Читаем Бракованные онлайн бесплатно

Посвящение

Посвящаю моему прайду и всем отчаявшимся. Хочу выразить благодарность двум парням из Колумбуса, за вдохновение.

Предисловие

Бывает так, что что-то ломается у тебя в голове. Значит – ты бракованный. Не бойся, не стоит сопротивляться, прими это как факт.

Нет ничего страшного в том, если тебе вдруг подумается, что бракованные все вокруг, а не ты, но, всё же, не стоит делиться этой догадкой с кем попало. Мой друг, нам никогда не узнать правды.

Прости, но раз уж ты бракованный, то, скорее всего, от тебя поспешат избавиться. Если они будут игнорировать тебя, не воспринимать всерьёз, если они будут смеяться над тобой, если они выкинут тебя за неисправность – молчи. Тешь себя мыслями о том, что ты прав, но молчи, ибо тот, кто не хочет тебя понять, никогда тебя не поймёт.

Не копи внутри злость. Не пытайся что-то в себе исправить, если только сам искренне того не захочешь. Найди своё счастье в созерцании, или в помощи другим, в чём угодно. Найди в этом себя самого и полюби его.

Итак, воспринимай эту книгу как мысли. Просто мысли, которым придали определенную форму. Всего лишь мысли и ничего более.

Книга не пропагандирует ничего, кроме долгой и счастливой жизни. Приятного тебе чтения, отважный путешественник по страницам.

Я испытывал простое и самое большое на свете счастье – я был жив.

Рэй Брэдбери

Начало

Двое сидели в баре. Один, в бежевом плаще, уныло вертел стакан с виски, другой то и дело поправлял очки.

Они говорили тихо, иногда совсем переходили на шепот.

– Этого можно было ожидать. Каждая шестая смерть происходит из-за заболевания органов дыхания. – Сказал тот, что был в очках.

– Это не просто какое-то там заболевание, настоящий взрыв! – Второй опустошил стакан.

– Так что же, нас ждет эпидемия? – Он как-то грустно усмехнулся, что было совсем неуместно.

– Нет. Заболевание наследственное, можно только догадываться, чем вызван всплеск таких масштабов. Всё население Земли буквально поделили на «У вас есть будущее» и «До тридцати не дотянете».

– До сих пор поверить не могу, что какой-то там ген взял и внезапно активировался. Быть может это кара Господня?

– Когда это ты успел стать набожным? – Он тяжело вздохнул – На данный момент рекорд по продолжительности жизни с этими «Красными легкими» – двадцать семь лет.

– Двадцать семь? – считай, повезло. Люди с, например, муковисцидозом умирают детьми в большинстве случаев.

– Да, но в масштабах не сравнится. – Шепотом: – Это секретно, но они думают, мы можем потерять четверть человечества.

– Земля пытается бороться с перенаселением. Многие это прогнозировали.

– Самое удивительное – никаких симптомов. Живешь себе спокойно свою не очень продолжительную жизнь, а в один день выплевываешь легкие наружу. Сейчас они проверяют всех новорожденных.

– Понятно… Ну а лечение, генотерапия?

Теперь мужчина в плаще говорил еще тише, чем шепотом, так, что его собеседник практически читал по губам:

– Я пробовал на добровольцах.

– И что?

– Кажется, получилось. Почему-то, меня попросили молчать об этом.

– Так зачем ты тогда мне рассказал?

– Не знаю, плохое предчувствие. Кажется, кому-то просто невыгодно их лечить. Ты слышал вообще, как они их называют? «Бракованные», представляешь?

Откуда-то сзади раздалось:

– Доктор Хоуп, Доктор Смитт?

Двое обернулись.

– Пройдемте, пожалуйста, с нами.

Они молча повиновались.

Смитт судорожно поправил очки, а Хоуп написал жене, что любит её…

***

Спустя несколько месяцев «Бракованные» признаны социально-опасными. Заболевших, проявляющих агрессию или непослушание изолируют в срочном порядке. Власти заявляют – лечение искать бесполезно. Создается официальная служба, под названием «Синий круг», ведущая контроль над носителями гена «Красных легких».

Часть I

У истоков мятежа

Иду по лезвию ножа,

Я у истоков мятежа,

По телу жар, вскипает кровь,

Удары сердца вновь и вновь.

Душа моя полна протеста,

Внутри для боли впредь нет места,

Мой гнев – мой беспощадный меч,

Я правду с ним смогу сберечь.

Мэттью.

Когда Мэттью и Этан вышли из бара, на улице было очень темно. Всё опустело, но это было скорее приятно. Ведь среди людей братья чувствовали себя неуютно. Они всего лишь дефект природы. Красиво, но быстро сгорающий дефект.

Быть бракованным трудно. Работодатели остерегаются нанимать людей без соответствующих справок о здоровье – вдруг выдуманная властями агрессивность даст о себе знать. Но всегда можно найти другую работу и другие пути, покрытые смутной тьмой.

На небе высыпали неяркие звезды. Воздух был прохладный и очень лёгкий, веяло свободой. Тихо шелестели проносящиеся где-то вдали машины, а город озарялся лишь неоновыми вывесками круглосуточных заведений.

Этан легонько толкнул брата в плечо:

– Куда теперь?

Мэттью мечтательно посмотрел на звездное небо, словно искал там ответ. Он помолчал пару секунд, вбирая в лёгкие как можно больше этого чудесного ночного воздуха. Приятная тьма окутала его изнутри. Он также мечтательно взглянул на брата:

– А куда ты хочешь?

Этан растерянно пожал плечами и усмехнулся. Он, как и Мэтт, был слегка пьян. Затем Эт резко посерьёзнел и проговорил:

– Даже и не знаю…

– Ну, тогда давай просто идти. Куда-нибудь мы точно попадём.

Они засмеялись и, шатаясь, продолжили путь. Голоса в голове Мэттью затихли. Обычно они кричали и неистовствовали, но сейчас этого не наблюдалось. Один из них мирно насвистывал джазик, другой негромко хихикал. Когда голоса не проявляли агрессию, они не казались Мэттью признаком сумасшествия.

Этан снова его пихнул, но на этот раз сильнее, так, что Мэтт чуть не свалился. Он возмутился:

– Ах, вот как?!

Парень ответил тем же. Этан, смеясь, летит на влажный, после дождя, асфальт.

Мэтт помогает брату подняться. Он чувствует, как пылают его щеки и вдруг понимает, что давно не ощущал себя таким счастливым, как в этот конкретный момент. От этого ему становится чуть-чуть грустно. Так случалось всегда. Ему было грустно, даже когда было весело. Он грешил унынием. Какой-то из голосов досадливо вздыхает. Мэтт мрачнеет:

– Не хочу, чтобы ночь кончалась.

Улыбка пропадает с лица Этана тоже, он отряхивается и кладет руку брату на плечо:

– Расслабься, ладно? Всё будет хорошо.

Мэттью сделал вид, что это его подбодрило, но голоса перестали смеяться и теперь лишь грустно вздыхали. Это раздражало, но он как обычно постарался не обращать на них внимание.

Парни хотели было продолжить веселиться и расслабляться, но их отвлёк возглас, доносящийся сзади:

– Эй, вы, подождите!

Этан и Мэтт мгновенно переглянулись. Голоса заорали: «беги!», и Мэтт как никогда раньше, готов был к ним прислушаться. Ещё лишь доля секунды и они сорвались бы с места, и бежали бы со всех ног, и так бы и не узнали, что эта девушка лишь хотела помочь.

Запыхавшаяся, она протянула что-то Этану:

– Ты выронил мобильник.

Опьяневшему парню потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что происходит. После он забрал мобильный и протянул:

– Ого, похоже, он выпал, когда мы… Толкались… Спасибо большое…

Девушка протянула руку ещё раз:

– Пэйдж.

Этан вновь завис на пару секунд, не понимая, чего от него хотят:

– Эмм, да… Спасибо большое, Пэйдж.

Он неуверенно пожал ей руку и развернулся, чтобы уйти.

Мэтт задержал свой взгляд на девушке, стараясь впечатать ее внешность в свою память. Она показалась ему странноватой, возможно, отталкивающей. Её черные, потертые джинсы, гигантская белая рубашка, это всё было здорово, но взгляд цеплялся за волосы, неестественно красного цвета, словно свежая кровь, хлещущая из пробитой артерии, а глаза ее были огромные и очень… Грустные. Какой-то из голосов комментирует: «До чего странная!». Она встречает его взгляд с вызовом и готовностью обороняться, поэтому он спешит вслед за братом, сбегая от неуютной реальности, вынуждающей общаться с людьми. Они зашагали так быстро, как только могли. Свернув за угол, Этан рассмеялся:

– Как думаешь, она поняла, что я пьян?

Мэтт тоже захохотал:

– Нет, что ты! – Протянул он саркастически.

Подумав, он совершенно серьезно добавил:

– Кажется, ты ей понравился.

– Разумеется, я же до безумия красив.

«Верно» – подумал Мэтт и ласково потрепал брата по голове. Он и вправду был красивым. Не низкий, но и не «шкаф», в хорошей форме, широко открытые зелёные глаза, девчонки таких любят. Кроме того, он был добр и слегка наивен. Кто-то в голове Мэттью вновь не удержался от комментария: «Уж точно привлекательнее тебя» Короче говоря, закон компенсации на нем не сработал. Этан был и красив, и умен.

Вдруг Мэттью застыл как вкопанный.

Этан забеспокоился:

– Ты чего?

Мэтт побледнел. Ему стало совсем нехорошо, он опёрся рукой на кирпичную стену и опустил голову. Внутри него, словно закрутился барабан стиральной машинки, причем совсем не в щадящем режиме. Дешевая выпивка дала о себе знать. Этан, наконец, понял причину его странного поведения и с осуждением выпалил:

– Черт, Мэттью, ты пить не умеешь!

Мэттью пытается оправдаться:

– Просто выпивка паленая.

Этан не собирается уступать:

– Но со мной-то всё в порядке.

«И правда…» Мэттью посмотрел на него с подозрением.

– Ты покрепче. – Тихо прошипел он, скрючившись над асфальтом.

Он замер, предчувствуя нехорошее.

– Этан? – Тихо позвал он, словно не веря, что стоящий рядом, действительно является его братом.

– Что?

– Отвернись.

Этан усмехается:

– Как будто я не видел, как тебя тошнит.

Мэтт обидчиво вскинул голову, направляя на него укоризненный взгляд.

– Ой, да ладно, ладно, я отойду.

Мэттью кивнул. Он ненавидел, когда кто-то замечал, что ему плохо. Кроме того, ему попросту было неловко. Да и зрелище не из приятных. Голоса в голове презрительно зашипели.

Когда Мэттью почти пришел в себя, к нему подбежал чем-то сильно напуганный Этан.

– Мэтт, гляди, там за углом…

Мигом забыв про боль и недомогание, Мэттью с опаской выглянул в переулок. То, что он там увидел, было очень плохо. Настолько плохо, что он мгновенно протрезвел.

Этана, стоящего рядом, бросило в дрожь.

– Уходим. Сейчас же. – Решительно произносит Мэтт.

Но Этан застыл на месте.

– Давай, Эт, бежим!

– Та девушка, Мэтт… Пэйдж… Это она.

Мэтт присматривается к колючей тьме. Да, и вправду, та странная с красными волосами.

Всё же, без тени сожаления, он поясняет:

– Этан, дурак, ты ей никак не поможешь!

Похоже, Этан его не слышит. Он лишь продолжает наблюдать, как Пэйдж вырывается и кричит, но её силой затаскивают в синий фургончик.

Зрелище завораживает. Столкновение грубой силы и отчаянных, не менее грубых, попыток спастись.

Пэйдж кричит. Она кричит не как человек, как зверь, с которого живьём сдирают шкуру. Чистильщиков двое, и сдаваться они не привыкли, как она не старается, отбиваясь локтями, всё бесполезно.

Они никак не могут оторваться от этого ужасного зрелища. Мэттью вдруг показалось, что он на трибуне Колизея, какой-то из голосов восторженно присвистнул в подтверждение.

Тем временем, Этан подобрал кусок арматуры откуда-то с обочины и решительно рвался в бой.

Он ничего больше не видел, он не слышал, как Мэтт кричит на него. Пелена гнева, застелила его широко открытые глаза. Он сжал эту железяку так отчаянно и сильно, что его костяшки побелели.

Мэтт перегородил ему дорогу:

– Этан, идиот! Не смей! Бежим!

Этан непреклонен.

«Я не могу ему этого позволить. Что угодно сделаю!» – проносится у Мэттью в голове.

Отец говорил ему всегда защищать брата. Отец бы нашел способ остановить его сейчас…

– Пожалуйста, Этан, я прошу тебя! Нам не нужны проблемы!

Но Этан смотрит сквозь него, в его отсутствующем взгляде, страх и ярость слились в бешеном танце. Мэтт не сдается, он трясет его за плечи и повторяет:

– Мы должны бежать!

Когда Этан заговорил, его голос был твёрд, как сталь, и хладен, как ледники на Аляске:

– Если ты должен бежать, то беги. А я должен помочь этой девушке.

Он практически смахнул брата с пути. Мэтт смотрит на него с неподдельным ужасом. Он должен был догнать Этана и остановить, но ноги не слушались, всё тело, будто парализовало и оставалось просто смотреть на удаляющийся, до боли знакомый силуэт, который, возможно, он видит в последний раз.

Прошла, целая вечность, перед тем как Мэтт вскочил и понёсся на встречу проблемам.

Когда он подбежал к фургончику, двое чистильщиков уже валялись на асфальте, с пробитыми головами.

Он онемел от ужаса. Дыхание сперло. С трудом найдя в себе силы, он заворожено прошептал:

– Этан… Ты… Ты их убил…

Этан молчал. Его сбивчивое дыхание, его ошалевший взгляд, его окровавленные ладони, вот они кричали. И всё вокруг кричало. Негодовало и тряслось от пережитого кошмара, от напряжения, от эмоционального накала. Казалось, что небеса вот-вот разразятся громом.

Голоса тоже орали, и лишь Этан был хладен и спокоен, как будто убивать – было его профессией.

Под слабым светом фонаря его черты были выразительны, как у скульптуры. Его неестественная поза, нелепое орудие в руках, четкие скулы, погруженные в тень, умные глаза, Мэтт хотел было созерцать это целую вечность, но Пэйдж решила по-другому. Схватив его за руку, выдергивая из этой бездны небытия, она пролепетала:

– Они успели вызвать подкрепление.

Ее слова долетали до него медленно. Они обогнули весь земной шар, рассыпались на частички, на крошечные атомы, растворившись в ночной прохладе, прежде чем он осмыслил их.

И вот тогда они втроем побежали. Неслись, словно от торнадо, словно от стада разъяренных бизонов, и остановились лишь раз, чтобы скинуть в реку кусок арматуры. Широкий и бурный поток подхватил его и поволок на дно, унося таинство убийства под воду.

***

Они прибежали на съёмную квартиру, ставшую временным убежищем в этом неспокойном мире. Первое, что делает Мэттью – запирает дверь на три засова, чтобы почувствовать себя хоть в относительной безопасности. Голоса нервно перешептываются. Прислонившись к стенке, Мэтт шлепается на пол. Этан и Пэйдж следуют его примеру. Минуты две у них уходит просто на то, чтобы отдышаться.

Одежда на вешалке, поцарапанный паркет, выцветшие обои в мерзкую полоску, всё вокруг, будто смотрело на них с удивлением, с неподдельным интересом.

Пэйдж начинает разговор:

– Спасибо.

Она произнесла это тихо и стеснительно, словно подразумевая ничтожность этого слова, по сравнению с услугой, которую оказали ей братья.

Этан кивнул:

– Мы своих не бросаем.

«С каких это пор, интересно?!» – подумал Мэтт и с наигранным удивлением уставился на брата. Тот отмахнулся.

Пэйдж дышала уже совсем ровно. Она откашлялась:

– Так вы тоже…

Мэтт позволил себе сказать это за неё:

– Бракованные? Верно. Обидное прозвище, не правда ли?

Этан слегка усмехнулся, Мэттью показалось, что это был скорее грустный смешок. Затем Этан обратился к Пэйдж:

– Можешь остаться на какое-то время.

Он вопросительно посмотрел на Мэттью, ожидая подтверждения. Глубоко и раздосадовано вздохнув, Мэтт всё-таки кивнул в знак согласия.