Читаем Дневник памяти Анастасии (СИ) онлайн бесплатно

Дневник памяти Анастасии.

«Моя жизнь особо никого не может удивить»

«Начнём с самого начала, со дня моего рождения, а родилась я в Москве. Номера роддома, к сожалению, не помню. Родилась я под самый Новый год, то есть двадцать девятого декабря тысяча девятьсот восемьдесят седьмого года.

Семья, по моих меркам, была большой: бабушка, мама и дядя. Через несколько лет моя семья увеличилась в размерах — появился брат, дядя женился и вскоре родились ещё двоюродные сестра и брат.

Когда я рождалась, все врачи спешили отмечать Новый год, поэтому торопились закончить со всеми делами и начать отмечать праздник. В первую минуту, когда меня увидела бабушка, она назвала меня предновогодним подарком. Но также заметила покраснения у меня в области шеи. Позже выяснилось, что это пятно было получено при рождении.

Конечно, это повлияло на моё здоровье. И я долгое время не могла сидеть ровно без опоры, и лишь в годовалом возрасте мне был поставлен диагноз: детский церебральный паралич. Скорее всего, по этой самой причине друзей у меня не было, кому же нужен малоподвижный друг? Да, был один человек, которого я считала другом, Никитос. Но он был им, лишь из-за дружбы наших матерей, но в то время я того не понимала и была рада его присутствию в моей жизни. Раньше я отличалась излишней доверчивостью, и обо мне знали всё, можно сказать читали, как открытую книгу. Хотя нет, в моей жизни все же был человек, знавший обо мне всё, и даже то, чего не знали самые родные. Этим человеком был мой дядя Коля.

Он был моей первой любовью, да я знаю, что это неправильно, ведь он мой кровный родственник, но все же. Я была счастлива находиться рядом с ним и грызть купленные им яблоки, пока болела. А когда я училась, он защищал меня от криков мамы, которая хотела, чтобы я хорошо училась. Правда один раз он и сам накричал на меня. А в возрасте десяти лет, мы, то есть я и мой Колька, поехали к его подруге Юле на дачу, но она так и не приехала туда. И по этому, я около месяца была с любимым на даче.

Было очень сказочно, я наблюдала за ним, даже парой просыпались потаенные желания. Да, я мечтала, но не в этой жизни…

Как раз в те дни я первый раз выпила, и Колька был мной очень недоволен. Он сильно ругался, а я просто хотела обнять его и помолчать. Но ничего этого не случилось, он просто сказал, что это останется нашей маленькой тайной.

В августе мы вернулись. Я пошла в новую школу, гимназию. Ступеньки, вновь во второй класс. Но я не проучилась там и месяца, так как слегла в больницу, мне было настолько плохо, что даже мерещилось чье-то присутствие. В ту минуту я хотела со всеми попрощаться, но это было невозможно. Но все же спустя пару дней я пошла на поправку. А после случившегося я вернулась в школу. Радости не было предела. И летом, чтобы я полностью поправилась, мама отвезла меня на две недели в Турцию.

Время там пролетело очень быстро, но воспоминаний осталось море. И, вернувшись с отдыха, я пошла в третий класс. Но вскоре выяснилось, это был мой последний год в этой школе. А все потому, что я вновь порчу лицо этого заведения. Своего рода дежавю, ведь в первой школе, мне сказали практически тоже самое лишь с малым дополнением: 《 Ваш ребёнок — инвалид. А как вам известно, дети с ограниченными возможностями учатся на дому. Вам нет места в этой школе…》

Мама была в шоке и в панике, целое лето искала мне школу. И, хвала небесам, нашла. В это время в семье тоже происходили некие мелкие перемены, у меня родился брат, Егорка. Мой дядя женился, а его новоиспеченная супруга родила мне сестрёнку — Кристинку. А сам Колька, в дальнейшем Чучундрик, отдалился от меня. От этого мне стало так больно, и я потеряла былую силу. Мне очень хотелось плакать, и я позволила себе это, сославшись на разрыв с тем, кто мне был симпатичен, так называемой моей первой любовью. Но хоть я была не в духе, я все же замечала, как Колька был рад, когда брал Егора на руки. Отрицать не буду, меня терзала ревность, я хотела вернуть себе его внимание, но это было невозможно.

От моих грёз меня отвлекала школа, училась я неплохо, были все возможные оценки, куда же без них. А в пятом классе я впервые сдавала экзамены, было страшно, но я справилась с ними на отлично. И так спокойно я проучилась до восьмого класса. Летом, по ошибке отчима, я вновь попала в больницу, на реабилитацию и там не обошлось без проблем. Я, на свою голову, познакомилась с молодым человеком, который в последствии оказался вовсе не тем, за кого себя выдавал. Потом я узнаю о нем такое, что кровь застывает в жилах. Но об этом позже.

Вернувшись в школу, я обнаружила, что моего класса больше нет, пришёл новый состав. Пришли, так называемые, новые русские. И мой ад, школа выживания началась. Они меня не принимали, смеялись надо мной. От обиды не хотелось учиться, просто опускались руки. Но так продолжалось до середины десятого класса, а потом всё изменилось, пошло на лад. Но и тогда я нашла приключения на задницу. Я призналась в симпатии своему однокласснику, Кандже Андрею. Как говорится: „Кто не рискует, тот не пьёт шампанского“. Я просто хотела найти себе плечо, опору, коль Чучундрик для меня закрыт, а вернее под запретом, почему же не рискнуть. Но и там ничего не получилось и в две тысячи пятом году я окончила школу. И вместо выпускного я с мамой поехала на вступительные экзамены в институт, которые я провалила…

Целый год занималась с репетиторами, чтобы поступить в следующем году. А в свободное время наблюдала за своими. Парой даже были такие моменты, что хотелось встать между ругающимися, взять Кольку за руку и увести его за закрытую дверь. Но этого я не сделала, а зря»…

В результате всей этой головной муки, Настя поступила, сдав экзамены. И она надеялась, что начнётся новая жизнь, она почувствует свободу. Все бы ничего, только Настя потеряла одного из самых близких, родных людей, её Колька умер. Она не верила в это, даже после всего услышанного о его смерти. Не могла поверить. Настя никого не трогала, занималась сборами в общагу при институте. И заглянув на кухню, где все обсуждали Колькины похороны, Настя пошатнулась, теряя сознание. Её подхватили, не дав упасть, но услышанное Настей, просто убило её. А услышала она как друг Коли, Саша, произнёс последние Колины слова. Он звал Настю и свою маму.

Насте было так плохо, что она хотела исчезнуть. Родные были вынуждены напичкать её успокоительными и уложить спать. Но все равно Настя сразу не уснула, и ей удалось это сделать, лишь когда на груди свернулся клубочком её котёнок Гоша.

Утром было очень плохо, но пора было ехать в «новую жизнь».

«Я оделась во все чёрно. Наверное, оценив мой внешний вид, все в институте посчитали меня странной новой русской, но мне было плевать, мне нужна была поддержка. Мне было так больно, как будто перекрыли кислород. А спустя пару дней должны были состояться похороны моего Кольки. Мама отказалась брать с собой, поскольку знала, что я не выдержу, меня это сломает, и я осталась в общаге. Все смотрели на меня косо, но после этих объяснений, они оставили меня в покое, в одиночестве. Однако никто не понимал, что мне нужно вовсе не это. Я нуждаюсь в поддержке, защите! И физически я осталась одна, вся жалость была фальшивый…

И всё-таки, где-то на уровне мыслей, ментально я не была одинока, меня не покидала мысль, что рядом со мной всегда кто-то есть. Я надеялась, что это мой Колька, был даже такой случай, и он был неоднократен, когда я ждала, что в мою комнату в общаге постучится мой Чучундрик, но этого так и не случилось.

Я полная дура, не смогла обойтись без приключений, хотя и не понимаю, что же я такого натворила, что не прошло и месяца, как многие стали считать меня шлюхой. Но я не подпускала к себе никого. Но парни там не отличались привлекательной внешностью, но все же за мной бегал и симпатичный мне индивид, но у него была одна лишь цель — трахнуть меня. Ну, а я изворачивалась, не желая в семнадцать лет лишаться девственности. Я была наивной дурой, которая всегда готова выслушать, пожалеть и дать совет. Как говориться, легко давать советы, но трудно им же следовать.

И училась я в общем-то неплохо. Были и тройки, и четвёрки, но тогда, когда ввели второй язык, у меня начались сложности. Я не понимала немецкий, но нашелся человек, который помогал мне в нём, а я в благодарность помогала ему в английском, в котором у него возникали сложности. В общем общаге в учёбе в общем в общаге, как и в учебе было попеременно, то тишь- да гладь, то полный ужас и кошмар. По выходным я периодически ездила домой, но не всегда это получалось, и тут я сама позвонила домой уточнить заберут ли меня. Как услышала в ответ, о смерти ещё одного моего родственника, не прошло и пяти месяцев после смерти моего Кольки, как умирает тёти Даши брат- Гивик. И я была выбита из колеи. Увидев моё состояние, многие пытались поддержать, отвлечь, это получалось плохо. Я не знала куда мне деваться, так прошли выходные и вновь началась учёба. Я старалась скрыться хоть в ней. Но появился ещё один индивид, не дающий мне покоя, мы пару раз поцеловались, но не более. Но нет, избавьте, это не по мне! Из моего состояния, мне помогли вылезти мои однокурсники, особенно Зелинский Дмитрий. Это тот кто помогал мне с немецким, и был одним из тех кто был мне симпатичен. Так на иголках, и в бегах прошёл целый декабрь, да, я совсем забыла упомянуть о Грише брате моей соседке.

И вот наступило моё восемнадцати летие, Я отметила его дважды и в общаге, и с мамой на новом году её коллеги по работе. И это было здорово! И спустя несколько дней, в сессию то есть в общаге, я потеряла девственность, и лишил меня девственности тот самый Дима. Да ещё Наташин однокурсник Артём Долгий проявлял ко мне интерес, но ни с кем из них у меня не получилось ничего конкретного». Так и прошёл первый год моей так называемой свободы.

Второй год тоже был хорош, Насте выпадали сложности и завороты жизни, которые ей нужно было пройти. Да может быть не все было в пользу, но все же, Настя получила пару ценных уроков жизни. И в этом ей помогла соседка по комнате, а так же её новый знакомый тёска умершего Колюндрика. Нет, нет, то чувство, что рядом всегда кто-то был, не покидал её. Да возможно, Анастасия, и хотела найти в облике этого человека, родного и близкого. Но он не был её Колькой. И все же спасибо ему за поддержку и юмор…

«А училась я с тем же отношением, что и ранее. Были и взлёты, и падения, но в целом я не замарачивалась. Некоторые из моей группы отчислились, было обидно, но я продолжала улыбаться и жить дальше».

Но и этот год не прошёл без приключений- влюбленности Насти. Она и в этом году искала приключения на свою любимую пятую точку. Все взаимоотношения с мужским полом сводились к флирту, можно просто сказать никчему. И не с кем у Насти ничего не было, и она была растерянна. Но все же держалась, правда, парой все-таки хотелось выть, и было ощущения, что ещё чуть-чуть и она сорвётся, и она сделает с собой что-то страшное. Но спасибо, этому тёске, он чаще всего оказывался рядом и поддерживал, как мог. А Настя наивная, воспринимала это более серьёзно, но ничего не было, и жизнь её продолжалась. Она училась, ездила самостоятельно в город, так ещё увлеклась чтением книг. А за это надо сказать спасибо соседке, чтобы не зацыкливалась на её брате, посоветовала почитать. И Насте это понравилось и она увлеклась, и благодаря Настиному богатому воображение создала свой иллюзорный мир. И кстати, книги не дали ей свихнуться, когда Анастасия узнала о смерти её двоюродных бабушки, а затем спустя некое время и дедушки. Насте было очень плохо, но все равно она выстояла, её поддерживали все кто мог, даже особо не догадываясь об этом. Анастасия успешно сдала экзамены, тройка, ведь гос оценка. Вот так и закончился её второй год обучения.

Третий год обучения начался для Анастасии не особо отличимо от преведущих. Жизнь продолжилась. На парах было интересно, но некоторые пары проводились просто на ура. Свободное время Настя проводила в общем не вылезая из комнаты, читала и пыталась рисовать. А ещё иногда залезала в инет и регистрировалась на различных сайтах знакомств, чтобы там попробовать найти себе друзей, а может и кого-то посерьёзнее. И спустя некоторое время она познакомилась с несколькими ребятами. Некоторые, сразу как узнавали, что она на коляске переставали общаться. Но это ни к чему не приводило, потому что всем тем парням нужно было лишь одно, её тело.

Учеба была успешна, но не блестяще. Было всё спокойно и гладко до ноября месяца. И тут вдруг с Настей связывается парень, Сергей, с одного из тех сайтов знакомств, он позвонил ей на мобильник. Было странно, так-как она удалила свои анкеты, не прошло и нескольких недель. Пообщавшись с тем самым Сергеем, у Анастасии возникло ощущение дежавю. И увидев его это ощущение подтвердилось. Он был симпатичен. «Мне, Сергей, был знаком. Он напоминал мне того самого парня, с которым я познакомилась в больнице. Но я посчитала, что это всего лишь сходство. А ещё, Сергей поцеловал меня очень откровенно. И это меня поразило, но самый последний поцелуй на прощание у самых дверей в универ лишил дара речи. Сергей, так приходил ко мне несколько раз, и каждый раз оказывал мне такое внимание, что аж воздуха не хватало. Один раз сделав ему массаж, потянулась к нему, а Сергей прижал меня к себе и вознёс к вершине блаженства. Но после этого меня стала преследовать мысль, что ему от меня нужно лишь тело. И я была очень рада введению пропускной системы. Но все же мы продолжили общение, около двух месяцев, а затем он исчез. Так прошёл мой третий год обучения.»

В начале четвёртого года обучения, Настю переселили, но не прошло и пары дней, как она вновь переселилась, но уже окончательно. Теперь стало удобнее ходить на пары. И Настя вновь перестала радоваться жизни, пропало желание жить. Все это было справацированно смертью Вити, хорошего друга её любимого братишки: «Меня просто накрыло…» Из этого состояния её выводили все кто только мог.

Учёба Анастасии тоже помогала ей выйти из уныния, хотя не только это, были ещё сны, книги и музыка. Да ещё поддержка и советы, так называемых друзей. Со всем этим Настя и не заметила, ка прошёл год, хотя нет все же было пару минут, часов Настиных уединений в аудиториях, где ей делали массаж…