Читаем КРАСНАЯ РУНА онлайн бесплатно

Многие из заметок этого тома изначально предназначались для публикации в Храме Сета. В целом, они не имеют к нему никакого отношения и по большей части рассказывают о предметах, которыми я мог увлечься, работая над другими проектами. Все заметки были адаптированы для широкого круга читателей: они существенно пересмотрены, и в ряде случаев исправлены и дополнены.

Статья, озаглавленная «Побочные ветви и параллели Господ Пути левой руки» была написана как одинадцатая, заключительная глава книги «Lords of the Left Hand Path» («Господа Пути левой руки» — Rûna–Raven, 1997). В окончательный вариант книги эта глава не вошла из–за видимого «расхождения в значимости» между обществами и учениями, описанными в десяти предшествовавших главах и теми, что описаны в последней. Всё же, материал этот содержит некоторые интересные идеи, которые заслуживают внимания. Со времен первой публикации в 1993 году, текст был несколько пересмотрен и дополнен.

Импульс, лежащий в основе несколько спорного документа, озаглавленного «Contra Templum» — дальнейшее развитие моей работы, описанной в контексте сетианской истории и философии, к которым она зачастую имеет весьма незначительное отношение. «Жажда сенсаций», проявляющаяся в стремлении причислить сетианские исследования к «дьяволопоклонничеству» часто бывает чрезвычайно искушающей — настолько, что пройти мимо неё нельзя. Я осознал, что если не сделаю утверждения об обратном, то тех исследователей, которые уделяют внимание лишь биографическим деталям, уже нельзя будет упрекнуть в неверной расстановке акцентов. Именно из этой необходимости и возник означенный документ.

Имя или формула «Baphomet» сыграла примечательную роль в истории черной магии XX столетия. Оно стало именем, или девизом, принятым Алистером Кроули в О. Т. О., и так же была названа сигила, используемая Церковью Сатаны.

На протяжении веков попытки объяснить это имя или формулу окутывались противоречиями и домыслами. Настоящая статья едва ли положит этому конец, но поможет взглянуть на проблему в свете более магическом, чем обычно. Главным образом, мы будем говорить о первоначальном значении имени, очевидно, вошедшем в употребление в Средние века в связи с рыцарями–храмовниками, а не в связи с тем бóльшим принципом, который может стоять за ним.

Некоторые стороны этого вопроса были рассмотрены в статье для «Cloven Hoof» («Раздвоенное копыто» — № III–11, ноябрь 1971 года) тогдашним Жрецом Майклом Аквино. Эта статья, с дополнительным комментарием, опубликована как приложение № 28 в его внушительном труде «Church of Satan» («Церковь Сатаны»).

Главным источником сведений для этой статьи мне послужила книга Карла Фрика «Die Erleuchteten» («Иллюминаты») — подробная история «гностико–теософских и алхимико–розенкрейцерских тайных обществ до конца XVIII столетия».

Общеизвестно, что имя «Бафомет» появляется в истории для обозначения некоторого «идола», предположительно использовавшегося рыцарями–храмовниками в тайных культовых практиках. Эти ритуалы описаны в бесчисленном множестве книг: обширные сведения о них под пытками получены от самих храмовников.

В общем и целом, храмовникам приписывается проведение богохульных сексуальных ритуалов, в которых символы Церкви высмеивались, извращались и осквернялись — в целом, это весьма обычные домыслы для клерикалов того времени (начала XIV столетия). Когда рыцаря знакомили с тайнами Ордена, в какой–то момент приготовлений идол будто бы извлекали из святилища и помещали на алтарь. Многочисленные свидетельства описывают этот предмет как двухголовый бюст (на одной стороне которого размещался череп, а на другой голова старика с длинной белой бородой) или андрогинное существо. Как кажется, все эти разнообразные описания имеют общую черту — двойственность символов, или лучше будет сказать, единство двухполюсной конструкции. Это, конечно, вписывается в манихейскую, гностическую форму ереси, которой, вероятно, и следовали храмовники.

В дополнение к этому идолу, а иногда и вместо него, посвящаемому показывали каменную скрижаль, извлекаемую из алтаря. На одной из сторон скрижали, очевидно, имелось некое изображение. Поскольку эта деталь не укладывается в обычную «навязчивую идею» Инквизиции об идолах, то, по моему мнению, именно она с большей вероятностью отражает подлинную сторону ритуала храмовников.

В любом случае, на описываемый предмет постоянно ссылаются, как на «говорящую голову». А это представляет интерес в свете иконографии храмовников. Их святым заступником был Иоанн–Креститель, и, наверное, предполагалось, что его отсечённая голова сообщала храмовникам тайное знание. Этот мотив имеет соответствие и в языческом мифе о голове Мимира, передавшей знания богу Годану, Одину.

Но что же могла содержать эта скрижаль? Вот магический квадрат, постоянно ассоциируемый с храмовниками:

Значение этого квадрата и его связь с храмовниками оставались совершенной загадкой вплоть до 1931 года, когда в малоизвестной заметке графа фон Харденберга, озаглавленной «Rosenkranz und Bafomet» было предложено некоторое решение. К слову, этот же магический квадрат фигурирует и в третьей главе «Книги священной магии Абрамелина».

Харденберг заметил, что буквы «А» в квадрате образуют некоторый рисунок, и удалил все прочие буквы, также поместив в центр «B».

Кабалисты тотчас узнают эти буквы, как первичные знаки творения, B–A. Но, кроме того, Харденберг замечает, что буквы A образуют знак, тесно связанный с храмовниками — «мальтийский» крест.

Крест именно такой формы использовался в Ордене. Еще более любопытно, что эта фигура в геральдике именуется «говорящей головой» (das redene Haupt). Также символ этот толковался, как пара противонаправленных свастик — знаков, известных в геральдике как fyrfos, или «огненная метла».

А здесь проявляется сразу несколько магических привязок: первичного творящего огня к «fyrfos» (под названием «говорящей головы»), и их обоих к общему экзотерическому знаку Ордена — кресту.

Потому Харденберг предлагает считать имя «Бафомет» латинской фразой «B A fomitem habemus» — «из букв Б и А мы получаем разжигатель огня» (от латинского fomes — «трут, фитиль», применявшийся для разжигания костров).

Так, сокращённые формы «BA fomes» или «BA fomit» могли быть вполне естественными. И они непосредственно связаны с символом fyrfos.

А что с другими буквами квадрата?

Очень любопытно, что именно эти буквы составляют инициалы официального названия Ордена: «Solomnis templum novum dominorum Militae Templorum».

Такое решение формулы «Бафомет» может оказаться всего лишь еще одним фрагментом в общей загадке храмовников, но оно кажется верным во многих отношениях. Оно достаточно абстрактное, чтобы сбить со следа Инквизицию, но всё же в нем достаточно подтверждений, делающих его чем–то большим, чем простое мистическое предположение. А нам оно дает возможность с куда большей уверенностью причислить храмовников к историческому лагерю черных магов.

С точки зрения лингвистики следует заметить, что часто употребляемая транскрипция «бафомей» (по правилам произношения в современном французском) не верна для старофранцузского, языка французских храмовников. Правильной, старой транскрипцией будет именно «бафомет». Также, нельзя не отметить, что в старофранцузском заимствованные слова (в особенности арабские), начинавшиеся с [m], часто слышались и записывались с заглавной «B» — и тогда имя «Бафомет» может оказаться не чем иным, как старофранцузским искажением «Мафомет»: Магомет, Мохаммед. Такое толкование должным образом изложено в книге «Суфизм» Идрис Шаха. На странице 254 он выдвигает предположение о том, что «Бафомет»:

Читая популяризованные работы в духе «нью–эйдж», замечаешь один из этих «фактов», некритично принятых на веру: якобы египтяне веровали в перевоплощение и разработали учение, подобное или идентичное индийскому учению о карме. Исторически, наиболее вероятной причиной такой ложной убежденности является то, что красочно–экзотические религиозные учения Индии и таинства Египта пришли в западное европейское сознание примерно в одно и то же время, то есть в первой половине девятнадцатого столетия.

На самом деле, представление об идеях Египта остается крайне смутным в сравнении с широтой и глубиной познаний о религиях хинду и буддизма и их философиях. Разумеется, главная причина этого в том, что индийские системы (чьи изначальные идеологические корни скрываются в традиции Риг–веды, которой сегодня уже более четырех тысяч лет) всё еще образуют живущие и воспроизводящиеся системы мышлений и верований, в то время как египетские системы вымерли почти две тысячи лет назад.

Надписи на Розеттском камне начали расшифровывать лишь в 1822 году, и потребовалась почти сотня лет и труд многих исследователей, чтобы просто начать понимать идеи, содержащиеся в египетских текстах, записанных иероглифическим и демотическим[1] письмом. Британский египтолог Э. А. Уоллис Бадж, например, еще в девятнадцатом веке приписывал древних египтян к какому–то сорту дикарей. Его выводы о философском содержании их духовных достижений отражают его предубежденность, и такое отношение было всеобщим в современной Баджу Британии.

В период между «открытием» таинственного Египта пост–средневековой Европой и развитием и усовершенствованием исследовательского подхода, позволившим яснее понимать то, о чём же в действительности думали и во что верили древние египтяне, общественная жажда знания о тайнах Нила питалась из различных индийских, иудеохристианских и греческих интеллектуальных источников. Это, а также ряд факторов, присущих египетскому интеллектуальному миру (например, яростное подавление египтянами культа Сета и отрицание этого бога со времени XXV династии), сделали воссоздание подлинной картины египетской философии более сложным, чем это могло казаться вначале.

Тем не менее, мы никоим образом не заинтересованы в какой–то «нео–египетской религии». Подобная реконструкция была бы только упражнением чистого воображения, поскольку органическая культура, рождавшая те идеи, мертва. Всё же, многие исследователи на разных уровнях заинтересованы в поисках подлинного понимания сущности Принципа автономного разума[2], раскрытого исторически в египетском культурном контексте. А потому, с применением самых утонченных линз, даруемых этим Принципом, нам нужно исследовать самые изощренные и возвышенные идеи в египтологии современности.

Недавно завершенный «Lexikon der Ägyptologie» в восьми томах, опубликованный Харассовичем в Германии, стал наиболее современным выражением академической египтологии в энциклопедическом масштабе. Этот труд стал «последним словом» относительно практически всякого предмета, относящегося к Египту, наиболее достоверным и непредвзятым.

Потому интересно посмотреть, что же говорит Lexicon о перевоплощении. Читаем по–немецки в статье о «перевоплощении» или переселении душ: