Читаем Из планктона в чемпиона онлайн бесплатно

Мы все всегда чего-то ждём.

Не бывает на нашей планете человека без ожиданий.

Ждать, предвкушать – в нашей с вами природе. Кто-то ждёт успешной защиты диплома, кто-то – повышения по работе, чтобы купить дом своей мечты. Один ждёт не дождётся встречи со своей «второй половиной», другой, прожив в браке много лет, вдруг понимает: чувства прошли, и с нетерпением ждёт развода. Увы, такое тоже бывает.

Ждём отпуска. Ждём посадки в самолет. Своего заказа в кафе. Друзей в гости. Ждём очереди к стоматологу.

Ждём знака, чтобы что-то наконец сделать.

Если вы, дорогие читатели этой книги, ждали какого-либо знака, чтобы начать новый этап своей жизни, считайте, что это он и есть. Почему бы и нет, в конце концов?

Меня зовут Станислав Ким. Я чемпион мира 2023 года по японскому боевому искусству под названием «Мугай-рю иайдо». Вполне допускаю, что большинство из вас ни разу в жизни не слышали о нем, однако – поверьте на слово – оно того стоит. Еще пару лет тому назад я и помыслить не мог, что со мной может произойти событие такого масштаба и что оно столь круто изменит мою жизнь.

Книга, которую вы сейчас держите в руках, создавалась с одной-единственной целью – рассказать вам мою историю. Дать тем, кто находится в поиске себя и ждёт, что выйдет наконец на подходящий путь, вариант этого пути.

Эта книга не имеет, как это сегодня называют, целевой аудитории. Я писал её для всех: для подростка, который хочет добиться в жизни хороших результатов, но не знает, с чего начать; для его родителей, которые видят в ребенке потенциал, хотят его развивать, но боятся ошибиться; для тех из вас, кто тонет в офисной рутине и боится, что это конец и в жизни его ничего больше не ждет.

Переставайте ждать, друзья!

Начинайте действовать!

Человек всегда рождается в правильном для себя месте. Да, это далеко не всегда очевидно, причем даже спустя годы. И если всмотреться повнимательнее, попристальнее, можно понять, что всё случается неспроста.

Я родился в Ижевске – городе оружейников. Оружие как таковое всегда присутствовало в моей жизни. Дедушка по маминой линии, Лев Евгеньевич Михайлов, всю жизнь интересовался стрелковым оружием. Кандидат технических наук и профессор Ижевского государственного технического университета, он выпустил много книг на эту тему. Родители, помимо их основных специальностей, были охотниками. В мою жизнь оружие тоже пришло, но путем более извилистым и неожиданным.

Первое, что чётко помню: стою среди ребят моей детсадовской группы и смотрю, как двое пацанов, яростно толкаясь и звеня тоненькими возмущенными голосками на всю комнату, борются за какую-то машинку. Мне до ужаса интересно, зачем они борются за игрушку? Почему в настоящий момент за нее готовы просто-напросто убить друг друга, хотя ещё пять минут назад она никому даром не была нужна? Я неторопливо, вразвалочку подошел и взял ту игрушку. Покрутив в руках, поизучав предмет ссоры, быстро потерял к игрушке интерес. И стоило ссориться из-за неё? Ребята, видя полнейшую мою незаинтересованность, встали с недоуменным видом, тут же прекратив драться.

– И смех и грех, ей-богу, – смеялись вечером того же дня родители. – Экий психолог растет, знаток душ человеческих. Быть ему, наверно, большим начальником. Ну или, по крайней мере, лидером – это точно.

Насчет победителя, кстати, не ошиблись.

Про знатока душ не скажу, но то, что сегодня называют «конфликтологией», на подсознательном уровне очень сильно интересовало меня. Так складывалось, что я всегда понимал, как разрулить конфликт без применения силы. Кстати, это дало дальше, по жизни, неплохие плоды.

^{Галина Ким, мама}

^{Леонид Ким, папа}

^{Владимир Телятников, друг детства}

^{Брат Юрий Ким, двоюродный брат Илья Личагин}

Помню и свой первый бизнес. Наша семья жила в девятиэтажном панельном доме, внизу была огромная дворовая парковка. Мне было лет восемь или десять, когда нам с друзьями пришла в голову идея организовать там мойку машин. В команде я был самым младшим, однако так вышло, что спустя сутки именно я стал казначеем, хранителем общих денег. Впрочем, всё объясняется элементарно: у меня у единственного на тот момент были карманы, и когда был получен первый гонорар, вопрос, куда их положить, даже не поднимался. Это уже позже как-то само вышло, что я стал руководителем процесса. Никто из ребят не был против такого положения вещей, хотя все в той забавной артели были заметно старше меня.

Клиентами нашими стали владельцы автомобилей, парковавшихся во дворе, к которым мы подходили и напористо спрашивали: «Помыть вам машину?». В деле были все: кто-то из нас носил воду, кто-то бегал с тряпкой. Мы были малыми – во всех смыслах слова – предпринимателями. В конце дня забегали в подъезд и делили поровну заработанные деньги. Иногда оставались купюры, которые никак не делились на всех поровну, и тогда было единогласно решено отдавать их мне. Я был приятно удивлен и с удовольствием согласился взять на себя эту миссию.

Однажды во двор на белоснежном, слегка пыльном, «Москвиче» въехал мужчина кавказской национальности. Он вышел из машины с пышным букетом цветов, откуда-то возникли молодые парни, которые, суетясь, открыли перед ним двери подъезда. Наша компания была уже тут как тут. Не дожидаясь, пока нас об этом попросят, я схватил не очень, мягко говоря, чистую тряпку и начал размазывать пыль по капоту машины. Ребята тут же побежали за чистой водой. Но пока они бегали, мужчина успел вернуться. Помню его как сейчас: усатый такой, крупный мужик. И вот он видит, как мы с другом отчаянно елозим грязными тряпками по слегка пыльному капоту, делая его ещё грязнее, нервно оглядываясь, не бегут ли «коллеги» с водой. Тогда мужчина просто достал пухлую пачку красных советских десяток и шумно отлистал нам по купюре:

– Держите! Молодцы, так держать! – сказал он, улыбаясь.

Чтобы вы понимали нашу радость: машины мы мыли за десять рублей максимум, как говорится, «под ключ». Это были для нас по-настоящему огромные деньги. За несколько дней я накопил двадцать пять рублей – неплохая по тем временам сумма. Я показал маме деньги, сказав, что хочу что-нибудь себе купить. Она тогда повела себя очень мудро, как я сейчас понимаю: посоветовала не просто проесть заработанное, а купить что-нибудь хорошее, нужное. И я точно знал, чего хочу. Мы пошли в «Детский мир» и купили настольную игру «Сражение», которая как раз и стоила где-то в районе двадцати рублей. То была давнишняя мечта. Надо ли говорить, какую я тогда испытал гордость за себя, радость, что приобрел вещь на свои кровные, а не получил в подарок от моих бабушек и дедушек? Это было счастье в чистом виде.

^{Бабушка Роза Васильевна}

Летом меня часто отправляли в пионерский лагерь – поначалу в самые разные, потом – исключительно в «Дзержинец» под Ижевском. Многим детям такие поездки бывают в тягость, но мне это было истинно по кайфу. Со всеми ребятами я находил общий язык, что прекрасно развивало во мне коммуникативные способности. Еще с той машинки в детском садике я понимал, из-за чего зреет конфликт и как его разрешить. Я четко видел перед глазами решение проблемы. Наблюдая конфликт со стороны, я умел слышать мнение каждого и понимал, кто за что радеет.

– Ты, Саня, вот за это топишь, да? – спрашивал я одного спорщика.

– Да, – не успев ещё толком остыть, подтверждал тот.

– А ты, Андрюха, вот это имел в виду?

– Это!

– Ребята, – миролюбиво говорил я. – Стоп, смотрите. Вы же оба хотите одного и того же, просто видите ситуацию под разными углами. Смотрите, как можно сделать, – пояснял я, смещая фокус внимания с субъективных мнений на суть проблемы. Чаще всего народ прислушивался, спор прекращался, а враждующие стороны переставали таковыми быть.

Умение слышать и понимать оппонента – бриллиант в копилке умений любого из нас. Желание решить возникшую проблему силой обычно приходит первым, но в девяноста процентах случаев оно абсолютно неконструктивно. Проблема не уходит, плюс углубляется конфликт с человеком.

Борьба. Меня всегда интересовало это понятие – широчайшее, вмещающее в себя множество смыслов. Борьба как спорт, борьба за свои права, борьба с жизненными обстоятельствами, которые подчас пытаются тебя сломить. Поначалу, конечно, мне, ребенку, бороться было не с чем, и спорт начал занимать свое место почти незаметно, но уверенно.

…Во дворе у нас был полуподпольный спортзал. Там проходили тренировки по карате, дзюдо и другим восточным единоборствам. Мы с папой, Леонидом Германовичем, стали по вечерам туда наведываться. Помню, отец сам сделал макивару – специальный тренажер для отработки ударов. Это сейчас её можно спокойно купить в Интернете, а тогда и днем с огнем было не сыскать. Папа взял фанеру, ДСП, разрезал свою старую кожаную папку, кожу, пригвоздил по краям фанеры, а внутрь положил поролон, картон и вату. На этой штуке мы отрабатывали удары. Приобретенные тогда – наивные, первичные, полудетские – навыки придавали мне изрядную внутреннюю уверенность. Поверите или нет, но я дрался всего пару раз за всю жизнь: ударили меня – ударил в ответ. Остальные конфликты я решал и по сей день решаю по-другому. В школьные годы бывали споры, доходившие чуть ли не до драки. Каждый раз я ловил себя на мысли, что нужно сказать «стоп» и объяснить обеим конфликтующим сторонам, что они, по сути, говорят об одном и том же, только каждый по-своему. После этого люди становились друзьями, хотя ещё несколько минут назад готовы были убить друг друга.

Отец был моим проводником в мир боевых искусств, первым тренером. Ему и самому было всё это интересно: спорт был его хобби наряду с увлечением охотой, которой он заразил и мою маму. У неё было своё ружье, она и по сей день – полноценный охотник. Удивительная всё-таки женщина: успела поработать и преподавателем высшей математики, и инженером-конструктором на заводе, и даже создала собственную риелторскую компанию.

Любовь к охоте передалась мне от родителей, как передается цвет глаз или характер. Пойти всей семьей на зверя с хорошими ружьями было и остается в моей семье любимейшим способом отдыха. Происходило это, как правило, в сезон – осенью. В выходные мы уезжали на болота, на ближайшие острова или на реку Белую, ставили палатки и ждали уток. Мне нравилось заряжать с папой патроны. Он показывал мне, сколько граммов какой дроби нужно, а сколько – пороха. Ходили на кабана, на медведя, на лося, но чаще и с большим удовольствием ходили на охоту по перу, тем более что у нас в доме всегда жили хорошие охотничьи собаки.

Мой отец с детства объяснял, что настоящий охотник – это человек, который бережно относиться к флоре и фауне и способствует увеличению популяции и разновидности живых существ.

Отец много дал нам с братом. Душа любой компании, у которого всегда было так много друзей, что я его однажды спросил: если их всех поставить рядом друг с другом, сколько бы километров получилось? При этом папа долгое время работал в МВД, участвовал в осетино-ингушском конфликте и в первой чеченской кампании. Впрочем, о войнах он никогда нам с братом не рассказывал. Выйдя в чине подполковника на пенсию, занялся бизнесом. Работал в компании «Удмуртнефтегазстрой» в должности первого заместителя генерального директора по экономики и финансам. Эта компания в свое время сыграет роль и в моей жизни.

Родители не знали со мной проблем в плане занятости. У них никогда не было такой установки – мол, ребенок должен обязательно посещать какие-либо секции и кружки, чтобы не болтаться без дела. Мне было многое интересно, всё хотелось ощутить, пощупать. Ушу, бокс, турпоходы, разряд по шахматам, водный туризм – венцом трехгодичного увлечения байдарками стало получение разряда. Особенно легко давалось карате: я быстро научился садиться на шпагат, спокойно освоил ката – определенную последовательность движений в поединке с воображаемым противником – и за несколько месяцев стал лучшим учеником в своей группе.

Класса до шестого занимался даже конным спортом. Помню, как я, девятилетний, лежу на диване и смотрю телевизор. Показывают выступления спортсменов на лошадях. Что-то щёлкает в голове, и я говорю маме: «Всю жизнь мечтал заниматься этим видом спорта!» – «Так какие проблемы? Садишься на трамвай, едешь до ипподрома и занимаешься», – был мне мгновенный ответ. Оделся, поехал в нужное место, нашёл секцию – и сразу начал тренироваться. Это было красиво, это было классно. Закончилось моё увлечение лошадьми травмой: лошадь понесла, я не справился с управлением и сильно, неудачно упал вниз головой. После этого продолжать тренировки не смог.

^{Илья Личагин, двоюродный брат}

^{Юрий Ким, брат}

Занимался плаванием – моя тетя Татьяна Леонидовна была тренером по этому виду спорта и помогала освоить азы. Плавание правило бал и в ташкентский период моего детства. В этот пропитанный насквозь солнцем горчично-желтый город меня отправляли на каникулы к прабабушке Александре Андреевне Дубовой. Там меня встречала, оглушая приветливой разноголосицей, толпа родственников по папиной линии.