрительным взглядом библиотекарши отнесла ее на полку.

Вообще-то я сомневалась, что это удачная идея — идти куда-то с незнакомым парнем, но все-таки нас было двое, а Валентин не был похож на маньяка — было в нем что-то наивное, что ли.

Когда мы вышли из библиотеки, стало не до разговоров: ветер, беснующийся снаружи, буквально залепил нам рты. Идти было тяжело: к библиотеке вела неосвещеная дорожка, которую, к тому же, порядком размыло. Я вгляделась в пелену усилившегося дождя, тщетно пытаясь разглядеть свет уличных фонарей. По моим рассчетам мы должны были бы уже выйти на тротуар. Ветер неистовствовал, дуя с такой силой, что спирало дыхание. Я подалась немного вправо; изловчившись, вцепилась в рукав Ликиной куртки, и вовремя: еще один порыв ураганного ветра, и нас бы просто разметало в стороны. Подруга остановилась, пытаясь повернуться спиной к ветру; похоже что у нее, как и у меня, закружилась голова. Воспользовавшись секундной передышкой, я огляделась в поисках нашего провожатого, но его, вероятно, ветром сдуло. Неожиданно ветер стал стихать, пока почти совсем не прекратился; головокружение тут же как рукой сняло.

— Пошли, — я потянула Лику за собой, как вдруг что-то мокрое и колючее хлестнуло меня по лицу.

— Ой! — послышалось справа. — Тут елка! — похоже, Лике тоже досталось.

— Мы, кажется, не туда идем, — сообразила я, оглядываясь по сторонам. С боков к нам подступала мгла, зато спереди обозначилось нечто высокое и разлапистое, скорее всего, то самое хвойное.

— Наверное, свернули с дороги на обочину, — предположила Лика и повернула направо, но тут же остановилась.

— Чего ты? — я подергала за рукав, который все еще сжимала.

— Там тоже елки. Нам налево, — сообщила подруга, подталкивая меня в противоположную сторону.

— Ты с ума сошла?! — я уперлась рукой в ствол, тормозя наше движение. — Слева только деревья, и никакой дороги там нет.

— Спереди тоже, — заключила Лика, вглядываясь во тьму. — Са-аша…

— Ну что?

— Обернись, пожалуйста…

Я оглянулась, все еще недоумевая.

— Ну?

— Пожалуйста, скажи, что там дорога…

— Там елки, — категорично заявила я.

— Сколько елок было возле библиотеки? — тихо поинтересовалась Лика, поворачиваясь ко мне.

— По три с каждой стороны, — упавшим голосом сообщила я.

Лика протянула подрагивающую руку и насчитала пять елок вокруг нас. Шесть, поправила я ее, указав на растение, с которого уже минуты три капало мне за шиворот. Тут я догадалась натянуть сорванный ветром капюшон.

Разобраться в волне чувств, нахлынувших на нас, не позволило одно обстоятельство — серое, мохнатое обстоятельство, беззлобно скалящееся на нас из-под этой самой елки. Грянул дружный истерический вопль, заставивший обстоятельство сперва прижаться к земле, затем, взбрыкивая задними лапами (что в любых других обстоятельствах я нашла бы довольно забавным), умчаться во влажную тьму.

— Эт-ттт-тто… — заикаясь, начала подруга.

— Волк, — лязгнула зубами я. — Лика, соображай, это массовая галлюцинация или метафизический бред того парня о параллельных мирах оказался реальностью?

— Лучше бы первое, — подруга поежилась. — Тебе эта местность ничего не напоминает?

— В нашем мире — ничего, — я начала медленное продвижение вперед.

— А вообще? — подруга, естественно, последовала за мной.

— Один неудачный рассказ, — сообщила я и остановилась: впереди наметилось что-то, похожее на небольшую поляну; по краям, разбавляя еловое однообразие, раскинулись условно лиственные по причине осени деревья и кустарники.

— Она шла по лесу? — нервно хихикнула Лика.

— Они шли… — поправила я и осеклась — мне послышался какой-то треск. — Только не ори, Лика, а то я сама заору, — шепотом предупредила я подругу, мысленно перебирая содержимое своей сумки в поисках того, что, в крайнем случае, могло сойти за оружие.

Неожиданный оклик: "Што зачь?", заставил нас подскочить, а толстая короткая стрела, в которой я от испуга не сразу узнала арбалетный болт — присесть.

— Чего? — шепотом поинтересовалась я.

— Он спрашивает, кто идет, или что-то в этом роде, — Лика отползла за елку и потянула меня за собой.

— Откуда ты знаешь? — скороговоркой поинтересовалась я — треск ветвей раздавался уже гораздо ближе.

— Догадываюсь! — выпалила подруга.

— Раз так, ответь ему что-нибудь! — взмолилась я.

Подруга боязливо высунулась из-за елки и крикнула чуть дрогнувшим голосом.

— Не стреляйте!

— А пошто не страляти? — поинтересовался густой бас из-за кустов с той стороны поляны.

— Свои, — робко предположила подруга.

— Внетъ спойзрем, што за "свае", — послышался настороженный голос тембром выше.

Я, игнорируя попытки подруги затащить меня под елку, высунулась из-за ствола — и вовремя: успела увидеть, как из кустов практически бесшумно выходит высокий человек. Лица не было видно из-за низко надвинутого капюшона, выглядывала только черная спутанная борода.

— Че-ерт, Аня была права насчет "кого-то бородатого"… — прошептала я, отползая назад к подруге, но на середине движения замерла, почувствовав, как что-то острое уперлось мне в спину.

— Не варушыся!

Данной фразе перевод не потребовался, я и так не собиралась оборачиваться, чтобы поинтересоваться, чем мне тычут в спину: копьем, мечом или наконечником стрелы.

— Прыбяры кадеру, Гред, ці не зочыў — гэта ж жанчына. Да таго ж без зброі.

Я рискнула поднять глаза и увидела, что "медведь" уже в двух шагах от нас. Как и волк. Если глаза меня не обманывали, это был тот самый серый волчара, что задал стрекоча от нашего с Ликой вопля. Мохнатое четвероногое подбежало вплотную ко мне и с интересом обнюхало — спасибо хоть, что не лизнуло — затем вернулось и село в ногах у бородатого. Тут я обнаружила, что почти лежу на мокрой земле, холодным оружием в спину мне уже не тычут, а "медведь" терпеливо ждет с протянутой рукой.

Не рискнув воспользоваться помощью, я встала и молча отряхнулась. Это мало помогло — я вся извозилась в грязи, к тому же брюки, не предназначенные для ползанья по лесам, были мокры насквозь.

— Ну, што вы нам скажаце? — поинтересовался бородатый, по-видимому, разглядывая меня из-под капюшона с высоты своего роста (на голову выше, не меньше).

Тут до меня постепенно начало доходить, почему я все-таки понимаю, с чем ко мне обращаются. Речь "медведя" и его спутника представляла собой мешанину старославянского и белорусского языков.

— А ничего, — раздраженно ответила я, игнорируя знаки, подаваемые мне подругой. — Сначала был рыжий парень, который вещал о параллельных мирах, потом подул ветер — и оказались здесь, в лесу.

— Ветром, значит, сдуло, — задумчиво протянул бородач. — Что ж, Валентин свою работу выполнил, но, скажем так… проявил досадное самоуправство.

Я опешила. Лика, судя по всему, тоже. Волк прижал уши и лег на землю, исподлобья поглядывая на нас.

— Так! — не выдержала подруга. — Может, кто-то объяснит мне, наконец, что происходит?

— Вернемся к костру? — лениво предложил баритон за моей спиной.

— С удовольствием, — я повернулась к говорившему, да так и осталась стоять.

Меня насмешливо оглядели зеленые, слегка раскосые глаза; второй незнакомец повернулся и бесшумно нырнул в кусты — ни одна веточка не шелохнулась, только золотистые волосы мелькнули среди корявых сучьев.

— За ним, — бодро прогудел бас у меня над ухом.